Игра с огнём

      Это был ужасный способ. Сабелла истекала кровью, задыхалась, вцепившись в его спину пальцами, которые изгибались в судорогах. Он слышал её булькающее дыхание, а мог только плакать и гладить её по голове, не в силах посмотреть ей в глаза. Надо было сделать это максимально безболезненно для Сабеллы, но у них не было времени. И это он потратил её время впустую.       Сатана положил ладонь на его плечо, а у Джона даже не было сил её стряхнуть:       — Джонни, ты же в курсе, что убийство даже из сострадания — грех?       Да, он совершил этот грех вместо неё. И был в шаге от другого. Сатана был прав — он утратит веру. Для этого даже не потребуются годы. Джон был в этом уверен. Знал, что, стоит Сабелле затихнуть в его руках, и он примется разносить всё вокруг в щепки. Особенно чёртов электрический стул, и пусть он неуничтожим. Джон даже предвкушал, как будет разбивать руки в кровь об этого монстра.       Но он ничего не сделал.       Сабелла перестала дышать и обмякла в его руках, а Джон так и сидел, прижав её к груди. Он должен был проклинать Бога, который допускает одно зло за другим, но не мог.       Зло не уничтожить, потому что борьба с ним — это и есть жизнь.       Бог не гарантирует всем рай на Земле, а только даёт свободу. И вот так мы распоряжаемся ей. Можно было обвинить Бога во всех его бедах: дар, стычка с сыном Сатаны, месть от самого короля ада. Но что это дало бы? Утратив веру, он не сможет больше бороться со злом, а только в этом был смысл жить дальше. Джон решил прожить столько, сколько сможет, и уничтожить столько зла, на сколько хватит сил. А потом он примет свою судьбу, ведь когда-то уже решился пойти в ад добровольно.       — Что ж, до встречи, Джонни, — вкрадчиво прошептал ему на ухо Сатана.       — Его душа не будет твоей. Никогда.       Оцепенение оставило Константина, когда он услышал этот странный голос. Не Миднайта и не Анджелы. Но когда он обернулся, то понял, что говорила именно Додсон. Её собственный голос накладывался на мужской, и в ушах Константина это звучало, как эхо.       Сатана растерял свою браваду и впился в Анджелу острым взглядом прищуренных глаз:       — Какое внимание к этому человечишке.       Джон был уверен, что сошёл с ума от горя и теперь видит галлюцинации, порождённые воспалённым мозгом. У Анджелы изменился цвет глаз, из зелёно-карих они стали прозрачно-голубыми. А ещё в ней больше не было и тени страха. Она смотрела на Сатану без испуга, но и без ненависти. Скорее, с небольшим сожалением.       — Ты тоже слишком внимателен к нему, — Анджела приблизилась к Джону и встала напротив Сатаны.       — Ты уже однажды лишил меня законной добычи, — прорычал Сатана, как рассерженный хищник.       — Это ты не дал его душе попасть в рай. Из-за этого появилась развилка Судеб, из-за этого пострадала девочка, — Анджела положила ладонь на макушку Джона. — Я отпускаю этот грех.       Лицо Сатаны перекосило от злости:       — Какой смысл в правилах, если ты подсуживаешь любимчикам?       — Не тебе говорить о нарушении правил, — Анджела даже не повысила голос, но одного взгляда хватило, чтобы Сатана опустил глаза. — Раньше если ты мстил через обращение, это были уже близкие люди. А в этот раз ты зашёл слишком далеко. С Гэбриел будет отдельный разговор. Грех прощён. А девочка, — в глазах Анджела блеснули слёзы, когда она опустила взгляд на Сабеллу, — не умрёт.       — Ты не можешь просто так взять и воскресить её! — взревел Сатана.       — Я ведь позволил тебе вернуть к жизни Джона, — тихо напомнила Анджела. — Жизнь за жизнь.       До Константина не сразу дошёл смысл сказанного. Он точно сошёл с ума и отправился в страну фантазий, которые спасают его от суровой реальности. Стоит прийти в себя, и он увидит вокруг стены, обитые матрасами.       — Что ж, Бог любит троицу? — ухмыльнулся Сатана. — Думаю, мы ещё встретимся, Джонни.       Сатана растворился в воздухе, оставив после себя липкое пятно дёгтя на полу и тошнотворный запах серы, а Анджела, закрыв глаза, рухнула на пол. Миднайт подскочил к ней и похлопал по щекам. Джон хотел спросить, дышит ли она, но вдруг уже похолодевшее тело в его руках стало тёплым. Он почувствовал биение сердца Сабеллы и её дыхание на своих руках.       — Я в раю? — прошептала она, щурясь от света свечей.       Джон не выдержал и рассмеялся сквозь слёзы:       — Ты думаешь, так выглядит рай? Больше похоже на ад.       — Я ведь умерла?       — И воскресла.       — Как ты?       — Почти. Меня вернул к жизни Сатана, а тебя по всей видимости, — Бог, — Джон обернулся к пришедшей в сознание Анджеле.       — Серьёзно? — прокашлялась Додсон. — Через меня говорил Бог?       — Ты же медиум. Очень сильный, — не отпуская Сабеллу, Джон второй рукой прижал к себе Анджелу и поцеловал её в макушку. Казалось, его сейчас просто разорвёт от радости. — Прости меня за всё.       — Всегда пожалуйста, — Анджела отстранилась от него и оглядела Сабеллу. — Ты-то как себя чувствуешь?       — Прекрасно, — задумчиво протянула девочка. — Даже самой не верится. Мне казалось, что я уже никогда не смогу так себя чувствовать.       Миднайт достал Копьё и передал его Анджеле:       — Тебе снова придётся его перепрятать.       Додсон со вздохом приняла артефакт:       — Я прежнее место еле придумала, больше не знаю, куда прятать.       — Может, съездишь куда-нибудь в отпуск? — подмигнул ей шаман. — Повезло, конечно, что ты спрятала его так недалеко, оно нам пригодилось, но лучше всё-таки отвезти подальше.       — Хорошо. Миднайт, ты что-то знал? Поэтому убедил меня участвовать в ритуале?       Мужчина кивнул:       — Мне снился сон про Джона, там была ты. Ничего внятного, но я верю интуиции и решил, что ты нам нужна. Джонни, даже не могу определиться, ты — чертовский неудачник или невозможный везунчик, — выдохнул Миднайт, закуривая сигарету и опираясь спиной на стену.       — Почему Он снова спас меня?       — Смирение, — вдруг хором произнесли Анджела и Сабелла и посмотрели друг на друга одинаково удивлёнными глазами.       — Вы о чём?       — Я услышала это слово перед тем, как прийти в себя.       — И я.       — Ещё один урок усвоен, — Миднайт выпустил облако дыма.       — Урок? — Джон вопросительно посмотрел на шамана.       Тот пожал плечами:       — Ты научился жертвовать собой без выгоды. Но вот продолжить жить, когда жертвовать больше нечем — намного сложнее.       Джон хотел было высказаться о таких «уроках», но посмотрел на Сабеллу и молча обнял её.       — Но ты будь осторожнее. Сатана в самом деле цапнет тебя и третий раз.       Джон кивнул, но думать мог только о руках Сабеллы, которые сомкнулись на его шее.       — Почему всё-таки Бог меня воскресил? — пробормотала девочка.       — Думаю, ты что-то значишь для будущего, — Миднайт потушил окурок о каменную стену.       Анджела с опаской посмотрела на Джона, но тот только уткнулся лицом в спутанные кудри Сабеллы. Об этом они подумают потом.

