exhaustion

      – Тебе действительно нужно уходить? – Прошептала Джимин, мягко скользя кончиком носа по ключице Минджон. – Я так соскучилась по тебе.       – Прости, – Ким запустила руки в тёмные волосы. – Я пообещала Ичжо, что мы поужинаем вместе.       – Она может приехать сюда.       – Ичжо сказала, что этот вечер должен быть «только для сестёр».       – О… хорошо. Но ты придёшь завтра?       – У меня учёба, и я не могу больше брать выходные, потому что тогда мой сменщик меня возненавидит.       – Я заплачу ему, – Джимин прижалась ещё ближе, хотя Минджон казалось, что между их телами не пройдёт даже иголка. – Просто побудь со мной ещё немного. Пожалуйста.       – Я бы хотела, правда, но…       – У тебя есть дела.       – Мне жаль.       Они провели, обнявшись, несколько часов, большую часть которых Джимин проспала. Минджон ласкала её волосы, поглаживала по голове, наслаждаясь тёплым ровным дыханием на коже, пока солнце медленно исчезало за стеклянными коробками современных офисов. Она думала, что могла бы провести так целую вечность, но мозг то и дело напоминал о планах на оставшийся день: ужин с Ичжо, звонок в клинику мачехи и проверка квартир, предложенных риелторами. Одна лишь мысль об этом утомляла.       – Щеночек, – позвала Ю.       – Да?       – Ты ещё не решила?       – Извини?       – Наш разговор в баре. О том, хочешь ли ты быть моей девушкой. Я понимаю, что то, что случилось вчера, могло тебя запутать, но… мне нужен ответ.       – Я не знаю, Джимин. Ты мне нравишься, но… есть вещи, с которыми я хочу разобраться до того, как вступлю в отношения.       – Позволь мне помочь с ними. У меня есть люди и деньги. Одно твоё слово, и любая проблема будет решена.       – Ты не можешь постоянно решать всё за меня.       – Постоянно? Я всего лишь помогла тебе с Ичжо.       – И выпустила игру за свой счёт.       – Она принесла «RV» популярность и репутацию.       – И могла принести сотни миллионов вон, если бы ты позволила мне отдать ту часть прибыли, которую я должна, – возразила Минджон, получая игривый удар по рёбрам. – Эй!       – Если бы я хотела эти деньги, то забрала их. Это мелочь, щеночек. На счету компании миллиарды, и я могу себе позволить подарить кое-что девушке, которая сводит меня с ума.       – Тебе кто-нибудь говорил, что это не очень хорошо для бизнеса?       – Да, – улыбнулась Джимин. – Как жаль, что мне плевать.       Она смотрела пристально и нежно, и Минджон отвела взгляд, чувствуя, как тепло заливает щёки. Конечно, она хотела бы встречаться с этой девушкой, но у неё всё ещё были обязательства перед сестрой и мачехой, отцом. Теперь, когда его не стало, а мама Ичжо не могла выйти из депрессивной стадии, только она могла позаботиться о семье. Всё ещё нужно было платить за курсы и школы, искать учителей, чтобы помочь Ичжо лучше сдать экзамены. Нужно найти квартиру, чтобы больше не чувствовать себя содержанкой.       – Так что? – Спросила Ю. – Ты будешь моей девушкой?       – Дай мне ещё немного времени.       – Это важно для меня, Минджон.       – Я понимаю, но… у меня нет никого, кроме тебя, кто нравился бы мне так же сильно. Ты единственная, Джимин. Разве этого недостаточно, чтобы подождать ещё?       – Почему мне кажется, что ты не хочешь?       – Я хочу, правда, но…       Она сбилась. Но что? Минджон не могла признаться, что всё ещё боялась. Джимин была далеко не принцем из милой сказки и даже не пресловутым Кристианом Греем. В ней таилось что-то, что Ким никак не могла определить, и это пугало. Будто всё это время Ю просто притворялась, ожидая, когда Минджон отвернётся, чтобы зверь, который всё время прятался в глубине её сознания, мог напасть.       Её ревность…       Её отношение к Сохи и другим людям…       Те слова, которые говорили Джухён и Суён…       Они осели в мыслях Минджон, постоянно напоминая о себе кроваво-красными вспышками. Очевидно, что Джимин что-то скрывала, – все что-то скрывали, – но были ли эти тайны достаточно безопасными? Ким могла подвергать себя, но сейчас рядом с ней стояла и Ичжо. Могло ли всё это закончиться хорошо для Нин?       – Что? Просто скажи мне, чтобы я могла это исправить.       – Это всё так странно. Типа… чёрт, мы начали с того, что я доставила тебе алкоголь! Ты на семь лет старше и была моим боссом и… мы не в дораме, чтобы это могло сработать, понимаешь?       – Нет. Ты мне нравишься, я хочу тебя, так в чём проблема?       – Я просто пытаюсь всё обдумать.       – Разве тут нужно думать?       – Пожалуйста, просто дай мне ещё времени.       – Ладно… да, мне не стоит на тебя давить.       – Спасибо.       Минджон попыталась сосредоточиться на тепле руки Джимин на животе, но атмосфера внезапно начала давить на грудь, мешая дышать. Ю злилась. Ким понимала, она, наверное, тоже бы разозлилась, если человек, ради которого она столько сделала, не ответил взаимностью, но… ей действительно просто нужно было взвесить все «за» и «против».       Шансов на ошибку быть не могло. В гневе Джимин, наверное, могла бы уничтожить Сеул, что уж говорить о какой-то студентке, которая всего пару недель назад выпустила первую игру. Её лишили бы любого шанса на работу в Корее.       – Но ты хотя бы определилась с фестивалем в Токио?       – Да. Я поеду.       – Хорошо. Я попрошу Тэён сегодня же заказать билеты и найти для нас номера.       – Тебе не стоит…       – Стоит.

