Белый бантик

Изначально идея пить с друзьями и сестрой в нашей с ней квартире показалась мне хорошей. Ровно до того момента, пока все не наебенились в говно. Трезвый Аякс и бухой Аякс — два разных человека, и второго я зачастую даже побаивался, потому что эту и так не самую умную голову начинали посещать не самые адекватные идеи. Сейчас же он был готов лезть на стену, лишь бы мы поиграли в правду или действие — мою самую нелюбимую игру, между прочим. Ладно бы я тоже был пьяным, но того количества, которое я выпил, явно не хватило для моего полного опьянения. Быть самым трезвым в компании — самое настоящее наказание. — Итэр, не будь душнилой хотя бы сегодня! — Чайльд строит самую страдальческую гримасу, которую только может. — Что плохого в безобидной игре? — Даже не знаю…может то, что в прошлый раз ты заставил меня выпить сырое яйцо и я полчаса обнимался с туалетом? Или тогда, когда из-за твоего же задания мне надо было записать минутное видео, где я неприрывно стонал? Или тогда… — Да ладно тебе, нам всем попадало от этого креативщика…- Люмин залпом допивает остаток алкоголя в своем стакане и осматривается. — У нас что-то крепче дешевого шампанского осталось? — Есть водка…но я не уверен, что это хорошая идея. — вторым по трезвости после меня оказался Казуха. — Об этом надо было думать ещё в магазине, а раз уж мы её взяли, то грех добру пропадать. — рыжеволосый торжественно поднимает свой стакан. — Бармен, водку в студию! Люмин тяжело вздыхает, но не без энтузиазма встаёт с пола и чуть ли не бежит на кухню за заветной бутылкой нашей обоюдной смерти. Я кинул быстрый взгляд в сторону Аякса и тут же пожалел об этом: он точно собирался напоить меня до беспамятства. — Иди нахуй, Чайльд…- только и успеваю сказать я, как это рыжее чудо двигает ближе ко мне мой давно пустующий стакан.

***

Интересный факт из моей жизни: я часто краснею. Когда громко смеюсь, когда чихаю или кашляю, сильно пугаюсь или злюсь. Естественно, это стало фишкой компании — подкалывать меня по поводу моего помидорного цвета лица, что бы я не сделал. И сейчас, стоя перед зеркалом в комнате Люмин и смотря на такого себя, я понял, что мягкий румянец это вовсе не предел моего тела. Мое лицо буквально горело. Я слышу издевательский свист за спиной. — Итэр клянусь, нравились бы мне парни, я б тебе дал. — Чайльд, облокотившись о дверной косяк, осматривает меня с ног до головы и нагло ухмыляется. Уёбок. Я говорил, что ненавижу правду или действие? — Какого хера мои шмотки идут тебе больше, чем мне? — Люмин пытается сделать недовольную интонацию, но я чувствую, что все происходящее ей нравится больше, чем всем вместе взятым. — Ладно, официально разрешаю тебе пользоваться моим косметосом, а то больно он тебе идёт. — Умоляю, давайте вы сфоткаете меня и будете стебать до конца моих бренных дней, и мы на этом закончим? — я оттягиваю нежно-розовую юбку, которую любезно всучила мне сестра, ниже, потому что она еле прикрывает мои бедра. Как девушки в этом ходят…? — О нет, милый, уговор был другой. И ты сам сделал свой выбор…- рыжий, казалось, чувствует себя сейчас если не Сатаной, то межгалактическим злодеем. — Мы договорились, что если кто-то не выполняет действие, то обязан добровольно выполнить наказание. И если ты думал, что наказание в моем понимании — это выпить, то ты совсем меня не знаешь. В данную минуту я ненавижу весь свет. Выполнил бы то тупое действие и сидели бы сейчас мирно дальше, но нет. Мне снова надо было выебнуться и встать в позу. Молодец, Итэр. А теперь беги в клуб в шмотках своей сестры обольщать мужиков. — А может правда не стоит? — я снова слышу единственного умного человека в этой компании, и маленький огонек надежды загорается где-то глубоко. — Мало ли что, в клубах в это время суток столько неадекватных людей… — Ну мы же будем рядом. Я если что втащу кому-нибудь за спасибо, так что не ссым в штаны и едем смотреть красивое шоу. Огонек надежды сдох в океане дерьма. Я снова осматриваю себя и понимаю, что вместе с огоньком тону и я.

