Научиться дышать

      Слепой котёнок в руке Тори беспомощно пищал до тех пор, пока она не дала ему маленькую бутылочку, специальную для кормления таких малышей. Что-то особенное было в том, чтобы держать этот хрупкий комочек и понимать, что он полностью зависит от тебя. Это напоминало время, когда Скорпиус только родился, и определённо будило её материнскую сторону. Всем малышам нужны были тепло, молоко и забота. Неважно, люди они или котята.       Они родились вчера, когда Тори здесь не было, и кошка отказалась их кормить. Такое случалось иногда у животных, так что выкармливать приходилось своими силами, каждые два часа давая смесь для котят. Уже второй раз Астория приходила в приют и ей нравилось. Работа была непростой, многое нужно было запоминать, но чувство, что она нашла какое-то дело, давало достаточно энергии. Коллектив был приятным, а обстановка неформальной. В первый день она немного говорила с остальными, но сегодня чувствовала себя свободнее.       — Они все как дети, — с улыбкой сказала Тори.       — Это правда, — кивнула Хелен. Пока что они делали всё вместе. — Мне всегда казалось, что животные и маленькие дети несильно отличаются друг от друга. Особенно собаки. Кому-то мои слова могут показаться странными, но я считаю, что это мило, когда большая собака ведёт себя как ребёнок. Значит, она живёт в хороших условиях.       — Всегда хотела себе ещё и собаку, на самом деле.       Возможно, от этой её мысли Драко сошёл бы с ума. Ему с головой хватало проделок Кошки.       — Что ж, ты знаешь, где взять её, если решишься.       — Да, но это будет нескоро, если вообще будет. У нас не так много места и, опять же, Кошка. Хотя сын был бы очень рад новому другу. Он был в восторге, когда узнал, чем я начала заниматься.       — У тебя есть сын? — заинтересованно спросила она. Они ещё совсем не знали друг друга.       — Да, ему двенадцать, и именно он нашёл нашу кошку. Мой муж подумал, что это лучше, чем жуки или змеи, поэтому согласился взять её. Только он не знал, что кошки могут оказаться с характером. Теперь мы живём у неё дома, а не она у нас, — усмехнулась Тори, взяв другого котёнка. — Она больше всех любит сына.       — Если ребёнок хорошо относится, они быстро находят общий язык. Если твой сын захочет, может зайти сюда как-нибудь.       — О, он захочет, только когда приедет домой на каникулы.       — Он учится в интернате? — удивлённо спросила Хелен.       — Что-то вроде того… — Тори не стала бы называть Хогвартс так, но суть была та же. — Знаю, звучит не очень, но и я, и мой муж учились в этой школе, и было чудесно. Он тоже счастлив там.       Чудесно, если не вспоминать военные годы. Но этого она, конечно, не сказала.       — Я тоже училась в интернате, но он был больше похож на тюрьму, — лицо Хелен скривилось так, что Астория сразу поверила — школа у неё была ужасной. — Мои родители были богатыми, хотели дать мне «достойное» будущее, требовали слишком много, а мне не хватало их заботы. Заставили отучиться на экономиста, но, как видишь, по профессии я не работаю. Просто потратила время зря. Зато благодаря их деньгам я открыла приют, — она с гордостью обвела взглядом комнату. — Из всех моих близких друзей только Ирэн ещё частично занимается тем, чему училась в университете. Она журналистка.       Как хорошо, что Тори тогда нашла в себе силы уйти из отцовского дома. Пусть в итоге она не избежала его планов, смогла построить свой фундамент, который позже спас её. Останься она там, всё могло обернуться ещё хуже.       — Я училась на… врача, — сказала Тори, запнувшись. Она помнила, что в разговоре с магглами стоило заменять слова. — Работала до декрета, мне нравилось, но потом вынужденный перерыв длиной в много лет. Дыра в стаже, а теперь и не хочу работать в больнице. Не переношу вида человеческой крови, да и людей слишком много…       Собеседница задумчиво кивнула, думая, видимо, какой вопрос лучше задать.       — Что ты хотела делать до того, как зашла сюда?       