Мальчик, получивший пирожные

Сяо Синчэнь сжимал страницы книги так сильно, словно намеревался разорвать ее на части, но это все равно не помогало ему вникнуть в смысл прочитанного. Он снова и снова пробегал глазами по одной и той же строчке, но все никак не мог уловить ее суть. «Людьми трудно управлять оттого, что они много знают. А потому тот, кто знанием управляет государством, — вор государства»… Сяо Синчэнь нахмурил брови. Он знал практически весь трактат наизусть чуть ли не с детства, но всегда немного халатно относился к разделу про управление государством. У него никогда не было цели стать правителем ни Поднебесной, ни какой-то из ее частей, а потому он всегда рассматривал этот чжан исключительно с точки зрения морали и нравственности, но совсем не переносил его смысл на взаимоотношения с людьми. Теперь же, пусть он и не стал правителем государства, но волей небес ему выпала честь стать главой небольшого заклинательского Ордена, а потому его невнимательность к этой части трактата ехидно над ним подшутила. Поэтому с самого утра он с двойным усердием принялся за книгу, надеясь, что сможет найти в ней ответы на все свои вопросы. Только вот почти сразу все пошло не так. Солнце грело так приятно, что хотелось не читать трактаты, а отправиться на прогулку, шум со стороны тренировочной площадки постоянно заставлял прислушиваться и отвлекаться, да и еще и Сюэ Ян, лежащий у него на коленях и горячо дышащий ему в живот, не помогал настроиться на серьезные мысли. Сяо Синчэнь раз, наверно, в сотый уставился на ту же самую строчку. Если бы он мог нагревать взглядом, книга уже давно превратилась бы в горстку пепла. «…кто незнанием управляет государством — счастье государства». Сяо Синчэнь вздохнул и закрыл книгу. Пожалуй, на этом можно было закончить. Он понятия не имел, как управлять Орденом, но, может, именно поэтому у него это так хорошо получалось. В конце концов, кто он такой, чтобы спорить с трактатом о дао? Сяо Синчэнь осознал, что у него затекли ноги, и кинул взгляд вниз. Сюэ Ян лежал с закрытыми глазами, его дыхание было обжигающе-горячим, но ровным и спокойным. Неужели действительно спит? Тут его внимание привлек шум неподалеку — и привлек он его тем, что на время стих. А затем снова появился, и с каждой секундой становился все громче, громче, громче… — Было здорово, правда же, правда? — голосила А-Цин, прыгая вокруг Сун Ланя с деревянным мечом в руке. — Учитель, я же совершенствуюсь? Мои удары становятся лучше? Энергии в ней, кажется, хватило бы еще на несколько часов, а то и дней тренировок. — Конечно, — отозвался Сун Лань, который нес на спине полумертвого Мо Сюаньюя, висящего тряпочкой. — Тебе еще многому предстоит научиться, но ты делаешь большие успехи. — Хи-хи! — А-Цин довольно вздернула нос. — Вот увидите, я первая стану заклинательницей! Сяо Синчэнь в душе сочувствовал скромному и тихому Мо Сюаньюю, на которого каждый раз обрушивался ураган в виде А-Цин, но вполне справедливо полагал, что это поможет ему развить свои способности быстрее. Он ведь был сыном заклинателя, пусть и искушенного скорее в словесных боях, чем в физических, так что потенциала в нем было свыше восьмидесяти тысяч — нужно было только его раскрыть. Сун Лань остановился напротив сидящего прямо на траве Сяо Синчэня, смотря на него сверху вниз. Свисающие ноги Мо Сюаньюя едва заметно дернулись — видимо, он таким образом пытался выразить приветствие, но сил у него совсем не осталось. — Читаешь? — спросил Сун Лань. — Да, — Сяо Синчэнь жалобно улыбнулся, — и пока что я пришел к выводу, что мне нужно меньше читать. Как прошла тренировка? Сун Лань редко улыбался, но всегда, когда он разговаривал с Сяо Синчэнем, его взгляд словно становился мягче. Вот и сейчас внешняя холодность была разбита глубокой теплотой глаз. — Хорошо прошла, — ответил Сун Лань, кивком головы указав на Мо Сюаньюя, — даже слишком. А-Цин очень быстро учится. А-Цин довольно закивала, подтверждая его слова, и с любовью провела ладонью по лакированной поверхности деревянного