***

— Пей до дна, салага! — Венти едва ли может связать пару слов, но когда дело доходит до подбадривания в выпивке, тут его филологический мозг вспоминает все самые изощрённые выражения. — Не забывай про спор, я уже придумал задание! Сяо надеется не задохнуться. Умереть от того, что захлебнулся пивом — такая себе перспектива, честно говоря. Хотя, признаться, звучит мощно. Осталось немного. Всего пара глотков, и… — Хуя у тебя всасывающая сила… Тао умеет сказать в нужное время. Брюнет поперхнулся и закашлялся, хватая ртом спасительный воздух. — Блять он щас сдохнет, хуйните его по спине кто-нибудь…- Скара как-будто даже обеспокоен, но за кружкой прячет свою фирменную издевательскую улыбку. Сяо кидает зверский взгляд в сторону подруги и вытирает губы рукавом своего черного худи. Ситуация пиздец: Венти победно потирает руки, готовый озвучить задание в качестве наказания. — Итак…- парень делает вид, что думает, хотя все в курсе, что он придумал тысячу и одно задание ещё на пороге клуба. — Ты у нас дикий одинокий волк, Сяо… А я, как вам всем известно, обожаю сводить людей! — Нашлась Ларисочка Гузеева… Себе бы нашел кого-то, а потом бы уже советы раздавал. — Скарамучча закатывает глаза и снова присасывается к пиву, как к единственному спасению. — Да ладно тебе, Венти реально обладает каким-то необъяснимым умением сводить кого-либо… А ты просто признай, что сам хочешь, чтобы он тебе кого-то нашел! — Ху Тао несильно толкает Скару в плечо, попутно взъерошивая его и так похожие на гнездо волосы. Парень хотел было что-то ответить, но многозначительно промолчал. — Давай говори уже. Не хочу мучаться долго. — Сяо откидывается на спинку дивана и устало прикрывает глаза, складывая руки на груди. Типичная поза, показывающая, что брюнет явно недоволен всем происходящим. И зачем вообще согласился поехать в это забытое Богом место? — Короче так: иди на танцпол и ищи себе девушку, к которой будешь катить шары весь вечер! В выборе мы тебе поможем, не волнуйся, я в этом эксперт! Сяо тяжело вздыхает и отрицательно качает головой, приоткрыв один глаз. — Не буду. — Что значит не будешь? Тебя никто не спрашивал, марш кадрить девчонок! — Венти, это как минимум аморально, а как максимум — не мой стиль. А что, если она западет на меня? Как мне от нее отделываться потом? — парень принимает свое прежнее положение и тянется за новой банкой пива, вскрывая ее и наливая содержимое в свой стакан. — Окей, я может и могу это сделать, но если будет просить мой номер — я скажу ей твой. — Да без проблем. Вперёд, казанова! Сяо тяжело вздыхает и осматривает танцпол: девушек хоть отбавляй, но ни одна не приковывает внимания. Хотя, какая разница, к кому подходить? Задача же просто пофлиртовать немного и тихо свалить, не давая никакого повода думать, что продолжению быть.

