Научиться дышать

      Когда Астория открыла глаза, то почувствовала себя странно. Она встала с кровати и подошла к окну. Тот же подоконник, на котором она любила сидеть. Те же морские волны, которые бились о скалы. В комнате, которая всё также была ей ненавистна, ничего не изменилось. Так почему казалось, что что-то было не так? Откуда чувство, будто она не должна здесь находиться? Может, это из-за тех странных снов, содержание которых она не помнила? Но раньше подобных побочных эффектов они не вызывали… Да и никаких снов сегодня не было. Астория всегда знала, что в Италии ей не место, но чувства неправильной реальности ещё не испытывала.       Она подошла к зеркалу и опешила. Собственное отражение повергло в шок. Волосы были намного короче, а тело больше не такое тощее. Как это могло случиться за ночь? Она прикрыла рот рукой и нервно усмехнулась, подумав, что тронулась умом. Это было неудивительно с её-то жизнью, но всё же… Как? На неё смотрела совершенно другая Астория. Такая, какой она никогда не была.       — Я сплю, да? — прошептала она, смотря в свои слишком ясные глаза. Без синяков под глазами…       Было тихо. Настолько, что любые звуки отсутствовали. Астория даже тишину не слышала, что было странно. Она ничего не чувствовала физически. Ущипнув себя, не ощутила боли. Желудок не напоминал о себе голодом. Может, она, правда, во сне? Но как сон мог быть таким реальным?       Она повернулась к выходу, чтобы уйти и понять, что происходит, но дверь в комнату, как и всегда, словно кричала: «Не выходи!». Астория послушалась и села на кровать. Не хотелось лишний раз попадаться на глаза Джакомо или встретить Лидию… Если захотят, найдут её сами, а добровольно встречаться с ними она не собиралась. Ответ на вопрос не стоил того.       Она легла на подушку и закрыла глаза. Если это сон, она просто проснётся. Если не сон, то странные чувства пройдут после отдыха. А если не пройдут… Об этом Астория будет думать потом.       Теперь и собственное сознание добавляло проблем, как будто ей их до этого не хватало. Астории казалось, что эта реальность ей не принадлежала. Это удивляло, но почему-то она чувствовала себя спокойно, а такого не было давно. Да, её волновали странности, но не пугали. Вчерашняя Астория вела бы себя иначе…Она зажмурилась, совсем запутавшись в своих ощущениях. Как эта реальность могла быть не её, если другой у Астории не было?       Вдруг открылась дверь, отчего она испуганно открыла глаза и подскочила с кровати. На пороге стояла Лидия.       — Почему ты не постучала? — спросила Астория, держась за сердце.       — Это срочно. Его сегодня ночью не будет дома.       — Мне опять идти туда? — вздохнула она, чувствуя едкое разочарование и усталость.       — Вчера у них было собрание. Ты знаешь, мы не можем упускать такие возможности…       Всё это Астория слышала постоянно, поэтому не дала Лидии продолжить.       — Знаю, поняла, сделаю. Я не хочу разговаривать.       Раньше она бы просто отключила мысли и не думала, если бы не хотела диалога. Сейчас такое казалось неправильным. Астории не хотелось слушать что-либо о долге или людях. Ей было глубоко плевать на всё это. Хотелось лишь уснуть и перестать чувствовать себя не в своей тарелке.       — Ты сегодня какая-то другая, — с недоумением сказала Лидия, но возражать не стала и ушла.       Астория снова легла в кровать. Да, она вдруг изменилась, и это напрягало, потому что причин для этого не было.

