Театр – представление, мир – сцена

– Ах, как же предсказуемо, – с сожалением вздохнул Борис, оглядев бесчувственную девицу на руках у Кристины. Он шагнул ближе и ласково огладил вихристые пряди волос, проведя незримую линию по лбу. – А мне казалась поначалу такой умной девочкой. Но, – вновь тяжелый вздох, полный горечи и обиды, – что ж. Свое мы получили. Агата растянула губы в улыбке. – Можно мне немного поохотиться? – в довольстве вопросила она, глядя на своего обратителя. – Тут был мальчишка. Смертный, наверное. Друг ее. Сбежал, – она указала на парковку и виднеющуюся за ней школу, – туда. – Конечно, моя милая, конечно. Даже нужно. Поднимать лишний шум в такой замечательный день, – Борис глянул сквозь стекла очков на безоблачное небо, простирающееся над серыми домами, – не хотелось бы.

***

Некогда шумный и яркий зал, вкушающий авации восторженных зрителей, встретил маркиза пустыми стенами и поднятыми сидениями кресел. Только уборщица методично размахивала веником, сметая песок в узких коридорах между рядами. Спектакль завершился. Полины здесь уже не было. И даже спросить о произошедшем некого – театр опустел. Жан стиснул зубы. Неужели опоздал? Проверил телефон – сообщений от глупого мальчишки, что поверил в свои силы – Женька, то есть – не поступало. Неужели и вправду битвы удалось избежать? Или всё же их раскусили? Поймали? Может, они нашли укрытие? Где теперь их искать? Просили же не соваться что одного, что другую – нет, им обязательно нужно было найти приключения на одно место! Жан настолько сильно погрузился в свои мысли, что не сразу заметил подошего со спины старого знакомого. На лице Сергея застыло волнение. – Они унесли ее, – шепнул музыкант, шумно сглотнув, стоило только их взглядам с доктором встретиться. – Мужик какой-то и две бабы. Одна Поле с представлением помогала, сам видел. Жан ответил не сразу. Раздумывал. Старался проследить в голове всю цепочку событий и предположить дальнейший ход противника. Чего добиваются пришлые? Чего хотят? Отыскать всех вампиров в Смоленске и по одному перебить? Или загнать семью в ловушку и прибить разом? Может, будут торговаться? Жизнь мальчишки-вампира за беглянку? Или, если не торг не удастся, Уральские преподнесут семье голову смертной девицы в качестве своего последнего слова? Стоило только представить бледное лицо Полины, истерзанное болью, ее приоткрытые губы, сухой язык и закатанные глаза, и Жана накрыла тревога. Внутренности скрутило тугим узлом. Обманывать себя больше не было сил. Допустить ее смерть он не может. Только не так. – Куда они понесли ее? – спокойно вопросил доктор, опустив взгляд к понурому Сереже. Парень оглядывался по сторонам, царапая ладони окрашенными в черный ногтями. Нервы у него сдавали – сразу видно. – Не знаю, – голос Барановского дрогнул. Назревала истерика. Что-то среднее между плачем бессилия и криком ярости. – Не знаю. Ментов вызвать думал, но... Черт. Я должен был вмешаться. Должен был, Жан, – парень вцепился в плечи маркиза. – Но я опять ее упустил. Если бы только я пришел раньше!.. Да чтоб его. Вот что бы я сделал?! Жан не сумел сдержать горькой насмешки – впервые он готов был признать, что их мысли с Барановским сходятся. – Ты бы не сделал ничего путного, – маркиз хлопнул его по плечу и кивнул в сторону выхода. – Пошли. – Куда? Голубые глаза уставились в удивлении на собеседника. Сережа выглядел искренне ошеломленным. Доктор устало опустил плечи и слабо улыбнулся. Хранители точно по голове его не погладят, да и дедуля придет в ярость. Но сейчас это всё неважно. – К семье. Будем думать, что делать дальше.