***

Я зашёл в клуб, и по ушам резко ударили тяжёлые биты и голоса сотни людей. От свежего уличного воздуха осталось одно воспоминание: в помещении пахло всевозможной смесью духов, алкоголя и сигарет. Я поморщился, но покорно пошел дальше, чтобы не отставать от друзей, которые уверенным шагом продвигались сквозь плотную толпу танцующих. — Остановимся здесь. — Чайльд быстро занял свободный диван в самом углу. — Отсюда открывается шикарный вид на танцпол. Мне ахуеть как некомфортно. Юбка, казалось, все время задиралась, и я пытался оттянуть ее как можно ниже, дабы прикрыть все то, что обычно и так было скрыто. Люмин с Аяксом слишком вошли во вкус и подобрали мне самый развратный лук, который только можно было составить из гардероба сестры. И откуда у нее вообще все эти вещи? Думать об этом не особо хотелось. Единственное, о чем я сейчас думал — то, сколько взглядов на себе я уже поймал. Мужских взглядов. Не то чтобы я гомофоб, вовсе нет. Мне даже нравился один парень в старшей школе, но сейчас все иначе. Ведь все эти люди уверены, что я очередная миловидная блондинка в короткой юбке. — Я нашла свои колготки-шлюшки! — Люмин перевернула полку с нижним бельем, чтобы найти эти блядские белые колготки в крупную сетку и явить всем присутствующим в комнате. — Ну-ка примерь… — Это уже слишком…- я сопротивлялся, как мог. У меня ничего не вышло. — Это ещё цветочки, милый. Я нашла тебе это. Люмин протянула мне совсем новый, ещё не распакованный комплект нижнего белья. — Твои мужские труселя будут очень видны под этой юбкой, так что придется пожертвовать своим комфортом. А лифчик — для полного погружения в образ! — Я и так уже на все миллион процентов пожертвовал своим комфортом блять. — я неохотно взял пакет с бельем и осмотрел его. Ебучий белый бантик на ебучих белых женских трусах. Стоит ли мне в сотый раз сказать, что это уже перешло все границы разумного? Вероятно, стоит. Послушает ли меня кто-то? Точно нет. — Образ почти готов, осталось расплести волосы и… И я в полной заднице. Стою на танцполе и не знаю куда податься. Что делать дальше? Войти в роль и отыграть самую ахуенную девушку этого вечера? Пойти в бар и напиться до беспамятства, чтобы на утро забыть весь этот ужас? Затеряться в толпе и просидеть все время в туалете в ожидании того, как мои друзья сжалятся? Ни один из вариантов мне абсолютно не нравится. Поэтому я уже минут пять стою, как вкопанный и отвечаю еле заметной улыбкой на все взгляды, которые задерживаются на мне. Только бы они не подумали, что этот почти незаметный жест означает «возьми меня здесь и сейчас». Я сдался и пошел обратно к дивану, где сидели довольные изверги. — Ну что, как улов? — Аякс уже достал откуда-то коктейль, по внешнему виду напоминающий знаменитый «секс на пляже», и медленно отпил из трубочки. Я молчал. Не знаю, что отвечать в таких ситуациях. Мой встревоженный взгляд метнулся к Казухе — единственному моему разумному спасению, но тот, кто бы мог подумать, был в полном отрубе. — Он немного понизил градус и вырубился, не беспокойся. — Люмин заботливо поправила съехавшую в сторону голову друга в исходное положение. — Ты иди, не стой столбом. Я к тебе скоро присоединюсь…сестрёнка. Клянусь всеми богами вселенной — не была бы она моей сестрой, я бы точно ей врезал. Но все, что я сделал — набрал побольше воздуха в лёгкие и снова двинулся в сторону толпы. Пора покончить со всем этим поскорее. Я решил следовать следующему плану: быстренько найти хоть кого-то, с кем можно было бы тупо потанцевать под эту безвкусную музыку, показаться на глаза бессовестным друзьям и уехать отсюда как можно скорее. А потом, желательно, не возвращаться никогда, просидеть дома неделю и устроить байкот всем, кто был задействован в этой авантюре. Искать долго не пришлось: как только я влился в танцующую толпу, ко мне сразу подошёл какой-то парень, на вид явно старше меня самого, и предложил потанцевать. Первый пункт плана успешно начат. Я слишком напряжен. Вероятно, это было сильно видно по моему бегающему взгляду и скованным движениям. Но вы попробуйте, будучи парнем, свободно танцевать, когда на тебе юбка, едва прикрывающая все прелести, сучьи колготки в сетку и розовый топ. Благо мне хоть разрешили остаться в кроссах, а то с целыми ногами я бы точно отсюда не ушел. Парень, который ошивался вокруг меня, сначала не казался потенциальной угрозой: максимум, что он сделал, так это взял меня за руку, но после быстро отпустил, когда я от неожиданности резко ее одернул. Но с каждой минутой он борзел все больше; мои предупреждающие взгляды