В закатных лучах августовского Нью-Йорка двое юношей впервые хотят жить настолько сильно. Хотят, чтобы этот миг никогда не заканчивался. — Останься со мной, Окумура Эйджи.

И я застрял в реальности без тебя – Скажет Чонгук, когда они расстанутся навсегда.

— На протяжении всех наших отношений, Чимин всегда рассказывал мне о своих снах. Описывал их так красочно, в подробных деталях. А я, впрочем-то, был и не против, ведь мне сны совершенно не снились. Да и бессонница меня мучает и по сей день, — Намджун делает глоток освежающего пива. — Но в какой-то момент мой стеснительный, во всех смыслах этого слова, Чимин, начал рассказывать мне совершенно откровенные вещи из своих недетских снов.

Пепел оседает на асфальт, забивается в лёгкие, а Юнги продолжает терпеть, зная, что так проще.

Время отмеряется закатным лучами и вибрациями маятника деревянных часов. А когда Володя мягко касается своими губами его, Земля замедляет своё вращение. Сегодня только для них.