***

Женек перескочил через школьный забор, рванув на футбольное поле. Страх колотил в висках. Сердце как бешеное пускалось по кругу в пляс. Ноги немели. Голова гудела обилием мыслей. Ему нужно было остановиться и всё обдумать, но страх быть пойманным оказался сильнее. Он заставлял юношу бежать всё дальше и дальше. Мимо ржавых ворот, по низкой разбитой лестнице, через школьное крыльцо. А затем рывок. Резкий толчок в сторону – и Женька прижали к стене, закрыв ладонью рот. – Ни звука, – уверенно произнес незнакомый мужчина. Парень дернул плечом, стараясь сбросить с себя незнакомца, но сделать это оказалось сложнее. – Я пытаюсь помочь, – шикнули из-за спины, и тогда Женек затих. Не до лишних дрязг сейчас – на кону человеческая жизнь. Мимо здания школы промчался темный силуэт – это Агата преследовала свою жертву, не зная, что на нее уже нашелся охотник. Влад выждал еще пару секунд, а затем отпустил юнца, сделав шаг назад. – Ты, – Женек нахмурился, приготовившись к драке, – ты был на фотографиях. Влад молча кивнул. Споры сейчас совершенно ни к чему. – И чего тогда остановил? – опешил Женек, потерев ушибленное плечо. – Ты разве не с этими? – С этими, – вновь согласился мужчина, шумно вздохнув. – Это долгая история. Потому буду краток: я не хочу, чтобы Милу казнили. Женек недоверчиво сощурился, стараясь осмыслить сказанное. В голове что-то щелкнуло. Полина говорила, что ей уже пытались помочь пришлые. Но потом «помощница» ее же и схватила. Нелогичный выстраивается пазл – куски его разбиты или сломаны, состыковать их верно не выходит. – С чего я должен тебе верить? – растягивая буквы, прямо спросил юный вампир, опустив кулаки. Сейчас бы деда Славу сюда – вот он бы придумал, что делать надо и как диалог строить. А Женек... А что Женек может? Только дел наворотить лишних. Как тогда, во время своей первой охоты – которая семье была за ненадобностью и лишних проблем принесла. – Можешь не верить. Но своих предупреди: из дома пусть не высовываются. И Милу увезите. За город лучше. – А Полина? Влад задумчиво прокатил это имя на языке. – Та девушка из театра? Ей ничего не сделают, даю слово. Я вернусь и считаю ее воспоминания, дав Борису нужную информацию. Ее используют только как заложника. – В этом ваш план? Обменять Полю на свою беглянку? – Выдержав небольшую паузу – до Женька просто не сразу дошло, – юноша удивленно вскинул руки. – Так ты в голове копаешься тоже? – Тоже? – переспросил Влад, не сдержав улыбки. Женя покраснел от стыда и решил лишний раз больше рот не раскрывать, чтобы не выдать еще какой секрет. – Да, я умею читать чужие воспоминания. Как новые, так и совсем старые. Так что отыскать в воспоминаниях той девушки вас и ваш дом не составит особого труда. – Притормози, – Женя сделал шаг вперед, недовольным взглядом вперившись в щетинистое лицо собеседника. – Не надо этих к нам в дом тащить. – Вас же – трое? – Влад оставался спокоен. Отступать он не планировал. – Девушка из полиции, ты и, кажется, врач из местной больницы. Женя ничего не ответил, но Влад по его лицу понял, что попал в яблочко. – Чтобы Мила осталась жива, Бориса нужно устранить. Агата будет на его стороне, я же помогу вам. – А та? Из театра? Самоуверенная? – Кристина. – Влад качнул головой. – Я давно разучился понимать, что у нее на уме. Она сумасшедшая, но сердце у нее доброе. Думаю, она может помочь, но я не уверен. В расчет ее не беру. Четверо на троих может хватить, если устранить Агату первой. Евгений воодушевился, расправив плечи. Хорошей драки ему давно не хватало, да еще и противники сильные попались. Вот только одно смущало юнца – реакция деда Славы на это. И Хранителей. Потому он решил осторожно уточнить: – А без этого никак не выйдет? Ну, там, договориться