exhaustion

      Минджон не знала, что делать. Чувства к Джимин с каждой минутой будто становились сильнее, заполняя грудь. Сильная симпатия стремительно, захватывая каждую клетку мозга и тела, перерастала в настоящую влюблённость, от которой бросало то в жар, то в холод. Она не чувствовала такого с тех пор, когда училась в школе, и была влюблена в старосту параллельного класса. Каждый раз, проходя мимо, Ким переставала дышать, а сердце замирало то ли от восторга от её красоты, то ли от страха, что она может заметить, понять, выйти из себя. К счастью, она так и не поняла, а через год сменила школу, и чувства прошли.       Но история с Джимин не закончилась бы так просто.       Ю была слишком настойчива, – даже настырна, – и упряма. Её влияния оказывалось достаточно, чтобы за пару часов решать проблемы, на которые у других, – обычных, – людей ушло бы несколько дней или месяцев. Если бы она захотела… Минджон слегка вздрагивала, думая, как легко она могла бы разрушить её жизнь. Всего один звонок, и она летит в пропасть, бессильно хватаясь за гладкие стены в тщетной надежде на спасение. Но его не будет.       Что-то внутри кричало Ким не вмешиваться в это, сбежать, но она понимала, что не сможет.       Какой бы пугающей временами не становилась Джимин, Минджон чувствовала, что влюбляется в неё.       – Минджон, – Ичжо с ухмылкой толкнула её под рёбра. – У тебя сейчас мозги закипят.       – Извини.       – Всё в порядке. Что-то с Джимин, да? Вы встречались сегодня?       – Да, я заходила, чтобы проверить, как она.       – И?       – Не слишком ли ты маленькая для того, чтобы знать подробности?       – Дай подумать… нет, – Ичжо опёрлась подбородком на ладони, с любопытством разглядывая сестру. – Давай, я жду интересную историю.       – Никакой истории. Она спросила, когда я буду готова ответить, хочу ли встречаться.       – О… но ты ведь готова?       – Это сложно, Ичжо.       – Что сложного?       – Примерно всё, – пожала плечами Минджон, опуская голову. – Это выглядит как какая-нибудь дорама, в которой богатый мудак влюбляется в стажёрку. На экране это круто, но в жизни так не бывает.       – Главное, чтобы это не закончилось как «Пентхаус», – хмыкнула Ичжо.       – Мне не до шуток.       – Извини, но я на самом деле не понимаю, в чём проблема. Ты нравишься Джимин, она хочет быть с тобой, так зачем убегать? Да, вы можете расстаться, но это нормально. Чего бояться?       – Думаешь, Джимин из тех, кто легко забывает о бывших?       – Не знаю. Ты знакома с её бывшими?       – С одной.       – И…       – Редкая сука.       – Ну, значит, ты в любом случае не окажешься самой худшей. Давай, Минджон, вы друг другу нравитесь, так зачем прятаться или убегать? Нельзя решить все проблемы заранее.       – Но есть вещи, которые нельзя игнорировать. Мне… мне кажется, она зависима не только от алкоголя.       – Даже если так, она уже закончила лечение, верно?       – Всё не так просто, Ичжо.       Нин пожала плечами, возвращаясь взглядом к шоу на ТВ.       – Или ты просто любишь всё усложнять. Иногда всё, что нужно, – не думать, а действовать. Знаешь, уволиться, прогулять урок, поцеловать кого-то. Рискнуть.       – Надеюсь, ты пошутила о прогуле уроков?       – Конечно, мамочка, – Ичжо закатила в глаза. – В любом случае, мне кажется, Джимин стоит того, чтобы рискнуть.

