Судьба, штука непонятная

Седьмой Хокаге, герой, положивший конец Великой войне, — он обладал невероятным количеством чакры и был сильнейшим существом в мире. Именно так можно описать Узумаки Наруто. Его жизнь была нелёгкой: с детства мальчика называли «демоном-лисом», ведь он был джинчуурики Кьюби но Йоко — Девятихвостого демона-лиса. С рождения он не знал родителей, и лишь в шестнадцать лет узнал, кем они были. В том же возрасте мир признал его тем, кого вскоре станут называть Богом мира шиноби. В шестнадцать ему довелось познать все «прелести» войны и потерять дорогих людей: Саске Учиху, Неджи Хьюгу, Хинату Хьюгу, Киллера Би, Ямато-сенсея, Цунаде Сенджу… Всё это произошло потому, что один человек, жаждавший мира, сам оказался пешкой на шахматной доске. Этим человеком был Мадара. Знай он, что был пешкой, согласился бы на всё это? Конечно, нет — в душе Мадара был добряком, но жажда принести мир так затуманила его разум, чем и воспользовался Зецу, убедив Мадару исполнить «План Глаза Луны». Сейчас Наруто шёл по знакомым улицам. Все кланялись ему. Такая жизнь уже надоела. Да, после войны Наруто изменился — он понял, что жизнь штука сложная. Вдруг он почувствовал резкую боль в сердце, скривился и рухнул на землю. Очнулся в подсознании. В подсознании — Ку, что происходит? — с нескрываемым шоком произнёс герой войны. — Если бы я знала! — с тревогой проговорила лисичка. — Ещё не хватало помереть так нелепо! Запечатал Кагую в одиночку, а умер от проблем с сердцем. Гениально, блин. — ДА ПОМОЛЧИ ТЫ, ДУРЕНЬ!!! — со страхом кричала на него биджу. — Яре-яре, хорошо, молчу, — в примирительном жесте поднял руки Узумаки. — Вот и славно! У меня плохая и две хороших новости. — Давай с плохой. — Ты умираешь. — Хорошие? — Я смогу переместить нас и ещё троих человек в параллельный мир. И у тебя есть время попрощаться с друзьями и назначить Восьмого Хокаге. — Понял, бегу выполнять. Наруто крепко обнял Кураму и побежал прощаться, а также назначать Восьмого Хокаге. В итоге Восьмым Хокаге стал Конохамару. Наруто попрощался со всеми и теперь сидел у могил Кушины Узумаки и Минато Намикадзе. — Мам, пап… надеюсь, в другом мире я смогу вас увидеть… Не договорив, Наруто рухнул на землю. На этот раз навсегда. Появившись в подсознании, он увидел взволнованную лисичку. — Троих человек, говоришь? Пусть это будут мама, папа и Джирайя. — Хорошо, Нару, сделаю. Лисичка начала складывать серию неизвестных печатей, и Наруто провалился в сон. Спустя секунду он проснулся. Сразу же спустился в подсознание. В подсознании — Ку, дорогая, что случилось? — И с каких это пор ты меня «дорогой» называешь? — Нельзя, что ли? — Ладно, разрешаю. Что хотел? — Стоп-стоп-стоп. Почему здесь клетка? Я же снял печать? — Да, печать ты снял. Но при перемещении в параллельный мир мы попали в прошлое, поэтому печать вернулась. — Чёрт. И как я теперь буду тебя обнимать? — Не знаю. Кстати, тебе сейчас должны прийти все воспоминания этого Наруто. — Уже, — кряхтя от боли, проговорил Наруто, параллельно сворачиваясь калачиком. От воспоминаний у него заболела голова. Спустя пару минут боль ушла. — Значит, этого Наруто бросили родители. Понятно, мне его очень жаль. БОЖЕ, ЕМУ РУКУ ОТРЕЗАЛИ! Стой… Наруто вышел из подсознания и, оглядевшись, начал осматривать себя. И вправду, у него не хватало левой руки. Он выбежал из дома и побежал искать родителей, так как помнил, что их сознание тоже перенеслось. Он нашёл их дом и, подойдя к двери, постучал. Через полминуты ему открыла дверь Кушина. — Нару? Нару, мальчик мой! Кушина крепко обняла Наруто. — Привет, мам. Значит, перенос сознания прошёл успешно. Наруто крепко обнял Кушину. Они пообнимались ещё пару минут, а после зашли в дом. Уже в доме Кушина заметила отсутствие руки и обомлела, после чего включила режим «Кровавой Хабанеры» и пошла искать этих подлецов. Спустя два часа Кушина вернулась с улыбкой на лице и вся в крови. Наруто поёжился от такого вида. Все эти два часа над Конохой витала ки Кушины, вперемешку с ки Курамы. Обычных людей прижало к земле, генинов — тоже, чунины упали на колени, а джонины кое-как передвигались. Минато никак не отреагировал, ведь знал, что Кушина опять злится, и уже знал причину. Когда ки пропало, Минато оставил в резиденции клона, а сам телепортировался домой. В доме Хокаге — Дорогой, ты чего так рано? — Да так, сына повидать. После войны не видел — соскучился. — Значит, и с твоим сознанием тоже всё прошло идеально. Тут Наруто кое-что вспомнил и, растопырив пальцы и задрав футболку с курткой, увидел, как его пальцы загорелись синим огоньком. После чего он приложил руку к животу и прокрутил её по часовой стрелке. В подсознании ворота распахнулись, и Курама немного удивилась, но, не теряя времени, вытекла из печати в виде прекрасной девочки лет двенадцати-тринадцати. — Всё же вспомнил про меня, — проговорила Курама, вдыхая приятный запах ароматической свечки. — Извини, что сразу этого не сделал. — Наруто, слушай, насчёт руки. Я — то есть этот Минато — уже попросил Цунаде сделать тебе протез. Так что через пару дней у тебя будет рука. — А я уже отправила тех подлецов в больничку на пару лет, хе-хе, — с невинной улыбкой говорила всё это Кровавая Хабанера. — Хмммммм… Я уже давно задумывался, — Наруто потёр подбородок правой рукой. — Получается, Узушио разрушено, ведь так? Получается, я как единственный наследник могу восстановить клан, верно? А как я помню из документов, найденных в развалинах Узушио, я как единственный наследник клана, находящегося на грани вымирания, обязан взять в жёны минимум трёх девушек, так? Значит, это горе… Ну, тут надо подумать. ТОЧНО! НАГАТО И КАРИН! А ЕЩЁ БАБУШКА МЕГУМИ И ДЕДУШКА ХОШИРО, ОНИ ЖЕ ЕЩЁ ЖИВЫ! — Как много ты о нашем клане знаешь. — Ну-с, мне просто Курама сняла блоки на замедленное развитие и на тупизм. Вот я и стал очень умным. — Но в любви ты всё так же туп, как пробка, — сказав это, Курама ударила Наруто по голове. — Больно же, — потирая ушибленное место, проговорил герой войны. — Вот, вроде герой войны, а больно от слабого удара моего хвоста. По дому разнёсся звонкий хохот кицунэ, а после все дружно захохотали.