Ляпис-лазурь

– Leoc morala… – донёсся до него недовольный голос Артура: видимо, заклинание повторялось не первый раз и всё безрезультатно. Мерлин неопределённо фыркнул и покачал головой. Он, плотно прикрыв за собой дверь, аккуратно ступал по неровному полу узкого коридора, затопленного вековым мраком и пропахшим сыростью воздухом. Графа видно не было, но его сдержанные ругательства слышались отчётливо. – Leoc morla, – спокойно поправил маг, и его улыбающееся лицо моментально озарилось рыжим светом жаркого пламени. Артур от неожиданности отпрянул назад, недовольно поморщился и, упрямо поджав губы, в упор посмотрел на непокорный факел. Полыхнули золотом голубые глаза, и помещение снова погрузилось во мрак. – Leoc morla! – чётко произнес он, и факел вспыхнул снова, но выражение лица Артура осталось несколько раздосадованным: сила пламени была меньше, чем в тот раз, когда заклинание произнёс Мерлин. Чародей же сложился пополам от смеха. – Экскалибур! – потрясённо выкрикнул он. – Ну надо же! А я – дурак – даже не заподозрил! Ну, ты жу-улик! – утирая слезы и не без уважения, проговорил он наконец. – Ты бы хоть сделал вид, что рассердился, что ли, – огрызнулся Артур, молясь о том, чтобы за рыжими отсветами факела не был виден проступивший на его щеках румянец, и демонстративно ускорил шаг, оставив Мерлину спешно догонять его. – Ой, прости, не могу! – широко улыбаясь, признался маг. – Просто всё это… эти крестьяне… – Мерлин не выдержал и снова разразился хохотом. – Чёрт тебя дери! Я же себе чуть спину не сломал, падая со стула! Синяки остались! – Ах, извините, милорд, я – неспециально! – съехидничал Пендрагон, начиная заходиться в смехе. – В смысле специально, – поправился было он, но тут же спохватился: – Но – чтоб тебя, Мерлин! – ты меня просто-напросто вывел из себя! – Да-да, помню: я старался! Мерлин от смеха только что по стенке не сползал. Он, будучи уже не в состоянии вымолвить и слова, лишь отчаянно замахал руками на Артура, испепеляющего его взглядом, и утёр с глаз выступившие слёзы. Удивительно, но он не мог заставить себя злиться или обижаться на друга. Потому что настоящее – да, чёрт возьми! – стоило всего пережитого в прошлом. – Слушай, ну перестань уже, а? – раздражаясь и смущаясь одновременно, взмолился Артур. Мерлин поднял ладони в примирительном жесте, провокационно закусив губу, чтобы сдержать предательски расползающуюся улыбку. Артур едва не застонал от желания наглядным примером показать, что и как следует делать с такими губами. Но, глядя в искрящиеся весельем глаза цвета… («Да как же, он всё-таки называется?!») мог лишь беспомощно вздыхать, признавая поражение. – Но как же так?! – живо поинтересовался развеселившийся маг, и Артур подумал, что вновь обретённый другом дар речи сейчас не самый лучший подарок судьбы. – Утер в курсе? – Родители не в курсе, – тем не менее послушно начал рассказывать он, – хотя я всегда удивлялся: почему? Ты, скорее всего, не знаешь (если Гаюс не проболтался, конечно), но моя мать, леди Игрейна, смогла зачать только с помощью очень сильного колдовства. Странно, что никому даже в голову не пришло, что ребёнок, явившийся на свет столь необычным образом, может обладать не менее необычными способностями – в качестве побочного эффекта, так сказать! – Обалдеть! – восторженно выдохнул Мерлин, словно это была самая замечательная история за всю его жизнь. – И ты умудрился скрыть это от всех?! Зачем?! – Да я и не скрывал особо, – пожал плечами Артур и смутился, хотя идущий сзади Мерлин и не мог этого видеть. – Просто, понимаешь, после того неожиданного и неуправляемого всплеска семь лет назад, я надолго отказался от магии – боялся её. И если бы не Моргана, думаю, это свело бы меня с ума! Сестра помогла мне научиться сдерживать свои силы: тайком находила практические книги по магии, всегда была рядом – и впредь подобного не повторялось. Но это ни в коей мере не умалило чувства вины за причинённый моими руками вред, а когда я догадался о том, что ты пострадал из-за меня… Ах, Мерлин! Если