don't play, bae

      — Перестань играть со мной, — злостно цедит сквозь стиснутые зубы Минхо в самое ухо Джисона, прижав того к стене и выставив руки по бокам, облокачиваясь ладонями о холодную поверхность позади него.       — Я и не играю, — самодовольно отвечает младший, когда Ли немного отстраняется, и смотрит лукаво.       — А что ты делаешь? — вглядывается в хитрющие глаза устрашающим взглядом Мин, но вот Хану ни капельки не страшно.       Джисон не отвечает и лишь натягивает на лицо коварную улыбку, чуть прищуриваясь.       — Если ты не перестанешь, я самолично сотру с твоего лица эту гримасу, — буквально рычит старший.       — Попробуй, — огрызается Хан.       Минхо медленно подносит свою руку сначала к шее младшего, ведя ноготочком вверх к острому подбородку, и резко обхватывает его щеки пальцами, несильно надавливая, чем искажает губы, заставив вытянуться их трубочкой на манер рыбки.       Джисон же ухмыляется даже сквозь захват, но выглядит это так, словно он просто морщит нос, и хлопает губами как та самая рыбка. Ему честно смешно, а Ли бесится, но не успевает ничего сказать, потому что Хану надоедает его доминирование. Младший резко тянет руку к его запястью и несильно нажимает, заставляя Минхо отпустить его лицо.       — Ты много на себя берешь, хён, — спокойно оповещает Джисон практически согнувшегося пополам Ли.       — Пусти, — шипит старший.       — Да с чего ради? — голос Хана становится чуть серьезнее, чем немного пугает Минхо.       — Ты же обещал не трогать, — скулит он, прикусывая ребро ладони свободной руки.       — Нет, я обещал никому не говорить, чтобы над тобой не издевались, — парирует Джисон. — А про прикосновения речи не было.       — Решил не делить радость издевательств? — находясь в весьма невыгодном положении, умудряется вычурно отвечать Минхо.       — Может и так, — задумавшись, младший прикусил щеки изнутри. — И что ты мне сделаешь?       Ли сдает обороты, понимая, что волна возбуждения подкатывает, а пальцы Хана лишь сильнее стискивают его запястье.       — Отпусти, пожалуйста, — цедит он, стиснув челюсти.       — Ого, ты знаешь слова вежливости, — наигранно удивляется Джисон. — Неожиданно.       — Прошу, мне больно, отпусти, — Минхо действительно едва ли держится, чтобы не закричать, чуть ли не прокусывая себе ладонь.       — Где болит? - несильно надавливая, Хан проводит подушечкой большого пальца по венкам на запястье старшего. — Дай угадаю, — он вешает ухмылку на свои уста вновь, — нестерпимая боль внизу живота?       — Пожалуйста, — практически всхлипывая снова просит Ли.       — Мне нравится, когда ты такой смиренный, — наклоняясь к уху старшего, шепчет Джисон и всё же отпускает.       Минхо сию секунду опускается на колени, облокачиваясь задницей на пятки, и притягивает саднящее запястье к груди. Он видит краем глаза, что младший идет в сторону выхода и шипит:       — Какой же ты, — но не договаривает.       — Какой? — оборачивается Хан.       Ли молчит, как партизан, все еще крепко прижимая кисть к телу и легонько потирает нежную кожу, на которой образовались покраснения от цепких пальцев младшего.       — Ну же, сладкий, какой я, скажи мне, — Джисон делает несколько шагов в сторону Минхо.       — Честный, — говорит он явно не то, что хотел, но Хана устраивает.       — Что есть, того не отнять, — слегка взъерошив прядки волос Ли, младший всё же уходит.       С тех пор как этот засранец узнал маленький секрет Минхо про его эрогенную зону, он стал доставать его больше обычного. И так практически не давал проходу, а тут совсем не оставляет личного пространства. У Ли скоро нервный тик разовьется на этой почве.       Хан специально трогает его запястья при камерах, при мемберах и, оставаясь один на один, нагло и бесцеремонно издевается в открытую. Минхо уже просто не вывозит этого ни морально, ни физически. Во-первых, после такого даже стыдно снять напряжение, поэтому он просто ждет, жадно глотая воздух, когда всё само собой пройдет. А во-вторых, это в целом стыдно — какой-то парень заставляет его член наливаться кровью, к тому же еще и смеется с этого.       