Я принадлежу...

      — Клемент, ты никогда не задумывался, что помимо Бяккуякоку существуют другие миры? — и этот вопрос звучит каждый день, когда он проводит его с Сыном Солнца.       Белая ночь. Вечная ночь. Неважно. Пирамумон закручивал этот вопрос до дыр, прожигая слух Чтеца насквозь. Изъедая этим вопросом. Но Клемент не имеет ни малейшего понятия, как сказать о том, что ответ на его вечные вопросы рядом. Причём черезчур рядом. Прямо позади. Оглаживая волосы, выслушивает уже менее объемные речи о других мирах, помимо Бяккуякоку.        А если узнает, то вопросов станет ещё больше. Как и мыслей о других мирах. Если узнает, ещё больше изъест мысли Чтеца, ещё больше начнёт прожигать слух до дыр, выискивая ответы в каждом слове, в каждом вздохе Клемента.       — Клемент? — спрашивает, откинув голову назад, к Чтецу.       — Господин Пирамумон... — резко вздыхает, — Я...

***

      — Господин я принадлежу Ордену Бездны. Но если Вы прикажете мне, я выполню Ваш приказ, — шепчет Клемент, стоя на коленях перед сидящем на кровати парнем.       — Я не буду строг с тобой! Как-никак, ты то, что я так долго искал... — Пирамумон делает паузу, всем своим видом и взглядом на того, показывая своё отношения к Клементу, — Ты пришел ко мне с других земель... — улыбается, протягивая руки к Чтецу.       Белоснежные, до ужаса бледные руки касаются «грешного» лица. Если бы Каэнри'ах верили в Богов, если бы только хоть один бог был, Клемент уже бы давно молился всем, чтобы такое было чаще. Чтобы бесподобные, белые, бледные руки Сына Солнца касались его чаще. Рассказать Пирамумону о Каэнри'ах, о том, кто он такой, о том, что все мысли парня — правда, это одно из немногих вещей, о которых не жалел Клемент.       И, пообещай бы Пирамумон касаться его за каждый факт о других землях, возможно, Клемент рассказал бы всё на свете, все, что знал.       — Клемент... — начинает Пирамумон, прикасаясь подушечками пальцев к каждой черте лица, каждой линии Чтеца. — Я знаю, какой приказ отдам тебе первым...       Клемент приходит в сознание, вслушиваясь в слова господина Пирамумона. Он не может допустить, если ошибётся и не послушает.       — Защищай меня, Клемент. Защищай всегда.. — приказывает парень, вглядываясь в напитанные электричеством глаза Чтеца.       — Я выполню Ваш приказ, господин... — шепчет тот, склонив голову и закрывая глаза, ластясь к рукам.

***

      И предстает перед королевской гробницей. «Здесь лежит Пирамумон но микото». Текст болью разносится в голове, в глазах, в сердце, по всему телу. А говорит в итоге одно:       — Я не выполнил Ваш приказ... — единственное, что может выдать Чтец. Опускается на колено к гробнице, готовясь возложить жемчужину, как слышит вдалеке:       — Итэр! У гробницы Чтец Бездны! Сразись с ним, Итэр! — восклицает белая фея, спрятавшись за путешественником. И, пускай за маской не видно, но Клемент улыбается. Улыбается, шепча себе только одно:       — Я исполню свой долг и выполню Ваш приказ, господин.. — в воздухе витает электрическое напряжение, а путешественник уже готов к бою. — А если всё выйдет плачевно, я наконец окунусь в вечность с Вами... И буду защищать Вас всегда... — отворачивается от гробницы, наблюдая меч в руке золотого Путешественника...