***

      – Минджон, – кивнула Джухён, когда они с Джимин спустились из её комнаты в гостиную. Часы над дверью показывали восемь вечера. – Останешься на ужин?       – Нет, извините, меня ждут дома.       – Хорошо. Может, положить что-нибудь с собой? Я приготовила столько, что хватит на несколько семей.       – Нет, спасибо, Ичжо уже наверняка заказала что-то из её любимого ресторана.       – Такси уже ждёт, – прошептала Джимин, наклоняясь, чтобы поцеловать её в щёку. – Позвони мне, ладно? Я уже скучаю.       – Обязательно.       Отвратительная тоска длинными острыми когтями царапала изнутри рёбра. Почему Минджон должна была уходить? Разве она не могла остаться с ней, переночевать или… Ю нравилось думать о том, как Минджон переезжает, но она пыталась не торопить события. Конечно, Ким нужно было подумать, решить, как будет лучше для сестры и всё такое. Она не могла просто бросить Ичжо, собрать вещи и поселиться в комнате Джимин, даже если бы знала, что это сделает Ю самым счастливым человеком на свете.       – С её стороны было очень мило прийти, – хмыкнула Джухён, когда дверь за Минджон закрылась.       – Да.       – Она знает?       Джимин вздрогнула.       – О чём?       – О тех девушках, конечно. Ты ей сказала?       Воспоминания снова пронеслись перед глазами. Сумерки небольшого проулка за баром, запах гнили и мочи в лёгких и тяжесть на плечах. Она наседала сзади, обнимая за шею, пока зубы в подобии игривости покусывали ухо. От неё несло алкоголем.       Джимин не помнила в какой момент почувствовала на пальцах холод, но сразу после этого мир внезапно стал красным. Кровь ссыхалась на коже, пока боль расцветала на костяшках вместе с глубокими рваными порезами и яркими синяками. А потом… всё?       Она пришла в себя только после того, как Джухён оттащила её в сторону и несколько раз похлопала по щекам. Таблетки в кармане куртки неприятно обожгли. Какого… это случилось снова?       Нет…       Пожалуйста, нет…       – Потом.       – Джимин, она должна знать.       – Нужен подходящий момент!       – Серьёзно? – Джухён скрестила руки на груди. – Джимин, ты… ты издеваешься надо мной? Как ты могла ей не сказать?!       – Я не хочу, чтобы она бросила меня, как ты!       – Джимин…       – Что?! Представь, блять, себе, что некоторым нужна ёбаная поддержка!       – Какое отношения поддержка имеет к тому, что ты скрываешь?       – Этого больше не повторится.       – Ты и в прошлый раз так говорила.       – В этот раз точно. Я изменилась!       – О, Боже, – Джухён потёрла пальцами переносицу. – Ты не можешь скрывать такое от Минджон. Она привязывается к тебе, ты ей нравишься, и… ты просто ждёшь момента, когда она будет влюблена настолько, что даже не подумает об этом, да? Джимин, это эгоистично.       – Сказал человек, ни разу не взявший трубку. Или что, жизнь в Копенгагене автоматически делает тебя альтруистом? Не тебе говорить мне, как правильно себя вести!       – Если ты не расскажешь, то я это сделаю.       – Нет!       Джимин схватила сестру за руку, сжимая до розовых пятен на бледной коже.       – Она точно бросит меня, Джухён, – пробормотала она, кусая губы. – Я не смогу без неё. Слышишь меня? Я… я расскажу. Просто дай время, ладно?       – Неделя, Джимин. Если не расскажешь, извини, но… она должна знать. Такое не скрывают.       – Конечно, мисс Честность. Где ты была, когда моя сестра бросила меня, привязанную к кровати в какой-то клинике? Могла бы появиться.       – Я извинилась за это.       – Хорошо, но я не простила.