может? Влад покосился на часы, черным кожаным ремешком опутавшие его запястье. – Договариваться с Борисом – всё равно что биться в закрытую дверь. Он останется при своем мнении и без Милы на ферму не вернется. А если и уйдет – то придет позже прямо к вашему порогу с бóльшим количеством вампиров, и тогда уже силой заберет беглянку. – Влад поднял глаза на юнца, слегка нахмурив брови. – Мы наблюдали за вашим городом. Здесь очень тихо, словно о вампирах люди никогда и не слышали. Значит, у вас иные правила, чем у нас. Для вас люди – не просто еда. И потому, как ты сейчас рвешься защитить ту девушку, я понимаю, что прав. Женя сжал кулаки. Может, его обманывают? И весь разговор сейчас – лишь попытка выведать недостающую информацию? – Не горячись, – осадил собеседника вампир с Урала. – Мы пришли в ваш дом и потому чтим ваши правила. Что я, что Борис. Я к тому, – он сделал небольшую паузу, подбирая правильные слова, – что мне нравится ваш уклад. Жить среди людей, как обычные смертные – работать с ними бок о бок, защищать, спасать изо дня в день – мне нравится эта идея. И когда всё закончится, я бы хотел остаться. Можешь считать это платой за мою помощь. Женя слегка опустил плечи, но напряжение в пальцах никуда не ушло – кулаки оставались сжатыми. В кармане джинс завибрировал телефон. Влад, заметив это, сразу развернулся. – Передай своим всё сказанное здесь. Мы придем на рассвете, – и ушел, оставив парня наедине со своими мыслями. У Женька кипела голова и неприятно тянуло в животе. Он тихо взвыл, подтянув пальцами умолкнувший смартфон, и прильнул спиной к холодной стене позади. Похоже, Уральский прав – битвы не избежать, остается только подготовиться к ней как можно лучше.

***

Было темно. Тонкий аромат зажженных благовоний наполнял помещение. И вокруг – тишина. Ни разговоров, ни шума работающей техники, ни завываний с улицы – ничего. Полная тишина. Гнетущая и всепоглощающая. Полина медленно приоткрыла глаза. Перед ней предстала незнакомая комната. У дальней стены – сервант, заполненный фарфоровыми фигурками с одухотворенными лицами. Чуть поодаль – небольшой резной комод с ручками, напоминающими ветви деревьев с листьями. Кремовые стены увешаны картинами – в основном городскими пейзажами, изредка сменяющимися небольшими зарисовками интерьеров, людей и животных. Окно по правую руку от Полины оказалось приоткрыто. Белый полупрозрачный тюль слегка покачивался в объятиях вечернего ветра. На улице было тихо. Полина опустила взгляд на свои руки. Кожу неприятно покалывало. Казалось, ее тело пронзило электрическим током перед тем, как девушка потеряла сознание у театра. У театра, точно! Там была Кристина. И кто-то еще из пришлых. И Борис. Нужно сообщить... Нет, сначала узнать, как там Женек. Цел ли он? Сумел ли сбежать? А если его поймали? Пальцы скользнули вверх по бедру к карману джинс, силясь нащупать очертания смартфона. – Не это ищешь? – игриво произнес женский голос из-за спины. На плечо опустилась раскрытая ладонь. Поманив пальцами, незнакомка протянула Ульяновой телефон, безмолвно предлагая забрать. Полина не сдвинулась с места и отвела взгляд в сторону, будто смартфон ее вовсе не интересовал. Нельзя выдать себя. Нужно действовать осторожно. Из сложившейся ситуации необходимо извлечь максимальную выгоду. – Вот как? – раздосадованно пробормотала Агата, бросив мобильник на диван рядом с девушкой. – Я-то думала ты будешь звать на помощь. Родителей, друзей из театра, а может, – она выдержала небольшую паузу, сузив свои темные глаза в довольстве, – кого посерьезнее. Ее ладонь опустилась на шею Полины, едва уловимо проведя ногтем по подбородку. От прикосновения по коже пробежал неприятный импульс – будто горячим утюгом