Часть 4
3 сентября 2023 г., 19:44
— Джисон, проснись, — это первое, что парень услышал утром. Или то, что Джисон принял за утро.
Его голова раскалывалась как сумасшедшая, и только когда взгляд Джисона сфокусировался на Минхо, события прошлой ночи резко нахлынули на его мозг. Он внезапно почувствовал себя беззащитным под взглядом Минхо.
— Я не хотел тебя будить, но уже больше двух часов дня, тебе нужно что-нибудь съесть, — сказал Минхо, подходя и садясь на кровать рядом с Джисоном.
Джисон, в свою очередь, избегал встречаться с парнем взглядом.
— Верно. Спасибо.
— Я испёк тебе несколько блинчиков. Что ж, по сути, я испёк их для всех: они были только для тебя, пока запах сиропа не разнесся по всей квартире. В итоге, мне пришлось печь блины на целую армию, — объяснил Минхо.
Джисон почувствовал, как у него внутри все перевернулось от признания, что намерением Минхо было приготовить завтрак только для него. Больше никому. Он был особенным для Минхо, особенным точно так же, как Минхо был особенным для Джисона. От этого нового осознания у него закружилась голова.
— Спасибо тебе, хён, правда. Я через минутку подойду, — сказал Джисон, изо всех сил стараясь изобразить на лице естественную улыбку. Как же он вёл себя до этого?
— Нет, сейчас. Пожалуйста, я тоже голоден, — пробормотал Минхо.
Джисон поднял на него глаза.
— Ты тоже ничего не ел?
Минхо покраснел.
— Я ждал тебя.
О. О, точно.
Они ели вместе в тишине, и Джисон задавался вопросом, всегда ли между ними было такое напряжение, или он просто никогда этого не замечал.
Джисон откусывал от своих блинчиков, уставившись прямо в свою тарелку и никуда больше, боясь того, что произойдет, если он осмелится встретиться взглядом с Минхо.
— Джисони, — произнёс Минхо, заставляя младшего, наконец, поднять глаза.
Джисон в ужасе наблюдал, как Минхо сунул большой палец в рот, а затем провел им по щеке, прямо над родинкой.
— У тебя сироп, — объяснил Минхо, растирая липкую консистенцию.
Джисон посмотрел на него широко раскрытыми глазами, его глаза в оленьей форме не знали, куда смотреть, кроме как прямо на Минхо.
Как, черт возьми, Минхо мог вести себя так непринужденно?
Накануне вечером Минхо всё твердил и твердил о желании поцеловать Джисона и о том, как трудно ему держаться на расстоянии от Джисона, но прямо сейчас Джисон абсолютно ничего не делал, а Минхо всё равно нашел способ вывести его из себя.
Предполагалось, что это не он был тем, кто должен волноваться.
— Тебе нравится родинка прямо у меня на щеке, хён? — спросил Джисон, не уверенный, к чему он клонит.
Экспериментировал. Прощупывал почву.
Минхо озадаченно посмотрел на него.
— Это... безусловно? Родинка?
Теперь Джисон почувствовал смущение. Как Минхо удавалось быть таким безразличным к своим чувствам? Прошло всего несколько часов с тех пор, как Джисон осознал свои собственные чувства, а он уже ощущал, что вот-вот сойдет с ума.
Он поймал себя на том, что уважает тайный талант Минхо держать все в секрете в такой непринужденной манере.
— Я подумываю о том, чтобы удалить её. Не знаю, по-моему, мне она не очень идёт к лицу, — объяснил Джисон, наблюдая за Минхо в ожидании какой-либо реакции.
Минхо закашлялся, быстро потянулся за своим стаканом молока и сделал большой глоток.
«— Попался» — подумал про себя Джисон.
— Не делай этого. В этом нет необходимости, зачем тебе проходить через такую болезненную процедуру? — спросил Минхо.
— Значит, тебе она действительно нравится? — попытался уточнить Джисон. Он должен был как-то добраться до истины.
— Я никогда не говорил, что это не так, — огрызнулся Минхо в ответ, — Она милая.
Джисон не смог сдержать румянец, заливший его лицо. Минхо приподнял бровь, глядя на это.
— Это то, что ты хотел услышать? Что я считаю твою родинку милой? — спросил Минхо.
У Джисона закружилась голова. Как Минхо удалось так легко выбить почву у него из-под ног?
Джисон также задавался вопросом, почему слова Минхо произвели на него такой эффект, когда это именно он должен был одержать верх, учитывая, что Джисон уже знал, как Минхо относится к тому, из-за чего он пытался поддразнивать его. Честно говоря, Минхо всегда удавалось игриво флиртовать — это было его способностью, о которой Джисон и мечтать не мог.
Джисон прочистил горло.
— Нет.
Джисон наблюдал за тем, как Минхо снова поднимает руку и прикладывает большой палец к верхней части его собственной щеки. Внезапно Джисон почувствовал покалывание, когда Минхо сильно ущипнул его за кожу.
— Не избавляйся от своей родинки. Я сам войду в операционную и вырву нож из рук хирурга голыми руками, если ты всё-таки решишься это сделать, — сказал Минхо так небрежно, что Джисон не смог сдержать вырвавшийся наружу смех.
— Я думаю, что в наши дни есть менее болезненные способы избавиться от родинок. Существуют лазерные процедуры, — объяснил Джисон. Они разразились довольным смехом.
— Не хочешь пойти со мной в компанию перед ужином? Я хочу повторить танцевальный номер, который я сам поставил. В последние дни мое тело изнывало от желания потанцевать. К тому же, мне нужно еще одно мнение по этому поводу, — спросил Минхо, допивая последний глоток молока.