б я только мог предположить, что в моих преступлениях обвинят другого человека, я бы… Но тут Мерлин перебил его, ласково потрепав по волосам, и Артур невольно замолчал, потерянно глядя на его добрую улыбку и искрящиеся нежностью глаза. – Перестань, Артур, – ласково попросил он. – Открою тебе маленький секрет: я бы низачто не променял это приключение на возможность изменить что-то в своём прошлом. Более того, я бы ещё раз двадцать прошёл через все испытания ради того, чтобы оказаться с тобой здесь и сейчас. На секунду в тесном коридоре повисла прочувствованная тишина. – Ну всё, – насладившись моментом, заключил Артур, – хана моей моральной устойчивости. Мерлин вспыхнул не хуже факела и быстро отвёл глаза. – Ты дверь хорошо запер? – спросил Артур, хотя и так знал ответ: ему просто нужно было увести разговор в другое русло, пока маг не просочился сквозь стену, в которую, как показалось юному Пендрагону, усердно вжимался. – Д-да, – немного неровным голосом отозвался Мерлин и нервным движением дёрнул рукав простой синей рубахи, которую выделил ему Артур: оба молодых человека, отправляясь в поход, облачились в свободные штаны и льняные рубашки, для удобства передвижения. Лорды сошлись на том, что было бы по меньшей мере неуместно разгуливать по лесам и полям при полном параде. Но сейчас, окунувшись в холод тёмных коридоров, начинали жалеть, что не прихватили хотя бы куртки. – Ещё я снабдил её парой заклинаний – чтоб надежнее было, – продолжал маг, – хотя это уже перестраховка: я так понял, что Камелот ни в жизнь не покажет Моргаузе верную дверь. – Отлично! А почему нам показал? «В самом деле, – удивился Мерлин, – ладно я, но Артур ведь тоже видел только один вход! Имеет ли этот факт или тот, что именно он разглядел на карте имя волшебного оружия, которое так жаждет заполучить Утер, какое-то особое значение, или всё это лишь череда удивительных совпадений?» – Без понятия, – наконец сознался маг, разводя руками. – Может, потому, что я сильнее? А на твои глаза, плюсом к естественной магии, наложено ещё и мое заклинание, – Мерлин красноречиво усмехнулся, с прищуром глядя на спутника. – Но я уже ни в чём не уверен. Артур улыбнулся, возводя «невинные» очи к потолку, откашлялся и, снова уводя разговор в сторону, предположил: – Судя по карте, сокровищница должна быть где-то под нами. – Ну-ка, покажи ещё раз, – живо подыграл ему Мерлин. Артур присел, аккуратно положив факел на землю, и расстелил рядом с ним истёртый пергамент. – Мы – здесь, – ткнул он пальцем в ответвление правого крыла замка. – Вижу, – протянул Мерлин, склонившись и заглядывая графу через плечо, а потом положил на него подбородок, едва не касаясь щеки Артура своей. Тот весь напрягся и еле сдержал себя, чтобы не дёрнуться. – Значит, – очень осторожно начал Пендрагон, отгоняя дикое желание повернуть голову и «совершенно случайно» столкнуться с Мерлином губами, – нам нужно пройти через эти коридоры, – палец скользнул вверх по карте, – чтобы попасть в… чтоб тебя тролли покусали, Мерлин! Тот удивлённо отстранился, глядя на Артура наивными глазами. – За что?! – Да ни за что! Ты специально меня провоцируешь, или у тебя действительно чувство самосохранения атрофировано напрочь?! – Ничего у меня не… В смысле я не... – Балбес! – пресёк сбивчивые оправдания граф, сокрушённо качая головой, и отвернулся, чтобы сложить карту. Поэтому и не заметил, как на лице непредсказуемого мага появилась проказливая улыбка. Около десяти минут они шли молча, думая каждый о своём, – пока Мерлин не облёк общие тревоги в слова: – Ну, найдем мы его, а дальше?.. Маг не сказал «если» – у обоих было необъяснимое предчувствие успеха авантюры. Но только сейчас Артур в полной мере осознал, насколько сильно ему не хочется, чтобы приключение заканчивалось. – Отдам отцу, – из последних сил стараясь придать голосу непринуждённый тон, наконец сообщил граф. – Он положит его под стекло – на самое почётное место в своей коллекции – поставит рядом удобное кресло и станет созерцать сие творение рук человеческих