***

      Бар, как и всегда, был заполнен клиентами. Суён жонглировала бутылками, которые стоили столько же, сколько все органы Минджон, поджигала шоты, пока сама Ким незаметно подтаскивала ящики и избавлялась от мусора. Играло что-то из рока нулевых, – кажется, Linkin Park, – но она не могла узнать песню. Всё, что её беспокоила, – боль в плечах после очередной слишком тяжёлой коробки с фруктами.       Обычно грузчики привозили недостающие алкоголь и фрукты примерно за час или два до начала смены, но сегодня машина застряла в пробке в нескольких улицах от «JOY», и они смогли выполнить заказ только спустя пять минут после начала смены. Конечно, компания сделала скидку и всё такое, но Минджон это не радовало. Она уже порезала пальцы, пока в спешке нарезала апельсины для коктейлей, а теперь ещё и, кажется, потянула какие-то мышцы. Отличный вечер! Лучший, блять, за последние несколько недель! После такого обычно и хочется уволиться.       Она взяла на две коробки больше, чтобы освободить место у входа, но они оказались слишком тяжёлыми.       – Осторожно, – Сыльги ловко перехватила груз из её рук. – Тебе нужно немного отдохнуть.       – Я в порядке, – попыталась Минджон, но Кан мягко усадила её на ближайший пустой ящик.       – Я серьёзно, Минджон. Мне жаль, что машина в этот раз подъехала позже, и тебе пришлось перетаскивать всё это одновременно с другой работой. Я чувствую себя немного виноватой, так что хочу помочь.       – Тебе не нужно…       – Всё в порядке. Давай, – она похлопала Ким по плечу. – Отдохни в моём кабинете.

