Поместье с обременением

Знаю. Я знаю, о чем вы думаете после рассказанного. Как я могу быть такой спокойной, почему не боюсь незнакомца, в чем причина моего поведения и зачем же все-таки оставаться жить в доме, который принадлежит никак не связанному с тобой человеку? Ответы просты. Во-первых, мне больше некуда податься, да я и не хочу. Всю жизнь мечтала побыть хозяйкой хоть чего-то в этом доме, пыталась сделать его лучше, раскрыть его тайны... Но мне постоянно мешали. И вот внезапно появляется такая возможность... Как я могу уйти? Во-вторых, я уже взрослый человек, и несмотря на то, что я девушка, я самая сильная девушка из всех, что вы можете себе представить. Преувеличиваю... Но я действительно считаю себя сильной. Это касается как духовной силы, так и силы физической - всегда любила заниматься спортом - поэтому бояться людей - не по моей части. Ну, и в-третьих, я впервые за почти год почувствовала себя свободной. Серьёзно. Мне не надо успокаивать мать и сестру, не надо общаться с двуличными родственниками, надевая маску улыбки и радушия, и не надо "держать себя" и "сохранять лицо", мне не требуется через силу общаться с отцом или переживать вообще за что-то, ведь обычно я волнуюсь больше не за себя, а за своих близких...Не нужно испытывать дрожь и стресс, разнимать драки, терпеть пьяные выходки и бояться, постоянно бояться всего вокруг... Больше не нужно! Я одна, кажется, волновалась обо всё этом... Одна боялась одна понимала, что так быть не должно, хоть и не видела примера того, как должно быть... Я так страдала... Теперь, наверное, больше не буду. Да и близких, как таковых, не осталось... Когда всё это происходило, я даже не могла дать себе поплакать или впасть в истерику, потому что меня уже окружали такие люди и мне требовалось оставаться в разуме, держать себя в руках и притуплять эмоции, чтобы помочь другим. И так было всю жизнь, но это было частью моей повседневности, и я этого не замечала, а последние 10 месяцев... были просто адом. Сейчас же всего этого не стало. И я наконец-то вздохнула с облегчением, хотя несколько причин волноваться и оставалось, но значительный эмоциональный груз наконец спал с моих плеч и я впервые за долгое время почувствовала, что отдыхаю. Чай был таким вкусным... Дом был таким тихим... И даже эти шаги и голос неизвестного мне мужчины были какими-то мягкими и... Безобидными. Подозрительно безобидными... Я не могу себе позволить расслабиться, ведь тогда потом будет больнее принимать удары судьбы, будь то чай, дом или незнакомец... Вернёмся к экскурсии. С величайшим выражением усталости и небольшой толикой безразличия я вела мужчину из одной комнаты в другую. Я решила рассказать о доме те подробности, которые обычно принято никому не рассказывать. Идея была в том, чтобы вывести его из эмоциональной стабильности и разговорить. Узнать, что он собирается делать дальше, какие у него планы на поместье, за какие ниточки можно будет дёргать для достижения личных целей... - Мы с вами в нижнем коридоре, переходящем в прихожую, - бесстрастно начала я, осматривая стены и потолок, - стены ободрать кошками, по углам дыры от мышей. Под шкафом когда-то застряла ящерица, мы её так и не достали. Зеркало на стене может упасть и разбиться, лучше рядом с ним не дышать. Ничего особенного в целом, разве что именно здесь располагается вход в крыло бабушки и дедушки, поэтому здесь всегда велась война за границу... И она ни разу не была выиграна моей матерью. Дверь даже заколачивали, запирали и заклеивали в порыве эмоций, но вновь открывали, ибо от наглой настойчивости и бесцеремонного вмешательства в личное пространство моей бабули было просто не сбежать. ... Никаких эмоций, человек рядом со мной стоял молча. - Идёмте дальше, - вздохнула я Мы пошли к следующей комнате. - Вход в обеденную комнату, смежно располагается кухня. Хотя обе эти комнаты мы часто именем кухней. Здесь обычно начинаются все утренние и вечерние скандалы, ссоры и драки. Потому что здесь за завтраком и ужином чаще всего встречались родители. Ну