уже не работали, его руки ложились мне на плечи, трогали волосы, а потом и вовсе переместились на мою талию, и тогда мое терпение лопнуло. — Ебаный спермобак. — выпалил я перед тем, как вырваться из его мерзких объятий, и, пробираясь сквозь людей, скрылся с его поля зрения. Чужие абсолютно непрошеные прикосновения на коже горят. Я уже стою один у бара, но все ещё ощущаю его руки на себе, от чего в моменте хотелось телепортироваться домой и просидеть в ванной часа три, не меньше. — Тебе налить, красотка? Я перевожу усталый взгляд на ухмыляющегося бармена, но никак не реагирую на очередной тупой подкат. Лишь указываю на «Дайкири» в меню и отворачиваюсь от барной стойки, пытаясь выцепить взглядом мою недоразвитую компашку. Рыжую бошку сложно не заметить. Белобрысую с красной прядью тоже. А где… — Держи, крошка. — бармен отвлекает меня от попыток понять, где моя сестра. — Не хочешь напиться в хлам и сделать мне приятно, м-м? Я спиной ощущаю этот пошлый оскал, устремлённый на меня. Напиться в хлам входило в мои планы после обжиманий с незнакомцем на танцполе, но теперь пить перехотелось совершенно. Как и ходить в клубы с этого дня. Как и играть в правду или действие снова. Я спрыгнул с высокого барного стула и, не оборачиваясь, уверенным шагом пошел к дивану, где сидели виновники всего ужаса, что я сейчас испытываю. — Ну что, как успехи? — Чайльд снова что-то пьет. Боюсь предположить, какой по счету это коктейль. — Где Люмин? — Да к ней какой-то чувак подкатил и они пошли танцевать, а что? — Я сейчас найду ее, и мы едем домой. — Я настроен слишком серьезно. Все это зашло реально далеко. Аякс лишь пожал плечами, усмехнувшись. Редкостный подонок. Я снова осмотрел танцпол, но, не увидев сестру, решил опять пойти в самое пекло. Терять уже нечего, все самое стыдное уже произошло. Вижу. Сначала недоумеваю, а после мгновенно начинаю закипать. Вокруг моей прекрасной, самой красивой и чудесной сестры крутится какой-то коротышка с стремными косичками. Он не выглядит как тот, кто мог бы ей навредить, но он позволяет себе находиться слишком близко к ней, что выводит меня из себя. Я, конечно, не курица наседка, но мысль о том, что мне надо вмешаться, появляется незамедлительно и неумолимо. Но только я собрался было пойти к ним и забрать сестру из лап мелкого додика, меня кто-то аккуратно трогает за плечо. Что ж за день такой… — Извините, — я повернулся не сразу; продолжал наблюдать за новоиспеченной парочкой, чтобы, если что, сразу рвануть к ним. — Можно с вами познакомиться? Теперь я понял, почему девушки не ходят в ночные клубы по одиночке. И почему вообще редко куда-либо ходят одни. Я поворачиваюсь к очередному человеку, который хочет затащить меня в кровать на одну ночь, собираясь уже сказать прямо, что под моей юбкой его будет ждать прикольный сюрприз, как вдруг замираю. — Простите, если напугал вас. — парень отводит взгляд в сторону, а я откровенно пялюсь. Приехали. — Честно признаться, я проспорил своим не самым умным друзьям, которые хотят, чтобы я пофлиртовал с незнакомой девушкой, но это сильно противоречит моим принципам, поэтому я..... В мои уши словно вода затекла, потому что я больше не слышал, что говорит этот ангел. Или демон. Или кто он блять такой, я понятия не имею, потому что таких красивых раньше не встречал. Он сошел с обложки модного журнала? Он к-поп айдол и сейчас в этот клуб ворвётся тысяча его фанаток? Он известный актер, с которым делают миллион эдитов в тик-токе? — …но потом я увидел вас и понял, что даже без этого тупого задания захотел бы познакомиться. — завершил свой монолог прекрасный незнакомец и, наконец, посмотрел мне прямо в глаза. — Ага… Клянусь, это все, что я смог высрать. Гигант мысли, большой мозг, великий филолог. Да даже Лев Толстой со своим дубом лишь жалкая породия меня. Брюнет немного покраснел, — и как я вообще заметил это в темноте — и снова отвёл свой внеземной янтарный взгляд. Верни сейчас же. — Если вам некомфортно или у вас есть партнёр, то скажите сразу, я не хочу… — Я Ит…- чуть не проболтался. — Тэра. Меня зовут Тэра. И можешь на «ты». — Сяо. — парень улыбнулся едва заметно, аккуратно взял меня за руку и, приблизившись к ней, поцеловал. — Очень приятно. А мне то как приятно. Даже не так — я готов коньки отбросить от всего спектра эмоций, что сейчас испытываю. Кажется, у меня температура. — Потанцуем? — Сяо снова взял меня за руку и повел за собой, дождавшись моего скромного кивка в качестве согласия. Думаю, Люмин с ее новым ухажером не пропадут, если я отвлекусь от них на пару минут…или часов.