***

      Минджон подложила под голову одну из небольших декоративных подушек, которые Сыльги коллекционировала, и прошлась скучающим взглядом по белому потолку. Сюда не проникала музыка и крики. Царила приятная уху тишина, прерываемая лишь размеренным тиканьем настенных часов.       Кабинет Сыльги напоминал о ней самой, – не самый аккуратный, но вполне чистый и даже уютный, с металлическими полками на стенах и небольшими плюшевыми мишками повсюду. Даже часы на столе были сделаны в виде медведя, и Ким улыбнулась. Её всегда умиляла любовь босса к таким маленьким, но очаровательным игрушкам, на которые она сама была слишком похожа. На столе стоял снимок: Сыльги обнимала Джухён со спины, утыкаясь носом в шею, пока та смеялась и играла с её пальцами. Так… мило.       И почему Джухён сбежала от такого?       Мысли об этом заполняли голову Минджон с того дня, когда Джухён появилась на пороге своей квартиры. Эри говорила, что она любила Джимин, но разве, когда любят, оставляют? Разве, когда любят, говорят настолько плохие вещи? Может, она и хотела лучшего для сестры, но добивалась этого странными, – и отчасти даже жестокими, – методами. Почему? Они поссорились? Джимин сделала что-то плохое?       Когда дверь открылась, она повернула голову. Джимин стояла на пороге.       – Привет?       – Привет, – улыбнулась Ю.       – Что ты…       – Мы с Джухён ехали на встречу с советом директоров, но я подумала, что не смогу сделать это, не обняв тебя. Мне нужна твоя поддержка.       Если бы несколько месяцев назад кто-то сказал Минджон, что Джимин будет говорить ей такое и предлагать встречаться, она бы рассмеялась этому человеку в лицо. Любить Ю Джимин? Её хамоватого наглого босса, которому нравилось появляться перед курьерами в нижнем белье? Может, и её отец воскрес, а Землю наконец-то захватили агрессивные марсиане с лазерными пушками? Даже это вероятнее, чем идея того, что кто-то типа Ю Джимин может ей понравиться.       Но сейчас она думала, что сходит с ума. Сердце билось слишком быстро, горло сушило, а воздух словно выкачали из лёгких огромным насосом. Мир, замерев, сузился до одного объекта, – Джимин. Она была здесь… она действительно была здесь! И она специально заехала, чтобы обнять Минджон перед какой-то важной встречей! Как называется эта дорама? «Несбывшиеся мечты Ким Минджон»?       Минджон неловко встала, почти сразу оказываясь в нежных объятиях Джимин. Тепло её руки прожигало даже сквозь плотную ткань клетчатой рубашки, и мурашки волной прошлись по коже. Ким не могла поверить, что банального прикосновения этой девушки достаточно, чтобы превратить её в дрожащий комок слишком чувствительных ко всему нервов. Разве она не должна быть сильнее? Смерть матери, отца, нервный срыв мачехи, – разве всё это не закалило её характер? Так почему сейчас она вела себя как какой-то влюблённый подросток?       – Щеночек, – прошептала Джимин, касаясь губами внезапно порозовевшей щеки. – Я так соскучилась.       – Ты уверена, что готова к работе?       – О, это не совсем работа. Старики решили, будто Джухён снова босс, и она попросила меня поехать на следующую встречу, чтобы сказать, что я просто в рабочем отпуске, но скоро вернусь к делам компании.       – Звучит серьёзно.       – Ничего такого, – Джимин уткнулась губами в шею Минджон, проводя цепочку из нежных поцелуев к линии челюсти. – Мы с Джухён им не нравимся, но, если выбирать между нами, они остановятся на ней как на ком-то более взрослом и стабильном.       – Разве это не эйджизм или что-то типа?       – Не уверена, что они знают такое слово. Они вложились в моего отца, и теперь почему-то думают, что могут что-то решать, хотя прибыль уже в тысячу раз отбила все их вложения. Думаю, Джухён не уволила их только для того, чтобы сохранить вид «демократичной» компании. Знаешь, чтобы люди думали, что Совет Директоров может что-то решить.       – Но вы же советуетесь с ними?       – Для вида, – пожала плечами Джимин. Пальцы скользнули по рубашке выше, замирая на первой пуговице. Минджон вздрогнула, когда они, расстегнув её, скользнули дальше, прошли по верхнему краю спортивного топа и остановились на ключице. – Ты такая красивая, Ким Минджон.       – Мы не…       – Я знаю, – губы снова остановились на щеке. – Джухён ждёт меня. К тому же я не хочу, чтобы наш первый секс прошёл в месте типа этого. Ты заслуживаешь лучшего.       Жар залил щёки Минджон. Она не ослышалась? Джимин ведь… Не то чтобы она не думала о сексе с Ю или том, как хорошо она выглядит, – спасибо привычке встречать курьеров только в нижнем белье, – но… у неё не хватало смелости говорить об этом так прямо и открыто, как Джимин. Она думала об этом тайком, уже засыпая, и представляла, как её длинные пальцы медленно проходят по пуговицам на рубашке. Всё как в «aespa»: неон, музыка, но вокруг никого. Это только их момент.       – Я…       – Извини, не стоило так говорить, – Джимин взяла её лицо в ладони, проводя большими пальцами по скулам. Тепло её кожи, нежность прикосновений словно погружали Минджон в подобие транса. – Просто… я думаю о тебе каждую минуту, я хочу тебя и… ты меня с ума сводишь, Ким Минджон.       – Я… я чувствую то же самое.       – Ты пока не готова ответить?       – Нет, прости.       – Ничего.       Джимин осторожно приподняла её лицо, и легко, будто боясь случайно ранить, прикоснулась губами к носу.       – Ты стоишь того, чтобы ждать. Мы сможем увидеться на этой неделе?       – Конечно.       – Хорошо. Я напишу, когда освобожусь.

***

      Когда Джимин вернулась в машину, Джухён всё так же читала какую-то книгу на немецком, попутно изредка перебрасываясь с водителем парой фраз о том, как быстро они смогут доехать. Её взгляд скользнул по сестре, останавливаясь на смазанной помаде. Ю поёжилась, ожидая расспросов, но Бэ только усмехнулась.       – Ты не сказала, – заключила Джухён.       – У меня ещё есть время.       – Конечно.       – Не дави на меня, – пробормотала Джимин, опуская голову. – Я обещала, что скажу, просто нужно придумать, как.       – Придумать? Джимин, это не… если бы дело касалось чего-то неважного, я бы не стала тебя просить, но это просто опасно. В первый раз ты сломала девушке руку, во второй – несколько рёбер. В третий ты точно кого-нибудь убьёшь.       – Нет… – Джимин сжала руки в кулаки, прикусывая губы. – Я просто была не в себе. Это наркотики, не я. Я… я завязала с ними!       – Я хочу верить тебе, Джимин, но ты говорила это столько раз, что я не могу.       – Я докажу. Слышишь меня? Я, блять, обещаю, что докажу!