Мрачные сердца (в ожидании грозы)

– Чёрт возьми, Поттер, неужели это было так необходимо? – стеная и отряхиваясь, протянул Драко, с резким хрустом поднимаясь с пола и придирчиво осматривая все свои длинные конечности. – Ты как будто впервые совершаешь парную аппарацию. Из-за тебя я повредил колено и брюки, а они, между прочим… – О, да заткнись ты уже! – отмахнулся Гарри. – Слишком много нытья и слишком мало восхищения моей беспалочковой магией. Драко возмущенно нахмурился, собираясь продолжить свою тираду о том, что Поттер непроходимый идиот, из-за которого они буквально упали на пол гостиной, но Гарри оказался быстрее. Он в пару шагов преодолел расстояние между ними и прильнул к телу Драко своим, варварски прижимаясь влажным ртом к его челюсти с таким видом, словно она была самой роскошной сладостью, которую он только имел удовольствие видеть. – Я верю, что твои великолепные губы умеют смыкаться с профессиональной точностью не только вокруг члена. Как считаешь, можешь ты хоть немного помолчать? – Гарри стал спускаться поцелуями по бледному горлу, всё больше кусаясь и оставляя после себя яркие пятна на чувствительной коже. Драко втянул воздух и отклонил голову назад. – Возможно, ты делаешь слишком незначительные вещи, Поттер. Знаешь, такие, которые не могут заставить меня замолчать, – руки Драко сами потянулись вперед, пальцами зарываясь в мягкость волнистых тёмных вихров. Он на пробу пробежался кончиками по покатой голове Гарри, почти ласково оглаживая уши. Это было странно. Но, кажется, уже ничего нельзя было поделать. Это продолжало происходить с ними, и оставалось только позволить себе падать, проваливаясь в беспамятство, в воды удовлетворения и жадности. – Плохо стараешься, – прибавил Драко просто из упрямства, хотя его тело, покрытое мурашками, так и кричало об обратном. Гарри тепло засмеялся, оставляя очередной засос. Он всегда так смеялся – тепло и искренне, позволяя звукам вылетать с пугающей безмятежностью. Сердце Драко сжалось и затрепетало в груди от этого шелестящего смеха. Словно котенок, который бежит за бантиком, увлеченный игрой, счастьем и солнечными зайчиками, он зажмурился, переживая внутреннюю истерику, полную ужаса и эйфории. Скользкие от слюны губы Гарри коснулись ключиц Драко, и, беззаботно расстегивая его рубашку, он прошептал: – Плохо стараюсь? А по тебе и не скажешь. Ты дрожишь. Гарри продолжал делать это. Он просто планомерно проникал внутрь, без стука и разрешения, срывал замки, таблички и загораживающие элементы, и встраивался, встраивался, встраивался, сливаясь с пульсом и кровью, с дыханием и жаром. Драко прикусил язык, чтобы не начать стонать от всех этих мелочей, – от того, как Гарри порхал по его телу, перемещаясь от ушей к груди; от того, как Гарри был уверен, прост, бесхитростен в своих желаниях, а потому невероятно притягателен; от того, что его глаза горели теплым зеленым пламенем, и сам он ощущался, как кто-то, кто был надежным, стойким и правильным. Нужным. Важным. Подходящим, прости господи его грешную душу. Теряясь в ласке и жадности, с которой Гарри продолжал целовать его, Драко даже забыл возмутиться тому, что его драгоценный галстук теперь валялся на полу, а сам он был прижат к холодным кирпичам камина, который давненько никто не чистил. Когда Гарри положил ладонь ему на задницу, без лишней скромности сжимая кожу, Драко открыл глаза и выпрямился. – Стой. Ты же говорил, никакого секса! – А это разве секс? – рука Гарри поплыла дальше по телу и остановилась в районе ширинки, тут же прижавшись к уже вставшему члену. – Или это? – он сгреб мошонку через ткань брюк Драко и снова окружил его ухо вязким шепотом. – Кажется, кое-кто совсем не против. Не пытайся обманывать, Малфой. Драко выругался и потерся – слегка! – о ладонь. – Ты сводишь меня с ума своим переменчивым настроением. То да, то нет. То хочу, то не хочу. То буду, то не могу. Я скоро чокнусь. – И ты ничем не лучше. Гарри резко убрал руку и сделал пару петляющих шагов назад, продолжая весело улыбаться. Задыхаясь от возмущения, Драко смахнул челку со лба. – Хотя знаешь, Малфой, возможно, я передумал. Возможно, я готов отвести тебя в спальню. А может быть и нет. Пока никак не могу понять. Не поможешь определиться? Драко потер лицо руками в пустых попытках отыскать капельку гордости. Он терял контроль и хватку – и у него катастрофически не получалось оставаться в роли придурка, потому что, кажется, Гарри нашел отличное противоядие. Он просто делал, что хотел, просто смотрел на него своими глазищами, трогал своими руками, привел к себе домой, он… Драко прокашлялся. – Я предлагаю начать с кофе. Гарри просиял. – Я думал, ты уже никогда не предложишь.

