Научиться дышать

      Октябрь.       Обычно октябрь был одним из её любимых месяцев. Постепенное похолодание, жёлтые листья повсюду, ещё не ледяные дожди. Погода плавно переходила в зимнюю, но пока не заставляла кутаться в слои одежды. Улицы ещё не поглотила серость. Тори в этот месяц много гуляла и восхищалась тем, в какие краски окрасилась природа. Любила долго бродить по старым лондонским улицам, одна или с кем-то.       Однако этот год был совсем другим. Добровольно на улицу она не выходила, предпочитая домашнее тепло, а ещё много спала. Днём Тори спала крайне редко, но последнюю неделю подушка всё чаще казалась привлекательной уже в три часа дня. Она не находила в себе сил противостоять соблазну. Дремала пару часов и просыпалась ещё более уставшей. А когда надо было работать, приходилось бороться с сонливостью изо всех сил. Тори думала, что это проделки осени. Всё-таки октябрь в этом году был куда дождливее и мрачнее. Так что она надеялась, что привыкнет к смене погоды, и всё пройдёт.       У Драко таких проблем не было. Он только волновался, что состояние Тори могло быть сигналом о возвращении депрессии. Но никаких других намёков на это он не видел, да и ничего не беспокоило её уже год. Видимо, более суровая осень правда действовала на неё так. Только и оставалось, что давать возможность отдохнуть или просить подруг отвлечь её. Как сегодня.       Тори не знала каким образом позволила им вытащить себя из дома. Они собрались дома у Гермионы. Никому не хотелось находиться на улице в холодный дождь. За это Тори была благодарна, потому что могла укутаться в плед на диване и медленно пить чай, слушая разговоры подруг. Это было приятным времяпрепровождением, но только сильнее усыпляло, так что она клевала носом. Когда её голова соскользнула с ладони и чуть не упала, Тори резко проснулась и столкнулась с двумя настороженными взглядами. Она сонно посмотрела на столик с десертами.       — Ты в порядке? Чуть не заснула прямо посреди разговора.       — Да… Просто в последние дни жутко уставшая и постоянно сплю, а утром меня тошнило. Ужасно привыкаю к осени.       Джинни и Гермиона многозначительно переглянулись. Тори вопросительно приподняла бровь.       — Тори, тебя тошнит, ты уставшая и планируешь ребёнка.       Она открыла рот то ли от удивления, то ли от негодования. Конечно, Тори рассказала подругам. Кто ещё так хорошо поймёт её тяжести и радости, связанные с этим периодом?       — Вы теперь будете каждый мой симптом принимать за беременность? Мы приняли решение совсем недавно. Это слишком быстро.       Почти два месяца прошло с того момента, как они решили завести второго ребёнка. Жизнь не особо изменилась. Они просто отказались от алкоголя, который и так употребляли редко. Самое главное — Драко и Тори договорились не ждать. Зная, что ждать можно очень долго, решили не надеяться каждый месяц и жить будто ничего не изменилось. Не хотелось лишний раз переживать. Но, конечно, иногда они мечтали и говорили о возможном будущем, которое представлялось прекрасным.       — Напомни, сколько вы ждали со Скорпиусом? — снисходительно улыбнулась Джинни.       — Тогда мне было двадцать пять, а сейчас почти сорок, да и не могло так повезти снова, — Тори упрямо скрестила руки на груди. — К тому же, во второй раз я долго не беременела.       Гермиона поставила чашку на кофейный столик и подвинулась ближе.       — Тогда ты жила в ужасных условиях. И вы с Драко просто можете очень подходить друг другу в этом плане. Ты замечала другие симптомы? Задержка?       Тори открыла рот, чтобы возразить, но тут же его закрыла.       — Они должны были уже начаться, но их не было в прошлом месяце, и… — сказала она и резко прикрыла рот рукой. — Но это всё ещё может ничего не значить! Мой цикл может быть нерегулярным. А другие симптомы… Я замечала кое-что, но это могут быть симптомы менструации. А если я правда… О, Мерлин! К целительнице можно попасть только завтра, а сейчас я вся изведусь…       На подруг она смотрела выпученными глазами. Гермиона тут же воскликнула:       — У меня есть маггловский тест!       Она побежала в ванную, Тори и Джинни следом. Все трое были взбудоражены не на шутку. Особенно Тори, у которой в голове крутилось лишь: «А вдруг?..». Она настолько отговаривала себя ждать чего-то, что всем признакам находила другие причины. Гермиона достала из шкафа коробочку и протянула тест подруге. Она объяснила как он работает, и Тори приступила к этой непонятной ей магии.       Ждать было мучительно. Минуты словно растягивались. А неподвижно ждать она не могла, поэтому вышла из ванной и стала наматывать круги по комнате.       — Нет, я точно не беременна, — нервно бормотала она. — Не бывает так быстро в моей ситуации.       Подруги понимали, что так она занижала ожидания, чтобы не разочароваться.       Когда пришло время, Тори побежала в ванную. Они побежали следом и остались под дверью. Теперь мучительно было ждать и им тоже. Она вышла с нечитаемым выражением лица.       — Гермиона, что означают две полоски?       Гермиона прикрыла рот ладонями, но в её глазах можно было заметить радость. Джинни ахнула.       — Ты беременна.       Комната наполнилась женскими восторженными визгами и криками. Подруги кинулись обнимать Тори, которая находилась где-то далеко-далеко, но на лице её сияла широкая улыбка. Казалось, это был сон. Если это всё-таки он, она не хотела просыпаться, потому что ощущалось слишком хорошо. Пока что Тори не до конца осознавала. Когда подруги отпустили её, она растерянно посмотрела на них.       — Я не могу в это поверить… — прошептала она. — Это точно?       — Конечно, надо проверить, но, скорее всего, да, — с понимающей улыбкой сказала Гермиона. — Поздравляю.       Тори на секунду приложила руку к животу, словно могла таким образом понять, есть ли там ребёнок. Но симптомы она чувствовала очень явно, значит, есть.       — Я не ожидала, что получится так быстро, но, думаю, это правда…       Она почувствовала себя очень счастливой и ещё раз обняла подруг. Узнать такую новость вместе с ними было прекрасно. Они совершенно точно понимали, что она испытывает.       — Пожалуйста, не затягивай с тем, чтобы сказать Драко, а то я не удержусь, когда его увижу, — сказала Джинни.       Тори посмеялась, но кивнула. Точно не удержится.       — Как хорошо, что мы с Драко не пренебрегали контрацепцией… Иначе это случилось бы, когда мы не были готовы.       Оставшийся вечер они разговаривали только об одном. О своём опыте, о детях, о сложностях. Осень вдруг перестала казаться такой мрачной и холодной.       Позже, переступая порог дома, Тори чувствовала, как её сердце готовилось выпрыгнуть из груди. Ей не терпелось рассказать новость Драко. Она не хотела, как в прошлый раз, ждать подтверждения и какое-то время молчать, пытаясь придумать как лучше сказать. Нет, в этот раз она скажет сразу, чтобы вместе порадоваться или разочароваться, если тест всё-таки соврал.       В прихожей Тори прислушалась, чтобы понять, где находился Драко. Она разулась, сняла пальто и пришла на кухню, откуда и доносились звуки. Там Драко готовил что-то шкварчащее, а у его ног сидели Ева и Кошка. Они думали, что обладают гипнозом и могут заставить еду прилететь им в рот. Тори прислонилась плечом к дверному косяку и подождала пару секунд. Никто не замечал её.       — Кто-нибудь собирается меня встречать? — хитро спросила она. Три головы тут же повернулись в её сторону.       — Ты уже дома! — довольно воскликнул Драко. — Как посидели? Ты выглядишь гораздо бодрее.       Он подождал, когда она поздоровается с животными, и обнял.       — Мы замечательно посидели. Лучше чем когда-либо.       — Даже так? Что же такого случилось? — с интересом спросил он. — Ты голодная?       — Очень, — она улыбнулась, подумав о том, что теперь часто будет голодной. — У меня есть новость. В следующий раз мы поедем в Вену вчетвером.       — Кто-то поедет с нами? — Тори кивнула. — Кто?       — Кто-то, кого мы одновременно ждали и нет.       Драко заметил загадочную улыбку жены и растерялся. Они кого-то ждали? И не ждали в это же время? Шестерёнки в его голове усиленно работали, но даже догадок не возникало.       — Как может быть, что мы ждём кого-то и не ждём?       — Я беременна.       Сначала он подумал, что ему послышалось, но Тори продолжала улыбаться и терпеливо ждала пока он переварит информацию. И сказала она серьёзно. Драко открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашёл слов. Ещё раз внимательно посмотрел на неё.       — Правда? Ты не шутишь? Правда беременна? По-настоящему?       — Я не могу быть беременна понарошку. И да, я тоже сначала не поверила, но все симптомы подтверждают.       — О, Мерлин, ты поэтому всегда сонная? — шокировано произнёс он. — Мы ждали и не ждали. И так быстро?       Она кивнула, и тогда Драко улыбнулся как умалишённый. Тори посмеялась, и они кинулись в объятия друг друга. Он прижал её к себе и больше не хотел отпускать. Она была его самым большим сокровищем, а теперь хотелось оберегать её ещё больше. Тори уткнулась носом в его плечо, желая быть ближе, а с её лица не сходила улыбка. То, как нежно он обнимал её, дарило чувство защиты, а в следующие месяцы оно будет особенно важно. Когда его рука дотронулась до её живота, она тихо посмеялась. Конечно, понять, что там ребёнок, было невозможно, но от этого жеста стало очень тепло.       — Спасибо тебе, — прошептал Драко. — Получается, у нас сегодня праздничный ужин?       — Да… Завтра схожу к целительнице, чтобы окончательно убедиться.       — Я возьму выходной на работе. Хочу быть рядом.       Тори была довольна таким раскладом. Она отстранилась и быстро поцеловала его.       — Давай скорее есть, — пробормотала она, и Драко тут же встрепенулся.       Он поспешил к плите. Его радость выдавала как глупая улыбка, так и то, что он напевал что-то себе под нос. Тори села за стол, чтобы наблюдать за его эмоциями. Он уже любил этого ребёнка.       — Добавить сыр или нет? И что ты будешь пить? Вода, сок, молоко? — Драко спросил это как-то чересчур взволнованно, и она посмеялась в ответ. Это выглядело довольно комично. — Пожалуйста, говори обо всём, чего хочешь, и жалуйся, если надо.       — Мне всего-навсего надо, чтобы с ребёнком всё было хорошо.       — Тебя что-то волнует?       Она вздохнула. Её мозг стёр большинство воспоминаний о выкидыше, но она хорошо помнила ужасную боль, осознание того, что она теряет ребёнка, облегчение вперемешку с виной за это облегчение. Тори не хотела, чтобы ребёнок появлялся в том мире. Она не хотела того ребёнка. И ей было жаль, что они попали в обстоятельства, в которых она его не хотела. Они оба были жертвами. Сейчас же мысль о выкидыше приводила её в ужас.       — Я боюсь, что всё не может быть настолько легко… Что что-то пойдёт не так. Я знаю, что в тот раз причина выкидыша была внешней, но вдруг сейчас мой организм недостаточно сильный?       Он понимал её страхи. Беременность вообще была сложным состоянием, поэтому неудивительно, что они появлялись. Последний раз, когда она находилась в этом состоянии, был очень травмирующим и закончился болезненно. Драко подошёл к ней и взял за руки.       — Всё настолько легко, потому что кто-то нетерпелив и хочет поскорее оказаться с нами. И твоя целительница говорила, что всё хорошо. Уверен, завтра она скажет также. Ты ведь не заметила каких-то настораживающих симптомов?       Она покачала головой.       — Всё как со Скорпиусом. Только тогда я не была такой сонной.       — Это просто значит, что твоему телу нужен отдых, чтобы набраться сил.       — Наверное ты прав, — Тори всё же улыбнулась. Она постарается меньше думать о плохом. Уж это точно вредило ребёнку.       — Подумай о том, что мы станем родителями во второй раз, разве это не прекрасно?       — Прекрасно…       Да, через каких-то несколько месяцев они встретят нового человека, которого будут очень любить. У него или у неё будет большая семья, самый лучший брат и хорошая жизнь. Лучше Тори будет думать об этом. И о том, с какой нежностью Драко смотрел на неё весь вечер.