***

      Открыв глаза в следующий раз, она поняла, что наступила ночь. А это значило, что ей надо пробираться в его кабинет, рисковать и добывать информацию, за которую её никто не поблагодарит. В комнате, как и в коридоре, по-прежнему царила мёртвая тишина. Астория слышала только звуки собственных шагов и боялась, что кто-то другой тоже услышит их. Вчерашние странные чувства отошли на второй план из-за этого страха.       Когда она зашла в кабинет, почувствовала знакомую тошноту. Каждый раз в голову лезли мысли о том, что будет, если Джакомо её поймает. Ответ узнавать не хотелось. Астория закрыла дверь и подошла к столу. Среди бумаг на поверхности не было ничего нового. Только вот… На одном из писем ярким текстом выделялось:       «Почему же ты не просыпаешься, моя милая?»       Она растерянно моргнула пару раз и надпись пропала. Всё становилось ещё страннее. Астория не знала, что и думать. Могла обвинить в происходящем только собственный разум, который, очевидно, давал сбои. Она тряхнула головой, будто это могло привести в чувства, и открыла первый ящик в столе. Пустой. Как и следующий. Это тоже было не к добру… Раньше тут лежали бумаги.       Астория нахмурилась, когда внезапно почувствовала обжигающий холод. Сердце забилось в отчаянии, и она, подняв взгляд, увидела, что в углу кабинета в кресле сидел он.       — Так, так, так… Что я вижу? Моя дорогая жена — крыса? — с презрением произнёс Джакомо. — Вот уж не думал, что ты осмелишься на такое.       Кровь стучала в висках. Астория попятилась к двери. Единственное, что оставалось делать. Сейчас его гнев был куда опаснее обычного…       — А во что ты одета? Такое карается смертью.       Она на секунду опустила взгляд вниз и увидела на себе магловские джинсы. Их никогда не было в её гардеробе… В этом городе вообще не было ничего магловского… Как эта одежда оказалась на ней? Как она не заметила?       Астория врезалась спиной в дверь и, не сводя глаз со своего мучителя, подёргала за ручку. Ожидаемо заперто. Она вздрогнула от его тихого смеха.       — Но я тебя не убью. Нет-нет, смерть была бы для тебя свободой, побегом, которого ты так хотела, пока не потеряла надежду, а я не хочу, чтобы ты покидала мой дом, — Джакомо встал с кресла. — Правда, до сих пор я был мягок с тобой, и, видимо, поэтому ты пошла против меня. Больше не буду. Добьюсь от тебя всех имён. Каждого, кто сказал искать информацию и поставил под сомнение мою власть.       Он всегда давил на самые больные точки и страхи. Знал, как заставлять людей страдать. А Астория знала, что он воплотит все свои слова в жизнь, и медленно умирала внутри, пока он подходил ближе.       — Не надо было предавать своего мужа…       Страх резко исчез. Иррационально и необычно, но сердце после этих слов успокоилось. В голове пронеслись все чувства, испытанные за прошедшие два дня. Её ощущения, одежда, внешность… Астория думала, что изменилась комната или её сознание. Но нет. Изменилась она сама. Внутри появилась внезапная сила, которую она очень явно ощущала. Астория больше не боялась Джакомо. И причина нашлась.       Внутри всё перевернулось, и сердце словно расцвело, радостно забилось. В голове возник родной образ. Она улыбнулась от резкого понимания происходящего и рассмеялась, чувствуя на себе непонимающий взгляд. Астория посмотрела в глаза Джакомо и довольно сказала:       — Мой муж держит меня за руку в больничной палате, а ты мёртв. Ты ничего мне не сделаешь, а я больше не позволю забрать у меня счастье.       Он замер и вдруг начал рассыпаться в песок. Она с чувством полного удовлетворения смотрела до тех пор, пока от него не осталась маленькая кучка. Его не было. Этого кабинета и дома тоже. Тёмные стены остались далеко-далеко, а, может, уже давно сожжены революцией. Всё здесь осталось в прошлом. Всё было в её голове. Как же Астория сразу не поняла? Как не вспомнила Драко, который ждал её, пока она возвращала воспоминания?       Она повернулась и с улыбкой на лице открыла дверь, которая теперь легко поддалась. Яркий свет ударил в лицо. Пришлось зажмуриться.       