(НЕ)Доверяй глазам|серия Отголоски

Джейсон крутился, не отрываясь от стекла, в попытке поймать ракурс. Внезапно его дернуло. Встревоженный взгляд карих глаз выхватил невероятно знакомое лицо, обрамленное зализанными темными волосами. В их влажном блеске отражались разноцветные блики лучей прожекторов. Аккуратная голова на тонкой шее ритмично двигалась. Полные губы развратно обхватывали испещренный голубыми венами ствол. Весь фокус зрения Колчека сосредоточился на узком лице. Это был он, смачно поедавший здоровый член. Тот грубо входил в сексуальный рот, растягивая кожу. Глубже и глубже в глотку, пока Грен не начинал давиться, выплевывая через губы вязкую слюну. Брюнет отдирал в припадке удушья голову, кашляя и хватая воздух с остервенелой жадность. Странной, кривой и острой формы головка, словно плохо собранная из кусочков, периодически терлась о выбритые щеки. Ее цвет в неоне выглядел синюшно тошнотворно. Невероятно бледная, почти прозрачная кожа члена удивляла. Казалось сквозь нее проступали жесткие рельефные грани. Джейсон в нервном порыве прижался так, что ресницы веером расстелились по стеклу. Голое изящное тело утопало в воздушном матрасе, покрытом глянцевой пятнистой простыней. В нежные бока и бедра впивались большие темные шипы, торчащие из постели. Разноцветные потоки света скользили по бархатистой коже, рисуя в движении причудливую проекцию узоров. Из затененного угла кто-то часто выдыхал клубы дыма, облетавшего вокруг тонкой фигуры на кровати. Белесая кисть, державшая длинный тонкий мундштук, порой появлялась из тени. Лазер вспарывал вспышками густой, стоявший в комнате кумар. Грен послушно заглатывал здоровый член. Снова и снова, пока не выступали слезы. Джей облизал пересохшие треснувшие губы, блуждая взглядом по голому стройному телу. От одного из шипов остался порез. Рубиновые капли стекали по матовой коже бедра. От атласной простыни преломлялись лучи, искрами подсвечивая выступившую испарину на красивой груди. Она сияла россыпью бриллиантов, украшая розовые бусины крошечных сосков. Грен нещадно вталкивал в глотку массивный ствол, повинуясь нажимавшей на голову раздутой руке. Зрачки Колчека поглощали рисуемую неоновым светом на мозге картинку. Сердце нещадно билось от нервного возбуждения. Разум полыхал бензиновым пламенем. Грудь Грена вздрагивала от приливов тошноты. По тонкой шее с квадратного подбородка стекали струи вязкой слизи, капая на пятнистую ткань. Одутловатая кисть хватала его уложенные волосы, управляя движениями. Огромные серые глаза постоянно жмурились и распахивались, освобождая скапливающиеся слезы. Тонкие пальцы двигались по вздутым венам вверх и вниз, возбуждающе стимулируя. Толстая рука пролетела по красивой округлости, отдав ягодице резкий шлепок. Вновь и вновь широкая бледная ладонь с силой приземлялась на кожу, заставляя мышцы колыхаться под ударами. Лево и право. Шлепки прилетали по очереди, пока задница не заполыхала алым. Крючковатая рука чертила по гладкой коже от бедра до узкой щиколотки, растирая багровые капли. Опухшие пальцы перебирали вытянутые пальчики на стопе. Ладони раздвигали круглые ягодицы, с напором сжимая и оставляя следы на коже. Северное сияние играло цветными импульсами в такт медитативной мелодии на вспотевшем теле, терзаемом бледными корявыми ладонями. Клешнеобразная кисть отводила в сторону упругую ягодицу, позволяя другой клешне нахрапом втискиваться в тугую дырочку. Узкое лицо брюнета поворачивалось и наклонялось, обтираясь мокрыми щеками об здоровый подрагивающий член. Он напряженно втягивал носом воздух, болезненно сдвигая тонкие брови.       