***

      То, во что до конца Тори не могла поверить, оказалось правдой, и, наконец, на неё нахлынули эмоции. Целительница только что подтвердила здоровую беременность, и Астории пришлось вытирать глаза, которые заслезились от радости и облегчения. Драко держал её за руку и находился в своей особенной эйфории.       — Поздравляю вас, — с доброжелательной улыбкой сказала целительница Тори. — Всё в порядке, но берегите себя и не нервничайте. А вы, мистер Малфой, носите жену на руках.       — Обязательно, — с готовностью кивнул Драко.       — Должна ли я избегать чего-то или опасаться? Вы уверены, что всё в порядке? — обеспокоенно спросила Тори. — Я переживаю из-за возраста и медицинской истории.       — Избегать стресса, потому что у вас всё хорошо. С медицинской историей мы окончательно разобрались ещё полтора года назад, и я бы дала вам добро на беременность ещё тогда. А что касается возраста… Я знаю как считали раньше, но вам даже сорока нет, а если бы и было, то этот возраст совершенно нормальный для того, чтобы завести ребёнка. Много моих пациенток решаются именно в этом возрасте. Да, надо больше беречься, но это не значит, что-то обязательно пойдёт не так. У вас всё хорошо, а если будут какие-то жалобы, то пишите мне. На срочный приём я всегда найду время.       Эти слова её успокоили. Драко вчера тоже помог, но мнение человека, который разбирался в здоровье на профессиональном уровне, влияло совсем иначе. Ночью она мысленно говорила с ребёнком, в существовании которого ещё не была уверена, и просила, чтобы с ним всё было в порядке.       Но сегодня она смогла выдохнуть. Они с Драко долго обнимались на крыльце больницы, благодаря судьбу за такую удачу. И им было плевать на то, что прохожие странно смотрели. Не каждый день в жизнь приходит счастье.

