Во что играют взрослые мальчики?

Чем занимаются маленькие мальчики в детстве? Варианты разнятся в зависимости от возраста, страны и родителей. Давайте упростим задачу: обозначим среднестатистическую казахскую семью, в которой подрастает восьмилетний Адиль. Ну что, юные детективы, есть варианты? Любящая мама смогла выкроить из своей зарплаты средства на подарок для сына – железную дорогу. Женщина надеялась, что он будет прокладывать разнообразные пути, катать мягкие игрушки и человечков из Лего в вагонах или банально нажимать на кнопочку, чтобы состав загудел. Однако Адиль то и дело находил разнообразные способы убийства вышеупомянутых лего-человечков с помощью новой игрушки, а после расследовал их вместе с плюшевым медведем. Хорошо-хорошо, пример неудачный. Но давайте подумаем, как бы развилась будущая жизнь нашего казахского мальчика? Приводите примеры, юные детективы.

***

Декабрь вступил в свои владения без промедлений, сразу высыпав на половину земного шара тонны снега. Поезд мчал по рельсам последние пару часов без каких-либо проблем и отставаний, но почему-то барышни за соседним столиком в вагоне-ресторане судачили о том, что состав совсем скоро завязнет в снегу. Чашка кофе ароматно дымилась, пока азиат в длинной рубашке делал записи в ежедневнике. Нужно обязательно успеть на зимние праздники ко всем родственникам и друзьям, но работу ведь просто так не оставишь! Адреса, телефоны, ФИО... Листы начинали заканчиваться, поэтому в планы на отпуск он дописывает покупку новой записной книжки. — Представляете, лапочка, я слышала, что одного пассажира никак не могут найти! А ведь все его вещи на месте, — Всё кудахтали дамочки, на что Адиль может лишь закатить глаза. — Правда? — Девушка чуть помладше подняла брови вверх. — А я видела пятна крови в туалете! Как думаете, это связано? «О да, конечно, ведь кровь в женской уборной – вещь неимоверно удивительная!» — Всё думалось Адилю. От чужой глупости в груди скрипело, но слушать почему-то было особенно интересно, когда в вагоне больше никто не сидел. Небо начинало затягиваться тёмными тучами, из которых повалили тяжёлые снежные оригами. Зимой всегда вечереет спонтанно и неожиданно, так же остывает кофе. Адиль сдувает прядку волос, упавшую на лоб из аккуратной ранее причёски и собирается было уходить обратно в своё купе, дабы уединиться с книжкой в постели. Его планы в ту же секунду прерывает мужчина-проводник с лицом, что открыто выражает панику. — Извините, вы же живёте в третьем купе? — Да, вы правы, — Медленно закрыв ежедневник, детектив сводит брови на переносице. — Что-то случилось? — Думаю, вы нам нужны, — Проводник нервно сглатывает слюну. — Прошу вас, Господин Адиль, следуйте за мной. Тёмные коридоры пошатывались и кряхтели. Отчего то вспомнилась железная дорога, до сих пор лежащая в коробке в родительском доме. Мужчина в синей форме открывает купе, что обозначалось номером '6'. Там уже стояла привлекательная молодая женщина, не обратившая совершенно никакого внимания на вошедших. Она смотрела на человеческую руку, торчащую из-под кровати. — Мы не смогли обнаружить остальное тело. Руку нашла пожилая уборщица, которую сейчас пытаются привести в сознание, — Темноволосая дама, наконец, повернулась, жестом указав на то, чтобы проводник вышел и закрыл за собою дверь. — А к указательному и безымянному пальцам булавками прикрепили записку, — Она тяжело выдыхает, извлекая из кармана своих штанов бумажку. — 'Господин Адиль слишком долго играл с огнём. За это заплатил житель шестого купе' и улыбочка. Как вы можете это объяснить? — Кто вы, Мисс? — Внешнее хладнокровие всегда сбивало с толку тех, кто никогда не сталкивался с детективом, который очень уж быстро продвинулся по карьерной лестнице в свои-то годы. — И почему находитесь на месте преступления? — Я – Лиса. Глава транспортной компании, к которой относится этот поезд, — Женщина недовольно сжимает зубы и фыркает. — Даже не вздумайте шутить про «убийство в восточном экспрессе». Эркюль Пуаро из вас никакой, если из-за вас все пассажиры подвергнуты опасности. — Вообще-то Пуаро... — Молчите, — Отрезает Лиса. — Мы уже связались с полицией