или мы сталкивались с ними и из-за слабости и невозможности сдержать язык за зубами и никак не общаться с ними связывались в конфликт. Тут на столе стояла хрустальная ваза, но её разбила в порыве гнева мать, так как ненавидела розы, которые ей на каждый праздник дарил отец. Она ему каждый раз ему намекала, потом даже разругалась и напрямую сказала, что терпеть не может эти цветы, но он продолжал приносить и дарить ей красные, бежевые, жёлтые розы... Эх... А, ещё мама ненавидела вообще всю кухонную мебель, она была сделана крайне неудобно, поэтому после делëжки имущества она продала все шкафы и столы. Может оно и лучше, по ним столько раз стучали и били об них посуду, что вид у них был уже неважный. А вытяжку оставили, только она уже не работает, отец так и не починил. Обломанная раковина тоже его рук дело. Пока я почти неподвижно стояла посреди комнаты, беспристрастно глядя на знакомые углы, и произносила слово за словом, мой спутник неспешно обходил её вдоль и поперёк, иногда оборачиваясь на меня, видимо, пытаясь понять, где находилось то, о чём я рассказывала. Как же меня выматывает подобная болтовня, хоть я и стараюсь рассказывать всё с долей юмора. Раз реакции не последовало, я решила говорить более смело. - Тут ничего особенного, просто место сравнимое с пыточной, где мать пыталась угодить отцу, а отец пытался побыстрее свалить, не выслушивая её просьбы и нытьё. Хотя иногда они менялись ролями. Здесь они всегда запирались, когда хотели поругаться без лишних глаз и ушей. Жаль, что они не знали, что стены в этом доме очень тонкие... Идёмте дальше... Я уже развернулась и начала движение к выходу из комнаты. - А стены и правда тонкие? - внезапно поинтересовался мужчина А резко остановилась, обернулась и смерила его взглядом. Он стоял полубоком, держа одну руку в кармане брюк, ни раздражения, ни замешательства, он был спокойным и пристально смотрел мне в глаза. Мне показалось, что даже с интересом... Его выражение лица было ровным, гладким, уверенным, без дрожи и сомнения, совершенно не такое, какое я привыкла видеть на лицах других. Даже глаза... Как будто смотрели сквозь меня, на что-то, стоящее у меня за спиной. Стало не по себе. Чуток помедлив, я ответила: - Достаточно, чтобы слышать всё, о чём разговаривают внутри него, - сухо и холодно отчеканила я и, отвернувшись, продолжила свой путь, - поэтому если хотите сохранить что-либо в секрете - никогда не говорите об этом в слух. -Хорошо, приму к сведению, - услышала я в ответ. И мне показалось, что в этом голосе... Это была улыбка? Я бы хотела повернуться и увидеть её, ведь в голосе едва заметно проскочила эта лёгкая нотка, задевающая ухо. Но я решила не оборачиваться. Однако, в сердце зародилась толика паники, но я тут же подавила её, повторяя про себя "прекращай, прекращай, всё нормально, держись, иди дальше" Признаюсь, здесь я поняла, что весьма раздражена. Я терпеть не могла ситуации, когда не могла чего-то добиться или если всё шло не по моему плану. Вот и сейчас я поняла, что еле сдерживаюсь от опрометчивых действий. Но внешне моё раздражение выражалось лишь излишней злобной холодностью и резкостью выражений, а голос и мимика оставались такими же безжизненно каменными, как и прежде. Только глаза могли выдать меня, поэтому я решила пока больше не встречаться взглядами с новым хозяином дома. Не хотелось бы, чтобы он увидел это... - Малый зал и большой зал, располагаются именно в такой последовательности, если малый зал более подходит для вечерних и дневных встреч, чтения книг и уединения, то большой зал имеет хороший паркет и рояль, а также мебель для сбора гостей, - размеренно начала я, - Иными словами, место для проведения праздников и семейных вечеров с настольными играми. Ах, люблю игры... Никогда не знаешь, на что в новой игре обидится или разозлится брат или отец... Оказывается, подкатегория "семейных игр" более всего способствует разобщению и ссорам этой самой семьи во время игры. А Вы играете в настольные игры? - мне захотелось повернуться и понаблюдать за этим