***

      Ноябрь.       Каждая беременность проходила по-разному. Тори понимала это, но думала, что этот раз будет похож на первый. Оказалось, каждый раз испытывал по-своему. Со Скорпиусом не было усталости, которая теперь атаковала её в первом триместре. Приходилось пропускать работу и отменять встречи в угоду сну. Все относились с пониманием и поддерживали её. Она часто чувствовала себя странно, отлично от состояния до беременности, но не плохо. Тело менялось, начинал появляться животик, а то, с каким обожанием Драко смотрел на него, заставляло Тори влюбляться ещё больше. Хотя куда ещё больше? Но гормоны делали своё дело и обостряли все эмоции. Увы, негативные тоже.       Ещё одной отличительной особенностью этой беременности стало отсутствие токсикоза. В прошлый раз он мучал её весь второй-третий месяц, и это было ужасно. Тори с облегчением думала, что это пройдёт мимо, но рано радовалась. Она представить не могла, что третий месяц станет худшим. Её начало тошнить от сладкого. Только от сладкого. Запахи и шоколада, и карамели, и выпечки заставляли бежать в ванную. А ведь это было то единственное, на что она могла отвлекаться во время перепадов настроения… Её хобби и профессия. У неё не было другого занятия, которое приносило бы столько же удовольствия.       Это подкосило. Тори чувствовала себя загнанной в угол из-за плохого самочувствия и настроения, которое не могла контролировать, из-за невозможности заниматься любимым делом. Она часто плакала. Драко был рядом и поддерживал как мог, но это не утешало. Никакая поддержка не помогала полностью, когда причиной слёз были тошнота и гормоны. Она знала, что он сильно переживал из-за того, что не мог помочь. Он бы буквально носил её на руках, как сказала целительница. Поэтому, когда накатило сильнее всего, она пришла к Нарциссе.       А Нарцисса всегда рада была видеть Тори, особенно после новости о беременности. Она ведь давно мечтала о ещё одном внуке. Как и в первую беременность Тори, она оказывала ей поддержку.       — Я знаю, что это должно пройти, но у некоторых не проходит, — говорила Тори, вытирая слёзы. — А я не хочу оставшиеся полгода сидеть без дела. Чем я вообще буду заниматься? И эти дурацкие гормоны… Я расстраиваюсь из-за чего-то, а потом расстраиваюсь ещё больше из-за того, что расстроилась. И самое обидное, что я не могу это контролировать. В первый раз происходило что-то похожее, но тогда токсикоз не забрал у меня любимое дело!       Она громко заплакала и даже тут отличилась, ведь обычно плакала тихо. Нарцисса обняла её и начала укачивать как ребёнка. Знала, что ей надо выплеснуть эмоции. Вынашивать ребёнка было очень тяжёлым делом, не только физически, но и морально.       — Я знаю, милая, знаю. Иногда кажется, что лучше не станет. У меня не было токсикоза, но вот перепады настроения… Для девушки, которую с пелёнок учили быть собранной и образцом для подражания, это было ужасно. Во многом потому, что наши семьи пытались упрекнуть меня за это.       — Это несправедливо… — пробормотала Тори.       — Я знала, что от них не стоит ждать понимания. Поддержки мужа было достаточно.       — Когда прошли эти качели?       — Кажется, на пятом месяце всё уже успокоилось, так что не переживай. У тебя всё тоже наладится. К тому же, когда ты ждала Скорпиуса, было почти также.       Они долго сидели вдвоём и разговаривали об этом, пока Тори не уснула прямо на диване. Нарцисса заботливо укрыла её пледом и через час отправила весточку Драко. Тот через несколько минут был тут как тут, с банкой консервированных персиков в руке. Нарцисса вопросительно посмотрела на него, когда увидела.       — Что-то не меняется, — он пожал плечами. — И это единственная сладость, которую она может есть. Что случилось?       — Тори устала. Это нормально.       Драко посмотрел на спящую жену с сочувствием и какой-то тоской.       — Хотел бы я облегчить её ношу…       — Поверь, сынок, ты уже это делаешь, — Нарцисса понимающе улыбнулась. — Ты не можешь помочь со многими вещами, но без твоей поддержки ей было бы гораздо сложнее.       Он кивнул и опустился на колени перед диваном. Тори открыла глаза и сонно заморгала, а Драко ласково убрал пряди волос с её лба. Почувствовав знакомое прикосновение, она улыбнулась и зевнула.       — Ты сейчас очень милая, — тихо сказал Драко, чем вызвал у Тори смех. — Кто-то никак не даёт тебе покоя?       Она кивнула.       — Он или она использует мой организм по полной. Но главное, что с малышом всё хорошо, — она приподнялась на локтях и увидела банку персиков. Драко мог поклясться, что в этот момент её глаза загорелись. — Я очень хочу есть.       Он улыбнулся, открыл банку и отдал ей. Тори не заботило то, что вилки у неё не было. Она хотела есть настолько, что не могла ждать и нескольких секунд. Как только во рту оказался любимый фрукт, на её лице расцвела улыбка, которая порадовала и Нарциссу, и Драко. Он сел рядом с женой и стал наблюдать, пока она довольно ела.       Нарцисса с теплотой смотрела на сына и невестку. Она радовалась, что им выпала ещё одна возможность стать родителями, и не могла не вспоминать свою молодость и того, кого рядом уже не было… Даже годы после потери мужа не могли сгладить чувство одиночества, с которым она осталась.