***

Гарри чувствовал себя до ужаса нелепо, когда пытался нащупать нужный ключ в темноте. Мрак ночи не располагал к поиску маленьких предметов, имеющих свойства теряться и при лучшем раскладе, а палочка застряла в заднем кармане, и никакие силы не могли её достать, пока всё вокруг было таким крохотным и тесным. – Ты уверен, что это хорошая идея? – ворчливо протянул Драко, толкаясь за спиной на узком крыльце. – Я уже сказал тебе, что да. – Когда ты так говоришь, я начинаю думать, что на самом деле это полный кошмар. Гарри раздраженно дёрнулся – на дне левого кармана вместо ключа он наткнулся на вечно-острую иголку, которую Дебби подкинула ему на прошлой неделе, а он и не заметил. – Можешь ты там помолчать? Драко закрыл рот, но через несколько секунд снова продолжил, не унимаясь: – Представляешь, как мы выглядим со стороны? Как щенки, которые пытаются проникнуть на чужую территорию под покровом ночи. Люди подумают, что мы разбойники и мародеры, и завтра эта информация будет во всех газетах. Закатывая глаза, Гарри слизнул капельку крови, выступившую на пальце, и протянул иголку Драко, не решаясь бросать её просто так где ни попадя. С его удачей он же на неё и наступит в следующий раз. – На-ка, подержи лучше. Естественно, Драко тут же укололся. Нелепый придурок. – Фу, блядь, это ещё что за гадость? – Иголка. – Зачем ты таскаешь её с собой? Жалкое орудие пыток, не годное ни на что, кроме как исподтишка ранить честных жителей Англии. Гарри продолжил рыться в кармане, полном всякой чепухи, ощущая себя помесью Хагрида и миссис Фигг. – Дебби подкинула мне её, видимо, ради смеха, – рассеянно протянул он, наконец, выуживая нужный и ставший изрядно липким ключ. – Её забавляют мои маты. – Вы ненормальные, – рука Драко легла на спину Гарри, и он стал тыкать его в лопатки пальцами, нетерпеливо ёрзая на месте. – Долго ты ещё будешь копошиться? Я уже чувствую, как за нашими спинами собираются репортеры «Пророка» с Панси в главной роли. Так и вижу заголовки утреннего выпуска! «Двое попытались проникнуть в очаровательный книжный магазин ради мелкого грабежа. Несчастные бедняки разворовали кассу, обогатившись на двадцать четыре сикля и заполучив атлас по различиям русалочьих хвостов. Такова участь некогда известного Гарри Поттера и его соучастника, великолепного Драко Малфоя, вернувшегося на арену эпатажа спустя годы жизни за рубежом». Окончательно потеряв терпение от потока чуши, которую Драко генерировал со скоростью света, словно только для этого и был создан, Гарри выдохнул: – Кретин, я здесь работаю. Я имею право приходить сюда, когда мне заблагорассудится. Наконец, отперев дверь, он вошел внутрь и палочкой зажег вечные свечи, расставленные по периметру зала, развевая полумрак. Помещение тут же окрасилось розоватым румянцем. Всё это не впечатлило Драко. Он бывал в «Самоцвете» десятки раз, специально подгадывая дни, когда Гарри не работал, – тогда он приходил, чтобы пообщаться с Дебби и Сирой, а иногда и просто чтобы приобрести себе какую-нибудь новую книгу или побродить среди ненадежных полок, которые так и грозились свалиться на голову какому-нибудь неудачнику типа него. Лениво бросив взгляд в секцию «Магическое кадровое делопроизводство», Драко остановился у кассы, больше не проявляя никакого интереса к антуражу. Если это и удивило Гарри, он не подал виду и просто поманил Драко в свой кабинет. Драко опустился на стул, который в другое время Гарри использовал как подставку для какао на вынос, и со смешком произнес: – Итак. Кофе? – Кофе. Гарри заварил им по две здоровые чашки в подсобной кухне, и они вышли на крыльцо сада, где Гарри часто обедал с Дебби. Это было странно – идти сюда с кофе и Драко, но Гарри легко откинул эту мысль подальше. Всё стало странным, и, наверное, стоило начать привыкать, а не изумляться. Призвав магией пару продавленных подушек, они опустились на землю, наконец, полностью расслабляясь и выдыхая. Очередной длинный вечер для них двоих, переросший в ночь. Это становилось традицией. – Мне всегда нравился этот двор, – осторожно произнес Гарри, согревая пальцы о бока пузатой кружки в виде красного барабана. – Хотя Дебби уверена, что он пришел в ужасное запущение, а Невилл беспокоится, что не сможет стабилизировать почву перед посадками. Но мне всё равно нравится. Что-то в нем есть, а? Гарри покосился на Драко, в глубине души ожидая, что тот начнет высмеивать его слова, потому что дворик был весьма убогим, маленьким и не располагал ничем, что могло бы взбудоражить фантазию. Вероятно, этот дворик можно было высмеять без зазрения совести, но Драко не сделал ничего подобного – вместо этого отхлебнул кофе, поставил чашку между их ногами и кивнул. – Я знаю. Мы встречались с Невиллом, чтобы обсудить проблемы с почвой. Он рассказал мне, что совсем скоро здесь будет какое-то ультра-сборище эпатажных магов под видом благотворительности. Он переживает. Гарри досадливо нахмурился, удивляясь внезапной осведомленности Драко. – Ты не говорил мне ни о чём из этого. Драко только пожал плечами, безмятежно смотря на чернильное небо, затянутое полупрозрачными облаками. Всё становилось проще под покровом ночи. Даже дышалось легче. – Так ты не спрашивал, Гарри. Какое-то время они молчали, расположившись во взаимном умиротворенном оцепенении. Тихая ночь в тихом саду для двух тихих, влюбленных и уставших людей – идеальное сочетание. – Ещё кофе? Драко помотал головой. – Мы ведь пришли сюда не ради этого, не так ли? Если быть совсем уж честными. Гарри скользнул пальцем по ободку кружки, вдыхая свежий воздух. Он и сам не знал, зачем они пришли. А кто знал? Но вместо сомнений Гарри произнес: – Это как посмотреть. – В таком случае… Можем ли мы считать нашу ночную вылазку свиданием? Гарри поперхнулся, ощущая, как кофейная горечь пошла не в то горло. – Что? – Ты говорил, что хочешь свиданий. Разговоров. Ну, узнать меня получше, – отлевитировав кружку в сторону мастерской, Драко развернулся к Гарри лицом. Камушки-заколки поблескивали в его растрепанных светлых прядях, и он продолжал оставаться самим собой – до боли красивым и до боли нужным. Странно-уязвимым и странно-уверенным. – Разве это не то, чем мы сейчас занимаемся? Пьем кофе, разговариваем, узнаем друг друга получше. Сидим под ночным небом. Слащавее некуда. В сущности, всё так и было. Кто-то сказал бы, что они просто пили не самый лучший кофе холодной апрельской ночью в не самом красивом и подходящем месте. А кто-то, например, Дебби или Джинни, сказал бы, что они пили охуеть какой крутой кофе под светом мелких звезд, что само по себе являлось пиком красоты и романтики. Гарри неглубоко вдохнул и осторожно произнес: – В некотором роде это можно считать свиданием, но только если ты хочешь. – Отлично, потому что я… – щеки Драко порозовели, но он не отвел взгляд. – Хочу попробовать все эти штуки. Я не умею и не знаю, как всё правильно делается, если честно, и мне очень страшно всё испортить, но я хочу попробовать. С тобой. Пару секунд Гарри смотрел на него, словно не мог поверить в сказанное, а после его губы растянулись в пугающей улыбке, и он сгреб Драко в объятия. – Начало нашей истории было паршивым. Думаю, сложно будет облажаться ещё сильнее. – Если ты сломаешь мне ключицы в своих медвежьих объятиях, ты сможешь облажаться ещё сильнее. Впрочем, Драко был из тех людей, кто любил медвежьи объятия, просто Гарри ещё об этом не успел узнать. Но всё было впереди.

