Я умру молодой и счастливой

Наступило 28 марта. Роковой день,  когда Клод напишет на стене своего кабинета зловещее слово "ANAГKH", оклевещет Эсмеральду в колдовстве перед Шармолю и, наконец,  отправится убивать Феба. После чего за это мнимое преступление арестуют Эсмеральду... И все закончится очень плохо.  Нет! Я не должна этого допустить! *** В тот день мы,  как всегда,  выступали на площади.  Пылало солнце. Пьер показывал свои акробатические номера с кошками - не хуже самого Куклачева, Эсмеральда танцевала особенно великолепно, а я ждала своей очереди выступать. Клод, как всегда,  любовался ею, и его страстный взгляд  разрывал моё сердце на части. На его лице играла мечтательная  улыбка, свойственная влюбленным. В тот момент я была бы даже рада, если бы цыганка ответила ему взаимностью, пусть даже это будет стоить мне жизни. Но сердце этой дурочки было отдано не ему... Вдруг послышался развязный оклик: — Эй, малютка! Это был Феб,  стоящий на балконе близлежащего богатого дома, где жила его невеста Флёр-де-Лис. В эту минуту Эсмеральда не била в бубен. Она обернулась в ту сторону, откуда послышался голос, устремила на Феба блестящие глаза и замерла на месте. — Пойди сюда! — он жестом позвал цыганку. Эсмеральда еще раз взглянула на него, затем вся вспыхнула и, взяв бубен под мышку, направилась мимо изумленных зрителей к двери дома, откуда ее звали. Она шла медленно, качаясь, как пьяная, и забыла даже про Джали. Я уже знала, что из этого выйдет.  История повторяется, а я ничего не могу изменить... Необычности на этом не закончились.  Вскоре Клод  вышел на площадь. — Куда же девалась цыганка? — спросил он, вмешиваясь в группу зрителей, собравшихся на звук бубна. Никогда ещё предмет страсти не был так близко от меня,  и я чувствовала, как физически слабею в его присутствии. Лицо залила краска, по всему телу пробегал ток, и ноги едва не подгибались. Господи,  какая же я дура! — Ваше Высокопреподобие,  - ответила я, с обожанием глядя на него и чувствуя, как мой голос предательски дрожит и срывается. - Эсмеральда пошла плясать в тот дом, напротив. Ее позвали оттуда. Окинув меня ледяным взглядом,  он отошёл и приблизился к Пьеру, который в костюме фокусника увлеченно продолжал свои трюки с кошками. — Пресвятая Богородица! Как ты попал сюда, Пьер?— воскликнул Клод, от которого я никак не могла отвести глаз, и, боюсь, это не ускользнуло от внимания поэта. - О, почтенный учитель... я... - смутился наш фокусник. Клод дружелюбно улыбнулся, жестом велел Пьеру следовать за ним, и они оба скрылись в Соборе. Кошки Пьера (а их было 2), естественно, тут же удрали, разбежавшись в разные стороны, вызвав недовольный гомон толпы. Что ж, похоже мне придется отдуваться одной! Я вышла на середину площади и стала читать стихи, хотя сердце разрывалось в клочья. Я читала стих о прекрасной морской деве, влюбившейся в утонувшего земного рыцаря и безуспешно пытавшейся разбудить его; о князе Олеге, который не поверил предсказателю и погиб от укуса змеи; и о несчастной фрау Метте, преданной и убитой своим подлым мужем - господином Бендером... - Тошно, как на поминках! - вознегодовал кто-то из публики. - Ты нам весёлое давай, весёлое! - Весёлое? - призадумалась я, приложив руку ко лбу. - Извольте весёлое! Купил Дурак на рынке Правду... - Ха! Ха! Другое дело! Я с усилием заставила себя прочесть мини-поэму собственного сочинения "Дурак и Правда". Зрители очень смеялись, а я с ужасом думала, чем же занять их еще, как вдруг меня окликнул счастливый звонкий голос: - Анна! Анна! Приглядевшись, я увидела Эсмеральду,  которая стояла близ дома Флёр-де-Лис, сияла, как медный таз, и манила меня рукой.  Джали,  сама отыскавшая хозяйку, как всегда,  стояла рядом с нею. - Дорогие друзья,  на сегодня представление окончено,  - с облегчением объявила я, поклонилась публике и, по традиции собрав с нее гонорар, подошла к подруге с лица которой не сходила глупая счастливая улыбка. Солнце уже начинало садиться. - Милая! У меня такая радость! Феб пригласил меня сегодня на свидание... Он так любит меня! - Ты уверена? - Конечно! Ты же видела его! Он прекрасен. - Неплох, конечно,  - согласилась я.  - Но он очень развязный.  