***

      Январь.       Тори зря лила слёзы и боялась, ведь уже через неделю токсикоз закончился, и начался второй триместр, который должен был стать самым спокойным. Таким он и был. Она чувствовала себя хорошо и, наконец, могла спокойно существовать. Эмоции всё-таки иногда выходили из-под контроля, но не так сильно. Она быстрее уставала и делать дела было тяжелее обычного. Здесь роль всё же играл возраст, но это не очень мешало. Самое главное — Тори чувствовала внутренний покой.       И пока физически и морально её ничего не беспокоило, они решили съездить туда, где в январе было тепло. Скорпиус, который приехал домой на каникулы, поехал с ними. И иметь дело с одним очень опекающим представителем мужского пола ей было несложно, а вот с двумя — уже перебор. Тори вообще казалось, что её сын думал она стала хрустальной. Он постоянно спрашивал можно ли ей есть те или иные продукты, а когда она делала что-то, по его мнению, не безопасное, смотрел на её округлившийся живот настороженно.       Они шли на обед, когда её терпение начали испытывать снова.       — Ты не устала? Тебе можно было так долго плавать? — снова сыпал вопросами Скорпиус.       — Ты всё-таки устала? — тут же присоединился Драко, чьё беспокойство просыпалось легче лёгкого.       Тори остановилась, глубоко вздохнула и по очереди посмотрела на обоих так, что они испуганно переглянулись.       — Я беременна, а не больна, дорогие мои. И если я буду чувствовать себя как-то не так, то скажу об этом. Может, я больше не могу бегать, но язык ребёнок мне точно не атрофировал.       Драко и Скорпиус не долго молчали, после чего Драко спросил:       — Что бы ты хотела поесть?       В ответ Тори посмеялась и отправила их делать заказ, пока сама заняла место на террасе, которая выходила на берег моря. Она встала у перил и, глубоко вдохнув морской воздух, положила ладонь на живот. Он заметно вырос, но пока Тори не стала шариком и наслаждалась своим состоянием. Потом ходить будет тяжело, и заболит спина… Но сейчас она чувствовала себя хорошо и в полной мере могла радоваться предстоящему материнству.       — Готовься, у тебя будут очень внимательные папа и брат, — тихо сказала она, гладя живот. — Они будут тебя очень любить. И я тоже. Жду не дождусь, когда смогу почувствовать тебя…       Она пока не ощущала шевеления малыша, но знала, что этот момент скоро настанет, и всё будет ощущаться гораздо реальнее. Все её переживания улягутся, когда Тори почувствует движения. Их ребёнок должен был появиться на свет в июне. Ещё несколько непростых месяцев, и она встретит дочь или сына. Думать о том, что для этого нужно было пройти через роды, не хотелось.       Морской бриз приятно обдувал лицо. Тори смотрела на морской берег и не могла нарадоваться тому, что они приехали сюда. Тепло и солнце шли ей на пользу. Вдруг внимание привлекла подозрительно знакомая фигура. Они не виделись так давно, что Тори не знала, она ли это… Но когда фигура подошла ближе, всё стало понятно. По берегу, в сопровождении незнакомой Астории женщины, шла Лидия. Пожалуй, это было самое неожиданное событие за весь отпуск. Сердце Тори забилось быстрее от волнения. Заметит ли она её?       И вот, их взгляды пересеклись. Тори знала, что её живот был заметен. Она тепло улыбнулась, когда Лидия посмотрела на неё. Лидия искренне улыбнулась в ответ. Так, как никогда раньше не улыбалась, и Тори понимала, что в этом была заслуга её спутницы. Она всё-таки нашла своё счастье. Лидия указала пальцем на живот Астории и подняла палец вверх. Тори улыбнулась ещё шире и кивнула в знак благодарности. После этого пара продолжила свой путь, а она довольно посмотрела на небо. Вот так они и остались друг для друга лишь воспоминанием.       — Мама, всё готово, — она услышала голос Скорпиуса и обернулась.       — Уже иду.       Драко и Скорпиус стояли у стола, заваленного едой и ждали её. Когда она села, то радостно посмотрела на них.       — Как же я вас люблю.       Они неуверенно переглянулись между собой. Разве она не отчитывала их несколько минут назад? Но главным правилом в последние месяцы стало не упоминать перемены настроения и не спрашивать, почему она резко поменяла мнение… Поэтому Скорпиус и Драко улыбнулись и ответили, что тоже любят её.       Вечером того же дня Драко и Тори отдыхали у себя в номере. Они любили эту часть дня больше всего, потому что могли побыть наедине. Тори ещё и потому, что можно было лечь на кровать и не двигаться. Днём она старалась активничать по мере сил, потому что знала, что, например, плавание было полезно в её положении. Но вот вечер… Вечером её никто не мог сдвинуть с места.       Драко лежал так, что голова находилась на уровне её живота. Тори расположилась на спине и довольно наблюдала за мужем, который легонько постучал пальцем по животу и сказал:       — Привет, малыш, ты тут?       — А где же ему ещё быть? — посмеялась Тори. Он любил вот так разговаривать с ребёнком, и, возможно, именно это так нравилось ей в вечерах.       — Мало ли, может, ушёл на обед или рабочий день уже кончился… Я не знаю его график, — этими словами он заставил её смеяться ещё сильнее. — Так вот, сынок, мы с мамой тебя любим и очень ждём.       Улыбка с её лица исчезла. Она знала, что Драко ожидал сына, но обычно он обращался к ребёнку, не обозначая его пол. Почему-то ей это не понравилось.       — Стой, — нахмурилась она. — А вдруг это девочка?       — Тори, у Малфоев последние два века не рождались девочки… Я мог сомневаться, когда мы ждали Скорпиуса, но сейчас уверен.       — Но это всё ещё не стопроцентная вероятность, так что не называй нашего ребёнка исключительно сыном. Что бы ты чувствовал, если бы твоя мама до твоего рождения называла тебя девочкой? Как будто она не хотела сына.       Ему было всё равно, кто родится, просто он не верил, что случится чудо и у них родится дочь… Драко хотел сказать, что вряд ли бы что-то чувствовал, так как ничего не понимал бы, но его беременная жена выглядела серьёзно, а он знал, что в таком случае лучше не спорить, поэтому сказал:       — Хорошо, прости, — улыбнулся он и ещё раз обратился к ребёнку: — Прости, сын или дочь, я больше не буду допускать таких оплошностей.       Тори вздохнула.       — Возможно, я придираюсь, но… Я знаю, что мой отец не хотел дочерей и оба раза называл нас с Дафной сыновьями. Он и мысли допускать не хотел, что родятся девочки. И все предыдущие поколения заранее называли детей наследниками и не хотели дочерей… Я знаю, что у нас совсем не такая ситуация, но всё-таки хочу, чтобы мы не ждали чего-то от малыша.       Драко погладил её живот и лёг уже так, чтобы иметь возможность поцеловать Тори. Это он и сделал.       — Я понимаю.       Она улыбнулась. Ей не хотелось извиняться за свои капризы, потому что она знала, что он правда понимал, пусть даже иногда капризы были совсем непонятными. Тори не могла желать лучшего партнёра во время беременности. Она мечтательно вздохнула и посмотрела на Драко. Он положил ладонь ей на живот. Какое-то время они лежали и наслаждались тишиной, как вдруг Тори почувствовала что-то странное внизу живота… Что-то знакомое. Она широко распахнула глаза и схватила Драко за руку. Он сразу переполошился.       — Что случилось?       — Кажется, он или она только что пошевелился…       — Правда? — удивился Драко. Он смотрел на неё, как на чудо.       Тори кивнула, и на лицах обоих расцвели улыбки. Их ребёнок пошевелился, с ним всё хорошо, а время пошло быстрее и день встречи не казался далёким.       — Я ничего не почувствовал, — вздохнул Драко.       — Конечно, до момента, когда мне будут пытаться сломать рёбра, ещё далеко, — фыркнула Тори. Драко поёжился и ещё раз убедился в том, что быть женщиной — дело нелёгкое. — Я только надеюсь, что этот малыш будет делать это днём, а не ночью, как Скорпиус.