Тепло. Первое, что Тори почувствовала, когда оказалась там, где оказалась. Она открыла глаза. Поляна, усыпанная цветами, деревья, чьи листья шелестели от лёгкого ветерка, и тёплое солнце. Здесь было необыкновенно хорошо. Каждая деталь успокаивала. Астория осмотрелась, но не заметила ничего, что бы подсказало, что это за место.       Она пошла вперёд в надежде найти хоть что-то. Очень хотелось скорее вернуться домой. Её ноги были босыми, но трава не колола ступни. Наоборот, казалась мягким ковром. Она шла, вдыхая приятный тёплый воздух, слушала щебетание птиц. Да, это место ей нравилось.       Вскоре вдалеке Тори увидела два женских силуэта. Она сразу поняла, кто там стоял. Мама и Дафна, которая махала ей. На лице появилась улыбка, и она хотела было побежать им навстречу, но остановилась как вкопанная. Те два раза, когда они встречались вот так, Тори не видела их лиц. Она вообще ничего не видела, были лишь белый свет и звучание голоса. И появлялись они по отдельности. Но… Самое главное — те два раза она была при смерти.       Нет, нет, нет… Астория не могла сделать и шага вперёд. Она не хотела. Теперь эта поляна пугала до ужаса и разбивала сердце. В голове звучало только: «Не может быть…»       — Тори! — они сами подошли к ней, а она в отрицании замотала головой.       — Почему вы обе здесь? Почему я вижу вас? — дрожащим голосом начала Тори. Её мама хотела что-то сказать, но не смогла вставить и слова. — Я не могу умереть сейчас! Я только начала жить… У меня есть сын, Скорпиус. Он такой чудесный мальчик, и я не могу оставить его. Я должна быть рядом, потому что я столько пропустила… У него всё это время не было мамы, и я должна это исправить.       Астория плакала, говоря всё это. Внутри была такая боль, какой она ещё никогда не чувствовала. Она представляла, как Драко узнавал о том, что её сердце перестало биться. Худшая картина. А Скорпиус… Нет, она не могла так разбить им сердца.       — А Драко… Он ждёт меня прямо сейчас. Я обещала, что всё будет хорошо. Он так любит меня, а я его. Если я умру, это сломает его. Я люблю этого мужчину так, как никогда никого не любила. Я не хочу расставаться с ним! И я столько ещё не сделала… Пожалуйста, я хочу жить…       Она бы продолжила говорить, если бы мама ладонями не обхватила её лицо со словами:       — Милая, всё хорошо. Тише. Дыши. Ты не умерла.       Тори замолчала. Её руки дрожали. Маминых прикосновений она не ощущала с пяти лет…       — Ты гораздо живее тех двух раз, когда попадала сюда, поверь, — сказала Дафна, погладив её по плечу.       Астория положила руку на сердце и выдохнула. Ноги еле держали. Это, кажется, было одно из самых страшных мгновений в её жизни…       — О, Мерлин, как я испугалась… Что тогда происходит? Когда я могу вернуться к Драко?       — Скоро, — улыбнулась мама. — Мы должны вернуть тебе воспоминания.       — Значит, зелье сработало?       — Да, твой Драко знал, что делал. Ох, как я рада за тебя… Пока мы не виделись, ты так изменилась. Так много преодолела! Стала крёстной, мамой, любимой. Я горжусь тобой, доченька. Всегда гордилась. И я рада, что ты обрела семью и снова хочешь жить.       Они сели на землю. Тори и не помнила, были ли у них такие моменты раньше, так что сейчас где-то внутри затягивалась ещё одна рана. Слишком мало времени она провела со своими девочками.       — Спасибо, мама, — теперь её глаза слезились от радости. — Вы были правы, когда обещали, что всё наладится. А я не верила, представить не могла, что всё окажется вот так.       — Мы не могли сказать тебе, как всё будет. Лишь дать надежду, — сказала Дафна. — Но ты со всем справилась.       — Ещё не со всем, — вздохнула Тори. — Но теперь я знаю, что смогу. Я ведь смогу, правда?       — Могу сказать лишь, что мы не увидимся ещё очень-очень долго.       В маминых глазах она увидела ответ. Как-то поняла, что всё будет хорошо. Тори с улыбкой кивнула.       — Я скучала по вам, — сказала она, положив голову на мамино плечо. Дафна сделала то же самое.       — Мои прекрасные девочки, — прошептала Элизабет, обняв дочерей. Как же тяжело ей было смотреть на то, как старшая дочь ещё школьницей умирает, не успев пожить, а младшая, преданная собственным отцом, мучается от рук злых людей.       Тори смотрела в голубое небо, чувствовала родное тепло и думала о том, как много они пережили. Дафна погибла так рано… Каково ей было смириться с этим?       — Дафна, как ты справилась? — спросила Тори.       — Это было непросто. Я боялась, что ты останешься совсем одна и за тобой некому будет присмотреть. Но рядом оказались хорошие люди. Совсем стало спокойно, когда ты начала учиться и вы с Драко поселились вместе, — она взяла Тори за руку. — Я знаю, как часто ты думала обо мне. Особенно, когда ждала Скорпиуса. Хотела, чтобы мы с мамой увидели его.       — Я рассказывала ему о вас. Он знает, какие у него замечательные бабушка и тётя.       — А мы знаем, какой он замечательный, — улыбнулась Дафна. — Сложнее было с Блейзом. Он очень долго горевал, много лет не мог справиться с потерей, и это приносило боль. Когда появилась Эшли, я выдохнула. Я счастлива, что он счастлив, и рада, что вы снова нашли друг друга.       — Подожди, а как вы знали и знаете, что со мной будет сейчас, но не знали тогда? — нахмурилась Тори.       — Обычно мы не знаем, что будет, но твой случай другой, — сказала Элизабет. — То, что с тобой произошло, не должно было случиться. После этого тёмной магии стало сильно больше. Все его действия этому способствовали. Это был тот случай, когда мы могли помочь, и мы пытались, в рамках наших возможностей — удерживали тебя в мире живых, чтобы ты вернулась домой. От этого зависело и зависит многое. Не только твоё счастье. Судьбы многих людей, — она покрепче прижала к себе Тори, которая не понимала, на кого она так сильно повлияла. — И пусть я не хотела, чтобы ты становилась частью таких глобальных событий, я рада, что твоё похищение — то, что получилось исправить. Мне жаль, что это было так больно…       — О, мама, а мне жаль, что тебе пришлось это видеть. И мне жаль, что наш отец был таким. Тебе было нелегко, я знаю.       — Он за всё ответил, милая. Я ни о чём не жалею. Лишь о том, что не могла заботиться о вас дольше. Но я знаю, что Нарцисса приглядывает за тобой. Ты уже давно взрослая, но так спокойнее.       — Она здорово меня поддерживает, как и все остальные. — кивнула Тори. Она ещё раз осмотрела поляну и спросила: — А что это за место? И почему до этого я видела Италию?       — Твоё сознание так решило, — сказала Дафна и поднялась на ноги. — А это место, куда попадают после смерти. Хотя, может, и это всё в твоей голове, кто знает? В любом случае, тебе надо возвращаться домой. Ты задержалась.       Тори встала следом и вдруг услышала голос Драко, полный отчаяния.       «Я жду тебя, моя милая Тори. Буду вечность ждать, если понадобится, но, пожалуйста, просыпайся скорее. Тебя все здесь ждут.»       О, Мерлин, она, правда, задержалась. Надо быстрее обнять его и убедить, что всё хорошо…       — Что я должна сделать? — нетерпеливо спросила Астория.       — Иди сюда, — Дафна притянула её в объятия. — Я люблю тебя, сестра.       Эти объятия не были обычными. Пока она держала её в своих руках, Тори чувствовала прилив сил. Чувствовала, как становилась целой. Воспоминания…       — И я тебя, — сказала она, когда отстранилась от Дафны. Она постаралась как можно лучше запомнить этот момент. Последняя возможность обнять сестру, которая долгое время была ей опорой и до смерти, и после. Лишь мысли о ней спасали Асторию тогда, когда казалось, что надежды нет.       — Тори, — мама позвала её. Она смотрела глазами, полными любви. — Я знаю, что ты переживаешь о работе. Но не просто так я назвала тебя Асторией. Твоё имя означает «звезда». Звёзды указывают путь другим, но, что более важно, знают этот путь сами. Поэтому, моя звёздочка, не переживай и будь счастлива.       Ребёнок внутри Астории расплакался в этот момент. Они крепко обнялись, и тёплых чувств стало ещё больше.       — И ещё, — добавила Элизабет с ноткой беспокойства. — Доверяй своим чувствам. Если покажется, что что-то не так, прислушайся к себе.       Она смотрела так, будто хотела сказать что-то ещё, но не могла. Асторию это насторожило, но она пообещала, что запомнит наставление.       Напоследок Тори ещё несколько секунд смотрела на родные лица, благодарная за возможность встретиться.       — Я люблю вас. До встречи через много-много лет.       Они смотрели, как она исчезала. Хотели бы помочь больше и раньше, но знали, что сделали всё, что в их силах. Астория справилась, и теперь их души могли успокоиться.

