путь к вершине...

      тысячу раз скажи мне нет, а я посмотрю в зеркало и ладонью сожму шею, будто затягиваю петлю. ты скажи, мне откажи, а я посмотрю в зеркало и представлю, как бы ты тут извивался ядовитой змеей. но вместо этого — узелок затяну и задохнусь от ненависти к самому себе. я скажу, ляпну очередную глупость, а ты брызгай ядом из клыков, залезай под кожу и растворись в крови. я под сердцем тебя буду носить, вопреки всему, и тебе в первую очередь. как же невыносимо сильно хочется тебя под кожу, в вены, как невыносимо хочется твой запах впитать, попробовать языком. как хочется только тебя — большего и не надо. слышишь? только ты, и ты не отталкивай, ведь чувствую, как узел на шее давит на кадык. просто посмотри, смотри, кем я стал по твоей вине. возьмешь вину? возьми меня, я до последней капли твой, а ты — мой, под кожей и в голове. лишь бы только ты. не возьмешь? так прими, меня прими, и пусть с губ не спадает колкая усмешка, я, свергнутый король, паду к твоим ногам. а стебли колют руки, розы щекочут шею, и я задыхаюсь от их аромата. но за давлением на шею поспешу вперед, чтобы столкнуться с сапфировыми глазами и нос к носу. ты затяни узелок потуже. станет для меня это счастьем — в твоих руках отдать всего себя одному тебе. и я не раз скажу в бреду «спасибо», и не раз я расцелую твое лицо. лишь прими меня с петлей на шее, розами с шипами, что колют даже своего хозяина. возьми, возьми меня, не оставляй меня здесь, не беги вперед — я не успеваю, моя рука тянется к твоей спине, а макушка твоя все дальше. «возьми меня с собой», — крикну я, а ты кинешь мне мяч, и ты одиннадцатый, а я — десятый. ну не судьба ли это? так не отпускай же меня.