***

      После всего пережитого Сабелле требовался уход. Тимоти определил девочку в одну из благотворительных церковных лечебниц. Проспав больше суток, Сабелла проснулась достаточно бодрой, чтобы просить отпустить её домой, но монахини-медсёстры были против. У девочки было истощение, обезвоживание, переутомление и многочисленные раны на теле. Сиделки всё допытывались, что с ней случилось, но Сабелла говорила только официальную версию: не очень заботливые опекуны плюс нападение хулиганов.       Тимоти попросил родителей Сабеллы не приходить в больницу, чтобы не было противоречия со словами о несчастной сиротке, но дочь привезли к ним перед отправкой в больницу. Увидев девочку на пороге, мать кинулась обнимать её, заливаясь слезами, а отец мог только стоять рядом с ними, сжимая губы, чтобы самому не расплакаться.       — Спасибо вам, — мистер Морт судорожно сжал руку Константина и тряс её, словно его разбил Паркинсон. — Спасибо… Тот священник, он нам сказал, что Сабелле помогут, а мы подумали, что её в психушку заберут. Мы тогда даже сказать ничего не смогли. Только кивали. Мы потом звонили, узнать, где она. Но нам сказали ждать звонка. Мы уже решили, что шансов никаких.       Что ж, похоже, Тимоти спутал шок с безразличием и решил, что родителей не особо волнует судьба дочери. Константин был рад, что священник ошибся.       Джон приходил к Сабелле в больницу каждый день. Они гуляли по чахлому парку за больницей, ловя на себе неодобрительные взгляды медсестёр, но не обращали на них никакого внимания. Джон читал Сабелле интересные отрывки из своих лекций и обязательно приносил какой-нибудь десерт из кондитерской, что стояла неподалёку. Девочка возмущалась, что он раскормит её, но всё равно съедала пирожные и конфеты. Джон с улыбкой наблюдал за восстанавливающей силы Сабеллой и наслаждался затишьем. Но в конце концов ему пришлось заговорить о неприятном.       Приведя девочку в более или менее приемлемое состояние, врач согласился выписать её через неделю. После выписки Джон привёз Сабеллу к себе домой, чтобы поговорить наедине.       — То есть как ты уезжаешь? — и без того огромные глаза Сабеллы стали ещё больше от заявления Джона.       Константин тяжело вздохнул. Конечно, этот разговор не мог получиться лёгким.       — Меня позвали в Восточную Европу. Там сейчас работает мой бывший ученик. Всплеск нечисти, я могу помочь.       — А я? — нахмурилась Сабелла.       — Мы можем общаться по Интернету.       — Почему ты меня бросаешь, едва я вернулась с того света?       — Потому что сейчас мы не можем быть вместе. Тебе и восемнадцати нет. Что скажут твои родители?       — Думаешь, меня после всей чертовщины волнует это?       — А ты хочешь, чтобы меня посадили и опозорили?       Сабелла вспыхнула, но стала чуть спокойнее. Джон подошёл к ней вплотную и провёл ладонью по её щеке:       — Если мы оба избежали смерти и ада, то сможем провести некоторое время порознь?       — Некоторое время — это сколько?       — Не знаю. После Европы меня могут отправить ещё куда-то.       — И сколько времени может занять эта командировка?       — Не больше двух лет.       Сабелла снова вскипела:       — Два года?       — Ты как раз закончишь школу, поступишь в колледж. И поймёшь, действительно ли я тебе нужен.       Девочка замерла, словно он влепил ей пощёчину:       — А ты думаешь, это глупая детская влюблённость и она пройдёт? Мы же… Это судьба!       Джон сжал ладони Сабеллы в своих руках:       — И по нашей судьбе у нас не было романа во время твоей учёбы.       Сабелла потупила взгляд.       — Пойми, я уверен в твоих чувствах. И трезво оцениваю свои. И боюсь их не сдержать, — Джон слегка поцеловал её.       Сабелла, обняв за шею, плотнее прижалась к его губам, но Джон не дал ей зайти слишком далеко.       — Обещаю, — прошептал он ей на ухо, — мы будем вместе, просто подожди немного.       — Хорошо, — выдохнула Сабелла. — Я дождусь, ты так легко от меня не отделаешься.       — И в мыслях не было, — усмехнулся Джон. — Ведь я… — Он не собирался этого говорить, но слова вырвались сами собой. — Я люблю тебя.       Он не говорил этого ни одной женщине. Наверное, потому что ни одну женщину не любил по-настоящему, как Сабеллу.       А ей даже не надо было ничего говорить. По сияющим глазам было видно всё, что она чувствует. И впервые за долгое время Джон чувствовал себя абсолютно счастливым.