A burden of flowers

И на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах. Евангелие от Матфея, Глава 16, стихи 18-19. В эту часть Шентели Лисия попала впервые. Уже привычная улица с громадами каменных домов упёрлась в небольшой канал с мостиком, за которым начинался иной мир со своим укладом. Возникло впечатление, что жители этого района намеренно старались сделать всё по-своему, нежели было принято в центре столицы. Высокие башни и особняки? А у нас попробуй найди дом выше трёх этажей. Серый массивный камень? Мы из него сделаем только фундамент, остальное же — из потемневшей древесины. Узкие улочки с прилепленными друг к другу постройками? А у нас сады. И какие сады! Одно дерево, вылезшее кроной за пределы придомового участка, всё-таки искусило ангела остановиться и протянуть руку к спелым ягодам. — Лисия? — Самсон обернулся. — Они уже на землю падают, — пояснила крылатая, отламывая обсыпную ветку. — Пусть лучше в меня. Хочешь? Её обезоруживающая улыбка потушила в мужчине порыв нравоучений и ему оставалось только отрицательно покачать головой. — Нам больше достанется, — отправив ягоды в рот, с сомнением покосилась на Пепелка, уже вовсю нюхавшего её рот и с нетерпением перебирающего лапками по плечу. — Как думаешь, он не подавится? — Скорее, просто проглотит. И Самсон оказался прав: выхватив внезапно предложенную еду, зверёк, пару раз подвигав челюстью, заглотил их вместе с плодоножками и косточками. Сворованного спелого лакомства хватило до пункта назначения, перед которым упрямый ангел всё-таки впихнул в бывшего священника пару ягод. Стоя перед изгородью, Лисия на миг задумалась: а есть ли здесь вообще дом? Чудилось, что главная её цель — сдержать буйство зелени, стремящейся вырваться из плена. Скрип кованой калитки. Пара вступила в царство цветов и деревьев. Узкую тропинку к дому обрамляли заросли уже знакомой мальвы разных оттенков. Место выглядело так, будто бывший хозяин очень любил зелень, а вот ухаживать за ней — не очень. Пепелок мгновенно слетел с плеча и юркнул в кусты с зелёными ягодами. — Здесь жил очень ленивый травник? — хихикнула Лисия. На лице Самсона мелькнуло странное выражение, сменившееся лёгкой… ухмылкой? Крылатая обязательно подумала бы об этом, но отвлеклась на изучение окрестности. — Как думаешь, может пригласим Хоука поливать клумбы. Должны же мечты хоть как-то сбываться. — Ещё позови помочь с уборкой. — Только с генеральной! На совместный смех, пожёвывая веточку, из кустов выглянул Пепелок. Основательный, увитый лоснящимися листьями плюща, двухэтажный дом с кирпичной крышей превзошёл ожидания своим размером. Входную дверь украшало небольшое окошко-витраж, изображающее дерево. «Ну точно садовод-любитель». Стоило мужчине отпереть замок, Лисия толкнула дверь, но он придержал её. — Подожди. Удивление моментально сменилось смущением, когда Самсон подхватил на руки и перенёс через порог. Но терпения ангела хватило на столько секунд, сколько потребовалось для заноса в помещение: соскочила и побежала осматривать будущее место жительства. Первый этаж внимания недополучил, ибо Лисия сразу помчалась по лестнице вверх. Вот она! Комната её мечты со скатным — при этом высоким — потолком, с внушительным окном, верхнюю часть которого украшали разноцветные стёкла, с помощью солнечных лучей раскрашивающие пол цветными мазками света. А как красиво они будут смотреться на белых простынях! Самсон поднялся следом и наблюдал с порога за восхищённым ангелом. — Нравится? Энергично закивала головой в ответ. — Но, Самсон… — Лисия ещё раз обвела