человеком, но сделала я это лишь в пол-оборота. Надо держать себя на расстоянии, слишком прямой контакт может быть воспринят не правильно. - Знаете, не доводилось. Но я умею играть в шахматы, и несколько раз мне доводилось играть с незнакомыми мне людьми в парках и библиотеках, - с невероятной лёгкостью и спокойствием начал мужчина, - Мне всегда нравилось то, как именно незнакомый человек во время партии ведёт себя, как пытается узнать тебя, заглядывая из-под тишка тебе в глаза, как пытается отвлечь разговором и выяснить, в каком ты настроении, как серьёзно настроен и какие тактики собираешься использовать... Они не понимают, что для того, кто всегда играет исключительно с незнакомыми людьми, их поведение расскажет о них больше, чем они в итоге узнают о вас. Когда мужчина рассказывал это, он медленно обходил комнату, проходя от угла к углу, стоя ко мне исключительно спиной. Я почувствовала неприятное чувство отчуждения и принижения, будто кто-то отнял у меня место лидера и заставил стоять в стороне. Стало бидно. Роль загадочного рассказчика должна была принадлежать мне, а он решил присвоить её себе, как и весь этот дом. Так, перестанем поддаваться провокационным эмоциям. Когда он начал говорить, я сразу поняла, что метафоры и сравнения здесь не случайны. В конце концов, я все-таки не дура, и его намёки для меня более чем заметны. Сравнил наш диалог с шахматной партией? Дал понять, что видит, что за моими словами и действиями стоит определённая цель? Иными словами, он знает и видит больше, чем мне хотелось бы. И сейчас этот разговор - это какая-то проверка или прямая угроза?... Как я отреагирую? Пойму ли я его намëки? Расскажу ли ему о своих намерениях? Пока не понятно, чего он хочет и что у него на уме, но запугать ему меня не удалось. Интригующе... Что ж, поиграем в эту игру... - Обожаю шахматы, - с ноткой высокомерности и вдохновленности произнесла я, ухмыльнулась с едва заметной улыбкой - Мне ли не знать, как коварна и увлекательна эта столь простая на вид игра. Одна партия - и вы уже знаете человека как свои пять пальцев. Я уверенно подошла к книжной полке у окна и довольно улыбнулась. От чего-то мне вдруг стало весело. Может, от того, что этот разговор был похож на некую головоломку? А я любила разгадывать головоломки, чем сложнее - тем лучше. Я услышала шаги, направляющиеся ко мне. Ага, я заинтересовала его... С трудом сдержать улыбку, я продолжила смотреть в окно. Лишь когда мужчина оказался на расстоянии двух шагов, я повернулась к нему и с едва заметной ледяной улыбкой как можно мягче произнесла: - Не желаете ли сыграть партию в шахматы, господин? Мужчина улыбнулся и произнёс, поворачиваясь к окну: - С превеликим удовольствием. Только не зовите меня господином, что за высокомерная и безвкусная манера... - У нас в семье так было принято, - уже без улыбки произнесла я, - Только должна вас огорчить, партии не получится - шахматной доски здесь больше нет, её забрали при делëжке имущества, - со специально наигранной грустью сказала я. Хах, ну как, я его хоть чуть-чуть задела? Может, он наконец-то разозлиться? - Что ж, действительно жаль... Но я буду ждать возможности поиграть с вами в будущем, - произнёс мужчина предельно спокойно. Я на мгновение повернула лицо, чтобы уцепить эмоции этого "господина", но в его холодных серых глазах я увидела лишь тусклое отражение комнаты, а на лице - едва заметную вежливую улыбку, явно натянутую из уважения или приличия. Действительно интригующе... Что же у него на уме? Не думала, что придётся так быстро менять ход плана и его цели. Изначально я думала оставаться в стороне от нового хозяина, жить как призрак в доме, но умело дёргать за ниточки, чтобы оставаться в выгодном положении. Когда он попросил провести экскурсию мне подумалось, что он либо наивный и глупый, либо надменный и злобный, поэтому я хотела вывалить на него самую неприятную информацию, заставить его чувствовать себя некомфортно и задавить его высокомерие... Однако, выяснилось, что этот человек не только спокоен и умен, но