***

      – Эй, Джи!       Эри вышла из гостевой спальни примерно через две или три минуты после их разговора. Джухён уже не было, ушла в свою комнату, чтобы доделать какие-то отчёты, пока Джимин заканчивала с первой порцией пибимпапа. Учинага выглядела чуть лучше: исчезли мешки и складки на лбу. Она даже сменила грязную толстовку на одну из старых футболок Ю.       – Эй.       – Минджон уже ушла?       – Да, у неё ужин с сестрой. Поешь, если хочешь.       – Обязательно. Я обожаю готовку твоей сестры. Знаешь, она добилась бы очень много, если стала поваром.       – Да, наверное, – пожала плечами Джимин.       Эри схватила ещё горячий чапсаль и быстро закинула в рот, слегка краснея от жара.       – Никогда не понимала, как ты можешь есть что-то настолько горячее.       – Потому что я горячая девушка, очевидно, – Эри пыталась шутить, но её лицо оставалось серьёзным. Убедившись, что никто не слышит, она села напротив Джимин. – Я застала ваш разговор с Джухён.       – И что?       – Не мне указывать тебе, что делать, но я хотела спросить, – Минджон знает о наркотиках?       – А что?       – Это не та вещь, которую стоит скрывать от любимого человека, – пожала плечами Эри. – Я не скрываю.       – Теперь и ты хочешь прочитать мне мораль?       – Нет! Ты же знаешь, я последний человек, который может осуждать тебя за это, просто… Минджон хорошая, она мне нравится. Не хочу, чтобы вы страдали.       – Она знает, – соврала Джимин. – И она знает, что это в прошлом. Я закончила.       – Хорошо, если так.       – Ты мне не веришь?       – Верю, но… это сложно, Джимин, и ты уже пыталась.       Ю плотнее сжала челюсти, стараясь унять раскалённую лаву злости в груди.       – В этот раз точно. Я её не обижу. Она не такая, как те девушки.       – Да, в этом и проблема. Она слишком не такая.       – Ты вообще на моей стороне?       – Я люблю тебя, но это не значит, что я одобряю каждое твоё решение. Хочешь совет? Расскажи ей. Может, Минджон и уйдёт, но ты хотя бы не будешь ненавидеть себя за то, что причинила ей боль.