***

      Апрель.       Весной Тори стала беречься ещё больше. На этом сроке у ребёнка уже были шансы выжить после преждевременных родов, но она не хотела рисковать. Её целительница по-прежнему не видела никаких проблем, благодаря чему Тори была спокойна. Живот рос, и она уже напоминала себе шарик, мучили отёки, становилось тяжело даже при незначительной нагрузке. И, конечно, ребёнок любил толкаться. Тори говорила себе, что всё это значило скорые роды, и терпела. В июне закончится один период и начнётся другой. И пусть он будет тяжелее, окончания беременности она ждала с нетерпением…       В общем, всё протекало не так уж и плохо. Она иногда встречалась с друзьями, уже не работала, но сейчас отдых шёл на пользу. Да и переполняющие материнские чувства не давали зацикливаться на неприятных симптомах. Энергия уходила на покупку детских вещей, обустройство детской, поиск имени… Сердце наполнялось тёплым чувством от того, что скоро всем этим воспользуется маленький человек. Для имени мальчика они подобрали много вариантов, а вот с девочкой было тяжелее, но Тори и Драко не спешили. Драко был уверен, что у них будет сын, а Тори понимала, что, скорее всего, он прав. Хотя всё ещё настаивала на обоих местоимениях в обращении к ребёнку.       Все вокруг заботились о ней, именно поэтому, когда Эшли и Блейз пришли в гости, она единственная сидела в гостиной, пока остальные накрывали на стол. Ещё месяц назад Тори бы возмутилась такому раскладу, но сейчас была благодарна. Она сидела на диване, прикрыв глаза, и гладила Кошку, которая спала рядом. И Ева, и Кошка с самого начала беременности стали вести себя иначе, словно чувствовали. Ева любила лежать под боком и, пока получалось, класть голову на живот Тори. Кошка часто об него тёрлась и мурлыкала. Они отлично играли роль антистресса.       — Мама?.. — она услышала тихий голос Скорпиуса и открыла глаза. Пару дней назад он приехал на пасхальные каникулы. — Ты отдыхаешь? Я могу подойти позже, если сейчас не до меня.       — Мне всегда до тебя. Что ты хотел?       Он глубоко вздохнул и сел рядом, явно не зная, как начать разговор. Но успокаивающий взгляд мамы всегда заставлял рассказывать даже то, что он не думал говорить.       — За день до отъезда домой был поход в Хогсмид, и я знаю, что её пригласил Энтони из Пуффендуя… Она согласилась. Но это ведь не значит, что надежды нет? Только я не знаю, чем всё закончилось, и теперь никак не смогу узнать до конца каникул.       Роуз в разговорах всё ещё была загадочнойона. Конечно, они не смогли пока признаться друг другу, и это порождало некоторые любовные страдания…       — Может, ты мог бы спросить у кого-то?       Скорпиус с отчаяньем покачал головой.       — Я не могу спросить у неё, потому что это подозрительно. Можно было бы написать кое-кому, но они точно поймут почему я спрашиваю! — он откинулся на спинку дивана и страдальчески закинул голову назад. — Я точно для неё только друг.       Тори еле подавила улыбку и заставила себя не умиляться подростковой драме.       — Почему бы тебе не пригласить её погулять? Посмотришь, согласится или нет… И даже если вы друзья, и она не подумает об этом, как о чём-то романтичном, вы не так много времени проводите наедине в школе, правда? А так у вас будет шанс пообщаться без лишних глаз. Пока по-дружески, но мы с твоим папой тоже сначала подружились, а потом влюбились.       Скорпиус задумчиво промычал что-то и протёр глаза.       — Я должен морально подготовиться для такого…       Тори была уверена, что у них всё получится. Может, ещё побегают друг от друга, но в конце концов разберутся со всеми недопониманиями.       — Хочу сказать: когда ребёнок родится, у меня будет мало времени и отдыха. Но какой бы уставшей я ни была, я найду время на тебя, Скорпиус. Мы с папой всегда поддержим тебя.       — Я уже взрослый, мама, — он улыбнулся. — Мне почти шестнадцать.       — Взрослым, как и детям, нужна поддержка. И им тоже бывает одиноко. К тому же, ты не перестал быть моим ребёнком от того, что тебе скоро шестнадцать.       — Знаю, — тихо посмеялся Скорпиус. — Спасибо за совет.       Тори улыбнулась, но её лицо вдруг немного скривилось. Скорпиус сразу насторожился, но она поспешила успокоить его.       — Толкается.       — Это очень больно?       — Иногда да, — призналась Тори. — Но это нормально. Дай руку.       Он с сомнением, но всё же протянул её. Тори взяла его ладонь и приложила туда, где до этого чувствовала пинок. Она с улыбкой наблюдала, как Скорпиус сосредоточенно ждал, а после следующего толчка ошарашенно посмотрел на неё.       — Это была нога?!       — Это был твой брат или сестра, — его испуганное выражение лица смешило её. Когда Скорпиус был дома на прошлые каникулы, движения ребёнка могла почувствовать только она. Сейчас он впервые чувствовал их.       Её слова что-то поменяли, и он расслабился. Следующий толчок встретил уже смелее и улыбнулся.       — Привет, брат или сестра, я мечтал о тебе лет с пяти, — Скорпиус убрал руку и поспешно добавил: — Я не хочу детей. Это было очень странно.       — Мы бы беспокоились, если бы ты хотел детей в шестнадцать лет, — послышался голос Драко, который зашёл в гостиную вместе с Эшли и Блейзом.       — Скорпиус, как ты думаешь, кто родится? — спросил второй.       Скорпиус посмотрел сначала на Тори, потом на Драко и, усмехнувшись, сказал:       — Папа слишком уверен, что будет мальчик, поэтому я за девочку.       — Как видите, я в этом доме не авторитет, — Драко закатил глаза.       Все посмеялись с этого диалога, и Эшли спросила у Тори, что она думает.       — Я не знаю кто родится, но буду рада в любом случае.       И только в глубине души что-то подсказывало, что чуточку больше ей всё же хотелось дочь.