меча. — На сегодня мы закончили, — добавил Сун Лань, нарочно делая голос громче и сверля взглядом безмятежного Сюэ Яна. — Теперь твоя очередь. Сюэ Ян не ответил, лишь сделал еще один теплый выдох. Сяо Синчэнь прижал палец к губам, безмолвно прося друга не будить его. Пусть выспится. Бровь Сун Ланя скептически дернулась. — Сюэ Ян, — повторил он безэмоционально, — ты меня слышишь? Хватит бездельничать. Сюэ Ян по-прежнему хранил молчание. — Ах, оставь его в покое, учитель Сун! — воскликнула А-Цин. Сяо Синчэнь почти успел удивиться тому, что она защищает Сюэ Яна, но тут увидел на ее лице хитрую ухмылку. — Не мешай ему притворяться спящим! — сказала она очень громко. — Чтобы подольше полежать на коленях главы Ордена Сяо! Сяо Синчэнь хотел возразить и попросить ее говорить потише, но ответ не заставил себя долго ждать. — Отвали… — пробормотал Сюэ Ян, и в его голосе не было ни капли сонливости. — У тебя есть мальчишка, вот с его сокровищем и носись. Или вон к даочжану Сун Цзычэню приставай. А мое сокровище не трогай. Сяо Синчэнь удивленно распахнул глаза. Не спит? Он так боялся двинуться лишний раз, чтобы не разбудить Сюэ Яна, а тот, оказывается, все это время просто делал вид? Еще и дышал так… Специально! — Бессовестный! — закричала А-Цин, возмутившись тому, что ей посоветовали к кому-то приставать. — Сам-то специально притворялся, что спишь, чтобы тебя с колен не прогнали! Ты что, кот? — Да не притворялся я, — недовольно отозвался Сюэ Ян, поднимаясь и усаживаясь рядом. — Просто нашел удобное положение, не хотелось двигаться. Зачем мне притворяться, глава Ордена Сяо и так мне это позволяет, — он повернулся к Сяо Синчэню, — правда же? Его волосы были взъерошенными и помятыми, а взгляд действительно как у кота: еще секунда — и из горла раздастся мурчание. — Эм-м… — Сяо Синчэнь виновато улыбнулся, не зная, как ответить на этот вопрос, но А-Цин его опередила: кажется, она целенаправленно испытывала терпение Сюэ Яна. — А вот и не позволяет! — заявила она с непробиваемой уверенностью. — Посмотрел бы ты на свою рожу, кто вообще тебе позволит на коленях лежать! — Это тебе нельзя, — Сюэ Ян поморщился. — А мне можно. Он вдруг посмотрел на Сяо Синчэня лукаво — Сяо Синчэнь успел только понять, что ничего хорошего от этого взгляда ждать не стоит — и, быстро подавшись вперед, лизнул его в щеку. — Смотри, Слепышка, мне даже вот так можно! — Сюэ Ян! — воскликнул Сяо Синчэнь, отшатываясь и краснея до корней волос. — Что? — спросил Сюэ Ян изумленно. — Почему утром было можно, а сейчас нельзя? А-Цин открыла рот в немом негодовании. Мо Сюаньюй дернул ногой и, кажется, потерял сознание. Сун Лань прикрыл глаза: кажется, он резко захотел оказаться как можно дальше оттуда. — А-а-а-а, я понял! — Сюэ Ян ухмыльнулся так, словно осознал нечто гениальное. — Можно только за закрытыми дверьми. Прошу прощения. Он поднялся на ноги. — В таком случае я пошел спать к тебе в комнату. Буду ждать тебя там, сяо-Синчэнь. Он удалился в сторону комнат походкой победителя, провожаемой гробовым молчанием. — Ты… — А-Цин только спустя несколько секунд вернула себе дар речи. — Фу, какой ты извращенец! И почему глава Ордена Сяо тебя терпит?! Будь я на его месте, уже давно вышвырнула бы тебя вон! — Именно поэтому ты не на его месте, Слепышка! — послышался в ответ приглушенный голос Сюэ Яна. — У тебя полностью отсутствует стратегическое мышление. Нельзя так просто разбрасываться настолько ценными кадрами! — Ах ты!!!.. — А-Цин воинственно схватила меч и уже рванула было за ним следом, чтобы как следует подраться, но Сун Лань положил руку ей на плечо, останавливая. — А-Цин, — сказал он, — пусть идет куда хочет. Лучше помоги мне донести А-Юя. Было совершенно очевидно, что взрослому даочжану не нужна была помощь, чтобы донести до комнаты уставшего маленького мальчика, но А-Цин либо ему поверила, либо слишком хорошо поняла намек, а потому за Сюэ Яном не погналась и вместо этого просто последовала за Сун Ланем. Сяо Синчэнь потер глаза и вновь попытался вернуться к