ближайшего города, но пока что на борту я могу доверять только вам. Сделайте с этим что-нибудь! Кругленькая сумма вам обеспечена, Господин Адиль. — Я подумаю над вашим предложением, Лиса, — Детектив складывает руки на груди, разворачивается на пятках и удаляется, не обронив слов прощания. Какая наглость! В собственном купе уже совершенно неуютно и прохладно. Тонкая рубашка не спасает, а разворачивать чемодан совсем не хотелось, как будто там обнаружится вторая рука погибшего. В таких вещах он предпочитал доверять только старшим коллегам, себе – в последнюю очередь. На этот раз очередь чересчур быстро сдвинулась к концу, а в голове отчаянно крутилась одна версия. И версия крайне плачевная. На секунду казах прикрывает глаза, веки неприятно горят с обратной стороны, транслируя всевозможные картинки гнетущего прошлого, что никак не отпускало. Стряхнув наваждение, Адиль поднялся с кровати и медленно подошёл к окну. Снежинки заставляли горизонт сливаться с небом, рябить пикселями, словно фон дешёвой компьютерной игры. Стук колёс состава не прекращался ни на секунду, мешая серому веществу создавать менее ужасные версии. Что-то холодное и металлическое упирается в спину с характерным щелчком. Надо же, всё происходит быстрее, чем ожидалось. — Знаешь, куда я дел пять литров крови? — Знакомый голос пронизывает тонкими нитями плоть, пронзает внутренние органы. Становится интересно, когда Маяковский научился ходить настолько беззвучно. Или когда Адиль стал столь невнимательным. — Вылил в женский туалет, — Почему-то смешок сам трогает губы. — Где тело? — А сам-то как думаешь? — Горячее дыхание опаляет ухо. А Адиль головы не поднимает, боясь увидеть в отражении его лицо и потеряться окончательно. — Выбросил ещё на прошлой остановке, — Не дожидаясь вразумительного ответа, мужчина шумно втягивает носом чужой одеколон, касаясь кожи на шее. — Я думал, что ты умер ещё в Минске, — Запинается, когда металл пистолета толкается в спину из-за движения поезда. — Я надеялся, что ты умер, — Воздуха категорически не хватает. То ли объём лёгких резко уменьшился, то ли в его купе нет нормальной вентиляции. — Детка, — Сладко тянет Маяковский, проводя языком по растрескавшимся губам. Рукой, той, что с пистолетом, обхватывает чужую талию, а сам к спине прижимается до ужаса бесстыдно. — Хреновый из тебя Шерлок всё-таки. Но вот друзья у тебя отличные, из-за того докторишки я ещё долго мучился, — Вторая рука скользит вверх по торсу, царапает короткими ногтями кадык и после хватает за щёки, заставляя поднять голову. В грязноватом стекле отражается отросшая борода, самодовольная ухмылка и кусочек дорогущей водолазки. Адиль же вовсе не отражается – он плывёт и вязнет в снегу, на ногах держится еле как. Его ведёт от одной только руки на собственном животе, что уж говорить о приторном и таком, сука, коробящем «детка». — Маяковский, — Имя остаётся на языке имбирём, отдаётся горечью на губах. Нужно повторить ещё пару раз, чтобы распробовать окончательно. — Если я скажу, что не пытался тебя подставить в том деле, ты мне поверишь? — Конечно, — Звучит без капли сомнения. — Если мы решим проблему так же, как в Лондоне, — Указательный и безымянный – как иронично – оказываются во рту у молодого детектива, который молится всем богам, чтобы Лиса не решила прямо сейчас уточнить, не подумал ли он над делом. — Знаешь, Адиль, а ведь твой умелый язычок заставил меня полюбить этот тоскливо-дождливый городишко, — Грубые пальцы играются в мокром пространстве, размазывают слюну по губам и подбородку. А у Адиля в ушах кровь шумит, и состав со своими колёсами нагнетает по очереди. Тук-тук, чух-чух. Остаётся голову назад запрокинуть, поддаваясь напору того, кого медик обещал отправить на тот свет лошадиной дозой какого-то там препарата, чьего названия уже и не вспомнить. Казах томно выдыхает, когда приходится удариться коленями о пол и вновь услышать хриплое «детка».

***

Нет-нет, вам следовало бы остановиться со своими предположениями. И перестаньте читать Агату Кристи на ночь, ей Богу, мои юные детективы! Тема нашей следующей лекции будет перекликаться с этой. Вам Следует Подготовиться Лучше.