Только через твой труп!

Ещё как назло, было воскресенье, и мы втроём сидели на кухне. Сидеть за одним столом с двумя женщинами, которые меня ненавидят, было напряженно и даже страшно. — Через пару дней мы поедем в полицию, — сказала Агата. — С тебя хотят взять показания по поводу аварии. — Но я же уже давала. — Надо снова, — Агата смотрит на Свиридову, а потом на меня. — И ты должна быть послушной. Не ляпнуть ничего такого. Понятно? Смотрю на неё, чувствуя, как Свиридова всё смотрит то на меня, то на свою сестру, а потом Агата вздрагивает, словно её пнули под столом. Тут же, бросив недовольный взгляд на психолога, Агата через силы улыбнулась, от чего я отодвинулась от неё подальше. — И чему тебя только учили в пединституте? — Вздохнула Свиридова. — Лера, мы просто хотим кое-что обсудить. Да я их первым делом сдам. Обеих причём. — Не смотри на нас с такой неприязнью. Агата твой опекун. И нравится тебе или нет, но о тебе до твоего совершеннолетия заботиться будет она. Говорила она спокойным монотонным голосом, а я вообще понять не могу, зачем меня подняли и заставили с ними завтракать. Да стол даже пустой был, кроме кофе и крекеров с сыром ничего и не было. — Если ты так хочешь в детский дом, то я тебя огорчу. Там в разы хуже, чем тут. Агата хоть о тебе кое-как да заботится… — В смысле «кое-как»? — Возмутилась Агата. — Нормально, я о ней забочусь. Обо мне даже так не заботились. Ты точно психолог? — Ты мне тут предлагаешь силами мериться, что ли? — И они стали сверлить друг друга взглядом. Напряжение настолько возросло, что я просто встала и, никем незамеченная, вышла из кухни. Приземляюсь на диван и смотрю на телек, где стоял поставленный на паузу сериал. — Лера, — из кухни выскочила Агата. — Ты что, убежала? — Она села рядом со мной и обняла меня за плечи. — Просто, что я хочу сказать? — Она задумалась, словно и не знала ответа на свой же вопрос. — Ты же знаешь, что просто так я тебя не наказываю. Я даже не наказала тебя за побег. А он был два раза. — Вы так боитесь сесть в тюрьму? И тут она засмеялась. — Милая моя, я не боюсь тюрьмы. Я всегда могу нанять себе дорогих адвокатов. Я останусь в любом случае на свободе, или даже если что-то пойдёт не так, то я оформила кое-какие бумаги, и твоим опекуном станет Марго. Вот такого я не ожидала. — А она куда хуже меня. Сразу тебя в спецшколу отправит, в коррекционный класс. Так что будь хорошей девочкой. — Её рука легла мне на голову, и я вздрогнула, а она стала меня гладить по волосам. — В любом случае, ты одна не останешься, но я считаю, что со мной будет куда лучше. Я могу просто избить, а она ещё и мозги умеет выносить, но ты прекрасно знаешь. Меня не отпустили в спальню рыдать в подушку, а заставили сидеть с ними. В итоге я была вынуждена смотреть сериал «Школа». Судя по лицу Свиридовой, ей тоже не особо нравился этот сериал. А вот Агата прям удовольствие получала от просмотра. — Может, что-то другое глянем? — Скучающе спросила Свиридова. — Дом мой, — сказала она. — Смотрим то, что нравится мне. — Сколько ещё серий осталось? — Пятьдесят. Я со Свиридовой одновременно застонали. — Что? — Агата, кажется, искренне не понимала нас. — Можно подумать, вы обе не ходили в такие школы. — Агата, вроде мы с тобой в одной школе учились, но я что-то не припоминаю такого, — Свиридова что-то листала в мобильном. — Ладно, я всё же крекерами не наелась, поэтому кто хочет какую пиццу? Лера, ты тоже можешь выбрать. И мы выбрали. Спустя сорок минут Свиридова встала и вышла из дома встречать курьера, и вернулась с тремя большими коробками пиццы и какими-то пакетами. Наверное, спустя две пиццы я всё же вникла в этот сериал. Даже Свиридова убрала мобильный и стала смотреть с нами. — Ты заказала мои любимые роллы? — Спросила Агата, открывая один из пакетов. — Ну, глянь и узнаешь, — последовал ответ. Отложив коробки с пиццей в сторону, Агата поставила на журнальный столик четыре упаковки с ролами, а потом соевый соус и васаби с имбирём. — Ты умеешь есть палочками? — Спросила Агата, протягивая мне палочки. — Вот смотри, вот так пальцами сжимаешь и всё. — Поэтому я предпочитаю есть вилкой, — сказала Свиридова и, вернувшись с кухни, протянула мне вилку. — Так проще. До нашей поездки в мой родной город было всё весьма адекватно. Вот почему не могло быть так сразу? Я бы и сбегать не стала. Даже то, что с нами всё это время жила Свиридова, никак не пугало. Мне даже стало казаться, что они адекватные. А потом настал тот день. Следы от побоев не успели ещё до конца сойти, и Агате пришлось замазывать их. Ехали мы вдвоём в полной тишине. Я боялась. Сама не знаю почему, но мне было прям страшно. Всю дорогу я думала рассказать полицейским о том, как со мной обращаются или нет? Ну, расскажу, они не поверят, но у меня есть следы от побоев. Главное, чтоб после моего признания меня обратно не отдали. В самом отделении пошли к следователю. Агата осталась в коридоре, а я зашла в сам кабинет. — Что ты помнишь из аварии? — Спросил следователь. — Свет фар и всё. Он замолчал, а я стала обдумывать, как лучше сказать, что меня бьют. — Эксперты выяснили, что тормозной шланг кто-то испортил. — Что? — Из головы вылетели все мои подготовленные фразы. — Иными словами, тормоза были испорчены кем-то целенаправленно, и мы возбудили дело.