***

      Май.       Одним майским вечером Драко обнаружил, что его жена находилась не в лучшем настроении. Она вышла из ванной, расчесала волосы и сняла халат. Всё было бы как обычно, если бы под халатом не было пеньюара. Последние пару месяцев она ненавидела спать в одежде. Найти удобное положение и так было непросто, а пижамы ощущались сковывающе и раздражали. Драко прекрасно это знал, а потому сразу заметил странность.       Тори забралась на кровать, чью добрую половину занимала её подушка, подумала какое-то время, после чего с недовольным вздохом повернулась на другой бок.       — Поскорее бы полежать на животе…       — Осталось немного, — он с сочувствием взял её за руку. — Сейчас я не могу разделить твои тяготы, но потом мы будем делать всё вместе. Я возьму отпуск. Могу даже уволиться, если надо.       В ответ она посмотрела на него так, будто он сказал какую-то глупость.       — Ты любишь свою работу.       — Устроиться на новую будет нетрудно.       — Нет, это какие-то совсем крайние меры… Если мы оба будем без перерыва сидеть с ребёнком, то сойдём с ума быстрее, чем если это будет делать один человек.       Драко действительно готов был оставить работу. В прошлом они ведь начали отдаляться друг от друга именно в тот период. Тори, слишком сильно загруженная ребёнком, и Драко, работающий слишком много. Второй раз подобного он не допустит. Тогда, без наследства, работа была необходимостью, а сейчас о деньгах можно было не волноваться.       — Ты тоже не будешь сидеть с ним без перерыва. В этот раз ты можешь работать дома.       — Надеюсь, получится… — пробормотала Тори. — Я не сомневаюсь в том, что ты обеспечишь мне время, но с детьми ничего не идёт по плану.       Драко согласно кивнул. Да, планировать не получалось. Он уставился на Тори. Этот разговор никак не объяснял наличие на ней одежды, а Драко очень хотел узнать причину. И дело было совсем не в том, что он предпочитал «без».       — Тебя что-то беспокоит. Ты оделась.       Она приподняла брови и посмотрела на него с наигранным упрёком.       — А тебе лишь бы раздеть меня.       — Кто бы говорил! Это не у меня гормоны играют.       — Вам что-то не нравится, мистер Малфой?       — Я не жалуюсь, миссис Малфой. Просто хочу знать, почему ты оделась, хотя тебе неудобно так спать.       Тори вздохнула, и её лоб украсила морщинка от того, что она нахмурилась.       — Сегодня мне некомфортно спать голой, — последовала пауза, во время которой Драко продолжал внимательно смотреть, и Тори не устояла от этого взгляда. — Я ничем не могу убрать растяжки. В первый раз помогло заклинание, а сейчас вообще ничего и, мне кажется, они останутся. А у меня и так всё тело в шрамах.       Это ввело его в ступор. У неё давно не было проблем с самооценкой.       — У тебя прекрасное тело, и ничто это не изменит.       — А если я ещё и похудеть не смогу? Я набрала гораздо больше, чем со Скорпиусом.       Драко на секунду нахмурился. Этот разговор надо было вести в другом положении. Он молча пересел ей в ноги, взял её ступню и начал массировать. Тори смотрела на него с приоткрытым от удивления ртом.       — Что ты делаешь?       — Разговариваю с тобой, — он пожал плечами. — И у тебя устали ноги, поэтому совмещаю два дела. Откуда такие мысли? Про вес и растяжки.       О, Тори знала, что таким образом её пытались разговорить. Она вздохнула и расслабилась, потому что ноги правда устали.       — Не знаю… Я полюбила своё тело, а видеть, что оно меняется навсегда, трудно, хотя я знала, что это произойдёт. Да и чувствую я себя неповоротливой, а когда чувствуешь себя некомфортно в своём теле, оно начинает казаться некрасивым.       Драко не понимал, как она могла считать себя некрасивой. Он смотрел на её лицо, на которое падал свет от свечей, волосы разбросанные по подушке, живот… Тори казалась ему самой прекрасной. Наоборот, сейчас в её красоте было что-то особенное.       — Ты делаешь сейчас огромную работу, и всё, что тебя беспокоит, указывает на то, как ты стараешься. Я нахожу это прекрасным, — Драко погладил её бедро, оголил живот и поцеловал одну из тёмных полос. — Они нисколько не умаляют твоей красоты.       Тори улыбнулась от этих слов и протянула руку, чтобы погладить его по волосам. Слова не могли полностью искоренить появившиеся комплексы, но значительно уменьшали её взволнованность.       — Спасибо… Но всё же надеюсь, что большая часть веса уйдёт.       — Главное, не дави на себя и позволь телу отдохнуть. Знаю, это звучит невозможно с новорождённым на руках, но вместе мы справимся.       Их ждали тяжёлые месяцы с убитым режимом сна, но Драко был готов и знал, что Тори — тоже. Этот ребёнок долгие годы был для них несбыточной мечтой, и они ждали даже тяжести. Вся сложная сторона родительства казалась пустяком в сравнении с тем, что они встретят долгожданного ребёнка.       Когда он увидел, что Тори повеселела, сказал:       — А теперь раздевайся.       — Неа, — она покачала головой.       — Я не смог успокоить твои волнения?       — Смог. Теперь мне лень двигаться. Я слишком удобно лежу.       — Понял, не буду спорить, — Драко улыбнулся.       — Ты бы и так не стал спорить, — усмехнулась Тори, как-то очень довольно посмотрев на него. — Я слишком беременная для споров.