***

Этот черт слишком хорош. Я даже не могу понять, что именно меня цепляет в нем: его запах, взгляд, движения, мимолетные прикосновения, моменты, когда он внезапно оказывается слишком близко и так же внезапно отдаляется… Он что-то шептал мне на ухо — это не было каким-то запланированным интимным жестом, просто так я лучше его слышал в этой какофонии звуков вокруг, — но срань господня, клянусь, ещё раз он так сделает, и я лягу под него. Прямо здесь, на танцполе. У меня кружится голова, когда он, стоя позади меня, кладет руки мне на талию. Дрожь пробивает тело, но я старательно ее подавляю. Его запах, этот чертов восхитительный одеколон, действующий на меня, словно афродизиак… Я откидываю голову назад, на плечо Сяо, и закрываю глаза, поддаваясь эмоциям и танцу. Кто бы мог подумать, что ненавистная мной игра приведет меня к такому. В перерыве между танцами, мы с Сяо уже успели пару раз сгонять до бара и обратно. С этим парнем даже было не страшно возвращаться к мерзкому бармену — с брюнетом я почему-то ощущал себя максимально защищенно. Алкоголь в крови начал делать свое дело; понял я это тогда, когда ранее относительно сдержанные руки Сяо начали гулять по моему телу. Я ощущал их везде: на оголённых плечах, на талии, шее, как они спускались по моим собственным рукам и поднимались обратно медленно и слишком приятно, как его пальцы путались в моих волосах. Но то, что меня поразило больше всего — он ни разу не дотронулся до моей, пусть и импровизированной, но визуально все же груди. Так, как это обычно делают в подобных пьяных хорни ситуациях. Я потерялся в его прикосновениях, музыка играла в моей голове приглушённым эхом, а на уме только он. И вдруг я чувствую, то, чего раньше не замечал. Чужой стояк, упирающийся мне в ноги через одежду. Щеки моментально покрылись румянцем, но вместо того, чтобы смутиться сильнее, я ощутил собственное слишком явное возбуждение. Чертово женское белье и чертова юбка. Ощущение, будто я стою посреди танцпола абсолютно голый. Сяо наклоняется ко мне, опаляет ухо горячим дыханием и произносит медленно: — Тэра...... В секунду я опустился с небес на землю. Точно. Этот великолепный парень сейчас танцует не со мной, а с девушкой, которая существует только этой ночью. Ее никогда не было и никогда не будет больше, она умрет, как только я вернусь домой. Сяо не нравлюсь я. Ему нравится эта несуществующая Тэра. Но, вопреки моим ожиданиям, мерзкое осознание ничуть не сбавляет моего возбуждения. Я оттягиваю юбку ниже — будто это хоть как-то мне поможет, нехотя отодвигаюсь от Сяо и, несмотря в его глаза, тихо произношу: — Прости, мне надо отойти. Я знаю, что на его лице замешательство. Я чувствую, как он пытается дотронуться до моей руки, но я удаляюсь быстрее, чем он успевает это сделать. Пробираясь через толпу, пролетая мимо Люмин, танцующей все с тем же парнем с косичками, я почти буквально бегу в уборную. Ощущаю на себе непонимающие взгляды парней, которые по вполне логичным причинам не понимают, почему девушка забегает в мужской туалет. Но мне все равно на их непонимание настолько, что плакать хочется. Сейчас главное — успокоиться самому и успокоить своего каменного друга в женских трусах с бантиком. Худшая ночь в моей жизни. Я удерживаю себя от падения, оперевшись руками о раковину. В зеркало не смотрю, боюсь увидеть того, кто посмотрит на меня ответ. Я, наверное, выгляжу крайне паршиво. Включаю воду и умываюсь ледяной водой, будто это как-то мне поможет. Надо думать, как улизнуть из клуба, не попавшись на глаза Сяо… Он будет спрашивать, предложит проводить меня до дома — такого допустить категорически нельзя. Я все же поднимаю взгляд и сталкиваюсь со своим отражением: на меня смотрит потраханная жизнью блондинка с потекшей тушью и смазанным блеском для губ. Чудесно. — Тэра? Восхитительно. — У тебя все в порядке? — брюнет близко не подходит. — Ты так быстро убежала, что я заволновался.