чтению. «Чем больше в мире запретов, тем люди беднее. Чем больше народ знает о выгоде, тем больше в государстве смуты…» Вроде, уже и солнце стало не таким жарким, и шум от тренировки больше не мешал, и Сюэ Ян не дышал ему в опасной близости от паха, а читать трактат все равно не получалось. Сяо Синчэнь снова закрыл книгу и запрокинул голову, щурясь и смотря в безоблачно-голубое небо. Он чувствовал себя… хорошо. Так хорошо, как, наверно, не чувствовал себя никогда. Сверху раздалось аккуратное покашливание, и темная тень упала на траву, но не загородила солнце. Сяо Синчэнь подвинулся, освобождая место, и Сун Лань сел рядом с ним. Они немного помолчали. Сяо Синчэнь понимал, что наверняка у его друга есть к нему масса вопросов, но не чувствовал между ними напряжения. — Сюэ Ян… — начал Сун Лань и замолчал, не зная, как продолжить фразу. Сяо Синчэня это совсем не удивило. — Я даже не знаю, как тебе объяснить, — сказал он и рассмеялся. — Ему действительно… — Сун Лань взглянул на него. — Нравится над тобой издеваться. Сяо Синчэнь не стал с этим спорить. — Кажется, да, — честно ответил он. Сун Лань кивнул, будто сделав в своей голове какие-то выводы, и снова временно воцарилась тишина. Сяо Синчэнь чувствовал, как легкий ветерок обдувает его лицо, а трава, едва колыхаясь, мягко окутывает его ладони. Хороший день. — А ты и не против, — произнес Сун Лань скорее утвердительно, чем вопросительно. Сяо Синчэнь улыбнулся, смотря на то, как одно облачко догоняет второе. — Кажется, да. Сун Лань вытянул ноги вперед и уставился себе на носки сапог. Его поза стала более расслабленной. — Синчэнь… — сказал он через некоторое время. — Тебя что-то тревожит? Сяо Синчэнь покачал головой, продолжая глазами провожать облачко. — Нет. У меня все хорошо. Сун Лань вновь кивнул каким-то своим мыслям. — Ну, в таком случае… — произнес он, и его голос был согрет сияющим солнцем, качающейся травой и легким ветром. — У меня нет причин беспокоиться. — Конечно, — Сяо Синчэнь посмотрел на него с улыбкой. — Спасибо, Цзычэнь. — За это не стоит благодарить… — Сун Лань поднялся на ноги и поправил ножны Фусюэ. — Пойду вытащу Сюэ Яна из твоей комнаты. Он снова отлынивает от занятий. Сяо Синчэнь рассмеялся, но протянул к нему руку, останавливая. Останавливая, но не касаясь: помнил, что его друг не любит прикосновения. — Лучше я сам, — сказал он немного смущенно. — Просто еще неизвестно… в каком виде Сюэ Ян лег спать.

***

Сюэ Ян обнаружился в виде вполне благопристойном: он лежал на покрывале полностью одетый, обнимая руками и ногами подушку. Сяо Синчэнь подошел к нему, стараясь не издать ни звука: вдруг за это время он все же правда успел уснуть. Сюэ Ян лежал недвижимо, но стоило приблизиться к нему на небезопасное расстояние, как Сяо Синчэнь почувствовал, что летит спиной вниз, и пришел в себя уже лежащим на постели. Сюэ Ян с победным видом навис над ним, его глаза сияли восторгом. Книга, которую принес Сяо Синчэнь, упала на пол, раскрывшись на случайной странице. — Ты пришел спать со мной? — спросил Сюэ Ян, склоняя голову набок. — В таком случае я не могу тебе отказать, сяо-Синчэнь. — Не совсем, — ответил Сяо Синчэнь, улыбаясь и понимая, что он совершенно не может контролировать выражение своего лица. — Я пришел взять тебя за руку и отвести на занятия. — Взять за руку — это хорошо, — одобрил Сюэ Ян. — А вот второй пункт мне не очень нравится, можно без него обойтись? — Нельзя, — Сяо Синчэнь постарался звучать построже. — Цзычэнь тебя уже ждет. — Ла-адно, — протянул Сюэ Ян, быстро сдаваясь, — как скажешь. Но сначала… — он упал на Сяо Синчэня сверху и прижал его к себе, обнимая и потираясь головой о его грудь. — …я хочу свои пирожные! Сяо Синчэнь засмеялся. Было не совсем понятно, что конкретно Сюэ Ян имел в виду, но одно было ясно точно: это будет надолго. — Вечером, — ответил он, стараясь говорить тихо. — Цзычэнь… за дверью. Ждет нас. — Ничего страшного, — ответил Сюэ Ян и сухо прикоснулся губами к его шее. — Подождет. Сяо Синчэнь схватил его за