Мерлин! Это же ребенок!

      Плач. Громкий плач раздался над ухом, и Драко резко подскочил, не понимая, откуда этот плач, почему этот плач, зачем этот плач. Он заозирался по сторонам и уставился на ребёнка, который явно испытывал свои способности по реву на прочность.       — Мерлин, — простонал Драко, бросаясь к ребёнку и беря его на руки. — Эй, завязывай, а то у меня голова сейчас лопнет.       Скорпиус не завязал. Он перевёл дух и начал плакать с удвоенной силой. Его лицо покраснело от напряжения, а сам он не переставал махать руками в воздухе. Драко начал качать его с удвоенной силой, искренне надеясь, что это поможет. Но чем больше он качал ребёнка на руках — тем больше он плакал.       — Так, ладно, — Драко просто положил его и додумался проверить подгузник. Действуя по наитию, он раздел его, нашёл какие-то липучки, отлепил, снял. Скорпиус не переставал реветь. Вроде чисто. А может он есть хочет? — Ты голоден? Моргни, если да! Ну что «аааааа»? Я не понимаю твоё «ааааа»! Мерлин, дай мне сил.       Он снова взял ребёнка на руки, идя на кухню. Поставил чайник кипятиться, попытался одной рукой вскрыть коробку, в итоге уронил и просыпал часть смеси. Попытался поднять, но приседать с ребёнком на руках и удержать равновесие — та ещё задача. Вспомнил, что бутылочка валялась где-то там на диване, и её вроде бы нужно помыть. А ещё, наверное, нужно одеть Скорпиуса — замёрзнет.       — Ещё не надоело? — вздохнул Драко, слушая плач. — Потерпи немного, пожалуйста. Сейчас всё будет. Буквально пять минут.       Они пошли снова в гостиную искать бутылочку, которая спокойно себе лежала на диване. Драко взял её в руки, показывая ребёнку, и Скорпиус, увидев её, наконец-то успокоился, уставившись большими, полными слезами, глазами.       — Вот так вот, — хмыкнул Драко. — Полежишь минутку, подождешь? Я правда, очень и очень быстро.       Он попытался положить его, но Скорпиус тут же начинал плакать. Так повторялось раза два или три раза, и Драко сдался. Он уже устал, и спорить с плачущим маленьким ребёнком — выше его сил. Чайник вскипел, и вода была слишком горячей, чтобы разводить смесь. А холодную воду Драко не догадался оставить. Они пошли искать палочку, и всё это время Скорпиус недовольно чмокал губами. Палочка наконец-то нашлась — вода была остужена — бутылочка помыта — смесь приготовлена, и…       — Ты же хотел есть, ну же, — Драко совал бутылочку Скорпиусу, а тот снова грозился разразиться слезами. — Ешь давай, сейчас остынет, и вообще будет невкусно. Давай. Ням-ням. Еда. Ешь. Молоко. Пей. Да что же это такое!       И снова плач. Казалось, что он стал еще громче. Драко подхватил ребенка на руки, паникуя с каждой секундой все больше: а вдруг за это время он сделал что-то не так? А вдруг у него что-то болит? Нужно срочно бежать к колдомедику или… а может не стоит ждать Поттера и сходить в мэнор? Драко подозревал, что мама тоже не совсем понимает в воспитании детей, ведь тогда еще были домовики, а сейчас, после политики Гермионы, ни одного домовика не найдешь. Даже за заработную плату домовики не всегда соглашались идти работать. Странно: раньше люди выбирали домовиков, теперь домовики — людей.       Драко снова отвлекся, а Скорпиус не успокаивался. Но с другой стороны мама же как-то его воспитала? Она так же укачивала его на руках, и… он кивнул самому себе, намечая свой план действий. Ребенок плачет, не ест — с этим явно надо что-то делать. Это ненормально в любом возрасте. И для начала надо собраться. Драко элементарно не чистил зубы и находился в пижаме, а Скорпиус вообще болтал босыми ногами в воздухе и пытался ими пнуть своего отца.       — Может все-таки поешь? — Драко снова сунул бутылочку ребенку, но тот лишь захныкал и махнул рукой. — Мерлин, откуда в таком маленьком создании столько слез?       Драко кинулся к пакету, все стоящий на столе, и выудил оттуда маленькие штанишки, подгузник, шапочку, рубашку. Какой Поттер запасливый! Драко конечно знал, что Гарри очень хозяйственный, и все, что касается дома — он все знал и умел, но то, что он подумал о таких вещах — умиляло. Он счастливо улыбнулся, чувствуя, как из-за этого влюбился в Гарри еще больше. И это теперь стояло на первом месте в списке романтичных вещей, сделанных Поттером. До этого было — ночной поход на берегу озера. Поттер играл на гитаре и жарил самые вкусные сосиски на палочках… И снова он думает не о том.       — Скорпиус Малфой, — грозным голосом произнес Драко, и сын внезапно притих. — Мы сейчас оденемся и пойдем разбираться к бабушке. Нам нужно уверенный и стойкий вид. Соберись, пожалуйста.       Ребенок не собрался. Стоило Драко произнести последнее слово, тот снова начал плакать. Мерлин, он определенно сделал что-то не так. Он прижал к себе ребенка, гладя по голове, шепча слова успокоения. Хотелось самому заплакать от безысходности.       И вдруг стало тепло. Очень тепло. А потом Драко понял, что не тепло, а мокро.       — Да ну нет… ты не мог… — прошептал он, замерев на месте. — Мерлин!       Плевать на сборы. Нужно идти прямо сейчас, и срочно что-то с этим делать. Скорпиус не успокаивался, а ему явно не хватало помощи. Возможно, Гарри был прав, когда говорил, что можно было бы позвать Грейнджер. Или хотя бы Панси. Да хоть Тео! Уизли! Ну ладно, даже Долгопупс сойдет!       — Я пришел! — раздался знакомый голос, и сердце Драко радостно застучало.       И почему Поттер всегда приходит в такие трудные моменты? Будь то Адское пламя, или суд, или ребенок. Гарри словно чувствовал и появлялся. Драко деревяно повернулся к нему, а плач Скорпиуса стал жалостливее и протяжнее.       — Привет, Малфой! — поздоровался Уизли, держа в руках пакеты.       — Обещаю, совать книги ребенку не буду, — произнесла Гермиона, направляясь к нему и забирая ребенка из его рук.       — Драко, ты представь, Поттер не хотел меня с собой брать! — возмущенно взмахнула руками Панси. — Вот в Министерстве удивились, когда мы всей толпой пошли брать отгул.       — Хорошо, что я не работаю в Министерстве, — залыбился Тео, появившийся из камина. — Но все теперь думают, что у нас вечеринка века.       — Под названием «Успокой одного ребенка» — хохотнул Рон. — Малфой, а тебе идет роль отца. Ты выглядишь… как обычный человек, а не так, как будто тебе засунули палку в задницу.       — Рон! — прикрикнул Гарри. — Тут же ребенок!       Скорпиус замолчал, услышав столько незнакомых голосов сразу. Гарри подошел к Драко и помахал перед глазами, чтобы тот отмер. Рон пристыженно закрыл рот руками и сделал вид, что его здесь нет.       — Сейчас позже еще Невилл придет. Мы попросили его купить детскую кроватку, коляску, одеяло, подушку, и прочее… — сообщила Гермиона, деловито пройдя к дивану. Рон сел рядом с ней, протягивая подгузник. — Лишние руки нам точно не помешают.       — Поверить не могу, что Дафна ничего мне не сказала! Как она вышла замуж — ни слова не дождешься. А Блейз? Как Блейз мог промолчать об этом? Он наверняка знал! — проворчала Панси, бросаясь к ребенку. — И где тут мой сладкий пупсик? Тетя Панси принесла тебе игрушку.       Она вытащила из кармана что-то наподобие погремушки. Тео в это время пытался найти свободное место, чтобы взглянуть на ребенка, вставая на носочки.       — Губы точно Драко — такие же надутые, — продолжала пищать от восторга Панси, пока Тео ее не дернул на себя и сам не приблизился.       — Точно! И когда Драко плакал — так же краснел. Сразу видно Малфой! — хохотнул Тео.       — Я не плакал! — наконец-то отмер Драко, хлопая глазами.       — А мужественно хныкал, ага, — качнула головой Панси. — Герми, тебе не кажется, что ты слишком туго залепила вот эти штуки?       — Пойдем, они справятся, — шепнул Гарри, уводя за собой своего парня. — Прости, что принял такое решение без тебя… но они наши друзья, а вместе мы лучше справимся, чем вдвоем. Ах да, и тебе не мешало переодеться.       И Драко только задумался о времени. Сколько он вообще проспал? Когда Поттер все успел сделать? Он взглянул в окно, когда оказался в своей спальне — и судя по солнцу, время близилось к полудню. Гарри в это время уже снимал свою аврорскую мантию, бросая на спинку стульчика.       — Когда я пришел на работу, я пошел к Гермионе, а там уже был Рон. Я им рассказал и спросил, не знают ли они пару советов по уходу за детьми. И они решили помочь. А потом мы пошли к тебе в лабораторию, а там Панси как раз перебирала поставки новых ингредиентов. Я спросил про зелье родства, а Гермиона в это время рассказала ей новые события, и Панси отправилась за Тео, Гермиона за Невиллом, чтобы дать ему список, который она успела накидать, а мы с Роном в магазин, взять самое необходимое, — начал говорить Гарри, раздевшись по пояс. — У Панси возьмешь зелье — мне она его не доверила. Кстати, Гермиона предполагает, что даже если ты был под зельем, то все равно ты что-то помнил. Значит, здесь еще замешан Обливейт. Скорее всего. И советует обратиться к целителю разума, чтобы проверить свой разум на наличие повреждений. Ох, прости, слишком много информации. Сходи в душ, я не буду тебя отвлекать.       И он ушел, перед этим поцеловав Драко в щечку. Он моргнул, еле осознавая все произошедшее, а потом быстро подскочил, понимая, что ему нужно в мэнор и успеть поймать родителей. Они же еще не уехали в Париж? А зайти и попрощаться? Он стремительно сбросил с себя мокрую пижаму, кидая ее в корзину для вещей, и пошел в душ, желая немного расслабиться. Когда все под контролем Гарри — не страшно. Наверное.       Он только намылил свою голову, как услышал плач. Драко в панике быстро все смысл с себя, наспех вытерся полотенцем, чистя параллельно зубы, а потом сорвался в комнату, надевая первую попавшуюся одежду. Крик все не прекращался, и Драко все не мог понять, что они, черт возьми, делают? Чуть не свалился с лестницы, стукнулся мизинцем об тумбочку, которая попалась по пути. И кто ее здесь поставил? Прибежав в гостиную, Драко быстро оценил обстановку: Гермиона и Панси о чем-то спорили, Гарри успокаивал ребенка, а Тео ходил за ним хвостом, корча веселые рожицы, Рон пытался петь колыбельную и тряс игрушкой, а из камина только что вышел Невилл и пытался привлечь внимание, размахивая руками.       Идиоты. И Драко такой же идиот. Почему он думал, что с друзьями будет легче?       — Давай его сюда, может он у меня успокоится? — спросил он, мягко взяв у Гарри ребенка. — А вы все потише, вы его пугаете.       Все разом заткнулись. Гермиона наконец-то заметила Невилла и пошла к нему, чтобы проверить покупки. Панси подняла руки вверх, словно сдавалась. Рон застыл с игрушкой, а потом передал ее Тео.       — Гарри, пойдем лучше обед приготовим, это гораздо легче, — шепнул он Поттеру, и тот согласно кивнул.       Скорпиус не успокоился. Он продолжал истошно вопить, словно у него что-то болело.       — Панси, нам нужен колдомедик, — проговорил Драко тихо, чувствуя себя единственный ответственным взрослым. — С ним явно что-то не так. А еще он не ел.       — Все понял, командир, — кивнула она.       — Тео, приготовь еще одну порцию еды. Бутылочка на диване. Как готовить прочтешь на коробке и спросишь у Поттера, — дал дальнейшие указания Малфой. — Гермиона, Невилл — вам на второй этаж, в комнату Регулуса. Она свободна, и достаточно близко к нашей спальне.       Те понятливо кивнули и стремительно исчезли. И снова они остались вдвоем. Драко погладил по голове, а потом задержал ладонь на лбу — голова была горячей. И как он не заметил, что у ребенка повышенная температура? Почему у него повысилась температура? Что сделал Драко? А может он замерз, когда Драко тащил его в ванную? А может, Скорпиус простыл, когда они проснулись — ведь он долгое время находился без одежды. Это он во всем виноват! И что теперь делать?       Паника поднялась огромным комом в горле, который Драко попытался тут же сглотнуть и заставить себя успокоиться. Он пошел на кухню к парням, которые вместе колдовали над одной бутылочкой, пытаясь договориться о подходящей температуре.       — Я сам проверял по щеке, — доказывал Гарри. — Она должна быть теплой, а не совсем холодной, понимаешь, Тео?       — По-моему она слишком горячая для ребенка, — не сдавался Тео. — А может ты обжег ему горло, и поэтому Скорпиус не может успокоиться?       — А мне кажется, вы слишком холодную воду сделали, — качал головой Рон. — Детям нужно горячее.       — Откуда ты можешь знать? — фыркнул Тео, размахивая ложкой от смеси. — Ты мыслишь в детях так же, как и мы.       — Делайте так, как я говорю, — приказал Гарри и наконец-то заметил Драко в дверях. — Сейчас все будет готово, потерпите.       — У него температура, — упавшим голосом произнес Драко. — Я определенно сделал что-то не так. Гарри, что нам теперь делать?       — Вот, у него температура, потому что вы напоили слишком холодным молоком, — щелкнул пальцами Рон. — Детям нельзя давать холодное.       — Оно было теплым. Гарри, держи, я сам приготовлю, — вздохнул он, отчаянно жуя губы. — Я отправил Панси за колдомедиком, надеюсь она очень быстро.       — Молодец, — качнул головой Поттер и ушел вместе со Скорпиусом обратно в гостиную. И как будто стало тихо.       Драко быстро приготовил смесь, не слушая спор Рона и Тео. Тревога разрасталась в его сердце все больше и больше как горящая лава, и даже казалось, что руки не хотели его слушаться. Конечно, Драко еще не понимал, что он за секунду стал настоящим отцом, но ответственность за ребенка, которого ему доверили, все-таки билась истеричной мыслью, что он все испортил.       — Тсс, он заснул, — Гарри приложил палец к губам. — Кажется, он устал от слез. Вымотался бедный.       — Это была очень плохой идеей — оставлять ребенка с нами. О чем мама думала? — прошептал Драко. — И теперь я не могу оставить его вот так, зная, что он заболел. Сначала нужно дождаться колдомедика, и…       — Давай я отправлюсь в Мэнор? — предложил Гарри. — Хотя бы поговорю с Нарциссой? Может узнаю что-то еще? Вот не дает мне покоя эта история…       — Хорошо, давай ты. А к Гринграссам тогда позже сам отправлюсь, — ответил Драко. Это было разумным вариантом.       Гарри втянул его в долгий поцелуй, обвивая его талию руками, а потом быстрым и решительным шагом отправился к камину, беря в руки летучий порох.       — Малфой-мэнор.       Ничего. Драко моргнул.       — Малфой-мэнор, — произнес Гарри чуть громче. Ничего.       — Какого… — Драко выдернул Гарри, и сам встал камин, набрал нужное количество пороха. — Малфой-мэнор!       Невероятно! И пока Драко тут все это время думал, что в любое время может попасть домой, он же был закрыт. Для него! Как такое возможно? Как родители так смогли с ним поступить? Это… просто ненормально!       — Так, не переживай. Мы сейчас с Роном аппарируем, хорошо? — Поттер вывел из камина шокированного Драко. — Может быть… они закрылись, потому что чего-то боятся? Может быть… у них проблемы? Сейчас во всем разберемся, окей?       Драко нервно сглотнул вязкую слюну и еле кивнул. Малфой-мэнор закрыт для него! Для наследника Малфоя! Уму непостижимо! Они действительно успели отдать его Гринграссам? А что если…       Камин вспыхнул, и из него вышла Панси, а за ней женщина средних лет, одетая в желтую форму колдомедика. В ее руках был маленький белый чемоданчик, и Малфой подумал, что сначала нужно разобраться с ребенком, а потом уже и остальные вопросы. Он отмер и сразу же кинулся к женщине, приветствуя ее.       — Здравствуйте, как хорошо, что вы так быстро пришли. У ребенка температура, и он отказывался есть, — зачастил он, переключая внимание.       — Я пошел, — объявил Гарри на заднем фоне.       — Это миссис Диппенс, — представила Панси.       — Здравствуйте, — кивнула колдомедик, и Драко повел ее к Скорпиусу. — Дата рождения?       — Ему три месяца, — выдавил из себя он, надеясь, что это вариант подойдет. Мерлин, он не знает дату рождения своего сына. Какой же стыд! Хотя… Драко ведь в этом никак не виноват.       Женщина снова понятливо кивнула и достала палочку, взмахивая ею над ребенком. На конце палочки зажегся бледно-зеленый свет, и Скорпиус слегка всхлипнул во сне. Долго. Слишком долго. Диагностика длилась около пяти минут, но Драко за это время успел известись, наблюдая, как мрачнеет лицо миссис Диппенс с каждой секундой.       — Вы применяли магию к ребенку? — спросила наконец она, повернувшись к Драко.       — Ну да, — неуверенно протянул Драко. — Очищающее и…       — Всем известно, что нельзя применять магию к ребенку, пока ему не исполниться год. Магическое ядро только-только развивается и поэтому совершенно не стабильно. Влияние чужой магии воспаляет ядро ребенка — отсюда высокая температура, беспрерывный плач, потеря аппетита, изменение стула, — отчитала она строгим голосом Драко, и тот почувствовал себя до невозможности униженным.       Всем известно? Откуда ему это было знать?       — Температура поднялась именно из-за этого, но поводов беспокоиться нет, она спадет сама, к вечеру — воспаление магического ядра почти незаметно. За это время постарайтесь дать ребенку выспаться — сон лучшее лечение в данном случае. Так же можно принять ванну с успокаивающими травами, — продолжала говорить женщина, глядя прямо в глаза Драко, словно пыталась испепелить его взглядом. — И в дальнейшем — никакой магии. Любые вещи, которые соприкасаются с ребенком, а именно его одежда, — она кинула многозначительный взгляд на тряпки, и Драко лишь просто поджал губы. — Должны стираться вручную. Итак, что ребенок пьет? Какое молоко?       Скорпиус отказывался пить молоко, потому что он очистил бутылочку и остудил воду магией. Мерлин, как же сложно!       — Эм… смесь, — Драко в панике кинулся искать коробку, быстро сбегав до кухни, где Тео ругался с луком, нарезая его, а Панси откровенно хохотала над его действиями. Он схватил коробочку и вернулся, показывая ее. — Вот.       — Желательно, чтобы дети в таком возрасте пили грудное молоко. Где мать ребенка? — спросила женщина, которая успела достать пергамент из ящичка и что-то записывать в нем. Она недовольно покосилась на коробку, продолжая записывать. — Как ребенок ест? По требованию или по времени?       И что ему ответить?       — Сегодня мамы ребенка не стало, и я… как отец… — он даже не уверен, что он отец, — взял на себя обязанности по уходу за сыном, но пока еще ничего не знаю, так как… — это слишком все странно, — не было времени, чтобы обсудить. Сами понимаете…       Взгляд миссис Диппинс сразу смягчился. Она перестала записывать и тихо вздохнула.       — Сочувствую, — отозвалась она. — И как я понимаю: документы вы не успели забрать?       — Да. Я как раз собирался за ними идти, но…       — Советую вам поскорее разобраться с этим вопросом и поставить ребенка на учет. Так, я должна запомнить вызов. Фамилия и имя ребенка? — спросила она.       Этого еще не хватало!       — Скорпиус Малфой, — отозвался Драко и медленно подошел к колдомедику, натягивая самую лучшую улыбку из его арсенала. — Может быть договоримся? Не стоит записывать такой простой вызов, не так ли?       Секунда. Две. Три. Сверху послышался шум и тихое переругивание. Драко стойко выдерживал взгляд, собирая всю свою слизеринскую сущность. А то с Гарри он совсем ее растерял.       — Хорошо, конечно, — покачала головой миссис Дипенс. — Но я хотела бы видеть вас в больнице на приеме у себя. Думаю, вам недели хватит, чтобы решить все вопросы. Боюсь… что дальше мне придется обратиться в соответствующие органы. Ребенок — это не игрушка, и я хочу верить, что вы вполне ответственный родитель и искренне беспокоитесь о его здоровье.       — Конечно-конечно, — пропел Драко слащавым голосом, подходя к комоду. Он открыл его, доставая их с Гарри мешочек с галлеонами. Они обычно получали зарплату и складывали туда, разделяя деньги по неделям. Как говорил его отец — деньги любят счет, и Драко очень трепетно относился к их общему бюджету, который заработали сами. — Это вам за очень ценные советы от всей души. Я так переживал, вы даже не представляете себе. Вы — прекрасный колдомедик, и безумно добрый человек с открытым сердцем! Как хорошо, что в мире существуют такие люди, которые готовы помогать в таких сложных ситуациях.       — Ну что вы, — зарделась женщина, слегка краснея. — Это моя работа.       — Которую вы ответственно выполняете, — он вложил в ее руки мешочек. — Обязательно ждите нас на следующей неделе.       — Хорошо, — кивнула она. — До свидания.       И как только она ушла, Драко позволил себе облегченно выдохнуть и проанализировать все ее слова. Так стоп. Если нельзя применять магию, то…       А как же домовики? Хотя, ему часто говорили, что магия домовиков разительно отличается от человеческой. Нужно изучить этот вопрос тщательнее и найти домовика. И пусть в этом помогает ему та, которая лишила Магического мира этих самых домовиков. Драко кинул на Скорпиуса обеспокоенный взгляд, думая, что за пару минут ничего не случится. Быстро позовет Грейнджер, заодно и посмотрит, что они там делают и что за шум у них там был.       С каждой минутой все становилось сложнее и сложнее. Казалось, что прошла целая неделя — настолько Драко вымотался, а по сути прошло полдня. Мерлин, это же ребенок! Конечно, с детьми никогда бывает все просто. И только сейчас он понял, во что влип.