Я чем-то тебя обидел? — Нет, прости, все хорошо, просто… — Ты много выпила, тебе плохо? И пойдем, я провожу тебя до женской уборной, а то ты перепутала… — Я не перепутала. — ну все, я морально готов получить по лицу. — Точнее, не перепутал… — Что? — Сяо…- Я подхожу к парню ближе, но в глаза не смотрю. Может ещё не поздно убежать? Нет, в пизду. — Сегодня вечером я с друзьями играл в правду или действие… — Играл…? — парень сделал акцент на мужском окончании слова. Я почувствовал, как нарастает его непонимание. — Дослушай меня. Мне загадали самое тупое задание, что вообще можно было придумать — переодеться в одежду своей сестры и поехать в клуб, притворяясь девушкой всю ночь. Это показалось забавным, плюс ко всему мы все уже достаточно выпили к тому моменту. Но шутка зашла слишком далеко… Я замолчал на мгновение, в надежде услышать хоть какой-то ответ от брюнета, но ответом мне была лишь гнетущая тишина и приглушенная музыка. Ладно, раз уж я начал, то надо поскорее закончить и свалить так быстро, как раньше никогда не сваливал. Напиться и заснуть, а утром ничего не вспомнить. План капкан. — Прости меня, умоляю. Прости, что обманывал все это время. Но, я не буду лгать, ты и правда понравился мне, но я отчётливо понимаю, что ты вряд ли заинтересован в парнях, а уж тем более в тех, кто притворяется девушкой и… — Имя. Я застыл. Поднял, наконец, глаза на Сяо и обомлел. — Как тебя зовут? — повторил парень, уточняя. — Итэр. Он зачем-то подходит ближе, а у меня все вокруг плывет. Я слишком нервничаю, сердце уже давно остановилось, но я почему-то ещё жив. Лучше бы умер. — Итэр, я… — Не говори ничего, пожалуйста. Можешь просто вдарить мне посильнее уже и разойдемся, забыв об этом вечере. Мне очень стыдно. Ты очень хороший, а я все продолжал играть эту тупую роль и, возможно, дал тебе ложную надежду или что-то в этом роде… — Итэр. Посмотри на меня. Я только осознал, что снова опустил взгляд. Но силы давно покинули меня, так что я даже не смог поднять головы. Либо же я просто не хотел видеть его лицо. Что он сейчас чувствует? Он злится? Ему мерзко? Обидно? Почему он все ещё просто не оттолкнул меня так, чтобы я влетел бошкой в стену? То, чего я заслужил. Но вместо всего того, чего я уже успел надумать, Сяо аккуратно, почти невесомо берет меня за подбородок и я вижу его лицо. Самое нежное и красивое, что я когда-либо видел. — Ты прекрасный. — Что? — только успеваю прошептать я, как чувствую лёгкое прикосновение чужих теплых губ к моим. В голове пусто, но я все ещё могу анализировать. Быстрый анализ ситуации не приводит меня абсолютно ни к чему, и это пугает ещё больше. Сяо прерывается, не получая ответа на поцелуй, но не отходит. Он все ещё невероятно близко. — Что ты делаешь? — шепчу еле слышно. Я все ещё готов к удару по лицу. — Целую тебя. — Но я же… — Итэр, — я ловлю себя на мысли, что сердце пропускает удар каждый раз, когда брюнет зовёт меня по имени. — Честно, я никогда не задумывался о своей ориентации. Но я не отрицал возможности того, что мне может понравиться парень. Даже если он весь вечер притворялся девушкой. — То есть… — Можно мне поцеловать тебя снова? Я вижу в его глазах желание. Он не шутит, не издевается. Мы все ещё стоим в этой проклятой клубной уборной, и в любой момент может зайти кто-угодно. Но я согласно киваю на просьбу Сяо и чувствую, как его руки медленно спускаются на мою талию. За секунду до желанного поцелуя, я перехватываю его руку и практически толкаю в свободную кабинку, закрывая за собой дверь. Так будет, объективно, безопаснее и комфортнее, — насколько вообще поцелуи в туалете могут быть комфортными, — и тогда Сяо срывается. Я вновь чувствую его губы на своих, но в этот раз не медлю: охотно отвечаю на поцелуй, прикусывая чужую нижнюю губу. Слышу едва уловимый рык, руки сжимают мою талию сильнее. Я бы откровенно соврал, если бы сказал, что все происходящее меня не заводит. Да ладно происходящее, меня заводит сам факт существования этого мать его Сяо, который в данную секунду прижимает меня к исписанной маркерами стене туалетной кабинки, целует шею и оставляет несколько маленьких засосов, тут же зализывая их, будто извиняясь. Я