Рассвет нового мира

*несколько дней спустя*

—Нужно укреплять позиции внутри наших войск. Говорил мужчина с бородкой, на что король ответил: —Не думаю, что это разумно, они могут догадаться, что я собираю войска. Торфинн лишь усмехнулся: —А ты думаешь он этого не знает? Он уже совершил попытку, лишь благодаря удаче, ты спасся. Торкель произнёс: —Племяш прав, всем уже давно ясно, что происходит. Я голосую за то, чтобы напасть первыми. Кнуд возразил: —Исключено. Нам нельзя действовать первыми. Я создаю новый мир без войн и убийств. Торкель вздохнул. В комнате повисла тишина. Торфинн стоял оперевшись на стену, Асгейр сидел напротив Торкеля, а Кнуд ходил по комнате. Торфинн сказал: —Войны не избежать. На нашей стороне бóльшая часть ярлов. Благодаря празднику, простой народ стал больше тебе доверять. Люди не глупые, они помнят как им жилось при Свене, а та выходка Флоки. Люди просто не пойдут за ним. Король взглянул в золотые глаза: —Да,ты прав. Но есть ещё мой старший брат. За ним войска Дании. Он приверженец идей отца, а потому у Флоки есть серьёзные союзники. Асгейр произнёс: —Я могу поговорить с людьми, можно попробовать найти союзников с других земель. Все повернули головы, а Торкель воскликнул: —С какими это людьми ты собрался разговаривать, откуда такие связи?! —Они появились, пока ты пьяный валялся под столом. Кнуд спросил: —А что за союзники, они могут нам чем-нибудь помочь? Мужчина с бородкой скрестил руки: —Ну, то земли восточные. По слухам, там живут люди, похожие по духу на нас. Думаю, мы сможем договориться. —Ну хоть что-то. Нужно действовать быстро, лучше быть готовым к нападению.

***

По комнате разносилось тяжёлое дыхание, по двум разгоряченным силуэтам плясал огонь. Кнуд и Торфинн стояли напротив друг друга. Удар блондина был блокирован и король смог контратаковать. —Уже намного лучше. Произнёс Торфинн, потирая бок, по которому прилетел кулак золотоволосого. —Что тебя беспокоит? Кнуд лёг на лавку и поднял руку над собой: —Даже не знаю, всё так трудно. Я жду войны, самое печальное, что это война между нами. Мы будем биться против друг друга, против таких же данов как и мы. Безумие. Торфинн присел напротив короля: —Понимаю. Но я считаю, что это не наши люди. Они сами хотят битвы, хотят власти. —Но почему? Я не хотел всего этого. Я хотел мира, чтобы люди могли спокойно ходить по улицам. Чтобы я мог жить без страха за свою жизнь. —Не всегда получается так, как мы хотим. Иногда, это и к лучшему, представь, если бы я всё таки исполнил свою мечту, отомстил бы. Думаю, было бы хуже. Наше дело, создать новый мир, такой, какой пожелает мой король. От этих слов, сердце Кнуда скрутило смущение и умиление. Чтобы Торфинн и такие слова говорил. —Тем более, на нашей стороне есть большое количество людей. Мы сможем победить. —Может ты и прав. Рука короля плюхнулась ему на грудь. Слова Торфинна его успокоили. Не стоит переживать о том, чего ещё нет. Кнуд заметил движение — блондин подошёл к лавке на которой лежал король и встал на колени. Его губы легли на мягкие и нежные губы короля. Такой солоноватый и в то же время сладкий вкус вскружил голову Торфинна, а Кнуд же сгорал от смущения. Он вскочил и с красными щеками воскликнул: —Ты что... Но Торфинн его перебил: —Прости, просто ты. Даже не знаю. Я испытываю бурю эмоций и хочу тебя целовать. Ты очень милый и красивый. Всё нутро короля перевернулось. Он закрыл лицо руками и произнёс: —Хватит такое говорить. Да, он испытывал тоже самое, но ему не хватало смелости всё это сказать. Наконец, в жизни короля появился тот родной человек, о котором он так мечтал. Человек, с которым он чувствует себя в безопасности. Когда Кнуд убрал руки и открыл глаза, он увидел лицо Торфинна. Оно было так близко, его дыхание было таким тёплым, таким успокаивающим. Блондин шёпотом произнёс: —Может, мой король хочет войти в меня? Кнуд оцепенел, по всему телу пробежали мурашки, а руки и ноги начало потряхивать.