до тех пор, пока в голову не придёт очередная бредовая идея... – То есть, уезжаешь?.. – сделал вывод маг. Артур на секунду замялся: – Да, пожалуй, вернусь во Францию, – и будто в прорубь нырнул: – А ты? Губы Мерлина дрогнули в грустной улыбке: – А я останусь. – Но, если бы не заботы о матери?.. – верно истолковал печаль в голосе друга Артур. – Меня бы здесь и не было… – мягко перебил его Мерлин. Надолго воцарилась гнетущая пауза, но Артур был не намерен так просто оставить эту тему закрытой: его слишком интересовало, о чём же мечтает скрытный маг. – Остался бы в Оксфорде? – Да, я мог бы, – согласился Мерлин, в душе радуясь настойчивости Артура. – Профессора прочили мне место на кафедре, при условии продолжения обучения, но я отказался. – Отчего же? – удивился Артур, с нескрываемым уважением посмотрев на друга: на кафедру Оксфордского университета абы кого не пригласят. – Я грезил о том, как однажды выйду из дома на улицу – как если бы собирался на учебу – с парой монет в кармане и хорошим настроением, сяду на первый попавшийся корабль и уплыву с Островов – неважно куда. Я хотел бы увидеть мир собственными глазами, а не слушать, сгорая от зависти, захватывающие рассказы бывалых моряков. Артура поразила искренность и страсть, с которой чародей поведал о своих заветных желаниях. При этом Пендрагон отчётливо представил, как Мерлин стоит у бушприта*. Он держится за штаг**, устремив взор в необъятное море, а свежий ветер треплет его чёрные волосы, блестящие от оседающих на них солёных брызг. Скорее всего, он – владелец собственной быстроходной шхуны: синий с зелёным камзол, треуголка и подзорная труба в руке. С таким капитаном никакие пираты не были бы страшны, а уж за подбором бравых ребят в его команду дело бы не стало! – Это было бы красиво… – мечтательно улыбнулся Артур, с неохотой отгоняя видение. – Ты, похоже, невесть что себе навыдумывал, – беззлобно упрекнул его Мерлин, заметив блуждающую улыбку на лице друга. – О да! – не стал отрицать Пендрагон. – Я мог бы целую книгу написать! – Во Франции у тебя будет уйма времени, – без задней мысли хохотнул Мерлин, – только не забудь мне прислать почитать. Кстати, мне кажется или пол тут действительно какой-то странный?.. Но напоминание о неизбежной разлуке больно резануло по ушам, и Артур, погрузившийся в пучину глухой безысходности, пропустил последний вопрос мимо ушей. «Хотя… Почему, собственно, неизбежной?..» – ухватив спасительную идею за хвост, Артур обернулся к другу, чтобы поделиться соображениями, но… тот с воплем и треском провалился сквозь пол! – Мерлин! – вскричал граф, падая на колени перед дырой, и инстинктивно выбросил руку перед собой. Снова небесно-голубые глаза затопило расплавленное золото магии, и падение непутёвого чародея замедлилось, но во мраке провала Артур не мог этого видеть. – Мерлин?.. – с мольбой в дрожащем голосе позвал Пендрагон. – Ты меня с ума сводишь, когда так делаешь, – с восторженным придыханием признался Мерлин из глубины, и его голос эхом отразился от каменных стен. Артур с облегчённым вздохом уронил голову на руки. – Это ты меня с ума сводишь, когда так делаешь! – у бедного Пендрагона до сих пор руки тряслись. – Да как же так можно-то?! Часа не прошло! Ответом ему послужил задорный смех и предложение спуститься. – А ты меня удержишь? – засомневался Артур, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть. – И не сомневайся! – послышался самоуверенный ответ, и граф, шумно выдохнув, сел на край провала. – Ну ладно… – шепнул он, зажмурился и, задержав дыхание, спрыгнул в неизвестность. Тот час же его подхватила невидимая сила и аккуратно опустила на неестественно гладкий пол. Артур сбросил сумку с плеча себе под ноги и глазами попытался найти своего спутника. – Как же безоговорочно ты мне доверяешь… – таинственно прошептал Мерлин где-то совсем рядом, и у Артура по спине пробежали мурашки. При этом граф был далёк от мысли, что тому виной прохлада подземелья. – Чёрт, я факел наверху бросил и забыл, – буркнул он, просто чтобы