зажимаю рот рукой, когда брюнет стягивает с меня проклятый кроп-топ сестры вместе с фейковым лифчиком, — даже не обратил на него внимания, словно каждый день так делает, — и обхватил мой сосок губами, нежно посасывая. Клянусь, я готов кончить уже от этого, от самой картины, благо в глазах у меня плывет от возбуждения. Оторвавшись от моей груди, Сяо целует меня в скулу и шепчет: — У меня с собой ничего нет, так что… — Давай межбедренный. — выпаливаю я прежде, чем успеваю подумать. Стыд от сказанных мною только что слов не спешит добить меня, взамен я лишь чувствую новую волну возбуждения. — Смазки тоже нет. — Я помогу. Я рывком меняю наше положение так, что теперь брюнет оказывается прижат к стене, а через секунду я уже стою на коленях перед ним, разбираясь с чужим ремнем. Сяо хотел было возразить, но мой язык его опередил. Я, будто на пробу, лизнул влажную головку и услышал прирывистый выдох, сработавший красной тряпкой для меня. Я начал изучать каждый миллиметр чужой плоти, чувствуя, как чужие коленки подгибаются. И когда я только научился сосать? Сяо явно пытается сдержать стоны, но выходит у него не очень; благо музыка с танцпола отлично перекрывает любые звуки. Даже эти пошлые, мокро хлюпающие. Я выпускаю член изо рта, тщательно вылизывая головку и втягивая в себя, проезжась по венам. После вновь возобновляю движения вверх-вниз, и Сяо жмётся к стенке позади сильнее, хватает меня за растрёпанные волосы и помогает, тянет на себя. Нас с сестрой всегда воспитывали по принципу «заниматься любовью можно только после свадьбы», и я свято придерживался этого правила, считая его единственным правильным. А сейчас я отсасываю красивому почти незнакомцу в туалетной кабинке ночного клуба, напрочь забыв все те моральные установки, в которые сам верил. «Да и хуй с ними», думаю я и заглатываю сильнее, почти давясь. — Сяо! — парень вздрагивает всем телом, резко отодвигая меня от себя и закрывая мне рот ладонью. — Сяо, ты здесь? — Да. Он старается говорить как можно спокойнее, обыденнее. Будто ему секунду назад не делали самый лучший минет в его жизни. Я наигранно обиженно складываю руки на груди и смотрю на парня снизу вверх, но тот смотрит на закрытую дверь кабинки, словно за ней нас кто-то может увидеть. — Слава богам, а то мы тебя потеряли. — громко и с ноткой издевки произносит незнакомый мне мужской голос. — Ты там блюешь что ли? — Нет, все нормально. — Сяо, наконец, смотреть на меня и отрицательно качает головой, мол, не делай ничего. Но я не собирался сидеть и ждать, пока они наговорятся. Убрал от лица чужую руку и вновь прошёлся языком по все ещё стоящему колом члену. Брюнет зажимает рот рукой уже себе и дышит тяжело, медленно. — Ну ладно…а где та девчонка, с которой ты весь вечер обжимался? Да вот же она, прямо перед ним, усердно сосет и издевается, смотрит прямо в глаза. Такая шлюха. — Уехала. — Сяо вновь берет меня за волосы и тянет уже сильнее, сжимает у корней, почти рычит: — Скара, пиздуй отсюда Христа ради, я скоро приду. — Ладно, надеюсь нам не придется тащить твою бухую тушку домой. — и голос удаляется. Сяо, убедившись в том, что его друг, наконец, ушел, обхватывает мое лицо руками и несколько раз сам толкается в мой рот, откинув голову назад. — Итэр… — шепчет очень громко. — Я щас… Я выпускаю член изо рта с, как мне показалось, слишком громким мокрым звуком, и вытираю край губ большим пальцем, тут же облизывая его. Чудно. — Вставай. — в его голосе слышится приказ, и это заводит меня ещё сильнее. Никогда не замечал за собой слабость к подчинению. Надо будет запомнить. И я послушно встаю, — ноги немного гудели из-за длительного пребывания на коленях, но мне это даже понравилось, — меня смазанно целуют в висок, отодвигая прилипшие ко лбу светлые пряди. — Я рад, — он говорит тихо и, божеблять, до неприличия сипло, шепчет прямо в ухо, разворачивая меня лицом к этой проклятой исписанной стене. — Рад, что ты никакая не Тэра. — Христа ради, замолчи и продолжи. — я хотел сказать властно, по крайней мере, я пытался. Но мой тон скорее