***

      Июнь.       В этот раз всё прошло гораздо спокойнее. Тогда они нервничали, когда начались схватки, сейчас же знали, что времени хватало. Всё случилось на несколько дней раньше запланированной даты, но это было нормально. Скорпиус остался с Нарциссой, потому что ждать одному дома было бы настоящей пыткой, а Тори и Драко отправились в больницу.       Драко думал, что и дальше всё будет происходить спокойнее, чем в первый раз. Он думал, что второй ребёнок не перевернёт его мир так, как первый. Всё-таки он уже знал, каково быть отцом. Драко переживал за Тори, волновался о том, как всё пройдёт, чувствовал предвкушение, вспоминал как впервые держал Скорпиуса на руках, но не боялся неизвестности. Он ведь уже воспитал сына. Было бы странно бояться брать на руки второго ребёнка.       Драко ошибался. Совсем не так, как первый, но этот ребёнок перевернул его мир. Ещё до родов было принято решение, что проведут операцию. Малыш лежал так, что рожать естественно было рискованно. Можно было бы помочь магией, но они ставили в приоритет безопасность. Гермиона рассказывала, что магглы могли проводить эту операцию так, чтобы мать находилась в сознании. Увы, магия со всей её замечательностью такого не могла, и Тори пришлось спать. Ей это не нравилось, но другого выхода не было… И Драко встретил их ребёнка первым.       Он был рядом, когда делали операцию. Не хотел оставлять Тори, пусть она и спала, и не хотел лишать их малыша контакта с кожей. Драко навсегда запомнит, как услышал первый плач. А ещё больше запомнит следующие секунды… Но только их. В памяти случился провал, после того, как ему на руки дали их сокровище. Он не слышал того, что говорили целители. Убедился, что всё прошло хорошо, и где-то потерялся. Драко помнил, что плакал, но не знал, сколько времени прошло. Он только смотрел на маленькое личико и голубые глаза, которые сейчас были закрыты.       — Я надеюсь, вы рады, — с улыбкой сказала целительница, когда зашла проверить их. — А то мы, знаете ли, думали, вы упадёте в обморок. Не устали держать?       — Не думаю, что когда-нибудь устану, — зачарованно сказал он и посмотрел на спящую Тори. — Конечно, рад… Как я могу быть не рад? Это ведь чудо…       — Она вот-вот проснётся. Знаю, вам не терпится поговорить.       Драко кивнул и посмотрел на женщину, которая помогла случиться невероятному.       — Спасибо вам.       — Это вам спасибо. Вы были у меня самой трогательной парой за последнее время.       Когда она вышла, внимание Драко снова переключилось на маленького человека в его руках. Он всё ещё не верил в реальность происходящего. Знал, как держать новорожденного на руках, но всё равно не мог расслабиться. Скорпиус казался очень хрупким, а тут… Драко вообще не знал, как пошевелиться.       — Тебе наверняка хочется на руки к маме, — начал тихо говорить он. — Она скоро проснётся и будет очень рада тебя видеть. Ты не представляешь, как все будут тебе рады. А я… Я всё для тебя сделаю, всегда буду рядом и защищу. Обещаю.       Ещё утром Драко не представлял, что его мир перевернётся, и он столкнётся с чем-то совершенно новым, но восхитительным… Он снова посмотрел на Тори и увидел, что она начала просыпаться.       Веки были настолько тяжёлыми, что разлепить глаза получилось с трудом. А чтобы избавиться от тумана, пришлось проморгаться. Тело ощущалось неприятно и больно. Когда зрение сфокусировалось, Тори первым делом увидела Драко, который сидел на стуле у кровати, но её взгляд сразу сосредоточился на ребёнке в его руках. Сердце сразу взволнованно забилось. Как всё прошло? Что случилось, пока она спала? Всё ли в порядке? Одновременно с этим в душе появилась трепетная радость, отчего на глазах выступили слёзы.       — Доброе утро, — тихо сказал Драко. — Как ты себя чувствуешь? Позвать целительницу?       — Он в порядке?.. — единственное, что хрипло пробормотала она. Ей надо было поскорее взять сына на руки.       Драко кивнул, и она выдохнула, почувствовав огромное облегчение. Ещё пару секунд, и она попробует пошевелиться, чтобы взять его. Процесс заживления по длительности был чем-то похож на выращивание новых костей, но, может, получится сесть…       — Что же ты так? — вдруг как-то странно покачал головой Драко. — Ругала меня за неполные местоимения, а сама используешь неправильное.       Тори совсем не поняла, что он имел в виду. Усталость замедляла мысли. Пришлось пересилить себя и составить тяжёлую логическую цепочку. Если местоимение «он» неправильное, то… Она задержала дыхание на какое-то время.       — У нас?.. — робко начала она.       — Дочь.       И в этот момент еле сдерживаемые слёзы покатились по щекам. У них родилась девочка. Когда Драко положил её в кроватку, чтобы помочь Тори повернуться на бок, она только и смотрела в ту сторону, желая поскорее увидеть её. А когда малышка, наконец, оказалась рядом, Тори подумала о том, что она была самой красивой на свете.       — Это правда? — прошептала она, мягко проведя пальцами по её волосам.       — Я и сам не поверил… Когда они сказали, что девочка, я чуть сознание не потерял, — Драко никогда не забудет этот миг. А уж когда он взял её на руки, понимая, что у него есть дочь… — Я очень рад, хотя пока не могу до конца осознать.       — Девочка… У нас есть дочь, — с улыбкой говорила она, словно пытаясь распробовать, как это звучало.       — Моя мама теперь полюбит тебя ещё больше, — посмеялся Драко. — Она замечательная. Спасибо.       Они нежно посмотрели друг на друга, и он наклонился, чтобы поцеловать жену. Сегодня случилось чудо.       Когда Тори начала кормить дочь, они молчали и восхищённо наблюдали за ней так, будто до этого никогда не видели детей. И их можно было понять, ведь ещё несколько часов назад её существование не представлялось возможным.       — Первая девочка за два века…       — Она нарушила одну крепкую традицию Малфоев, но кое-что осталось неизменным, — сказал Драко, намекая на белые волосы.       — Опять твоя копия, — беззлобно пробормотала Тори. — Мы так и не выбрали имя для девочки…       Драко задумался, а Тори вспоминала, что происходило сейчас со звёздным небом. Перебирала в голове созвездия, пока вдруг не наткнулась кое на что…       — Деву всё ещё видно.       — А тебе очень понравилась та теория, — сразу понял Драко. — Астрея, богиня справедливости? Мне нравится.       — Чтобы жизнь была справедлива к ней, — Тори улыбнулась, смотря на дочь. — Астрея… Думаешь, ей подходит?       — Да. И нужно среднее имя. Так как Скорпиусу мы выбирали его из твоих родственников, предлагаю так сделать и в этот раз, — он уже знал, что предложить, и Тори вопросительно посмотрела на него. — Дафна.       От удивления она даже приоткрыла рот, а потом на глаза снова выступили слёзы. Её сестра была лучшим человеком и стала бы прекрасной тётей. И то, что их дочь будет носить её имя, давало чувство, что она всегда будет под присмотром.       — Это было бы замечательно…       Драко погладил её по плечу и посмотрел на дочь.       — Приятно познакомиться, Астрея Дафна Малфой.