Ли решается поговорить честно и откровенно, авось поможет. Должна же быть совесть у этого придурка, не так ли?       Минхо неуверенно стучит по двери костяшками пальцев, переминаясь с ноги на ногу и нервно кусая щеки изнутри. Дверь со скрипом открывается и на пороге появляется Джисон, губы которого расплываются в ухмылке сразу же, как только он видит старшего.       — О, хён, неужели соскучился? — интересуется Хан, поигрывая бровями.       — Я поговорить хотел, — робко произносит Ли, игнорируя вопрос младшего.       — Твое лицо не источает ненависти, даже странно тебя таким видеть, — высунув кончик языка, Джисон отходит в сторону, пропуская старшего в комнату, — заходи, коль пришел.       Минхо нервничает и даже, наверное, боится, но поговорить спокойно всё же надо, поэтому он делает неуверенные шаги, проникая в обитель своего искусителя.       — О чем поболтаем? — равнодушно спрашивает Хан. — О погоде или о новинках на нетфликсе?       — Я хочу попросить тебя перестать так вести себя со мной, — присаживаясь на край кровати, Ли поднимает на младшего взгляд.       — Как? — делая вид, что не понимает о чем речь, спрашивает Джисон.       Минхо делает глубокий вдох и перефразирует:       — Просто можешь перестать меня трогать?       — Нет, — коротко отвечает Хан, отворачиваясь к окну.       — Почему?       — Потому что мне нравится тебя трогать, — пожимает плечами Джисон. — Не могу отказать себе в этом удовольствии.       — Да что плохого я тебе сделал, черт возьми? — начинает раздражаться Ли.       — Ничего, — Хан снова пожимает плечами и поворачивается в сторону старшего, явно желая посмотреть, как тот бесится. — Но и хорошего — тоже.       — Что мне сделать, чтобы ты отстал от меня? — Минхо старается немного угомониться, но получается плохо. Он хмурит брови и смотрит зло на младшего.       — А что ты можешь мне предложить? — коварно интересуется Джисон, видя, как у Ли начинает подгорать.       — Я не знаю, — отрешенно бросает он. — Что ты хочешь?       — А ты сделаешь всё, что угодно? — младший делает пару медленных, но уверенных шагов в сторону Минхо.       — Смотря, чего ты хочешь, — Ли нервно сглатывает, чувствуя, как растет напряжение.       — Секс, — легко выдает младший, а у Минхо челюсть отвисает.       — Ч-что? — переспрашивает неуверенно, надеясь, что ему послышалось.       — Секс, — громче повторяет Джисон, втягивая щеки, и добавляет: — в обмен на твою свободу, конечно.       — Может тебе еще и отсосать? — выпаливает Ли.       — Можешь, — спокойно отвечает младший. — Если очень хочется, почему бы и нет?       — Ты реально извращенец, что ли? — недоумевая, интересуется Ли, поднимаясь с кровати.       — Хочешь это выяснить? — Хан подходит практически вплотную к старшему с самодовольной улыбкой.       — Нет, — испуганно произносит Минхо, собираясь просто уйти, но рука Джисона преграждает ему путь. — Серьезно? — Ли вскидывает бровь. — Пропусти меня.       — А ты мне что? — откровенно издевается младший.       — Тебе сколько, семь? Что за игры?       — Не семь, но поиграть я люблю, — облизывая губы, Хан прикусывает нижнюю и делает шаг вперед.       Ли пятится, остерегаясь, потому что не угадаешь, что у младшего в голове. Когда крепкая ладонь ложится на его правую ягодицу, он чуть ли не подпрыгивает на месте. Минхо собирается оттолкнуть Джисона, но вторая рука младшего крепко обхватывает одно из его запястий, заставляя захлопнуть рот.       — И что дальше? — нервно сглатывая, спрашивает Минхо, когда его лопатки упираются в холодную стену. — Изнасилуешь меня?       — Тебе бы этого хотелось? — в самые губы старшего произносит Хан.       — Что? Н...       Ли не успевает договорить, потому что младший впивается в его губы своими, сразу проникая внутрь юрким языком. Минхо, может, и хотел бы посопротивляться, но нежные пальцы на его запястье и шаловливая ладонь, крепко сжимающая задницу, просто не позволяют быть напряженным достаточно. Он практически растекается лужицей от происходящего, мысленно ненавидя себя всей душой.       — Мм, хён, — томно шепчет младший, разрывая поцелуй, — ты такой привлекательный, когда не противишься.       Ли хохлится, собираясь что-то ответить, но пальцы давят чуть сильнее на нежную кожу. Он прикрывает глаза и открывает рот, жадно глотая воздух.       Рука младшего соскальзывает с его ягодиц, перемещаясь выше и залезая под футболку, поглаживающими движениями проходится по пояснице и останавливается на боку. Джисон впивается пальцами в нежную гладкую кожу до побледневших следов и вторая рука ненароком давит на запястье старшего сильнее, вызывая полустон-полувсхлип.       — Нравится? — снова ухмыляясь, спрашивает Хан, хотя и так знает ответ.       Минхо молчит и младшему это не нравится. Он просовывает свое колено между ног Ли, раздвигая их в стороны, и упирается бедром в очевидное возбуждение.       — Скажи, хён, тебе нравится? — повторяет Джисон, проводя кончиком носа по изящной шее.       Ответ снова не следует и Хан злится, больно прикусывает ключицу, заставив старшего вскрикнуть.       — Ответь мне, хён! — шипит младший.       — Нравится, — судорожно выдыхая, всё же выдавливает из себя Ли.       Джисон улыбается уголками губ и зализывает укус, вслушиваясь в стоны старшего, который их отчаянно подавляет. Ему снова не нравится. Он полностью отпускает Минхо, который не сразу это осознает, но спустя пару мгновений открывает глаза.       — В-всё? — тихо спрашивает, пытаясь отдышаться. — Я могу идти?       — А ты хочешь? — вопросом на вопрос отвечает Хан, насупившись.       Ли едва заметно кивает.       — Иди, — холодно бросает младший, отходя в сторону.       Минхо делает несколько шагов в сторону двери и останавливается, снова прикрывая глаза, но уже от собственного бессилия, потому что на самом деле хочет остаться. Стыдно признавать, но он очень хочет остаться.       — Передумал? — Джисон облизывает губы и прищуривается.       Хан подходит сзади и обвивает талию старшего руками, проводя одной из ладоней чуть ниже, надавливает на его возбуждение.       — Хён хочет продолжения? — Джисон мажет языком по загривку, заставляя Минхо вздрогнуть.       Старший снова слегка кивает, в подтверждение, но Хану мало.       — Я хочу слов, хён, — слегка царапая нежную кожу внизу живота Ли, Джисон продолжает: — скажи, чего бы ты хотел?       Минхо снова молчит, но лишь потому, что не знает, а что ему, собственно, нужно сказать? Чего он хочет? Максимум, который приходит в голову — помощь младшего руками. На большее его светлый разум не изощряется.       — Пока ты придумываешь, чего же ты всё-таки хочешь, — начинает Хан, слегка касаясь губами шеи старшего, — встань на колени.       — Ч-что? — вдруг подает голос Ли.       — На колени, хён, — громче и грубее повторяет Джисон, разворачивая старшего к себе лицом, и проводит подушечкой указательного пальца по его скуле. — На колени.       Густой туман в голове не желает рассеиваться и все отголоски здравого смысла теряются в нем. И Минхо сам не знает почему, но опускается. Он даже никогда ничего подобного не делал прежде. Как ему быть? Шестеренки мозга полностью отказываются крутиться, и он просто смотрит на ширинку младшего перед собой, а потом поднимает взгляд, словно в поиске подсказок.       Хан кладет свою ладонь на его щеку и нежно поглаживает, в этот раз почему-то улыбаясь иначе — добрее, что ли — не как прежде. Ли сглатывает вязкую слюну и тянет руки к кромке джинсов младшего. Пальцы путаются, но тем не менее он достаточно быстро расправляется с ненужной вещицей, расстегивая и приспуская до колен.       Минхо крепко сжимает челюсти и стягивает с Хана последнюю преграду — боксеры. Ли собирается с духом и тянется к возбуждению младшего сначала ладонью, обхватывая член в кольцо из пальцев, и пару раз двигает кистью вверх-вниз. Когда его лицо приблизилось к члену ровно настолько, чтобы язык, будь он высунут, коснулся влажной от предэякулята головки, Джисон вдруг останавливает его. Одна рука младшего снова ложится на запястье Минхо, вынуждая того тихонько заскулить, а вторая — касается его губ.       — Я хочу, чтобы ты попросил, — лукаво произносит Хан, убирая ладонь от его рта, ненадолго задерживаясь на губах и оттягивая нижнюю.       Ли не совсем понял, что именно он должен попросить, поэтому поднял голову и виновато-растерянно посмотрел вверх.       — Попроси разрешение, — уточнил для него Джисон и чуть сильнее сжал хрупкое запястье. — Ну же.       — Можно я тебе отсосу? — неуверенно проговорил Минхо, ужасаясь тому, что вымолвил такое.       — Почему? — задает новый вопрос Хан.       Ли готов вскипеть, потому что он не понимает снова. Что, черт возьми, почему? Только он был готов открыть рот, Джисон сильнее сжал его запястье и агрессия улетучилась сама собой, а ответ на вопрос не пришел, а прилетел в голову.       — Потому что я хочу, — прикрывая глаза, он опустил голову.       — Хороший хён, — самодовольно произнес Хан.       Минхо еще не осмыслил полностью сказанного, посему ни стыда ни смущения особого это не вызвало, лишь желание. Он потянулся к члену младшего и, высунув язык, облизал сначала уздечку, потом перешел на венку, расположенную чуть ниже, а после уже накрыл губами головку, слегка посасывая.       Он всегда думал, что это достаточно противное занятие, но сейчас вдруг занавес спал и чужой член во рту ощущается даже приятно. Ли бы сравнил это с обычным облизыванием любого другого участка кожи, только намного нежнее.       Распробовав немного, Минхо сделал попытку насадиться глубже, но больше, чем на треть, взять не получалось, рефлексы как ни крути в деле. Он решил помочь себе рукой, начиная активно ею двигать в такт движениям головы. Хватка Хана на запястье ослабла и реальность по крупицам начала вырисовываться в голове старшего. Ли вдруг стало неловко от звуков хлюпанья и собственных причмокиваний.       — Если бы только мог видеть себя со стороны, хён, — послышался томный голос сверху. — Ты так усердно сосешь. Вкусно, наверное, — хихикнул Хан.       — Вкусно, — в тон ему ответил Минхо на автомате, не вынимая член изо рта и лишь уперев его в щеку, от чего звук получился приглушенным.       У Ли мгновенно вспыхнули щеки, а Джисон подавился воздухом от такой развязной незамедлительной реакции. У младшего звездочки засияли перед глазами и промелькнуло желание начать грубо глубоко толкаться в горло Ли, задавая собственный темп, но было нельзя — такого хён не потянет.       Хан настолько быстро замельтешил, что Минхо даже не понял, что происходит. Он опомнился лишь в тот момент, когда, стащив с него практически всю одежду, за исключением футболки, Джисон устроился меж разведенных ног Ли.       Старшего тотчас охватила паника. Чего-чего, а такого он точно не хотел и был совсем не готов. Он резво начал вырываться и затараторил:       — Нет-нет-нет, не надо, стой.       — Тшш, — Хан попытался ухватить его за запястья, но Ли был сильнее и шустрее, посему не получилось.       — Нет, Хан~и, не вздумай, — заскулил старший. — Пожалуйста, нет, не надо, — его голос чуть ли не срывался и каждое движение Джисона не делало лучше, а лишь усугубляло ситуацию.       — Хён, посмотри на меня, — ласково попросил младший, но у Ли, кажется, уже началась истерика, потому что, когда Хан все же схватил его руки, он чуть ли не укусил его.       — Пожалуйста, не надо, Хан~и, если хочешь, кончи мне в рот, но не надо так, пожалуйста, — не оставляя попыток выбраться, практически кричал старший.       Джисон не на шутку испугался за Минхо, он впервые видел его в таком состоянии, но испуг самого Ли, конечно, был в разы сильнее. Хан немного подвинулся вперед, садясь сверху на бедра старшего, показывая этим жестом, что он ничего не делает. Ничего из того, что так страшило Минхо.       — Хан~и, — проскулил он.       — Тшш, — Джисон притянул старшего за предплечье к себе, заставляя приподняться. — Всё хорошо, хён, — шептал он, обнимая Ли за плечи и поглаживая по голове в успокоительном жесте.       