Из темноты угла кто-то говорил с ним. Грен повернул голову, отвечая во тьму с притворной улыбкой. Наконец, в мечущихся цветных лучах появилось отекшее круглое лицо. Широкие губы сложились буквой О, выпуская изо рта кольцо дыма. Обвисшие брыли щек тряслись от движения челюсти. Распухшая рука отложила мундштук и прильнула к его узкой стопе, разминая пальцы. Странная, мельтешащая мухой мысль Джейсона очень нервировала. Что-то было не так в увиденной картине. Сколько там человек? Дерьмо. Янтарные глаза наблюдали, как Грен вылизывал мертвецки бледный, испещренный венами член. Ловкий влажный язык лепестком скользил по пещеристым ребрам, проступавшим через кожу. Он обводил по кругу сочащуюся кривую головку, повторяя движения изящным пальцем. Тело утопало в кровати, вздрагивая от напора трахающей его задницу корявой руки. Пятнистый матрас зыбился под стройной фигурой, медленно растягиваясь и поднимаясь вверх. Он бурлил, двигая телом большие колючки, закручиваясь огромной волной. На ее возвышающемся гребне маской сидело бледное лицо толстяка, нависая над лежавшем внизу человеком. Колчек никак не мог разглядеть тело того мужика. Только бесконечный матрас, утыканный толстыми руками. Колокольным перезвоном зазвучала в сознании паника. Блестящая ткань трепетала и колыхалась, глубоко дыша густым дымным воздухом. Сомнение просачивалось в кору мозга, распространяясь болезненной заразой. Голова и матрас словно были единым целым. Этот вид разрывал Джейсона на части, оставляя холодную пустоту. Неоновые отблески метались, отражаясь от стен и разбиваясь о скрюченное длинное сегментное тело. Внезапно, будто гонг ударил в опустевшей голове, разнося миллиардами повторений эхо осознания. Блядь! Джейсон чуть не вскрикнул, подавившись воздухом на вдохе. Горло резко перехватило. Дыхание сперло. Он разглядел сидевшую, большую, выше человеческого роста, колючую бледную гусеницу. Белёсое, раздувшееся мерзкое туловище склонилось над смиренно замершим брюнетом. Она похотливо пялилась черными линзами глаз с человеческого лица, вертя округлой головой и неспешно заползая сверху. Одутловатые пары рук хватались за все подряд, разводя клубившийся вихрями плотный дым. Мясистые сегменты пульсировали от натужных сокращений брюха, выпячивая из боков черные огромные шипы. Полупрозрачная кожа трепыхалась в такт биению быстрых потоков, несущихся по сплетениям сотен вен. Темные массы внутренностей просвечивали сквозь туго натянутую тонкую шкуру. Пятнистые глянцевые восковые бока отражали в стороны цветные молнии светомузыки. Гусеница балансировала вздутым кольчатым телом, пытаясь удобно встать на водянистые распухшие пары ног. Казалось, напорись эта тварь на что-то острое, то лопнет с противным хрустом, выплеснув под напором сгустки вонючей каши. Джей отпрял от стекла, трясущимися пальцами потирая глаза. Грен ту тварь словно не замечал. Оцепеневшее сознание билось в агонии смятения. В душе Колчека горел животный страх, оставляя черную копоть на янтаре глаз. Так расширялись его зрачки, поглощая медовые озера радужек. От ужаса. От колес. От рвущих душу мыслей. До черноты. Джейсона резко наклонило, как игрушечную пьющую птичку, будто перевесила голова. Ноги непроизвольно подкашивались. Он согнулся, мертвой хваткой вцепившись в ледяные прутья. Решетка с протяжным скрипом закачалась под его весом. Слизь потекла из горла. Джей сплюнул на снег кислый кисель. Сегодня не было еды, лишь таблетки. Колчек зажмурился. Он в напряжении пытался досчитать до десяти. Но на счете «три» уже четвертый раз сбился. Надо выдохнуть и успокоиться. Это глюки. Просто накрыло всем и сразу. Очень реалистично. Боже, что подсунула та сука? Он проглатывал воздух, давясь на каждом вздохе. Однажды Колчек уже устроил ему проблем по-объебу. Надо валить. Просто валить нахуй. Его колотило крупной дрожью. А те твари были настоящими. Хищными. Хоть и выглядели, словно высушенные экспонаты из музея уродов. Идея пулей прострелила голову, оставив бьющую импульсами в затылок боль. Бывают у глюков тени? Наверное, нет. Нет. Джейсон в остервенении вновь припал к прорехе в краске. Янтарные глаза уставились на стену позади карабкавшеся, распухшей гусеницы. Сквозь плотность дыма едва виднелись очертания теней на расписанной орнаментами стене. Тень была правильная, не человеческая. В затылке жутко защекотало, обдав тело ледяными иголками. Мурашки побежали по коже. Колчек в мгновение взмок. Настоящая. Настоящая тварь. Настоящая же? Настоящая.       