комнату глазами и выглянула в окно. На заднем дворе поблёскивало зеркальце крохотного пруда. — Дом в хорошем состоянии, само место тоже благополучное. Что случилось с его хозяином? Самсон замешкался. — Изначально дом принадлежал одной знахарке. Потом она умерла и здесь сменилось несколько владельцев. Последним был один торговец. После переезда сюда дела пошли плохо. Он стал рассказывать, что место проклято, его изводит дух колдуньи, а потом съехал, не найдя покупателя. Дурная слава сделало своё дело и желающих заселиться не нашлось. — Кроме нас, — Лисия улыбнулась. — Кроме нас, — кивнул, внимательно вглядываясь в спутницу. — Ты не передумала? — А ты веришь в эти байки? — Не знаю… Нет. — Можем сочинить свои, чтобы никто на него не покушался! Про пугающие тени, тяжёлые шаги по всему дому… — Скорбные завывания, — уголок губ Самсона пополз вверх. — Ты ведь не про моё пение?! — наигранно упёрлась кулаками в бока. Мужчина рассмеялся, обнимая подозрительно прищурившегося ангела. — На этаже есть ещё одна комната. — Наша спальня здесь. Я уже выбрала. Но! — ткнула пальцем ему в грудь. — Тебе надо проверить все растения, чтобы Пепелок ничем не отравился! Вдруг хозяйка яды на продажу варила. — Здесь нет опасных трав, — Самсон нежно коснулся губами её виска. Цокот в доме оповестил, что порождение Бездны тоже решило познакомиться с новым жилищем. — Если здесь и водится дух, то ему стоит шуметь погромче, а то из-за Пепелка не услышим, — улыбнулась крылатая. — А у твоих родителей тоже был такой? — Намного скромнее, — не стал скрывать усмешку. — Значит здесь обитала более успешная соперница твоей матери по ремеслу.

***

Он поймал её. Обманулась ощущением, что оторвалась, и решила перевести дыхание, но знание улиц явно сыграло на руку преследователя. Поняла это, когда неожиданно угодила в объятия. — Попалась, — от бега у Самсона сбилось дыхание, поэтому выпалил почти одними губами. — Я почти выиграла! — Почти — не считается. Ещё три дома. В ответ бывшему священнику показали кончик высунутого языка. Самсон крепко взял её за руку, чтобы опять не вырвалась, и повёл к церкви. В хмельных фантазиях Лисия уже воображала, что стоит им запереть дверь, как мужчина тут же прижмёт её разгорячённым телом к двери, задирая подол платья… Но вот они уже внутри, дверь закрыта, а он ведёт её дальше. Ладно, сейчас они окажутся в келье и она сама повалит его на кровать. Но почему-то идут на кухню. Ладно, там есть стол, а у них — опыт, что на нём можно творить. Но вместо разжигания пламени страсти — усердная растопка печки. Лисия прикрыла глаза, наслаждаясь теплом от огня. Не сразу заметила, отсутствие Самсона, возникшего из тьму коридора с полотенцами. «Да что ж ты такой…» Какой «такой», она не придумала, поэтому просто потянулась обвить его шею, но он перехватил руки и опустил их. Закусила от предвкушения губу, когда уверенными движениями Самсон стащил с неё мокрое платье. То ли под дождём алкоголь выветрился у него из головы, то ли в погоне за ней поймал ещё и сбежавшее самообладание, но в его касаниях и взгляде отсутствовало вожделение или привычное лёгкое смущение. Только серьёзность и собранность. Смутилась сама Лисия, когда тёплые пальцы подцепили бельё, стягивая его и оставляя её полностью обнажённой. — Самсон, — выдохнула полушёпотом, не зная, что же хочет сказать. Он присел собрать одежду, от которой уже расползалась лужица, вскинул лицо на зов. Может иллюзия от отблесков огня, может вновь разыгравшаяся фантазия, но в чёрных глазах мужчины у своих ног она рассмотрела такое