Минхо прижимался вздымающейся грудью к младшему, позволяя услышать свое биение сердца. Судя по частоте ударов, это самое сердце вот-вот точно выпрыгнет наружу.       — Хён, — когда тот чуть отдышался, его позвал Джисон. — Посмотри на меня, хён.       Хан коснулся кончиками пальцев его подбородка, слегка приподнимая вверх, и стер подушечками несколько скатывающихся слезинок.       — Прости меня, — он тихо произнес, — я не хотел, чтобы всё получилось так.       Минхо не ответил, но кивнул, очевидно, в знак принятия извинений. И Хан улыбнулся, вовлекая старшего в нежный, робкий поцелуй. Когда Ли чуть расслабился, Джисон разорвал поцелуй и чмокнул его в нос, в щеку, перебираясь на шею и вырисовывая языком узоры. Чуть поиграв с чувствительной кожей, Хан последний раз чмокнул его за ушком.       — Хён, я не сделаю ничего плохого, хорошо? — прошептал младший. — Ты мне веришь?       Минхо неуверенно кивнул и вдруг резко переместил свои руки, находящиеся по бокам от него, на спину Джисона, который сидел на нем, словно пытаясь задержать.       — Хён, я просто тоже сделаю тебе минет, скажем, в качестве благодарности, ладно? — мило улыбнувшись, спросил Хан.       Ли напрягся снова, но руки убрал. Джисон же не спешил — снова начал с поцелуев в шею, ключицы, грудь, живот, спускаясь влажной дорожкой вниз и вызывая тихие томные вздохи. Когда губы Хана коснулись головки члена, Минхо не смог сдержать стон и прикусил ребро ладони.       Джисон же коснулся его другой руки, обвивая ладонью чувствительное запястье, и нежно стал поглаживать выступающие венки, иногда надавливая для пущей чувствительности. Хан активно двигал головой и даже не помогал себе руками, насаживаясь практически до основания.       Когда Ли отпустило волнение, а колени перестали подрагивать, Джисон чуть шире раздвинул его ноги, делая вид, что устраивается поудобнее. А пальчики скользнули вниз по мошонке, ласкающими прикосновениями.       Минхо даже не обратил внимание, что подушечки чужих пальцев уже касались сжатого колечка мышц, но Хан не торопился. Он старательно отвлекал старшего своими действиями и, понимая, что Ли практически на пределе, все же ввел в него один палец массирующими движениями.       Старший чувствовал себя на грани с будоражащим все нервные окончания чувством удовлетворения, и совсем не заметил коварства Джисона. А как тут заметишь, когда Хан так умело работает ртом, да еще и стимулирует эрогенные зоны. Ли потерялся в своих ощущениях в тот момент, когда положил свою руку младшему на затылок, надавливая, и, кажется, без какого-либо одобрения кончил ему в рот.       Хан терпеливо принимал всё происходящее, слегка прикрывая глаза и морща нос, он отчаянно пытался найти внутри хёна заветный комочек. Сегодня удача была на его стороне, потому что буквально спустя пару секунд, как он выпутался из волос младшего, прогнулся в спине, громко застонав. Джисон же победно ухмыльнулся, гордясь собой       — Хан~и, — словно задыхаясь, прошептал Ли.       — Да, хён, — ласково, но всё же с ехидством в голосе, отозвался Хан.       — Пожалуйста, — немного помедлив, старший добавил: — сделай так еще раз.       Облизнувшись и пронзив Минхо хитрющим взглядом, Джисон добавил еще один палец и пошевелил уже двумя внутри старшего, заставляя того сладко поскуливать.       Своё возбуждение давало о себе знать, отдаваясь тянущей болью внизу живота, но Хан из всех сил держался, аккуратно растягивая старшего. Он раздвигал пальцы в нем на манер ножниц и, когда Минхо морщился от неприятных ощущений, Джисон нежно, едва касаясь губами кожи, целовал внутреннюю сторону его бедер, иногда тянулся к его стертым коленям, буквально зализывая ранки.       Когда Ли был достаточно подготовлен, Хан убрал руку, вызывая недовольный стон старшего, и немного привстал на кровати, устраиваясь поудобнее. Но в самый последний момент, Минхо подскочил, чуть отодвигаясь.       — Что-то не так? — Джисон мысленно себя готовил к тому, что старший даст заднюю.       — Нет, — Ли неловко опустил взгляд, поскольку у младшего на лице была слишком яркая эмоция злости с растерянностью. — Просто хочу лечь на живот.       Хан помог ему перевернуться, но лечь не позволил, заставляя остаться в колено-локтевой, и притянул к себе ближе за бедра, буквально впечатывая его в себя. Джисон, ловя вспышки бликов перед глазами в виде расплывающихся лужиц, аккуратно вошел в подрагивающее тельце Минхо и остановился, давая возможность привыкнуть. Когда старший начал покачивать бедрами, показывая, что адаптация прошла успешно, Хан сделал первые робкие толчки, которые достаточно быстро переросли в уверенные и размашистые.       Джисон отчаянно хватался за последние ускользающие ниточки здравомыслия, но, когда под тобой столь невероятно красивое тело грациозно выгибается, делать это становится не то чтобы сложно, а скорее не представляется возможным, и Хан теряет связь с реальностью, практически впечатывая старшего в кровать. Минхо уже громко без стеснения стонет и сжимает в руках простынь до бледнеющих костяшек.       Хан хватает старшего за волосы и, чуть потянув на себя, заставляет приподняться. Его руки сами по себе стали блуждать по телу Ли, описывая очертания выпирающих ребер, острых ключиц, тонкой шеи, которую по неволе Джисон крепко сжал. Внутри старшего было так узко и тесно, что Хан почти мурлыкал от удовольствия, и когда Минхо сжал его в себе нарочно, младший почувствовал скорую разрядку. Его рука опустилась на член Ли, начиная стимуляцию нехитрыми движениями, подстраиваясь под его собственный темп.       Внутри было чувство, словно весь мир сжался до размера атома, рождаясь сверхновой и распространяясь молниеносно по всем нервным окончаниям щекоткой. Минхо довольно быстро рухнул на кровать, утыкаясь носом в подушку, а Джисон еще какое-то время остался в полусидячем положении.       Хан посмотрел на тушку старшего, расположившуюся рядом, и что-то было не так, хотя бы потому, что его ладошки накрывали его лицо, которое лежало на подушке, а плечи подрагивали.       — Хён, — тихо позвал его младший.       — Да пошел ты, — послышался приглушенный всхлип.       Хан смотрел виноватым взглядом, но старший не видел, лишь чувствовал успокаивающие поглаживания по спине теплыми ладонями, которые иногда касались округлых половинок, скользя ниже поясницы.       Джисон не находил слов, не знал, как правильно спросить, а у Минхо все чувства перемешались от смущения и стыда до злости и ненависти, посему хотелось не говорить, а как минимум — врезать.       Ли собрался с мыслями и поднялся. Решил просто уйти. Не нужно ему это всё. Ему нужно только в душ, а остальное пусть остается на совести младшего. Он быстро натянул на себя джинсы, футболку и, забрав еще пару вещей, которые решил не надевать, направился на выход.       — Просто уйдешь? — с досадой спросил Джисон.       — Да, — стоя спиной к младшему, ответил Минхо.       — Но...       — Ты же помнишь наш уговор, — перебил его Ли, — я свою часть выполнил, теперь твоя очередь.       Хан не сразу понимает, о чем говорит старший, но вдруг вспоминает, как сам предложил переспать в обмен на то, что отстанет от Минхо.       — Надеюсь, что больше не увижу тебя ближе, чем в паре метров, — бросил Ли и вышел.       Конечно, Минхо понимал, что увидит, потому что им еще долго работать вместе, но очень рассчитывал на то, что младший хотя бы просто не будет приближаться, не будет разговаривать с ним без особой нужды и просто оставит в покое.       Хан же думал, что оно того не стоило. В сущности практически всё было безупречно прекрасно, но изначально он хотел лишь немного подшутить над старшим и не более. Обернулось, конечно, всё не так, как он ожидал. Не то чтобы он о чем-то жалеет, но невозможность теперь быть рядом с хёном как-то не воодушевляла.       Можно было бы забить на свое обещание, но он же мужчина — он должен держать свое слово. А значит нужно забить на Минхо — это единственный выход. Но сердце почему-то предательски ёкает и так тягостно становится на душе.