прижгли. Ульянова дернула головой, отстраняясь. – Хватит, – Кристина сдавила запястье вампирши, толкнув ее саму в сторону. – Если ты забыла: нам запрещено вредить ей. Полина – наша гостья, не более. Ульянова покосилась на них. Не похоже, чтобы ей дозволено было «гостить» – уж скорее ее пленили здесь на особых условиях. – Ты разрушаешь всё веселье, – досадливо протянула Агата, вскинув руки и сделав шаг назад. Несмотря на возмущение в голосе и взгляде, спорить она не желала. – От девочки требуется только информация, – напомнил мужчина, привалившийся плечом к стене. В нем Полина смогла различить вампира с фотографий – Влада. Информация о вампирах из Смоленска и о местонахождении девочки – вот что требовалось уральским упырям. Раз они схватили Полину, заподозрив ту в связях с местными кровососами, то достоверных данных у них нет. А значит, это можно обернуть в свою пользу. – Полин, – Кристина сладко улыбнулась, прильнув к дивану и сложив на его спинке руки. Взгляд ее был привычно холоден и бездушен. За ним невозможно было различить ни настроение девушки, ни намерения. – Расскажи по-хорошему, где прячутся те, кто покрывают Милкис? Ульянова в недоумении изогнула брови. – Милу, – услужливо подсказал Влад, шумно вздохнув. – Нам нужна только девочка. Без лишней крови. Студентка подтянула к себе ноги и обхватила их руками. Взгляд ее сменился настороженностью, страхом. – Вы – вампиры, – пробормотала она, играя в собственную игру на чужих правилах. Ей нужно было казаться напуганной. Нужно было предстать перед ними беспомощной девицей. Просто жертвой обстоятельств. Они должны были верить ей. Верить, как никогда раньше. – Я не понимаю, – сбивчиво зашептала она, – Толик говорил, что они одни такие. Что других нет. Это невозможно. – Толик? – переспросила безучастно Агата, поймав на себе взгляд Влада. Мужчина держал молчание. – Вас много? Сколько? – будто в бреду начала расспрос Ульянова. Взгляд ее испуганно забегал по полу. – Вы нас убьете. Убьете же? Толик угрожал мне. Он кусал меня. Я точно помню. – Будто в подтверждение своих слов, Полина провела ладонью по плечу. Конечно, там не было укуса. Как не было и никакого Толика. – Почему я до сих пор жива? Почему я еще человек? Я же человек, да? Человек? Агата раздраженно цокнула языком, быстро зашагав к девице. Но на пути встала Кристина. Взгляд ее темных глаз был насмешлив и суров. Скорее всего, она раскусила игру своей подопечной, но виду, по крайней мере пока, не подала. – Котеночек, – ласково позвала она, касаясь плеч студентки, отчего последняя невольно вздрогнула. Ее кожа была холодна, а жесты лишены прежней заботы. – Расскажи нам, где прячутся вампиреныши твои? Толик, Мила и остальные? По доброте душевной поделись секретом, – заискивала она, глядя точно в глаза собеседнице. Пальцы скользнули выше, огладив тонкую кожу на шее, аккурат над пульсирующей артерией. – Мне нравилось проводить с тобой время в театре. Так что, прошу, ради нашей дружбы, – она сдавила горло, несильно, но ощутимо, явно вложив в свой жест угрозу, – сделай правильный выбор. А затем вернись к семье, как будто ничего и не было. Место в Камерном я тебе обеспечу. И твоим друзьям поддержку окажу. Влад безучастно отвел взгляд. Агата с довольством ухмыльнулась. Ей нравилось такое развитие событие. Но еще больше ей хотелось принять участие в мучениях смертной. – Я п-покажу, – пробормотала в испуге Полина, на глазах которой проступили слезы. – Покажу, – повторила она чуть громче и слабо улыбнулась. Кристина ответила улыбкой. – Вот и умница. – Она обернулась к своим товарищам и, щелкнув пальцами, кивнула на дверь. – Говорила же, что найду к ней подход. Полина проверила карманы: баллончик с лаком лежал в правом, в левом