и обладает весьма специфичными чертами характера. План изменился снова - я захотела понять его, узнать о нём и его эмоциях и мыслях, чтобы продумать дальнейшее развитие событий, но он был словно неприступная крепость - сколько бы я не ходила вокруг неё, я не находила ни окна, ни трещины, ничего, что помогло бы мне заглянуть внутрь. И этим он слегка пугал меня... Ну, что бы у него на уме не было, я знаю одно точно - я ему не противна, я его не раздражаю, и я ему в каком-то плане интересна. Это и ежу видно. Но как бы мне сыграть этим наиболее выгодно? Как будто я разложила все пазлы по своим местам, но картинка не сошлась, и теперь нужно искать другой подход к сбору и оценке изображения. Некоторое время мы стояли и молча смотрели на открывающийся за окном пейзаж. Оба думали о чём-то своём и прекрасно понимали, что при этом думают друг о друге. - Кхм... Госпожа Лидия, я заметил, что вы так и не допили свой чай. Признаться, я чувствую за собой вину из-за того, что так резко оторвал вас от трапезы. - Ничего страшного, - ответила я, и с иронией добавила - И почему же я внезапно стала госпожой? - Вы же сами сказали, что у вас так принято называ... - Не стоит, - резко перебила я, но тут же смягчилась - То были семейные правила, разве сейчас моя семья здесь? Так давайте же оставим эти грубые и нелепые формальности. К тому же, госпожа - это владелица поместья. А я сейчас просто его обитатель. - Как пожелаете. Но как же мне тогда к вам обращаться? Я немного помедлила, оценивая ситуацию и уместность. А после задумчиво произнесла: - Так как я не желаю излишней формальности, но и до дружеских отношений опускаться не собираюсь, полагаю, лучше всего было бы вам называть меня Леди Ли или же Леди Лия. Да, пожалуй так. А что насчёт вас? - Аналогично. Я бы тоже хотел, чтобы мы обращались друг к другу с уважением, но без излишней формальности. Ко мне вы можете обращаться просто по имени. Я Виктор. Я не буду простив отсутствия каких-либо приставок о моём положении. - Хорошо, я поняла. Очень приятно было провести с вами время, Виктор. Желаете продолжить экскурсию? Я уже начала движение от окна, как вдруг услышала: - Подождите, Леди Ли... Я обернулась и посмотрела на Виктора, он был немного другим. Его черты лица перестали быть гладкими, на них наконец-то проявился рисунок эмоций. И эта эмоция была похожа на еле заметное самодовольство с нескрываемой радостью, а улыбка выражала скорее удовлетворение от исхода ситуации, чем дружелюбие. Однако, говорил он уже менее холодно и незаинтересованно, чем прежде. Появилось что-то живое в его голосе, поведении и эмоциях. Я тогда не подумала, что сама первая изменила свой образ, поддавшись увлеченности собственным идеям и игривым догадкам. - Вы что-то желаете спросить? - поинтересовалась я - Да. Не желаете ли вы чашечку чая? Время как раз подходящее для того, чтобы отдохнуть в беседке в саду, - улыбнувшись произнёс Виктор. - Что ж, - задумчиво произнесла я, - Думаю, вы правы. К экскурсии можно вернуться позже. Тогда пойдёмте в сад, а я попрошу горничную заварить нам чай. Мужчина ничего не ответил, а лишь неспешно последовал за мной. Но почему-то, не смотря на то, что я шла впереди, у меня возникло нехорошее чувство, будто он, находясь сзади, знает наперед, куда я пойду и что сделаю. Хоть это предложение о чаепитии и было высказано им, решение оставалось за мной. Но почему я боюсь, что мной уже здесь пытаюсь манипулировать? Стоп. А почему я не должна? Я всё ещё не знаю, что у него на уме, а его поведение только страннее и страннее. Он ведёт себя так, будто мы приятели, но это явно лишь образ, маска... Мы вышли из дома и прошли к стоявшей среди вишнёвых деревьев беседке. Горничная уже ушла готовить чай, а мы неспешно прогуливались по саду. Ничего, в следующий раз я непременно покажу, что не собираюсь вечно идти на компромиссы и соглашаться на совместное времяпровождение. Но сейчас мне это необходимо, ведь я всё ещё не узнала, кто такой новый хозяин моего семейного поместья. И почему он так странно себя ведёт...