разорвать странную тишину. Мерлин не ответил, а граф никак не мог разглядеть его в этом непроглядном мраке – проём, через который они сюда попали, был слишком высоко, и свет от гаснущего на его краю факела лишь обозначал рваные края. – Думаю, что не ошибусь, – нарочито громко проговорил Артур, начиная нервничать, – если предположу, что это та самая пещера. Только не видно ни зги… – Ага, – внезапно выдохнули в шею Артуру, заставляя его тело онеметь. – Я, кстати, не шутил, говоря, что ты меня с ума сводишь… – …Свет бы зажечь, – договорил внезапно севшим голосом граф, боясь пошевелиться. – Leoc morla, – послушно прошептал Мерлин, взъерошивая носом мягкие волосы на затылке Пендрагона и тем самым перерезая последнюю ниточку, ещё державшую самообладание графа на привязи. В следующее мгновение факелы, висевшие по всему периметру глубокой пещеры, вспыхнули, осветив пространство, а Артур, резко развернувшись, с глухим рыком заключил Мерлина в объятия. Но за секунду до того как граф смог впиться губами, зубами и всем чем придётся в любой попавшийся на пути квадратный сантиметр вожделенного тела, глаза мага распахнулись так широко, словно он увидел призрака: – Глазам не верю! – ловко вывернувшись из его объятий, вскричал Мерлин, позабыв о слетевшем с катушек Пендрагоне. – Ты только посмотри! Артур, грязно ругаясь на французском, обернулся и… позабыл все слова. Они стояли на широком гранитном балконе – метров пять в длину и около семи в ширину – полукруглый край которого огораживал искусно выкованный барьер. А вот за барьером… – Чтоб мне провалиться! – делая шаг к заграждению, пробормотал Артур. Он, не веря увиденному, широко распахнул глаза, изумленно осматривая огромное пространство пещеры, взрывавшееся множеством сталагмитов, основания которых терялись в темноте бездны, и сталактитов, начало которых можно было рассмотреть, только высоко запрокинув голову. А буквально в метре от них, на широком скальном образовании, словно на постаменте, мирно покоились, бликуя в неровном свете факелов… – Это же цельный камень ляпис-лазури! – разрывая тишину, воскликнул Мерлин, пожирая горящими глазами огромное, около полуметра, яйцо тёмно-синего цвета, с золотыми вкраплениями. – Он существует, – нервно хохотнул Артур, до конца не веря в происходящее. – Пройдоха Утер! Чутье снова не подвело тебя: меч существует! – Экскалибур… – механически подсказал маг, качая головой. – Да, – с детской радостью улыбнулся Артур, заглядывая в такие же счастливые глаза цвета… – Стоп! – вскинулся граф. – Как ты его назвал?! – Экскалибур. – Да что вы все?.. – припоминая Джеффри, закатил глаза Артур. – Я о камне! – Ляпис-лазурь, – недоумённо повторил Мерлин, глядя, как по лицу спутника медленно расползается победная улыбка, – а что? – Да всё просто прекрасно! – счастливо рассмеялся Артур и снова посмотрел на сокровища. – Ляпис-лазурь… точно же! Он, больше не размышляя, потянулся к губам волшебника и своевольно поцеловал, готовый получить увесистую зуботычину. – Ой, да неужели! – на секунду отклонившись, прокомментировал Мерлин и нетерпеливо запустил язык в приоткрытый рот Пендрагона. Перехватив инициативу, он подался вперёд, прижимаясь к груди спутника, и недвусмысленно потёрся пахом о его бедро. – Это ещё что такое сейчас было?! – поразился Артур, отрываясь от губ Мерлина. – Я искренне верил, что ты закоренелый натурал! – Я такого не говорил, – с плутовской улыбкой припомнил маг. – Изверг! – с рычанием вылизывая подставленную под ласки шею, выдал Артур. – За что ты так со мной?! Мерлин расхохотался и ойкнул, когда его мстительно укусили за ключицу. – Ну должен же я был увериться в том, что ты достоин моей благосклонности, – смеясь, оправдался маг. – И?.. – немного отстраняясь, вскинул бровь Артур. Мерлин в ответ сгрёб волосы на его затылке и неожиданно нежно поцеловал. Артуру казалось, что он умрёт на месте от того, что те самые губы, о которых он грезил днями и ночами, творили с его собственным ртом. Он готов был во всём что угодно поклясться, лишь бы не прекращалась