благоговение, что перехватило дыхание. И куда только делось былое раздражение? Ведь нет ничего дурного в том, что он смотрит на неё, как на святыню. Даже наоборот. От восхищённого взгляда хотелось расправить плечи и стать ещё притягательнее. Для него. Лишь бы только не боялся дотрагиваться. Может сейчас распустит ленты, как собирался? Увы, пусть и приятное, но прикосновение пальцев без какого-либо намёка на интимность освободило её от атласных пут. И следом, убивая соблазн на корню, ангела замотали большим полотенцем, а второе набросили на волосы и плечи, усадив на табурет у печки. — А как всё начиналось, — пробурчала, кутаясь и осознавая, насколько на самом деле она замёрзла. — Можешь мне спеть, пока я готовлю чай, — Самсон звякнул чашками. Но она выбрала заинтриговано следить за манипуляциями с травами, кипятком и тёмными капельками какой-то настойки, полетевшими в напиток. — Всё-таки надумал отвадить меня отворотным зельем? — тихо засмеялась. — Не всё же тебе спаивать меня сегодня, — парировал, протягивая кружку. — Подожди минутку! Самсон не успел остановить ангела, выбежавшего из кухни. Отсутствовала она больше заявленного времени, но всё-таки вернулась, сжимая в руках ещё полотенца и покрывало с кровати. — Лисия? Не желая терять время на объяснения, отодвинула табурет, отбросила ногой горку хлюпающих вещей, разглаживая сукно на полу. — Вход на территорию только без одежды! — уселась на прежнее место, расправляя крылья для просушки. Мочить ещё и покрывало в планы Самсона не входило. Хотя после пола оно всё равно бы отправилось в стирку, однако позволил себе поддержать ещё одну игру крылатого создания. Лисия тоже старалась сохранить спокойное выражение лица, наблюдая за раздевающимся мужчиной. Боролась с ноющей тягой прикоснуться к влажной бледной коже, повторить языком путь поблёскивающих дорожек дождя. Несмотря на внешнее хладнокровие, она ощущала от него смесь волнения, смущения и лёгкий оттенок предвкушения и влечения? Приблизившись к девушке, он поставил чашки на табурет. — Пей, а то остынет. — Не успеет, сядь поближе, — и принялась промокать его голову сухим полотенцем. От активных движений её собственное распахнулось, соскользнув на бёдра. С чьих-то волос сорвалась капелька, пробегая по женской груди и задрожав на кончике соска. Соблазн всё же на мгновение победил: Самсон наклонился и слизнул бусинку воды, ловя откровенный стон над ухом. — Лисия, пей чай! — увернулся от попытки поцелуя, всучивая в ладони чашку и возвращая полотенце на место. — Все вы — мужчины — тираны, только иногда хорошо скрываетесь, — хмыкнула, громко отхлебнув напиток. — А ты — моё вечное искушение. От того, каким голосом он это произнёс у Лисии защипало в носу, поэтому срочно увеличила частоту глотков, лишь бы спрятать лицо, но буркнула: — Тоже прикройся. От огня, горячего чая на спиртовой настойке и тепла тел сморило довольно быстро и сил дойти до кровати уже не хватило. Последнее, что помнила ангел, как тихо напевала колыбельную, щекоча дыханием шею Самсона и укрыв их обоих почти просохшим крылом.