Джисон уже подумывал о том, какой предлог он мог бы вытащить из своей задницы, чтобы проводить больше времени с Минхо, поэтому был рад, что Минхо первым подал идею.
— Да, конечно, — улыбнулся Джисон
Минхо же ухмыльнулся.
Возможно, Джисон не совсем понимал, во что он вляпался, но позже, тем же вечером, до него внезапно дошло. Минхо притащил стул из угла комнаты в центр танцевальной студии.
— Сядь, — приказал Минхо, и Джисон подчинился. Его конечности, казалось, двигались без его согласия по команде парня.
— Ты собираешься станцевать мне приватный танец? — пошутил Джисон. Когда он увидел, как Минхо моргнул и отвел взгляд, то подумал, не зашел ли он слишком далеко.
— Как пожелаешь, — ответил Минхо, к удивлению Джисона.
Он все еще был в восторге от того, как легко Минхо отодвинул свои бурлящие чувства в сторону и без единого заикания выложил на стол еще одну обратную карту Uno. Джисон задавался вопросом, как далеко он сможет зайти.
Минхо подошел, чтобы нажать пару клавиш на компьютере, подключенному к колонкам, и направился к своему месту на полу.
Джисон внимательно смотрел, как Минхо для него танцует. Парень всегда преображался, когда танцевал, его движения были чистыми и точными, когда он исполнял хореографию.
Джисон, стиснув зубы, наблюдал, как Минхо скрежещет по полу. Наблюдал, как мышцы Минхо напрягаются всеми возможными способами, и наблюдал за тем, как его бедра обтягивают чёрные брюки.
Он был не в силах отвести взгляд. Хуже всего было то, что Джисон не смог бы отвести взгляд, даже если бы захотел. Минхо не сводил с него глаз на протяжении всего выступления, за исключением нескольких раз, когда ему нужно было смотреть в пол, чтобы убедиться, что его дистанция и точность были на высоте.
Номер Минхо закончился тем, что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от лица Джисона, его тяжелые вздохи заполнили комнату, когда музыка закончилась.
После нескольких секунд, пока Джисон пялился на Минхо, как ошарашенный идиот, он заставил себя поднять руки и захлопать.
— Ух ты.
— Это было вкусно? — спросил Минхо, подходя к стойке танцевальной студии и протягивая руку за бутылкой воды.
— Черт возьми, да, хён! Это было потрясающе! Серьезно, — честно ответил Джисон.
— Я подумываю спросить компанию, возможно ли разместить этот танец как какой-нибудь SKZ-ПЛЕЕР, — он остановился, чтобы поразмыслить, — Но я думаю, что это может быть слишком для фанатов.
Джисон не мог не согласиться с беспокойством Минхо. Хореография определенно была более рискованной, и они никогда не демонстрировали танцы, подобные тому, который Минхо только что представил Джисону.
— Да, это слишком сексуально. Кому еще ты показывал танец?
— Только тебе, — сказал Минхо.
Что-то в этом ответе заставило сердце Джисона подпрыгнуть. Он был уверен, что его уши были вишнево-красными, и Джисон молился, чтобы Минхо либо не заметил этого, либо избавил его от смущения, взаимно проигнорировав это.
Он убедился, что ошибается, когда увидел, как Минхо подошел к его коленям и игриво пощекотал за подбородок.
— О-о, моему Солнышку понравилось, что я исполнил танец исключительно для него?
В момент разочарования Джисон схватил Минхо за руку под подбородком.
— А что, если это так?
Джисон не ожидал, что зрачки Минхо так расширятся.
Из всех случаев, когда Минхо мог успешно выйти из себя, это должен был быть момент, когда Минхо находился в нескольких сантиметрах от него, а его бедра обхватывали одну из ног Джисона. Тем не менее, Джисон чувствовал себя под контролем, как никогда раньше, и он эгоистично воспользовался своим шансом.
— Что, если я скажу, что мне не нравится думать о том, что ты танцуешь так для кого-то еще? — спросил Джисон, все еще крепко держа Минхо за запястье.
Минхо несколько раз моргнул, глядя на него.
Еще одну вещь, которую Джисон совершенно не ожидал — ощущение стояка Минхо у своей ноги.
Подождите, что?
У Джисона даже не было времени осмыслить происходящее, прежде чем он почувствовал, что Минхо сидит у него на коленях и прячет лицо в изгибе шеи Джисона.
— Не мог бы ты, пожалуйста… просто остановись, — Минхо дышал ему в шею.
Джисон застыл, не в силах открыть рот, чтобы ответить.
— Тебе так весело издеваться надо мной? — спросил Минхо, его слова были приглушены кожей Джисона, прижатой к его губам.
Когда Джисон почувствовал влагу на своем плече, он заставил себя заговорить.
— Хён? — спросил он, используя свои руки, чтобы удержать Минхо в своих объятиях. Когда Минхо, наконец, показал свое лицо, Джисон почувствовал, как его сердце разбилось. Минхо плакал.
Джисон понял, что хочет умереть. Он был так опрометчив. Он помнил слова, которые Минхо произносил в темноте, его беспокойство о том, что будут означать его чувства к Джисону и как они причиняли ему боль. Минхо стыдился своих чувств к Джисону, и Джисон знал об этом, но вместо того, чтобы быть рядом со своим другом, он увлекся тем, как приятно быть любимым Минхо.
Он ни разу не задумался о том, что его действия усложняют жизнь Минхо.
Минхо заставил себя подняться с колен Джисона и потянулся за своими вещами, лежащими на полу. Джисон попытался дотянуться до него, позвать по имени и попросить, чтобы Минхо вернулся, но слова застряли у него в горле. В какой-то момент он услышал, как дверь студии захлопнулась.