эта пытка поцелуем, во время которой маг всё так же удерживал Артура за волосы – то оттягивая назад, то, наоборот, крепко прижимая. Он властно и нежно вторгался в рот Артура языком, сминал своими мягкими губами его губы – то страстно засасывая их, то нетерпеливо покусывая. Языки молодых людей сплетались в борьбе за главенствующую роль, а, когда Мерлин всё же уступил напору Пендрагона, интимная война закончилась примирительными ласками. Пьянея от удовольствия, маг застонал, крепко обнял возбуждённого Артура за талию и, поддавшись порыву, потёрся носом о его щёку. – А знаете, граф, – промурлыкал Мерлин, потянув завязки на его штанах, – Вы так героически вели себя на поле брани, что я готов опуститься перед Вами на колени… Артур остолбенел, потеряв дар речи, да и вообще явил собой удивительное зрелище: заворожённый тем, как Мерлин неторопливо стягивает с себя рубаху, опускается на пол и приникает ртом к его напряжённому члену – он безуспешно пытался поверить в то, что это не сон. Ласки Мерлина были неумелыми и оттого немного грубыми, но Артуру это нравилось до хриплых стонов. Глаза его подёрнулись поволокой, и он начал оседать на пол, но Мерлин крепко поддержал его за бёдра. Всё же граф на секунду потерял равновесие и наступил на выпавший из сумки мех. Тот от такого неласкового обращения выплюнул пробку, и большая часть вина вылилась на пол. – Чёрт! – выругался Артур, смутившись собственной неловкости. – Что такое? – на секунду оторвался от дела Мерин и облизнул покрасневшие губы. – Разве не знаешь нужного заклинания? Пендрагон буркнул что-то невнятное и буквально рухнул рядом с магом, потянувшись за поцелуем. – Давай-давай, вспоминай! – подтолкнул его Мерлин, опрокинув на спину, и широко провёл языком по яичкам графа. Он аккуратно втянул одно в рот, сминая второе в руке, потом облизал чувствительную кожу между мошонкой и анусом. Артур сглотнул: он прекрасно помнил заклинание, но сильно сомневался в том, что дикция его не подведёт. – Fo… formien… – начал он было, но сбился, когда Мерлин опустился ртом на его член и головка упёрлась магу в нёбо. – Formien doost ron… ro-о-о-о… Мерлин!!! – выгнулся Артур, блаженно закрывая глаза и подаваясь вверх, просясь глубже в этот потрясающий рот. – Formien doost ronane! – с влажным звуком выпустив изо рта член Артура, хрипло скомандовал Мерлин. Разлитое вино тут же втянулось обратно в бутылку, а пробка со скрипом закупорила горлышко. Синие глаза мага ещё раз вспыхнули – из сумки выкатилось одеяло и само расстелилось под переплетённые тела любовников. Мерлин же вовсю целовал полуобморочного от наслаждения графа, лаская руками все доступные места. Вскоре Артур, уже давно потерявший над собой всяческий контроль, подмял нахального мага под себя, сбросив при этом запутавшиеся на щиколотках брюки и перекрутившуюся рубаху. Рука по-свойски скользнула в штаны чародея и сжала давно требующий ласки член. Настала очередь Мерлина бесстыдно стонать и выгибаться под умелыми руками и губами партнёра. – Прошу, – непослушным голосом позвал он, и сердце Артура пропустило удар, – не забывать-таки, что я девственник… – Блин, – усмехнулся граф, неохотно отвлекаясь от вылизывания острых сосков. – А вот объясни мне теперь, почему сей факт смущает, кажется, только меня?! Мерлин широко улыбнулся и требовательно надавил на макушку графа, красноречиво обозначив своё желание. Полностью отдавшись ощущениям, он упустил момент, когда Артур стянул с него остатки одежды и, удобно устроившись меж его ног, проник пальцами глубоко внутрь. Только когда в ход пошёл третий палец, а тело пронзила тупая боль, Мерлин в испуге распахнул тёмные очи, вопросительно глянув на любовника. Тот, вместо слов накрыл его губы долгим поцелуем и забросил левую ногу юноши себе на плечо. – Чуть-чуть поболит, – шепнул он ему в ухо, – без этого никак… Мерлин судорожно вздохнул, осторожно подался навстречу пальцам и крепко сплёл руки на шее Артура, глаза которого на мгновение затопила магия. Что именно он наколдовал, чародей уточнять не