Она пожала плечами. Была благодарна, что Хелен не спросила о причине перерыва, и радовалась, что фамилию Малфоев здесь никто не знал. Не было глупых догадок и подозрений, и Тори могла рассказывать то, что считала нужным. Не хотелось, чтобы её жалели.       — Не знаю… Я бы давно начала работать хоть где-нибудь, потому что жить на деньги мужа было неловко, — это сейчас Тори свыклась с мыслью, что в подвалах Мэнора достаточно вина, чтобы прокормить семью, а тогда они даже не были близки. — Но он отговорил, и я рада этому. Был непростой период, но за последние месяцы я успела отдохнуть и понять, что я заслужила делать то, что нравится. Поэтому я здесь. Рада, что тот котёнок мне попался.       — А уж как Амелия рада твоему появлению, — улыбнулась Хелен. Амелией была та самая девушка, чьи смены частично взяла Тори. — Надеюсь, ты у нас задержишься. Вчера мне показалось, что тебе не очень комфортно?       — О нет, — спешно покачала головой она. — Всё хорошо, просто мне надо было привыкнуть к новым людям.       Хелен понимающе кивнула.       — Хорошо. Я стараюсь следить за тем, чтобы в коллективе была дружелюбная атмосфера, так что все рады новичкам. И кстати, к котёнку уже завтра придут потенциальные родители.       — Это чудесно, — улыбнулась Тори. Да, маленьких животных разбирали быстрее, чем взрослых.       Странно, как одно место так сочетало в себе и радость, и грусть. Кого-то забирали сразу. Кто-то жил в приюте годы перед тем, как находил новый дом. А кто-то так и оставался здесь… Были и старые животные, у которых почти не было шанса найти дом, и это разбивало Тори сердце. Радовало только то, что работники обеспечивали хороший уход и становились им семьёй.       Разговор девушек прервался, потому что в помещение заглянул молодой человек Хелен и сказал:       — Там корм привезли.       — Примешь? Я немного занята, — сказала Хелен.       Он кивнул и вышел. Они уже довольно долго занимались приютом вместе. Познакомились, когда он принёс сюда щенка. Правда, в итоге сам его забрал и остался здесь работать. Мило, когда людей связывало общее дело.       — А что ты имела в виду, когда говорила, что Ирэн частично занимается журналистикой?       — Она не работает на какое-то издание, но пишет статьи для центра и сейчас работает над книгой. Иногда мне кажется, что у неё в сутках больше двадцати четырёх часов.       — Не думаю, что ты работаешь меньше, чем она, Хелен.       — Что ж, возможно, ты права, — усмехнулась она.       Астории нравилась эта девушка и место, которое она создала. Учиться чему-то новому было не всегда просто, но ей было легче приспособиться, когда окружали животные. Каждому из них давали кличку, и это заставляло ещё больше привязываться. А во многих историях она находила себя. От этих котят отказалась кошка, как от неё и Дафны отказался отец. А те, кто пострадал от рук человека… Помогая им, Тори чувствовала, будто помогает себе.

***

      Когда она пришла домой, Драко ещё был на работе. Кошка вышла встречать её, но не подошла ближе, как делала обычно, лишь посмотрела недовольным взглядом. Тори вздохнула. Она обижалась, чувствуя запах других животных, что расстраивало. Оставалось надеяться, что обида быстро пройдёт. Скинув обувь, Астория пошла в спальню. Хотелось лечь и остаться в таком положении до утра. Работа с непривычки утомляла, но чувство было приятным. Она даже не переоделась, только распустила собранные в хвост волосы и сразу легла на кровать. А завтра надо будет испечь торт для Нарциссы и её подруг… Они виделись вчера и, кажется, свекровь стала хлопотать над Тори ещё больше после возвращения из больницы.       На комоде стояла ваза с белыми розами, которые Драко подарил ей в честь первого дня на работе. Он покупал цветы лишь в той лавке, где купил самый первый букет. Их вид каждый раз вызывал улыбку, но не сейчас. Она лежала, раскинув руки, и смотрела на букет с лёгким недовольством.       