Неужели ты не видишь? - Не смей говорить так о моем Солнце! Ты знаешь,  он ведь снова защитил меня! - От кого же? - Он меня сегодня пригласил в тот дом... ну, ты видела... Я зашла - а там Феб,  какая-то пожилая женщина, маленькая девочка... И много молодых красавиц. Они были так разодеты, Анна! Они были очень злые и жестоко осмеяли меня... Они смеялись над моим платьем, над моим именем... А Феб сказал мне: "Ты их не слушай, милая! Правда, твой наряд несколько странен и не вполне приличен, но это ничего не значит для такой красотки, как ты". Вот ведь какой благородный! - Почему ты не вышла оттуда и  позволила этим девкам издеваться над собой? - возмутилась я. - Ушла бы сразу! - Да как мне уйти? Там же был ОН! И меня держало там, как магнитом! Но это ещё не все, Анна.  Вдруг эта мерзкая старуха как завопит: "Пресвятая Дева! Что это там шевелится, у моих ног! Ах ты, противное животное!" Представляешь, она обозвала "противным животным" мою миленькую Джали! Но тут маленькая девочка подманила Джали к себе, сняла с её шеи мешочек с буквами, рассыпала их, а Джали сложила слово: "Феб"! Девочке этот фокус понравился,  одна из злых девушек изменилась в лице, заревела, прокричал мне что-то: "У тебя хорошая память!" и грохнулась в обморок.  А старая женщина кинулась к ней с криком: "О, дочь моя!", обозвала меня ведьмой и выгнала прочь. А мой милый Феб вышел вслед за мной и назначил свидание сегодня в 7 вечера! Вот так вот! Я грустно вздохнула, Эсмеральда замолкла, в тяжелом молчании мы дошли до ее дома во Дворе Чудес и прошли внутрь. - Ты должна помочь мне выбрать платье, дорогая! - Я против этого свидания. Ты знаешь,  кто та девушка,  которая упала в обморок? - сурово спросила я. - Да, Феб объяснил мне, что это его сестра. - Да врет он тебе! На самом деле,  эта девушка - его невеста, которая его очень любит! - Не говори глупости,  Анна! - А вот и не глупости! Очнись! Почему,  ты думаешь,  она вдруг лишилась чувств? - Ну, она была впечатлена трюком моей козы! - Нет, потому что ты её очень огорчила... - Я?! Огорчила?! Они издевались надо мной.  Если даже она его невеста, как ты пытаешься меня уверить... пусть она свое получит! Ведь любит мой Феб не её, а меня! - Ну ты и дура, - не сдержалась я. - Да никого этот ваш Феб не любит! С неё он собирается стрясти богатое приданое, а с тобой он хочет просто переспать, и все! - Ты... дрянь! - вскипела девушка. - Ты просто моему счастью завидуешь. Ведь у тебя нет никого, и человек, которого ты любишь больше жизни, даже не смотрит в твою сторону... - О ком это ты?! - Ты знаешь, о ком! Я не слепая! Меня внутри обожгло. Вместо милой подруги передо мной предстала та самая безжалостная стерва из книги, которая довела бедного Клода до пропасти... Во всех смыслах этого слова. - Нет, ты слепая! Оставь свои гнусные намёки, в которых нет ни слова правды! Я не завидую, я просто беспокоюсь о тебе, что этот гад разобьёт тебе сердце, и кроме того, если ты потеряешь невинность, твой талисман утратит силу, и ты никогда не найдёшь свою мать... Ты же сама говорила... А ведь мать - это самое дорогое, что у нас есть. - Если тебя это волнует, я люблю Феба больше матери! - бросила она. Торжествующе улыбнувшись, Эсмеральда проскользнула в свою комнату, очевидно, наряжаться. Несколько минут спустя вернулся Пьер. - Анна, я только что был у мэтра Фролло! Он такой странный! - И не только он! - вспыхнула я. - Что ты имеешь в виду? - Нашу общую подругу... В этот момент Эсмеральда вышла из комнаты, вся сияющая и нарядная. - О, привет, Пьер! - Ты прекрасно выглядишь, дорогая, - улыбнулся он, глядя на неё восхищенным взором. - Прости, я должна спешить! - сказала она. - Стало быть, к ужину тебя не ждать, - заметно огорчился поэт. - Ага, только к завтраку, - улыбнулась она, и, чмокнув его в щеку, вместе с Джали выпорхнула из домика. - О, нет! - расстроился Пьер. - Наверное, она побежала на свидание к этому прохвосту Фебу! Грязному бабнику, известному всему городу, и ради него готова на все! - Я, правда, пыталась её остановить... - Скажи, чем я хуже? - спросил он. - Ты несравненно лучше, Пьер, но она пока этого не понимает. Прости, я тоже должна спешить. - Куда? - Как ты видишь, - улыбнулась я. - Наша Эсмеральда влюблена и очень опасна. В первую очередь, для себя самой. Поэтому за ней нужно присматривать... "И не только за ней",- подумала про себя я, выходя на улицу.