***

      Время близилось к ночи, но никто не собирался ложиться спать. Помимо Нарциссы и Скорпиуса, в доме каким-то образом оказались все остальные. Они не в силах были ждать сами, а потому пришли занимать дом Малфоев, зная, что именно сюда новости доберутся первыми. Самым беспокойным был Скорпиус. Ему казалось, что всё длится слишком долго.       — Всё будет хорошо, — поддерживала его Роуз. Они сидели рядом, и она не могла не заметить его волнение.       Скорпиус посмотрел на неё и улыбнулся, потому что с недавнего времени её взгляд изменился, потеплел. А он тонул в её глазах. Советы мамы помогли, правда они никому ничего не рассказали, поэтому смотреть друг на друга приходилось украдкой.       — Роды — дело не быстрое, — сказала Джинни. — Они могут длиться гораздо дольше, но уверена, скоро мы получим новость.       Скорпиус тяжело вздохнул. Ждать всегда было труднее всего, но, по крайней мере, он встретит брата или сестру. Несколько часов по сравнению с девятью месяцами должны были быть ничем, но оказались самыми тяжёлыми. Он не будет ложиться спать. Прождёт всю ночь, если понадобится.       Но ждать долго не пришлось. Совсем скоро из камина вышел Драко, который опешил, увидев в собственной гостиной толпу людей. Но заметив, с какими выражениями лиц они смотрели на него, он улыбнулся. Они вообще дышали?       — Всё хорошо, — для начала сказал он. — Тори набирается сил.       Все выдохнули.       — Мы уже знаем, что спрашивать бесполезно, но с кем вас поздравлять? — нетерпеливо спросила Джинни.       Драко ответил не сразу. Он загадочно улыбнулся и обвёл взглядом собравшихся, не веря в то, что скажет.       — Мне понадобятся советы по воспитанию девочки, ведь растил я только мальчика.       О, эти слова запустили шквал эмоций. Удивление, шок, радость. Нарцисса неверяще смотрела на сына, друзья бурно радовались, дети поздравляли Скорпиуса, который не понял что происходит.       — Я был прав?! — немного заторможено спросил он.       — Да, и я очень этому рад. Пока до сих пор до конца не осознаю, что это случилось, но у тебя есть сестра, — Скорпиус радостно улыбнулся. — Пойдём, познакомишься.       — Уже?       — Мама будет рада тебя увидеть.       Конечно, такой чести удостоился только Скорпиус, другие будут ждать лучшего момента. Драко видел, как робко сын заходил в палату, и легонько подтолкнул его. Тори уже могла сидеть и держала Астрею на руках. Когда они вошли, она посмотрела на Скорпиуса и улыбнулась.       — Привет.       — Привет… Как ты, мама? — он остановился чуть дальше от кровати.       — Лучше с каждой минутой. Подойди ближе, мы не кусаемся.       — Она выглядит очень маленькой. Это нормально?       — Ты был таким же, может, чуть-чуть больше, — тихо посмеялась Тори.       Скорпиус всё же подошёл. Он сел на стул рядом с кроватью, с любопытством посмотрел на сестру, и волнение на его лице сменилось негодованием. Он по очереди посмотрел на родителей, которые с любовью смотрели на малышку. Она была… Не такой как он представлял.       — Я выглядел так же странно?..       — Все младенцы выглядят так первое время.       — Хорошо… Ты точно нормально себя чувствуешь? — Скорпиус взял маму за руку. Она была немного бледной.       — Со мной всё в порядке, но я только что родила ребёнка и чувствую себя соответствующе. Не волнуйся за меня. Лучше скажи, хочешь подержать сестру?       Скорпиус с опаской посмотрел сначала на Астрею, потом на маму.       — А вдруг я её уроню?       — Не уронишь, — сказал Драко, вспоминая себя, когда впервые брал его на руки. Теперь сын был совсем взрослым и боялся, как он когда-то. — Я научу как правильно.       Он подошёл к ним и аккуратно взял на руки спящую дочь. Сердце замирало. Это чувство, как и шестнадцать лет назад, ни с чем не сравнить. Драко не мог вновь не прослезиться от переполнявших его чувств. Она была слишком прекрасной. Как и его жена, которая растроганно и с любовью смотрела на них.       — Я сейчас тоже расплачусь.       Расчувствоваться Скорпиус не успел, потому что папа вручил ему сестру. Когда она оказалась у него на руках, он перестал дышать и шевелиться, боясь как-то навредить ей. Тори и Драко, который, на всякий случай, помогал сыну, с любопытством наблюдали за знакомством. Через какое-то время Скорпиус всё же расслабился. Чем дольше он смотрел на сестру, тем теплее становилось от мысли, что она у него есть.       У них были одинаковые волосы. Может, со временем появятся другие общие черты… Он коснулся её маленькой ручки, и она вдруг рефлекторно сжала его палец. Скорпиус удивлённо и с каким-то восторгом посмотрел на родителей. Тори довольно улыбнулась, потому что её сын тоже расплылся в улыбке, переведя взгляд обратно на сестру.       — Привет, Астрея, — тихо сказал он, начав ощущать на себе ответственность за это маленькое существо. — Я твой брат.       У неё были сын и дочь. Тори не могла отвести от них взгляд. Материнской любви стало в два раза больше. Она не сомневалась в том, что Скорпиус станет хорошим братом, и надеялась, что их связь с Астреей будет такой же, как когда-то у неё и Дафны.       — Подумать только, девочка… — пробормотал Скорпиус. Да, именно это и звучало у неё в голове всё время после пробуждения. — Ой, она открыла глаза.       — Кто-то проголодался, — сказал Драко и передал дочь Тори. — И нам всем уже пора спать.       — Я не усну сегодня, — Скорпиус встал со стула и напоследок посмотрел на маму. — До завтра. Я рад, что с вами всё хорошо!       — Спокойной ночи.       Драко проводил сына, и тот отправился домой, а он пошёл раздобыть что-нибудь поесть для Тори. Она же кормила Астрею и не могла на неё наглядеться. Они остались наедине и внутри проснулось какое-то немного горькое чувство. Всю жизнь она видела страдания женщин. Страдала сама. Тори не хотела видеть, как страдает её дочь.       — Твой папа любит тебя, Астрея, и всегда поддержит, — почти шёпотом заговорила она. — Мы позаботимся о том, чтобы ты жила в спокойном и хорошем мире. Ты выбрала меня своей мамой, и я сделаю всё, чтобы ты не испытала даже крошки тех ужасов, что испытала я… Обещаю.       Астрея Малфой ещё не знала в какой семье родилась. Она не видела чётко и не могла отличить мамин голос от других. Единственное, из чего состоял её мир сейчас — тепло маминой кожи, её запах и молоко. И этого для спокойного и хорошего мира пока было достаточно.       А потому тишина больничной палаты и луна стали свидетелями обещания, которое каждая мать давала своему ребёнку. Но только звёзды, заглядывающие в окно, знали наверняка, что Астория Малфой его исполнит.