Драко, сам того не зная, совершенно бессовестным образом занимал все её мысли. Да до такой степени, что приснился ей, и в этом сне они не вели светские беседы за чашкой чая. Мало ему было мыслей и воспоминаний, ещё и в сны пробрался… Стоило ли говорить, в каком состоянии Тори проснулась? Но она не смогла даже обнять Драко, ведь он уже ушёл на работу. Что ж, может, и к лучшему. Ей не хотелось знать, понял ли он, что ей снилось…       Всё это определённо влияло на неё не лучшим образом. Она замечала, что становилась раздражительной оттого, что тело не получало то, что хотело, и чувствовала себя немного сумасшедшей от этого. А после того неловкого момента Драко и вовсе начал осторожничать, что совсем не нравилось Тори. Они будто сделали шаг назад. Но в этом, как и во всём остальном, была виновата она сама.       Минуту самоуничижения нарушила Кошка, запрыгнувшая на кровать. Она села рядом и продолжила смотреть на хозяйку с недоверием.       — Не смотри на меня так… Я сама справляюсь с тем, чтобы осуждать себя.       Астория села и протянула руку пушистой, которая посмотрела несколько секунд и всё же потёрлась мордочкой о пальцы.       — Не злись, ты для меня всё равно номер один, — ласково сказала Тори и начала её гладить. Пока она занималась этим важным делом, пришла к очень нужной идее. — Мне нужно принять ванну. Это ведь лучший способ отдохнуть.       Кошка, которая считала воду одним из своих главных врагов, не согласилась бы с этим.       Оставив одежду в комнате, Тори пошла в ванную в одном белье. И как она сразу не подумала о том, чтобы окунуться в тёплую воду и намылиться всем ароматным, что у них было? После долгого дня это звучало идеально. Она закрыла дверь, чтобы Кошка не зашла внутрь и не плюхнулась в воду, как в прошлый раз, и открыла кран. Теперь оставалось лишь ждать. Можно было вернуться в спальню, но Тори замерла перед зеркалом.       — У меня нормальная фигура, правда? — спросила, словно ожидала услышать ответ отражения.       Она не могла назвать её красивой. Самая обычная фигура, только со шрамами, которые Астория успешно училась принимать. Тори совсем не знала, нравится ли она ей. Она больше не ненавидела своё тело, просто хотелось посмотреть на себя с новой стороны. Раньше её это не волновало, а теперь Тори задавалась вопросом... Была ли она привлекательной?       Астория носила простое бельё. Оно было удобным, а красота не имела значение. Но… Кажется, это изменилось. Хотелось купить что-то поярче. Не для Драко, а для самой себя. Так она смогла бы почувствовать себя другой, возможно более уверенной. Когда Тори начала носить более яркую и открытую одежду, она боролась со страхом, что привлечёт лишнее внимание. Как будто раскрываясь, она сама просила, чтобы с ней случилось что-то плохое. Ужасное и безосновательное чувство. К удивлению Астории, с бельём было проще. Его никто, кроме неё и Драко, не увидит.       Она вздохнула и, обняв себя руками, строго сказала:       — Нет, не нормальная, а красивая.       Вода в ванне набралась, и Тори поспешила раздеться. Тепло, окутавшее кожу, заставило мгновенно расслабиться. Она улыбнулась и прикрыла глаза. И всё-таки ванна была гениальным изобретением. Такой простой способ получить наслаждение… Подумав об этом, Тори резко открыла глаза. Она не говорила Драко о своих желаниях, но он не был единственным способом получить наслаждение. Да, будет иначе, но не хуже. Она делала это раньше, он делал это, так почему нет? Ей надо было разрешить себе чувствовать, быть честной хотя бы наедине с собой. Попробовать отпустить тревоги.       Тори прикусила губу. Да, ей определённо этого хотелось. Нужно было успокоить рой мыслей в голове и думать лишь о Драко, а не о том, что она не заслужила удовольствия. Заслужила. Астория снова закрыла глаза. Включить фантазию и заполнить голову воспоминаниями.       Она провела пальцами по ключицам, вспоминая вечер, когда Драко целовал её шрамы. Коснулась груди, представляя, что на месте её руки была его. Ничему, кроме любимого, Тори не позволяла проникнуть в голову. Она думала о том, как растворялась бы в удовольствии вместе с ним. О том, как поцелуи, остановившиеся в тот вечер у пояса юбки, спустились бы ниже. Туда же, куда скользнула её рука...