плечи, останавливая. — А-Ян! Сюэ Ян поднял на него взгляд мгновенно почерневших глаз. — Сяо-Синчэнь… Я смотрю, ты хочешь, чтобы ему пришлось ждать подольше? — Я хочу, чтобы ему вообще не пришлось ждать, — ответил Сяо Синчэнь, чувствуя, как ритм сердца ускоряется. — Пожалуйста, А-Ян. — Тц… — Сюэ Ян скривил губы и с неохотой отстранился. — Занудные даосы… Отбираете последние сладости. — На ужин в трапезной тебя будут ждать твои любимые конфеты, — пообещал Сяо Синчэнь. Сюэ Ян закатил глаза. — Мне не эти нужны, — буркнул он и отвернулся. А затем повернулся обратно и взял подушку, закидывая ее на плечо. — Забираю с собой, — пояснил он в ответ на непонимающий взгляд Сяо Синчэня. — Она пахнет тобой. Сяо Синчэнь закусил губу изнутри. Это ужас, это просто какой-то ужас… Что Сюэ Ян с ним делает? Как он может говорить подобные вещи так непринужденно? — Даочжан Сун! — очень громко сказал Сюэ Ян обвинительным тоном, с силой распахивая дверь и впиваясь взглядом в застывшего статуей Сун Ланя. — Ты лишил меня постельных утех! Сяо Синчэнь подавил позыв закрыть лицо ладонями, понимая, что это все равно ему не поможет. А затем он посмотрел на дорогого друга Сун Ланя и замер. На лице Сун Ланя… Нет, это, конечно, нельзя было назвать ухмылкой, но это точно было что-то ей подобное. Сун Лань смеялся! — Сделаю вид, что мне жаль, — ответил он, передавая Сюэ Яну свою мухогонку. — Если сегодня будешь хорошо справляться, отпущу тебя пораньше. Сюэ Ян раскрыл рот. Потом закрыл. Затем взял мухогонку и посмотрел на нее так, словно она помогла ему отрастить палец. Кажется, он тоже был в шоке. — Даочжан Сун, — поинтересовался он, — ты не заболел? — Скорее исцелился, — отозвался Сун Лань бесстрастно. — Идем. Завтра очередь Синчэня тебя тренировать, так что тебе надо подготовиться. — О да-а-а… — протянул Сюэ Ян и, высунув язык, сделал им какое-то совершенно не поддающееся описанию пошлое движение. — К тренировке с сяо-Синчэнем я обязательно должен хорошо подготовиться. Сун Лань покачал головой и, отвернувшись от него, направился к площадке. — Сюэ Ян, ты просто ужасен. — Это ты ужасен, даочжан Сун! — поспорил Сюэ Ян, догоняя его. — Совсем вы меня умотали! На вас трудишься и днем, и ночью, а вам все мало! Сун Лань кинул на него нечитаемый взгляд. — Но ты сегодня еще ничего не сделал. — Вот именно! — подтвердил Сюэ Ян. — Не отрезал никому язык, не вырвал глаза, даже затрещину не дал! Ты представляешь, сколько внутренней работы я провожу каждую секунду? — Бедняжка, — хладнокровно ответил Сун Лань. — Ну ничего, на тренировке сможешь наконец расслабиться и попробовать дать затрещину мне. Если сможешь дотянуться, конечно. — Ты меня провоцируешь! — воскликнул Сюэ Ян с восхищением. — Даочжан Сун, ты ведь провоцируешь меня! Сяо Синчэнь, твой друг меня провоцирует!!! Сяо Синчэнь рассмеялся, не в силах больше сдерживаться. Сюэ Ян и Сун Лань удалились в сторону тренировочной площадки, тихонько переругиваясь, и он вдруг осознал, что ужасно устал и больше всего на свете хочет как следует выспаться. Сяо Синчэнь обреченно посмотрел на постель без подушки и лег в одежде прямо на покрывало — так же, как недавно лежал Сюэ Ян. Покрывало еще хранило отголосок его запаха, и Сяо Синчэнь начал понимать, почему у него забрали подушку. Скоро Сюэ Ян вернется, думал он, закрывая глаза, потрется о него носом и ляжет рядом — осторожно, чтобы не разбудить. Затем настанет время обеда, они вместе приготовят еду, Цзычэнь обязательно поможет, и А-Цин прибежит вприпрыжку, и Мо Сюаньюй к тому времени уже должен будет прийти в себя. А может быть, им придется нести Мо Сюаньюя всем вместе, потому что ходить он сможет только через пару дней. Все же у хрупкой А-Цин очень тяжелая рука… Тяжелая рука А-Цин была последней мыслью Сяо Синчэня, прежде чем он провалился в безоблачный, счастливый сон. А на полу лежал даосский трактат, обращенный к потолку мудрыми изречениями древних мастеров. «…Посему премудрые говорили: я не действую, а люди сами становятся лучше, я привержен покою, а люди сами себя исправляют…»