***

– Итак, скажи мне, когда мы стали считать это хорошей идеей? Драко застонал и насадился на два пальца сразу, смотря на нависающего сверху Гарри глазами человека, который был готов вот-вот свалиться от сердечного приступа. – Я бы сказал, что всё началось с Шута. Но на самом деле всё началось с падения «Объяснение базовых теорем по арифмантике» прямо мне на голову. Именно тогда-то мы и встретились. Драко поерзал на пальцах и выгнулся, когда костяшки мазнули по простате. Гарри Поттер всё делал хорошо. Даже трахал его, как надо, хотя и делал это впервые. Драко зажмурился, задыхаясь от восторга, – его член очень удачно терся о подтянутый пресс Гарри. – Блядь, не смей говорить всякую чушь, пока ты буквально трахаешь меня пальцами! Гарри улыбнулся этой своей улыбкой, которую Драко мечтал слизать и оставить только для себя, вытащил руку почти до конца, чтобы капнуть ещё немного смазки, и вернул пальцы обратно, игриво кружа у входа. – Я ещё даже не начинал… Любовь была странной, решил про себя Драко. Но, наверное, она стоила того, чтобы попробовать? – Я вытрахаю из тебя все мозги, Малфой. Буду трахать, пока ты не забудешь всю херню, которую успел придумать твой остроумный мозг, – Гарри навалился сверху, прижимаясь губами к тёплой шее и целуя её развязными болючими поцелуями. – А потом кончу внутрь и попробую дотянуться до твоего мрачного сердца своим членом. – Ты ужасен, – еле слышно шепнул Драко, растворяясь в удовольствии и теряя последнюю кроху самосознания. – Это даже не горячо. Вообще-то это скорее крипово. Гарри неопределенно кивнул и прижался к губам Драко своими, продолжая удерживать пальцы внутри его задницы. – Но тебе это нравится. – Сам удивляюсь, почему. Любовь определенно стоила того, чтобы попробовать. Драко был уверен.