стал, но следующие действия породили кое-какие догадки. – Моё золото… – благодарно выдохнул Пендрагон, осторожно вынул совершенно чистые пальцы, облизал ладонь и, обильно смочив слюной член, пристроил его к растянутому колечку нетерпеливо сокращающихся мышц. – Я аккуратно… – прошептал Артур, зацеловывая лицо любовника, и медленно ввёл в его тело головку. Мерлин зашипел и напрягся, в немом протесте надавив ладонями на плечи любовника. – Потерпи, – Артур успокаивающе поцеловал Мерлина в губы, – ещё немного… – Да какой там, на хрен, немного?! – дрожащим голосом воскликнул раскрасневшийся маг. – Я видел! – И не только видел, – мурлыкнул Артур и тихо рассмеялся, возобновляя движение. И на этот раз до конца протиснулся в узкий проход, едва не получив оргазм от тесноты, жара и пульсации внутри Мерлина. Они немного полежали, успокаиваясь и приходя в себя, Мерлин чуть переместился и скрестил ноги на спине любовника, после чего тот слегка качнулся вперёд, сорвав с закушенных губ мага приглушённый возглас. – Ты как?.. – задыхаясь, шепнул Пендрагон, широко проведя языком по его груди. Но зажмурившийся маг лишь мотнул головой. Артур двигал бёдрами тягуче медленно, и через некоторое время плечи Мерлина расслабились, а лицо разгладилось. Дыхание его стало частым, поверхностным – в такт осторожным движениям; тонкие пальцы огладили вспотевшую спину; а сам он, наконец-то, подался навстречу скользившему внутри члену, дозволяя ускорить темп. Артур приподнялся, меняя направление уверенных толчков, и Мерлин громко вскрикнул, ошеломлённо уставившись на него. – Больно?! – испугался Артур и замер, с тревогой глядя в изумлённое лицо чародея. – Н-нет… – растерянно сознался тот, старательно прислушиваясь к своему организму. – Совсем нет! Артур широко улыбнулся и возобновил движение, уверенно ускоряя темп и точно попадая по чувствительной простате. Мерлин потерялся в ощущениях. Ему было настолько сладко от ласк Артура и настолько болезненно хорошо внутри, что он неконтролируемо впивался пальцами в его напряженную спину, оставляя белые полосы и красные царапины. Он скользил ладонями по стальным мышцам любовника, сжимал пальцами упругие ягодицы, задавая бешеный темп, вжимая Артура в себя так, что стенки ануса с непривычки начало саднить. Но маг упрямо закусывал губы, рычал и прогибался в спине, подставляясь под жадно шарившие по его телу ладони. Артур буквально обезумел от громких страстных стонов извивающегося под ним мага. Он перехватил его запястья, завёл за голову и жёстко прижал к полу. Свободную же руку просунул между их телами и обхватил ладонью член Мерлина. – Артур, Артур, Артур!.. – часто-часто выдыхал Мерлин, шалея от пронзительного удовольствия, но Артур его уже не слышал. Беспощадно вбиваясь в скованного им мага мощными толчками и в такт двигая рукой по его горячему стволу, он почувствовал, как по его собственному телу волнами прокатывается наслаждение, и впился в губы любовника жарким, жадным поцелуем. В голове Мерлина не осталось ни одной мысли, когда его выгнула сильнейшая судорога оргазма так, что сжались пальцы рук и ног. Краем сознания он отметил протяжный стон Артура и теплоту выплеснувшегося в его нутро семени. – Невероятно… – безвольно откидываясь на спину, выдохнул Мерлин и облизнул пересохшие губы. Обессиленные, они были не в состоянии пошевелиться, поэтому чародей отрешённо пялился в потолок, обнимая распластавшегося на его груди Артура. Пендрагон приподнялся и осторожно вышел из Мерлина. – Потрясающе, – согласился он, склоняясь к лицу своего любимого, чтобы подарить благодарный поцелуй. – А что с этим делать? – запоздало смутился маг, пальцами растирая по широкой груди Артура собственную сперму. – Я так понял, было у тебя какое-то удачное заклинание, способное справиться с подобными неприятностями… Артур расхохотался и вместо ответа игриво укусил Мерлина за нос, вовлекая в ленивую потасовку. Они долго растворялись в объятиях друг друга, не желая вставать. Нежность прикосновений и странное тепло сокровищницы создавали