***

Приняв ванну, они надели лёгкие штаны, а рубахи были такими большими, что доставали до колен. Войдя в спальню, Торфинн заметил, что короля слегка потряхивает: —Ты всё ещё переживаешь? Кнуд, краснея и потирая руку, произнёс: —Просто меня всё это смущает. Он сел посередине кровати и положил руки так, чтобы скрывать свои раскрасневшиеся постыдные места. Торфинн ухмыльнулся: —Так забавно наблюдать как ты смущаешься, а я ведь помню. Кнуд взглянул на блондина и дрожащим голосом произнес: —Что помнишь? Торфинн начал снимать рубаху, позволяя королю разглядывать своё крепкое тело. Как бы золотоволосый не смущался, а взгляд от мышц рук и пресса не мог отвести, как и не мог скрыть налившуюся кровью плоть. Торфинн всё видел, но хотел дразнить парня: —Ну, помнится как ты мне засунул по самое горло свой член. Кнуд вздрогнул и закрыл глаза, пытаясь держаться, но он чувствовал как он намокал. Торфинн лёг на живот, подперев голову рукой. Его взгляд лежал на паху короля. —Что скажите в своё оправдание? Золотоволосый, округленными глазами, взглянул на блондина: —Я не знаю, просто было приятно. Произнёс тихим голосом Кнуд, опустив голову. Торфинна всё это действие забавляло, но у всего есть пределы. Он взял нежные ладони короля и убрал их в стороны. Вид был прекрасен — ткань штанов была натянута. Блондин мог веками любоваться на это зрелище, но он слегка касается пальцем кончика члена, что заставляет ещё сильней задрожать парня напротив. Даже через ткань Кнуд ощущал такое лёгкое прикосновение к своей чувствительной плоти, а Торфинн чувствовал влагу. Король, к удивлению блондина, тоже снял рубаху. Его волосы золотым водопадом упали на плечи, спину и грудь. Блондин на локтях подполз ближе к парню и теперь его лицо было прямо на против члена. Было лишь одно препятствие — льняная ткань штанов. Кнуд видел сверху, как Торфинн смотрит на его пах. Смущение сжигало его, но был огонь, который горел намного ярче и жарче. Он оттянул штаны и член выскочил из плена. Ощущение прохлады и взгляда блондина, новой волной смущения и стыда сжигало короля. Губы Торфинна легли на ствол. Язык медленно и аккуратно выводил каждую венку, доходя до самого верха. Золотоволосого разрывало от возбуждения, изо рта вылетали стоны, а из члена текла смазка. Язык всё скользил — вверх-вниз. Медленно, Торфинн наслаждался происходящим. Язык скользнул ещё ниже, коснувшись нежной кожи яичек, что заставило Кнуда вздрогнуть и руками остановить Торфинна. Блондин произнёс: —Есть одно правило — ты не должен меня останавливать. Ты можешь что угодно сжимать своими руками, стонать, двигаться, но останавливать меня нельзя. Понял, мой король? Такое обращение вновь заставило парня вздрогнуть, но он кивнул. Блондин вернулся к делу. Язык вновь заскользил по нежной коже ниже ствола, вылизывая каждый сантиметр. Кнуд изгибался, стоны разносились по комнате, бёдра двинулись вперёд, прижимая горячий член к лицу Торфинна. Блондин, наигравшись, перевернулся на спину так, что его голова свисала с края кровати: —Ну давай, если хочешь, можешь вставить свой член в моё горло. Эти слова эхом разнеслись в голове короля. Он встал на дрожащие ноги и подошёл к лицу Торфинна. Кнуд не решался, он боялся сделать что-то не так. Заметив смятение парня, блондин высунул язык изо рта, призывая к действию. Золотоволосый обхватил свой член рукой, слегка опустил его и направил в рот. Медленно двигая бёдрами вперёд, плоть короля проваливалась в мокрое, горячее и узкое место. Он дошёл до конца. Король так долго стоял, что Торфинн положил руки на его бёдра. Кнуд вернув сознание, вышел и начал извиняться, на что блондин произнёс: —Не беспокойся, принцесса, просто долго не задерживайся, а то дышать нечем. Он вновь высунул язык. Кнуд сглотнул слюну и вновь вошёл в рот Торфинна. Как же это было приятно, член входил на всю длину, доставляя невероятное удовольствие королю. Но было одно, что его жутко смущало — от активных движений, его яички бились о лицо Торфинна, но и это было приятно. Он хотел было карить себя за это, но давление внизу живота затмевало разум. Выйдя изо рта, он обхватил член рукой и принялся активно дрочить. Торфинн же, приподняв голову, открыл рот и поглотил яички парня. Чувствуя как язык скользит по столь чувствительному месту, как вакуум слегка сдавливает их, золотоволосый с громким стоном излился. Он долго кончал, заливая грудь и живот Торфинна.

***

Кнуд лежал на груди блондина и мирно посапывал. Торфинн аккуратно гладил золотые волосы, они были таким нежными и тонкими, словно опускаешь руку в воду. Он так счастлив, что в его жизни появился такой близкий и родной человек.