Мозг судорожно работал, перебирая все, что Джейсон мог знать про гусениц. Всплывали вещания отца про обработку поля, какие-то картинки из учебника, страшилка Нейтана о иракских клопах. Не знал Колчек нихера. Его голова - ненужный треснувший горшок. Ведро для бесконечно падавшего мусора. Внезапно вспышка ясности выжгла в памяти образ девчонки из подворотни. Что она говорила? Жирная гусеница отрубается от сигарет… Трясущиеся руки протискивались в джинсы. Мягкая пачка сучьей тварью сминалась под ладонью, отказываясь вылезать хоть немного из кармана. Мысли бешено крутились. Как он вообще это сделает? Предложит закурить? Угостит сигареткой? Джей нервно хмыкнул, шмыгнув носом. Как накурить гигантскую человекоподобную херню? Если только подышать дымом ей в морду. Джейсона от этой идеи передернуло. Хотя, если надо. Он смачно выругался. Туда надо залезть. Да, залезть. Нечеткий план собирался, мечась пейнтбольным шариком от варианта к варианту. Накурить. Ага. Вдруг тонкий мундштук предстал перед глазами. Блять! Дзынь. С ярким звоном разбилась мысль о черепную коробку. В ушах колотили глухие барабаны в темпе пульса. Воздуха не хватало. Надо открыть окно. Джейсон поправил сбитую набок кепку. Высадит окно и вытащит Грена. Как-нибудь. Колчек отцепился от решетки и остервенело рванул обратно к зияющей черной щели. Фонарь болезненно моргал, полевая тусклым светом. Непослушные ноги цеплялись кроссовками за все подряд. От малейшего движения головы стены плыли, смазываясь в длинные линии. Подворотня дребезжала и заворачивалась, перекатываясь на бок высоким валом. Джейсона сильно накренило вправо. Предательская гравитация притягивала отяжелевшее тело, заставив рухнуть на колени. Он в спешке упирался ладонями в грязный асфальт, отталкиваясь стопой на низком старте. С ловкостью скалолаза, Джей бросился вперед, то на четвереньках, то гуськом продвигаясь к узкому проходу между корпусами. Руки загребли холодный снег, со всей дури дав себе в лицо, быстро растирая щеки. Ледяная пощечина бодрила. Он кое-как поднялся, порывисто хватая пальцами кирпичи стены. Тело погружалось во тьму прохода. Дышать становилось все труднее. Он бежал, как мог. Ветер пронесся с причудливым бормотанием и свистом, обдувая замерзшее тело. Когда начался ветер? Звучал свист мучительно знакомо. В ушах пульсировало низкое рокотание. Легкое стрекотание доносилось из стен. Неприятными мурашками тревога бежала по рукам. Густой черный кисель затягивал. Колчек ускорился, старательно передвигая ноги. Да чтоб это сраное место! Кто его построил? Еще немного и Джей захлебнется трепыхающимися на стенах чернильными сгустками. Все. Все… Он остановился, облокотившись о стену, собираясь с силами. Легкие прерывисто втягивали недостающий кислород. Должно в нем что-то остаться. От него. От Джейсона. Колчек уперто рванул, со злостью отдирая руку от стены. Иди, блять, нормально. Рот жадно проглатывал воздушный поток, холодный и свежий. Казалось, выход был ужасающе далеко. Проход вытягивало в бесконечность. Свет неожиданно резанул воспаленные глаза. Джейсон словно выпал из черной дыры. Синяя дверь, мусорные мешки, контейнеры. Покореженный металлический бак бросился на глаза. Колчек без раздумий схватил за дугообразную ручку, притягивая ржавье к себе, и метнулся назад. Обратно путь показался лучше. Быстрее. В голове роем жалящих ос кружились все варианты исхода. Смерть не самое страшное. Он Грена там не оставит. Джейсона беспрестанно трясло. Зуб не попадал на зуб от холода и нервного напряжения. Он не знал, как долго ошивался на улице. Стопы внутри кроссовок онемели. Это не те две минуты до машины доскочить.