***

      Время тянулось мучительно долго. Драко по-прежнему сидел у кровати, уперев локти в колени и опустив голову вниз. Тишина и неподвижность Тори всё больше вводили его в отчаяние. Он не знал, что делать. Скоро Скорпиус спросит, что с мамой, и Драко придётся что-то ответить… А что отвечать, если ответов не было? Он всё ещё понятия не имел, что пошло не так. Целители тоже. Драко уже и есть перестал. Ему просто надо было, чтобы Тори очнулась. Больше ничего.       В голове царил мрак, когда Драко услышал звук со стороны кровати. Он не шевелился, боясь, что в очередной раз показалось, но сердце забилось быстрее. Вдруг?.. Он ждал чего-то ещё. Умолял, чтобы в этот раз его надежды оправдались. Так что, когда его колена коснулась рука, Драко резко поднял голову.       Прекрасные голубые глаза одновременно взволнованно и радостно смотрели на него. Она проснулась. Драко открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. Как она себя чувствовала? Помнила ли его и всё, что было? Вернулись ли воспоминания? Он хотел сказать так много, но эмоции переполняли, и он не мог и слова вымолвить.       Тори несколько секунд смотрела на него слезящимися глазами, а потом сказала:       — Как я рада, что влюбилась в тебя во второй раз, Драко.       Он всхлипнул и криво улыбнулся. Все ответы были получены. Одновременно они потянулись друг к другу не в силах выносить расстояние. Тори пришлось напрячься всем телом, чтобы подняться. Возможно, ей не стоило двигаться, но она слишком хотела обнять его. Драко обхватил её руками, и она расслабилась, оперевшись на него. Он почувствовал её пальцы в своих волосах и крепче прижал к себе. Всё, кроме их объятий, стало неважным…       Тори, уставшая после своих приключений во сне, рада была оказаться в руках Драко. Никогда в жизни она не хотела больше видеть тот испуганный взгляд, которым он смотрел на неё сначала. Астория даже спросить боялась, сколько прошло времени, так что пока она молчала. Тем более, что в голове всё путалось, но зелье подействовало. Медленно кирпичики-воспоминания укладывались в стену.       Они плакали и жались друг к другу, словно не виделись целую вечность. Драко и Тори не знали, сколько так сидели, но отпускать друг друга не хотелось. Он лишь немного отстранился, чтобы посмотреть в её глаза. Астория прислонилась лбом к его лбу.       — Тори… Как хорошо, что ты проснулась, — он ласково коснулся её щёк ладонями. Ему нужно было касаться её, чтобы убеждаться, что она, правда, тут.       — Как долго я спала?       — Сегодня четвёртый день, — ответил Драко, а Тори охнула. — Главное, что ты снова здесь. Но, Мерлин, как же я испугался…       — Я же обещала. Ты всё это время был здесь? Ел хотя бы?       Вместо ответа он стал покрывать её лицо поцелуями, и это заставило улыбнуться.       — Сейчас важнее другое. Как ты себя чувствуешь?       — Мысли пока спутанные, но я помню многое, отрывками. Хорошо помню рождение Скорпиуса, его первые шаги и слова, нашу с тобой свадьбу. Всё приходит постепенно. Я пока уставшая, и мышцы слабые.       — Надо позвать целительницу, — встрепенулся Драко. — Что же я сразу не подумал…       Но Тори не позволила ему встать. Не могла так быстро отпустить после всего пережитого во сне. Не могла наглядеться на него.       — Постой, они и так скоро зайдут. Лучше обними меня ещё раз.       Он сомневался пару секунд, но всё же выполнил просьбу. Ей хотелось немного отсрочить проверки и медицинские вопросы. Ещё несколько мгновений спокойствия с любимым мужчиной. Тори посмотрела на него и вдруг всхлипнула.       — Драко, я, правда, помню… — только сейчас её накрыло осознание. Это было восхитительное чувство. Колдографии из альбомов оживали, она слышала слова и видела, что происходило за кадром. — Все те моменты в моей голове. Они мои.       Драко с улыбкой смотрел на Тори. Он мог лишь представить, какое облегчение она сейчас испытывала, пройдя такой долгий путь.       