***

      Аппетитная еда из ресторана так и манила своим видом, но Драко терпеливо ждал. Знал, что Тори скоро выйдет из ванной, и, конечно, не мог начать без неё. Вместо того, чтобы слушать свой урчащий живот, он отгонял от стола Кошку, для которой жареная рыба выглядела не менее привлекательно, и думал о Тори. Новая деятельность определённо радовала её, но, возможно, сегодняшний день был непростым. Рано утром Драко заметил, что она спала неспокойно. Порой её ещё мучили кошмары. Он опасался, что они снились ей из-за того неловкого поцелуя, и сдерживал себя ещё больше. Она сделала большой шаг вперёд, и Драко не хотел всё испортить.       Когда Тори рассказывала о приюте, её глаза были такими счастливыми… Из-за них он так хотел, чтобы она нашла именно то, что ей нравилось. Когда-то, смотря в эти глаза, Драко слушал рассказы о пациентах. Астория чувствовала себя увереннее, в том числе. С каждым днём расцветала всё ярче. Он знал, какой она могла быть, когда занималась чем-то особенным для себя, и видеть её такой сейчас грело ему сердце. Он на своём опыте знал, как это важно, ведь без любимой работы ему было бы тяжело.       Драко сам не заметил, как начал улыбаться. Зато заметил, что забыл поставить стаканы. Он встал с места и подошёл к шкафчику, где они хранились. Протянул руку, сначала услышал шаги, а потом почувствовал как со спины его обхватили руки. Тори прижалась к нему сзади и загадочно сказала:       — Моё.       — Твоё, — Драко с улыбкой прикрыл глаза. — Ты чего?       Он обернулся и увидел прекрасную улыбающуюся женщину в халате и с мокрыми волосами.       — У кого-то был хороший день, мисс Малфой?       — У меня была хорошая ванна, — крайне довольно сказала она.       — Я тоже хочу ванну, которая действует на человека так.       В ответ на это раздался заразительный смех. Драко не понял, что такого смешного сказал.       — Что с тобой? — улыбнулся он.       Она посмеялась ещё раз и сказала:       — Включи радио.       Он растерялся ещё сильнее, но послушно взял палочку и выполнил просьбу.       — Хочу танцевать.       И разве мог Драко возразить, когда Тори смотрела на него такими сияющими глазами? Она начала покачиваться в такт музыке и подпевать, и вид этот был настолько прекрасным, что он забывал как дышать. От неё так и веяло уютом и домом. Свободная и уверенная, Тори не стеснялась своих чувств перед ним. И ему нравилось, что она доверяла ему достаточно для того, чтобы так открываться.       Драко некоторое время смотрел на танцующую Асторию, в такт музыке покачивая головой, а потом, к сожалению собственного голодного желудка, ловко притянул её к себе. Она, смеясь, схватилась за крепкие плечи. Его ладони опустились на талию. Они стояли вплотную, прижимаясь друг к другу грудью, и теперь качались вместе. Порой Драко крутил её, возвращал в свои объятия и целовал. От неё приятно пахло чем-то цветочным. Как же он её любил...       — Так что же происходит? — полюбопытствовал он.       Тори лишь пожала плечами. Нельзя же было в такой момент сказать, что она впервые за десять лет получила оргазм? Вместо этого она обхватила его удивлённое лицо руками и поцеловала, а когда отстранилась, прошептала:       — Я люблю тебя, Драко.       — И я тебя, — посмеялся он.       Они продолжили кружиться в танце, растворяясь друг в друге. Редкие прохожие наверняка замечали их силуэты и слышали мелодию из открытого окна. Они точно улыбались при виде влюблённой пары, которая беззаботно танцевала на кухне, потому что такая любовь не могла не поднять настроение. Это была жизнь в чистом виде.