похож на жалкий скулеж, слезливую мольбу, тихое причитание. Но Сяо не надо долго ждать, и это я понял ещё в самом начале: он сдвигает мои расставленные ноги друг к другу, проходит рукой по моему члену и гладит внутреннюю сторону бедер, смазывая. И толкается. Без предупреждений, многозначительных фраз, грязных слов и тому подобного. Я чувствую его между своих ног и вздрагиваю. Чувствую второй раз и издаю протяжный стон — громче, чем все предыдущие. На мой рот ложится его влажная ладонь, дыхание обжигает шею. — Мне нравится тебя слушать, но здесь неподходящее место. — Сяо все же заговорил, и я проклял его тысячу раз за это. Чертов хриплый голос заставляет мое тело дрожать. — Я хочу услышать тебя в полной мере в своей спальне. Я хотел было ответить, но он толкается снова — сильнее, после медленно, издевательски-протяжно. И, наконец, срывается. Я слышу шлепки кожа о кожу, чувствую его член между своих ног и понимаю, что вот-вот кончу. Взгляд опускается вниз и я вижу всю картину: ни один художник никогда не смог бы создать подобный шедевр. Чувствую себя отвратительно развратным от таких мыслей. Это, безусловно, заводит. Я ерзаю ладонями по стене, не зная, куда их деть — знаю, что если потянусь к своему члену, то мою руку тут же перехватят. Одна рука Сяо все ещё зажимает мой рот, вторая — сжимает ноги, чтобы они находились плотнее друг к другу, но тут он ослабляет хватку и перемещает державшую до этого момента мои бедра на мои блуждающие по стене руки, фиксируя их над моей головой. — Помоги мне. — шепчет снова, и я уже стараюсь сжимать мышцы бедер сам, но тело мое настолько ватное, что у меня, вероятно, получилось не очень. Понял я это только потому, что обе руки брюнета вдруг оказались по бокам моих ног, сдвигая их сильнее. Толчки стали резкими, почти звериными, и я запрокидываю голову, не в силах больше держаться. Я кончаю без рук — впервые в жизни, к слову, — и мычу протяжно, почти измученно, уже не думая о том, что нас кто-то может услышать. Пусть слышат. Пусть завидуют. Сяо кончает вслед за мной, пачкая мои ноги своим семенем, и опускает голову мне на плечо, тяжело дыша. Кажется, мы стояли так несколько минут, пытаясь прийти в себя. — Прости, я тебя запачкал. — говорит, потянувшись за салфеткой, но я, ведомый больной эйфорией, собираю белые капли со своих бедер и показательно облизываю пальцы, наблюдая за эмоциями на лице напротив. Сяо сделал глубокий вдох, вроде бы собираясь что-то сказать на это, но передумал, все же протянув мне салфетки. — Повторишь это позже, а пока они точно не помешают. Я, негласно согласившись, наспех вытер все, что еще можно было вытереть, и начал искать свои разбросанные по всей кабинке вещи. Мы вылетели из уборной, спустя пять минут. Сяо вел меня за собой через толпу все тех же пьяных людей, не обращая внимания ни на что и ни на кого. — Мне показалось, или это там только что Итэр убежал с тем парнем на улицу? — Казуха провожает взглядом фигуру друга, ее понимая, стоит ли ему начинать переживать. — Да, это точно был он. — подтверждает Аякс, допивая остатки текилы. — Думаю, бояться за него не стоит. А вот за реакцию Люмин на такую новость..... Момент, как я спустя полчаса уже был у Сяо в квартире, я каким-то магическим образом упустил.

***

Люми ТЫ ДЕЛАЛ В МОЕЙ ОДЕЖДЕ ЧТО??!! 10:38

Вообще считай, что это вы с Аяксом и Казухой виноваты по всем произошедшем…

10:38

Но я должен вам сказать спасибо)))))

10:39

Люми Я вахуи чел 10:39

Шмотки завтра верну, думаю сегодня я ещё останусь у Сяо :)

10:40

Люми Не надо, оставь себе. А лучше сожги. 10:40

И я тебя люблю))

10:41

Я отложил телефон на прикроватную тумбу, сладко потянувшись в постели. Тело немного болит после вчерашнего и всего, что происходило после, но это была до ужаса приятная боль. Помимо наклонностей с подчинением, я начинаю задумываться о мазохистских наклонностях… С кухни приятно потянуло чем-то сладким и ванильным. Я слабо улыбнулся и перевернулся на бок, поддавшись слабости поспать ещё немного. Уверен, что к завтраку меня разбудят.