Так их и застала целительница, которая рада была увидеть, что её бывшая коллега очнулась. Они поговорили. Тори не помнила её, но учёба и работа пока оставались белым пятном в памяти. Какое-то время нужно было остаться в больнице, но целительница обещала отпустить её через несколько часов, если всё будет в порядке.       Остаться наедине надолго Драко и Тори не успели, потому что в какой-то момент на пороге послышался голос Джинни:       — Остальные на работе, Малфой, поэтому пришла я. Увы, не могу позволить тебе умереть с голоду только потому что ты вёл себя как упрямый…       Она замерла с открытым ртом, когда увидела улыбающуюся подругу. Тори хотела спросить, что произошло, но остановила себя, когда на лице Джинни начали одна за одной появляться разные эмоции. В конце концов она поджала губы и сказала:       — Ты! Ты напугала нас, знаешь ли!       Астория склонила голову на бок и усмехнулась.       — Я тоже скучала.       Джинни смахнула слёзы с глаз и поспешила обнять её. Она тоже перенервничала, пока ждала.       — В следующий раз, когда встретимся, напьёмся.       Драко еле сдержал смешок, вспомнив, к чему это привело в прошлый раз.       — Как скажешь, — посмеялась Тори, а потом с подозрением посмотрела на них обоих. — А вы что, поссорились, пока я спала?       — Я просто… немного расклеился, а миссис Поттер вправляла мне мозги.       Джинни многозначительно хмыкнула на слове «немного».       — Ты замер, как статуя, и отказывался поддерживать свою жизнедеятельность. Так что мы покричали друг на друга.       — Дурачки, — сделала вывод Тори. — Оба.       Но несмотря на свои слова и она, и Джинни понимали, что на месте Драко вели бы себя также. Отойти от любимого человека, когда он находился в таком состоянии, было невозможно.       Уже через несколько секунд Джинни всполошилась и сменила тему:       — Мерлин, надо всем рассказать!

***

      Зайдя домой, Тори вздохнула с облегчением. Благодаря Джинни в больнице снова образовалась толпа, от которой она порядком устала, но всё равно была всем рада. Хотя очень хотелось домой в тишину — остаться наедине со своими мыслями и обдумать всё.       — Ты голодная? — спросил Драко, пока Тори гладила соскучившуюся Кошку. Она покачала головой. — Давай тогда просто полежим вместе?       Его взгляд был таким бесконечно уставшим, что у неё болезненно сжалось сердце. Она знала, что он, если и спал, то плохо. И все эти переживания… Им обоим нужно отоспаться и побыть вместе.       Собственная кровать была гораздо удобнее тех, на которых приходилось спать эти дни. И Драко, и Тори знали, что скоро уснут. Вечер только начинался, но сил не было совсем.       — Как ты? — спросила она, когда они удобно устроились. Тори знала, что им надо было высказать всё, что накопилось за эти четыре дня.       — Видеть тебя на больничной койке без сознания — худшее, — сказал Драко. Он лежал у неё на груди и слушал успокаивающий стук сердца. — Я постоянно проверял твой пульс.       — Ох, Драко, будем надеяться, что мы больше никогда не увидим друг друга в таком положении. Я бы тоже боялась за тебя, — она перебирала его волосы пальцами, стараясь вложить в прикосновения всю свою нежность.       — Главное, что всё закончилось. Но ты выглядишь такой же уставшей. Что-то происходило, когда ты спала?       — Я не думаю, что могу назвать это снами, но я видела многое. Сначала я проснулась в своей комнате там, в Италии, и ничего не помнила.       Тори рассказывала всё, что с ней происходило. То, как не поняла сначала, что спит. Как стала той измученной Асторией, но ненадолго, потому что даже тогда её изменения давали о себе знать.       — Я знаю, что ты меня звал. Это помогло. Когда была в его кабинете, увидела твои слова на бумаге, а потом вспомнила тебя и стало так легко. Я больше не боялась его. Не знаю, что это было… Но я как будто отпустила часть прошлого.       — Мне жаль, что ты снова столкнулась с ним, но я рад, что он снова получил по заслугам.       — Да… Было страшно, но я чувствовала себя крайне довольной, когда видела, как он рассыпается, — усмехнулась Тори.       — Опасная ведьма… — довольно сказал Драко.       — Не бойся, ты в безопасности. Потом я встретилась с мамой и Дафной, и это было необыкновенно. Ещё одна закрытая дверь, — она много говорила про встречу, которая принесла ещё большее облегчение, ведь они с семьёй обсудили то, что не успели при жизни. Тори получила недостающее тепло и собиралась всегда о нём помнить. — Мама сказала, что моё имя значит «звезда».       Драко поднял голову и удивлённо посмотрел на неё.       — Правда?       Тори кивнула и улыбнулась.       — И у меня звёздное имя. Всё-таки судьба, да?       — Конечно, судьба. А как иначе? — Драко оставил мимолётный поцелуй на её ключице.       В груди у Тори разлилось тепло. Первый и единственный мужчина, которого она любила, любил её много лет назад и сейчас. Им обоим невероятно повезло.       — Ты не говоришь ничего о воспоминаниях. Как ты себя чувствуешь?       — Я постепенно вспоминаю всё больше и больше, и это так хорошо, — её голос надломился. — Не знаю, как жила всё это время с пустотой в голове… Так много важного забыла. Как мы встретились, как влюбились… Скорпиус и всё, что с ним связано. У меня в голове пока не сложилась полная картина, но я уже чувствую себя очень правильно. Только я не стану тогдашней мной. Плохие воспоминания слишком свежие.       — И никто этого от тебя не ждёт. Прошло время, случилось много всего, и мы все уже другие люди. Я точно не ждал, что ты станешь двадцатилетней версией себя. Тори, я люблю тебя, а не воспоминания или образ.       — Знаю, иначе у нас бы ничего не вышло, — она улыбнулась. Может, в глубине души Тори надеялась, что изменится, но Драко был прав. Всему своё время. — Как хорошо, что всё хорошо закончилось.       Драко утвердительно промычал, теряя способность составлять предложения. Слишком удобно он лежал.       — Кстати… Мама сказала, что от меня зависят многие судьбы, но я не понимаю, чьи. Разве я такая важная?       Эти слова разбудили его. Он снова поднял голову.       — Ну, во-первых, моя судьба. Ты очень важный человек для меня и изменила мою жизнь в гораздо лучшую сторону. То же самое касается Скорпиуса и остальных. Во-вторых, Тори… Благодаря тебе Лидия смогла победить. Без тебя у них бы всё шло намного дольше. И ещё, если бы не ты, все, кто страдал от такой же потери памяти, не смогли бы это исправить. Благодаря тебе началась работа над зельем. Да и про остальные преступления Нотта никто бы не узнал.       Тори знала, что Драко засыпал, и с удивлением смотрела на то, как бодро он доказывал её важность. Что бы она без него делала? Вдруг на глаза набежали слёзы, и она громко всхлипнула. Драко испуганно выпучил глаза и сел.       — Что такое?       — Я думала, что умерла…       — Иди сюда, Тори, — он притянул её в свои объятия.       — Это было ужасно. Я только начала жить и любить и испугалась, что всё закончилось. У меня сердце разбилось, когда я подумала, что больше не увижу тебя.       — Всё хорошо, моя милая, ты жива, — Драко целовал её в макушку. — Мы вместе.       — Я не хочу больше никаких важных событий. Ничего, что могло бы нас разделить. Хочу спокойствия.       — И я. Никаких больше загадок и потрясений, только наши маленькие радости. Встретим весну, съездим в отпуск.       — Звучит хорошо… — Тори прикрыла глаза, успокаиваясь от его близости. — Вспомним медовый месяц.       Они молча лежали какое-то время, но вдруг в её голове возникло кое-что, связанное с воспоминаниями. Кое-что о Драко, что он скрывал… Она и не подозревала, что такое могло присутствовать в их жизни. Он умело прятался или это дело прошлого?       — Драко.       — М? — лениво пошевелился он.       — А давно ты перестал петь в душе? Или накладываешь заглушающее на ванную, потому что стесняешься меня?       Драко ошарашенно посмотрел на Тори, которая еле сдерживала смех. Он совсем не подумал о том, что она будет знать его вдоль и поперёк. Беспомощно открывал и закрывал рот, не зная, что сказать. А Астория была крайне довольна, ведь она вспоминала не только важные события, но и интересные подробности.