***

      Драко так и не узнал, что случилось с Тори, но если причиной такой радости было лишь хорошее настроение, это его тоже более чем устраивало. На следующий день он проснулся, чувствуя себя прекрасно, и думал, что Тори будет чувствовать себя также, но оказалось, что за ночь что-то изменилось. Обычно она спала, когда он уходил на работу, но сегодня пришла на кухню пока он завтракал. Драко сразу почувствовал что-то неладное.       По утрам она часто молчала до тех пор, пока не просыпалась окончательно. Сегодня было также, но ему казалось, что Тори смотрела на него с подозрением. Она медленно пила кофе и постоянно кидала в его сторону задумчивый взгляд. От такого пристального наблюдения Драко сделалось не по себе. Не выдержав этого, он вопросительно посмотрел на неё. Тори поняла, что её поймали, и опустила взгляд. Отчего-то её щёки покраснели.       — Тори, всё в порядке?       Она не отводила глаз от поверхности стола.       — У меня есть вопрос… И он будет неожиданным.       — Какой? — спросил он и поднёс к губам чашку.       — Кхм, я… — пробормотала Тори, но потом вдруг уверенно посмотрела на него и спросила: — Ты хочешь меня? Как женщину. Что ж, я не слепая, но… Это как раньше? Или меньше? Это лишь реакция твоего организма или что-то большее?       Драко в ту же секунду подавился и закашлялся. Она не солгала, вопрос был неожиданным. Слишком неожиданным для раннего утра. Почему она спрашивала? Какого ответа ждала? В голове начался ураган от непонимания, что делать. Если он скажет правду, Астория испугается? А если солжёт… Возможно, это будет звучать обидно.       Видя его растерянное лицо и неудачные попытки что-то сказать, Тори понимала, что своим вопросом сломала Драко Малфоя.       — Это… Ты… Почему? — неуверенно начал он, но посмотрел на часы и выпалил: — О нет, я опаздываю на работу! Надо бежать.       Драко встал из-за стола и, выходя из комнаты, чуть не споткнулся о порог. Тори молча наблюдала за тем, как он покидал квартиру. На самом деле он не опаздывал. Когда она осталась одна, со вздохом уронила голову на стол.       — Сбежал. Надо было как-то помягче…       Но её правда интересовал этот вопрос. Вчера всё было так чудесно… Она прекрасно провела время наедине с собой. Почувствовала прилив надежды, потому что не была уверена, получится ли что-то. Получилось. Тори и забыла, что это было настолько приятно. Она почувствовала себя счастливой, а потом ещё счастливее вместе с Драко. Их танцы на кухне были тем моментом, который очень хотелось запечатлеть на камеру. Но он обязательно сохранится в её памяти. Вчера Тори почувствовала себя так, будто самой болезненной части прошлого не существовало.       А ночью ей приснился сон. Не кошмар, после которого резко просыпаешься и пытаешься восстановить дыхание. Неприятный сон, от которого противно на душе. Он напомнил о времени, когда она ещё не понимала, что её похитили, и думала, что Джакомо — её муж. Секс был ужасным. Что ж, сексом это было лишь для него. Она просто находилась там. Конечно, когда Тори осознала весь ужас своего положения, стало ещё хуже, но и вначале это было насилие. До сих пор по коже полз холод оттого, что тогда она не понимала этого и не знала, почему чувствовала себя ужасно. А от мыслей о том, что выстрадало её тело, на глаза наворачивались слёзы. Он называл её странной из-за того, что ей не нравилось. Говорил, что с ней что-то не так.       С Драко всё было иначе. Они не делали того, что им не нравилось, и всё обсуждали. Тори не переживала, что он проигнорирует её желания. Она думала о другом. Что, если после всего, что с ней случилось, она правда стала странной? Не такой? Не потому что ей может что-то не понравиться. Просто странной. Это говорили в ней слова Джакомо, и Тори не знала, как от них избавиться. Она преодолела так много связанного с ним, но вот это всё казалось самым глубоким и тяжёлым. И хуже всего было то, что пришлось задаться вопросом, а хотел ли вообще Драко таких отношений с ней? Всё-таки они сами и обстоятельства сильно изменились… Он никогда не говорил, что хотел, и разум твердил, что причиной была их договорённость, но неуверенность нашёптывала другое.       Она не хотела быть странной. Она хотела быть самой обычной женщиной. Как вчера, когда новые желания были только в радость. Когда не казалось, будто её сломали. Она хотела, чтобы и для Драко прошедшие десять лет не стали препятствием. Потому что то, что Тори испытала вчера... Это было прекрасно. И испытать это с любимым человеком было бы ещё прекраснее.       Она нуждалась в совете. И помимо психолога Тори знала лишь одного человека, с которым могла бы открыто обсудить такую тему. Забыв остывший кофе, Астория пошла искать пергамент для того, чтобы отправить послание Джинни. А вечером того же дня она отправилась на встречу с миссис Поттер, ещё не зная, что сегодня приведёт её не только к подруге.