иллюзию отсутствия всего остального мира за её пределами – существовали только мерное потрескивание магического пламени, рисующего причудливые тени на потолке, и тишина, нарушаемая приглушёнными звуками неторопливых поцелуев. – Мне кажется, или мы забыли о первоначальной цели путешествия? – не открывая глаз, поинтересовался Мерлин. Он удобно устроился на плече любовника, совершенно не сопротивляясь охватывающей сознание дремоте. – Думаешь, обидятся? – лениво отозвался Артур, поглаживая Мерлина по спине. – Ну, они столько ждали, а тут такое представление разыгралось… Артур беззвучно рассмеялся и с неохотой выпустил Мерлина из рук. Сильно потянувшись, он встал с импровизированного ложа и огляделся в поисках одежды. Маг прав: нужно забирать клад и возвращаться. – А мы дотянемся? – одеваясь, спросил Мерлин, скосив глаза на постамент с сокровищами. – Пойди-ка посмотри, – попросил Артур, складывая вещи. Маг зевнул, подошёл к ограждению и деловито огляделся в поисках безопасного подступа и, не найдя ничего подходящего, прищурился на драгоценное яйцо, намереваясь сотворить заклинание. – Ну и что ты будешь с этим яйцом делать? – вдруг спросил подошедший Артур и предостерегающе положил ладонь ему на плечо. Что-то странное было в его тоне – какое-то тревожное сомнение, заставившее Мерлина призадуматься и пожать плечами. – Не знаю. Поставлю у себя в комнате, назову каким-нибудь дурацким именем и буду долгими бессонными ночами жаловаться на то, какой ты у меня идиот? Артур расхохотался, запрокинув голову: разумеется, такая находка стоит больших денег. И всё же… – А вдруг из него дракон вылупится? – выдал он и тут же поморщился, осознав, какую глупость сморозил, но ему отчего-то очень не хотелось, чтобы маг прикасался к драгоценному камню. Мерлин же посмотрел на него как на сумасшедшего. – Это всего лишь камень, Артур. – Ну да… – смущённо почесал переносицу граф, но что-то заставило его задать новый, непонятно как зародившийся в его голове, вопрос: – А как бы ты его назвал? Начавший творить заклинание Мерлин терпеливо вздохнул и собрался уже отпустить в адрес Пендрагона едкое замечание, как вдруг осёкся на полуслове, сообразив, что имя странным образом готово было сорваться с языка. – Не скажу, – дивясь себе, буркнул Мерлин и ответил на невысказанный вопрос графа: – А вдруг, если я его позову, он, и правда, вылупится? – Ладно я с ума схожу, но ты-то куда?!.. – неловко хохотнул Артур и, потерев отчего-то вспотевшие ладони, перегнулся через ограду, желая ухватить золочёную рукоять меча. – А ты уверен, что действительно хочешь взять на себя такую ответственность? – беспокойно выпалил чародей. – Ведь если часть легенды верна – может, и остальное тоже верно? – Это всего лишь меч, Мерлин, – передразнил Артур, впрочем, опуская руку. Мерлин скептически поджал губы и, нервно теребя край рубахи, наблюдал за Артуром. Ему вдруг стало страшно от неоправданного желания схватить Пендрагона за рукав и оттащить подальше от заграждения, но интуиция подсказывала: он и сам в состоянии сделать выбор. В этот раз на его решение ничто не должно повлиять… Странная нерешительность овладела Артуром от слов мага, и он замер, представив вдруг, как, должно быть, трудно было тому Королю нести груз обязательств перед всей страной. Это должно быть ужасно – не иметь возможности делать что хочешь и… быть с кем хочешь. Он обернулся на Мерлина и, встретив обеспокоенный взгляд, отступил от заграждения. – Да ну его на фиг, – нервно улыбнулся Артур и прибавил: – Не в этой жизни. Чувствуя странное облегчение от решения не трогать загадочные предметы, молодые люди в молчаливом удивлении воззрились друг на друга. И неожиданно громко и весело рассмеялись. – Это какое-то безумие, – покачал головой Мерлин и спохватился: – А что мы скажем твоему отцу? Карта оказалась пустышкой и сокровищ мы не нашли? – Как это – не нашли? – улыбнулся Артур, обнимая смущённого Мерлина за плечи и мягко касаясь его виска поцелуем. – Вот уж не думаю, что Утер возрадуется подобному приобретению, – усомнился