Неосторожность

Квартира, которую снял Ли была светлая и просторная, хоть и небольшая. Интерьер был в серых и белых тонах, простой и эстетичный. Всё как любит Минхо. — Хан-и, тебе нравится? — обратился он к любимому. — Хо, ты спрашиваешь уже в пятый раз. Да, мне всё нравится. Здесь есть всё, что нам нужно: кухня, спальня, зал и две гостевые комнаты. Пошли уже спать, я устал. — Тц, тебе лишь бы спать, — возмутился Ли. — Скоро придут ребята, отмечать новоселье будем. — Мы сегодня целый день всё тут убирали, они же снова насвинячат! — Не будь букой, малыш. Они же наши друзья, — причитал Ли. — Разбуди, когда придут. Окей? — и, не послушав ответ, пошел в спальню. — Хорошего дня, любимый Минхошечка, — с хитрой улыбкой на лице Хан закрыл дверь. —Джисон! — крикнул возмущённо Минхо. От созерцания ленты ТикТока Минхо отвлёк звонок домофона. Он пошёл открывать дверь, тем самым запустив целый цирк в своё жильё, а после направился будить вредную белку. — Такой милый, когда спишь, — с улыбкой прошептал Ли, затем чмокнул Джи в щёку, от чего тот мило поморщился и сильнее уткнулся в одеяло. — Сони, малыш, вставай, зоопарк тут. — Отстань, я хочу спать, — Сквозь сон проговорил Джисон. Минхо же на это стянул с него одеяло и забрался на кровать, обвив младшего руками и ногами. — Сказал вставать и сам же лёг. Странный ты, — Джи повернулся к Минхо и уткнулся носом в его шею. — Бельчонок, ты вообще как? — Хён, я плоховато, но, думаю, всё наладится, когда я переварю события этого крышесносного месяца, — Джисон поднял на парня свои большие глазки и, словно заглянув самую душу, сказал. — Я так тебя люблю. Минхо вместо слов взял Джисона за подбородок и притянул к себе для поцелуя. Он мягко сминал губы любимого, не пытаясь углубить поцелуй. За него это сделал Хан, проведя языком по чужой нижней губе, на что ему позволили пустить язык в свой рот, сплетая со своим. Мин старался вложить в этот поцелуй всю любовь, что живёт в нем, всю нежность и заботу, всю радость, что приносит в его жизнь этот маленький бельчонок. Их поцелуй был медленный и тягучий, страстный, но без капли похоти. От него сердце трепетало у обоих, а в животе зарождались всё новые и новые бабочки. Казалось бы, куда ещё? Джисон отстранился первым, снова посмотрел в глаза своему парню и крепко обнял, уткнувшись в шею носом и вдыхая аромат любимого человека. — Дорогой, ты сам говорил — надо вставать, — промурлыкал Сон, поднимаясь с кровати и высвобождаясь из объятий, а после оделся и вышел из комнаты.

***

В ожидании хозяев парни успели расположиться в гостиной. — Может, вы уже отлипнете друг от друга? — спросил с нескрываемым отвращением Сынмин. — Нет, — ответил Чанбин и, повернув голову, поцеловал Хёнджина в уголок губ. — Фу-у-у, мерзость! Чан-хён, спаси меня, мне плохо, — скривился макнэ. — Серьёзно, вы ещё поебитесь тут на глазах у всех. — О-о-о, отличная идея, хён! Бин-и, пупсик, возьми меня на этом диване, прямо сейчас. — с ухмылкой проговорил Джин, прижимаясь к своему возлюбленному. — Боже, спаси мои глаза!— взмолился Сынмин. — И, кстати, Чонин, ты должен мне сотню долларов. — Блядь, потом скину. — Вы что, спорили? На что? — Изумлённо спросил Чанбин. — Ага, кто актив. Чонин твою жопу под Джини подмял, а я его под тебя. А, Феликс, точно! С тебя тоже, — улыбался Сынмин. — Ну, вчера на столе его разложил я, — как ни в чём не бывало сказал Хёнджин. — Ну всё, сучки, где мои бабки? — с радостью спросил Чонин. — А позавчера тебя по раковине Чанбин мазал, — так же невозмутимо сказал Феликс. — Так что, сучки, деньги мои. — Ты видел? В общаге же никого не было, — в один голос запищали любовнички. — Я вернулся в середине процесса, благо я наушники снял, а то зашёл бы руки мыть, — скривился Феликс. — М-да, день прошёл, число сменилось, ни хуя не изменилось. — В точку, любимый! — Минхо обнял за талию и поцеловал в шею только подошедшего Джи. — Фу, блядь, опять! — скривился Чонин, прикрывая глаза от не самых приятных его глазу вещей, с чего все начали гоготать. — Пиздец, пришли в дом к женатикам с женатиками. Теперь весь вечер эти ваши тошнотные «Пупсик» и «Зайчики» терпеть, какая мерзость, — с отвращением сказал Сынмин. — Давайте фильм смотреть. Человек-паук, например, — чтобы хоть как-то разрядить обстановку и успокоить парней, Феликс предложил отличную, по его мнению, идею. Всё сработало по плану, ведь все согласились с ним. Ребята тут же вскрыли пиццу и включили фильм. Вечер проходил просто прекрасно: они веселились, смеялись, иногда бесились настолько сильно, что раздражали хозяев квартиры. Во время очередных целовашек Хёнджина и Чанбина сидевший рядом Чонин облил Хвана колой. Тогда и началось целое цирковое представление: Хёнджин пытался схватить Чонина, а Чанбин удержать свою истеричку, как назвал Хёнджина макнэ. Джин же вопил: «Я тебя сейчас утоплю в этом сладком дерьме, гад! Я, блядь, только новые джинсы надел!». А Чонин ему лишь отвечал: «Продолжи вы лабызаться, вы бы их слюнями залили. Одна хуйня». Остальные же наблюдали за этой драмой, катаясь по полу от смеха. Сынмин даже хрюкнул, от чего все залились ещё громче. Когда же на всех нашло спокойствие, парни решили, что уже поздно и гостям пора домой. Так что все быстро собрались и пошли в общагу — благо живут они в семи минутах ходьбы.