***

Иона имела способность к быстрому обучению, поэтому молча наблюдала за Лисией, укладывающей вместе со служанкой свои наряды. Всё её отношение к происходящему читалось в хмуром и тяжёлом взгляде. — Дворец огромный, здесь много пустых комнат. Вы могли бы выбрать себе новую, — всё же сделала последнюю попытку отговорить. «Глаза б мои ещё лет десять этот дворец не видели!» — крутилось на языке, но Лисия мудро это проглотила. Ведь последний ангел Невеи за годы деятельности успел открыть в себе меркантильную жилку. — Наша первая с генералом комната до сих пор пустует… — в глазах Ионы забрезжил огонёк надежды, но сразу же потух. — Там очень удобная тумбочка и ещё некоторая… — Ты намекаешь, что хочешь вывезти ещё и мебель?! — Почему нет, — Лисия равнодушно пожала плечами, не представляя, как сильно в этот момент напомнила этим жестом своего бывшего супруга. — Ты сама сказала, что комнаты пустуют. Так стоит без дела, а у нас в доме ей найдётся применение. — Что люди скажут… Будущая императрица ещё не взошла на трон, а уже выгнала из дворца ангела и поселила в убогой лачуге посреди бурелома на отшибе города. — Иона… — Лисия окинула взглядом тюки и повернулась к помощнице. — Позови, пожалуйста, Ната и пусть Гарна с собой возьмёт — в одиночку не управиться. Служанка кивнула и покинула комнату. — Иона, — присела рядом. — Дом очень уютный, а ещё мы смастерили качели у пруда! Когда придёшь к нам в гости и соберёшься испробовать их, то заросли скроют секрет императрицы, — Иона наконец-то слабо улыбнулась. — Но если тебе донесут, что ангел в тавернах поёт леденящую душу балладу про проклятый старый дом, то знай — это для того, чтобы к нам никто не лез. И Самсон… Не криви лицо, помню, что он тебе не нравится, но он любит меня. — Даже искренняя любовь не убережёт от боли. Он же… — Я не хочу жить с вывихнутой шеей, — улыбка вышла немного вымученной, но Лисия ничего не могла с собой поделать. — Жить прошлым. — Да. Бытовые проблемы и нужды странствующего менестреля научили сокращать время на переживания о былом. После всего произошедшего в детстве мне оставалось жить только очень далёким иллюзорным будущим. Когда-нибудь у нас с Натом появятся лошади, когда-нибудь куплю платье, которое смогу надеть только в когда-нибудь приобретенном доме в настоящей глуши, где никто не увидит мои крылья, а уж платье тем более. Я очень долго выживала, а теперь хочу просто пожить в своё удовольствие. Сколько бы оно ни продлилось. Пожить настоящим. И капелька забвения для покоя не помешает. Нам всем. Замолчали, думая о чём-то своём. — А ты его любишь? — Иона догадывалась о верном ответе, ведь иначе ангел не простила бы бывшего священника. — Новая «я» началась с прыжка в окно, потом продолжилась другим на арену… — на щеках и носу ангела заалел румянец. Смущённо отвела взгляд. — Каждый раз, когда смотрю в его глаза, мне кажется, что падаю в Бездну, но готова прыгать туда снова и снова, потому что чувствую, что лечу; я ощущаю себя почти всесильным божеством. Святое пёрышко, это так глупо и высокопарно звучит, да? — Первая влюблённость всегда такая, — Иона похлопала её по руке. — Как будто только первая. Ты таким тоном это сказала, словно отжила свою жизнь, оставив все яркие чувства далеко позади, — Лисия рассмеялась, но тут же заговорщицки зашептала. — А вы с Гарном… — Нет никаких «вы с Гарном»! — Иона предательски вспыхнула и вскочила с кровати. — Засиделась я здесь. — Нет так нет, — хитро прищурилась. Наступит время, когда к последнему ангелу Невеи обратятся за мудрым совет по вопросу рискованного открытого союза императрицы с шедом, но пока для этого ещё слишком рано, а сегодня на повестке дня стояло обустройство своего собственного «гнезда». — Но есть тумбочки, комод, шкаф и кресла. Могу же я их забрать? — Я ещё не стала императрицей, а вы двое уже забросали меня просьбами. Забирай! — Тренируем тебя перед восхождением на высочайший пост. Спасибо! — крылатая подскочила к подруге, обнимая её. — А ещё мне сказали, что на кухне… — Ты нацелилась весь дворец обнести?!