маг, чуть повернул голову и провёл по губам Артура кончиком языка. Вновь позабыв обо всем, они долго целовались, не в силах сопротивляться нахлынувшему приступу неконтролируемой нежности. – Не беспокойся, – Артур потёрся губами о сомкнутые веки Мерлина, – Утер всему чему угодно возрадуется, когда я сообщу ему о своём намерении сосредоточиться на семейном деле… Мерлин чуть отстранился, вперив в него озадаченный взгляд, на что тот ответил проказливой улыбкой. – Я думаю, твоей матери будет намного веселее в компании Джеффри, а старому управляющему не помешает мудрый совет. Да и Гаюс вернётся в Карлеон, который по нему давно соскучился. И пока мы с тобой будем бороздить бескрайние просторы морей… – Чт… – ошеломлённо хлопнул глазами Мерлин. – Я всерьёз вознамерился сделать из тебя матёрого морского волка! На службе у моей торговой компании, разумеется, – весело подмигнул граф и со смехом потянул обомлевшего мага к выходу. – Пойдем, принцесса! – звонко чмокнул Артур Мерлина в щёку, выводя из оцепенения. – Я спас тебя из лап неродившегося дракона неподнятым мечом! – Да уж! – не обиделся на «принцессу» маг, позволяя увести себя из пещеры. – Ничего подобного для меня ещё никто не совершал! – Ты не обольщайся особо, – смеясь, осадил его Пендрагон, – я о себе в первую очередь подумал: мне и тебя-то обуздать едва удаётся, так дракона в конюшне ещё не хватало!.. – Меня обуздать?! – преувеличенно рассердился Мерлин. – Да в тебе самомнения и так через край! Мне бы пришлось тем самым мечом с тебя корону сшибать! – Поправлять! Аккуратно по-прав-лять, а не сшибать, – наставительно поднял указательный палец Артур, и новый взрыв задорного смеха отразился от старинных стен зачарованного замка. – Может, заглянем в королевские покои, – удалялся весёлый голос несостоявшегося правителя, – должно быть, там и кровать сохранилась… – Смерти моей хочешь?! – притворно возмущался счастливый маг, так и не ставший Повелителем драконов. – У меня и так всё тело ноет! – Я буду нежен… – Смотри лучше в карту! Молодые люди неспешно покинули сокровищницу через прорубленный в горной породе проход. Они думали осмотреть всю обитель древних королей, но волшебство, насквозь пропитавшее стены, водило их по кругу одними и теми же коридорами, всё время возвращая к началу, – и даже Мерлин ничего не мог с этим поделать. – Видимо, раз уж мы не забрали сокровища, то и делать нам здесь больше нечего, – признал поражение маг. – Тогда давай не будем более тревожить местных призраков, – усмехнулся Артур. Стоило ему произнести эти слова, как одна из дверей распахнулась, приглашая заглянуть в скрытое за ней помещение. Влюблённые переглянулись и вошли в великолепный, нетронутый пылью времён, зал. В его центре стоял круглый, искусно расписанный стол, а рядом – строгий резной трон. Золотые лучи солнечного света, падавшие из высоких стрельчатых окон, озаряли тронный зал золотым светом, создавая атмосферу величественности. Артур и Мерлин в благоговении пооткрывали рты, и граф, влекомый необъяснимым чувством, первым подошёл к столу и с трепетом провёл по его шероховатой поверхности кончиками пальцев. Маг же прикоснулся к трону и перевёл взгляд на Артура. Тот отрицательно покачал головой и протянул ему руку. В прочувствованном молчании, рука об руку и не оборачиваясь, молодые люди покинули замок через главный вход, массивные двери которого тихо закрылись за их спинами. Камелот попрощался. Древняя магия медленно погружала покинутый дворец в сон. Она неохотно, один за другим, погасила факелы на стенах пещеры, укутывая своё сокровище – зачарованный меч и драгоценное яйцо – бархатной темнотой, в которой они станут терпеливо дожидаться возвращения своих хозяев. Наверное, это произойдет не скоро. Возможно, не в этой жизни. Но когда-нибудь они вернутся – и обязательно вместе. ___________________________________________________________ * горизонтальный или наклонный брус, выступающий с носа парусного судна. ** канат от верхней части мачты до носа, удерживающий мачту от падения.