покоилась связка ключей. Телефон подняла с пола и забрала с собой Кристина, а другие вещи Ульяновой были за ненадобностью. Ей нужно только выиграть немного времени – и всё. На помощь Крис Полина полагаться больше не желала. Та действовала осторожно и открыто выступать против своих соплеменников ради смертной явно не собиралась. Полина показала путь к заброшенному приюту за Днепром, где ранее уже бывала с семьей деда Славы. Она знала это место и полагала, что сможет сбежать при первой возможности. Нужно было только правильно расставить все карты. – Ну, и что за развалюха? – скривила губы Агата, оглядев потрепанное временем здание. – Жилище подстать отбросам. – Самое то для вампиров, скрывающихся от общества, – одобрительно улыбнулась Кристина, сунув руки в карманы брюк. Украшения в волосах тихо звенели, пока она осматривалась по сторонам. Взгляд ее оставался холоден и беспристрастен. – Нам сюда, – Ульянова осторожно проследовала по тропе к зданию, из которого в свое время поехала в больницу. Ноги предательски задрожали. Разум помнил день казни Клима и испытанную в ту ночь боль. – Здесь раньше приют для животных был. Но его закрыли, здание сносить не стали. Толик говорил, что здесь тихо и нет опасности быть пойманными. Агата ответила молчанием. Отделившись от группы, она начала самостоятельно изучать здание. «Тем лучше», – подумала Полина и шагнула в темноту глухих коридоров. Тело одолевала дрожь. Волнение гулкой дробью отзывалось в висках. Она прокручила в голове свои дальнейшие шаги раз за разом, боясь допустить хоть одну ошибку – даже малейшая будет стоить ей жизни. – Сюда, – шепнула она, заслышав в коридоре шаги. Это должен был быть Влад. Он держался чуть позади, ступая ровным шагом. – Нам наверх. Эхом в заброшенных стенах отражалось собственное сердцебиение. Полина вслушивалась в каждый шорох, в страхе крутила головой из стороны в сторону и цепко сжимала в ладони спасительный баллончик. На лице же ее не отражалось ничего – абсолютное спокойствие, столь ей нехарактерное. Нужно было добраться до той комнаты. Внизу есть выступ – если спрыгнуть, особых травм не получишь. Нужно только успеть. – Ты уверена, что это здесь? – раздался позади голос Влада. – Да, – уверенно ответила Ульянова, поднимаясь по знакомой лестнице. Где-то в глубине здания зазвенел металл – наверное, Агата нашла железные обломки и со скуки отпнула их в сторону. – Я приходила сюда, – стараясь заполучить малую толику их доверия, произнесла Полина, сбавив шаг. – На последнем этаже была спальня. А чуть ниже – подобие склада. – И часто ты бывала у них в гостях? – с нижних этажов вопросила Кристина. В голосе – знакомое довольство, насмешка. Полина уже не ответила. Она бросилась к окну, через которое в свое время выпал Клим, и решительно перескочила через него, руками зацепившись за каменный выступ. Пальцы проехались по стеклу. Сердце застучало быстрее, громче. Не думая больше ни о чем, Полина спрыгнула вниз, на уступ, едва не задев ногой железные прутья, покрытые давно запекшейся кровью. Бежать. Быстрее. В лес. Грязь должна сбить запах. Там можно затеряться. Главное – успеть. Ульянова рванула с места, не веря, что сумела вырваться из плена вампиров. Адреналин бурлил в крови, придавая движениями нечеловеческую скорость. И только у кромки леса, когда среди деревьев показался знакомый силуэт, в голову закралась мысль: «ей позволили сбежать». – А ведь я возлагал на вас такие надежды, – голос Бориса заставил Полину остановиться. Слова, прозвучавшие словно приговор, забрались под кожу, терзая ослабшее тело неумолимой дрожью. Побег – это проверка. И Полина ее провалила. Руки свели за спиной. Тело пронзила адская боль, будто от удара током, и Полина свалилась на колени.