***

Войдя в спальню, Самсон застыл у двери. В глазах зарябило от количества нарядов, разбросанных по полу, и их расцветок. Ангел восседала на перине в центре этого беспорядка и что-то аккуратно шила, подбадривая себя бодрой песенкой. — Разбираешь свой гардероб? — Угу, — подтвердила, не поднимая головы. — В некоторых платьях мне даже в дворце не по себе было, а по городу в них и вовсе нелепо ходить. У Самсона забрезжила надежда, что слова касались и тех платьев, что слишком будоражили воображение мужской части населения. Но именно одно из них сейчас украшало девушку, а значит на выброс оно точно не планировалось. — Всё! Смотри. — отложив иголку, она взмахнула сшитым полотном, в котором Самсон различил золотые и алые отрезы шлейфов. Дорогие нити искрились в свете витражного окна. — Подсади меня, пожалуйста. Через час работы и наведения порядка пара любовалась мерцающим пологом, перекинутым через потолочную балку и закреплённого на стенах. — Только бы Пепелок не сжевал его. Где он? — С мячиком в саду играет. Деревянный шарик, что раздобыл Самсон, стал для зверька источником бесконечного веселья. Если бы в доме жил злобный дух, то он бы точно уже давно запрятал игрушку куда подальше, чтобы насолить чешуйчатому непоседе, но этого не происходило. Он катал его по ночам, спускал с лестницы и гонял по всем углам дома и сада. Пытался сгрызть его, но из-за неудобного размера, шарик каждый раз выскакивал из пасти, отделываясь только бороздками от зубов на поверхности. Казалось, что Пепелок отвлекался от него только по нескольким причинам: еда, сон, совместные прогулки и моменты, когда мелкий паразит прилетал с жалобным видом, означающим, что шарику нужна помощь. Например, вытащить его из пруда. Зато они узнали его глубину и даже нашли игрушку (…к сожалению). — Дай руку, — Лисия вытащила алую тесьму из вороха других. — Какую? — Какую хочешь. — Чтобы на уроках напоминало обо мне, — довольная чмокнула в подбородок, обвивая левое запястье самодельным браслетом. — Можно мне? — Выбирай. Самсон задумчиво пропустил узкую золотую ленточку через пальцы, поднимая взгляд на девушку, уже протягивающую ему левую руку. — Нет, присядь, пожалуйста. Удивлённо вскинула брови, но без вопросов исполнила просьбу. Мужчина опустился на колени и, взяв в ладони левую ногу, погладил большим пальцем ямку на щиколотке. — Захотел привязать меня к этому дому и земле, чтобы не улетела? — засмеялась, откинувшись на локти. — Я… Извини, — немного стушевался, не осмеливаясь продолжить. — Я не против, давай, — хихикнула, свободной ногой игриво ударив его по бедру. Оставаясь серьёзным, Самсон незаметно сдвинул пальцы и прошёлся подушечками от пятки к основанию пальцев. — Ай, не смей! — вздрогнула, бессознательно сделав попытку выдернуть ногу из захвата, но мужчина держал крепко и явно собирался повторить эту пытку. — Только попробуй! Ща пяткой в лоб да… ая-яй! — завизжала, захлебываясь смехом и возмущением, — щекотка прекратилась. — Вот тебе! — негодующе сопя, легонько пихнула правой ногой в плечо, удовлетворенное сдунув с носа упавшую прядь волос. Повернув голову Самсон нежно поцеловал подъём изящной стопы, всё ещё продолжающей упираться в него, от чего по телу Лисия пробежала волна жара. Но затихла, услышав, с какими словами он сделал первый оборот ленточки вокруг щиколотки. — Готов идти с тобой и в темницу, и на смерть. Все испытания твои и хлеб и кров с тобою разделю, — оборот. — Ибо ты — утешение моё и твоим готов стать. — Это? — Строки из той клятвенной части свадебной службы, что Ридесар приказал сократить, — Самсон завязал концы ленты, скрепляя узел новым поцелуем. — Мне хотелось, чтобы ты их всё-таки услышала. Внутри зарождалась буря чувств: одновременно тянуло рыдать, смеяться, убежать и броситься на шею, но спокойный и уверенный взгляд тёмных глаз дарил умиротворение. — Затянул, что зубами уже не развяжешь, — запустила пальцы в серебристые волосы мужчины и взъерошила их. — На мне должок висит. Встала и отошла от Самсона. Смотря прямо ему в лицо, распустила на шее ленты, удерживающие лёгкое платье, позволяя упасть тому на пол. Нарочито медленно избавилась от нижнего белья под пристальный взор ещё больше потемневших от желания чёрных омутов, которые их владелец не попытался отвести. А как оторваться, когда женские пальцы ловкими движениями повязывают на бедре ленту? Захватив лютню, вернулась к перине и забралась на неё. Солнце тёплыми ласковыми лучами скользнуло по чувствительной коже спины, вызывая трепет и побуждая раскрыть уникальные крылья. Лисия запела…