Живем один раз?

Ресницы будто были сшиты нитью из паутины. Казалось, что раздирая ее, Мир прорубал себе путь по заросшей дороге в реальность. Освободившись от пут, он еще долго моргал, пытаясь сфокусировать зрение. Зрачки уставились на черный гладкий пластик ручки у самой крыши, а затем спустились чуть ниже на окно. Там виднелся розовый рассвет. Постепенно включались и остальные органы чувств. В носу защекотал тяжелый металлический запах, а по коже вдоль торса побежала на разведку стая мурашек. Столкнувшись с тянущим ощущением, они судорожно возвратились обратно, извещая память о необходимости напрячься. Мир сглотнул. Это далось тяжело. Ком в горле упорно не двигался с места, из-за чего тело содрогнулось в приступе кашля. — Мир… — послышался шепот со стороны ног. — Мир, ты как? — Попить, — просипел он в ответ. — Дай… Зажмурившись от неприятных ощущений, Мир в этот раз ограничился одним органом чувств — кожей. На губах вдруг очутился плотный пластик бутылки, обхватив которую он жадно начал высасывать воду. Кашель прошел, но сухость осталась. Промакнув веками глаза еще пару раз, Мир сосредоточился на обстановке, прежде чем вновь напрячь горло. Он лежал на заднем сидении авто, накрытый собственной курткой на голое тело. Ноги были согнуты и жутко болели — их все это время Кит держал в одном положении. Он едва помещался, но лишний раз не двигался, чтобы не тревожить друга. На первый взгляд не ясно, спал ли он вообще, но помимо замученного выражения лица в его образе добавились незначительные изменения: он снова надел наушники и подвернул край шапки, спрятав динозавров. — Лучше? — тихо спросил Кит, удерживая колени Мира одной рукой. Тот в ответ лишь кивнул. — Знобит? — Не дожидаясь ответа, он потянулся к чужому лбу и приложил к нему ладонь. — Я был просто в полнейшей панике… Его глаза мгновенно намокли. Намокли, но ни единой слезинки не вырвалось наружу. Кит нахмурился и опустил взгляд. Он взял паузу, чтобы голос предательски не ломался. — Я отрубился, — утвердительно просипел Мир, хоть и хотел изначально задать вопрос. На это повлияла новая деталь, открывшаяся взору — на руках Кита до сих пор остались засохшие следы чужой крови. — Да, — подхватил Кит. — Рухнул как тряпичная кукла. Я от испуга затолкал тебя в машину и рванул прямо по дороге, думая, куда ехать. В больницу нам нельзя было соваться, — он невесело улыбнулся. — Ты бы не одобрил. Оставалось только справляться своими силами, и я поехал по навигатору в ближайшую аптеку. Пока Кит продолжал свой рассказ, Мир спустил куртку, чтобы посмотреть на ранение. К удивлению, самые страшные фантазии не оправдались — рука была на месте. Аккуратно забинтованная, с давящей повязкой, она была прижата к груди шерстяным шарфом Кита, узел которого был на шее и создавал Миру ощутимый дискомфорт. — Пуля прошла по касательной. Сейчас, конечно, смешно о таком говорить, но мне было не до смеха: я все делал по роликам из ютуба. Ставил телефон, включал свет в машине и рассматривал твою рану. Крови было много, потому что задето много сосудов. Артерия точно была в порядке, а вот с венами я до сих пор не уверен… Мир переместил взгляд от рассказчика на салон авто. Везде были страшные кровавые разводы, будто не по касательной пуля прошла, а раздавило его целым танком. — Шить ничего не стал. Да и не смог бы. Засыпал антисептик, наложил повязку и забинтовал. Пришлось на всякий случай еще и антибиотик колоть, так что если задница болит, прости… Переваривая услышанное, Мир продолжал включаться в реальность. Сначала дернул целой рукой, чтобы приподняться и посмотреть на мир вертикально. Затем уперся спиной в дверь, ощущая покалывание в пятой точке. А потом заныла раненая рука. Осознав ошибку, Мир расслабил ее, позволив болтаться в шарфе. Дискомфорт, отраженный на его лице, не остался незамеченным. Кит молча сверлил щенячьими глазами то Мира, то свой шарф, и продолжал сиротливо сидеть на краю сидения, оставляя раненому больше места. — Я твой должник, — выдал Мир, прочистив горло. Он хотел сказать гораздо больше, но не мог. Тяжело было выразить то, что он постепенно начинал чувствовать. Перед ним сидел не просто человек, которого он знает пару дней. Перед ним сидел самый настоящий друг, который не бросил его умирать одного. Который сам подставился и рисковал собственной шкурой. Мир бы никогда не смог сделать столько же, сколько Кит на чистом адреналине, желая его спасти. — Нет, — слабо отмахнулся он. — Это я тебе долг вернул. — Сравнил ты конечно — тарелка супа и моя жизнь, — прыснул Мир. — Я, типо, такой себе человек, но все же не наравне со жратвой. Кит улыбнулся. Впервые с пробуждения Мира. Искренне и без страха, скромно обнажив белые зубы. — Как ты себя чувствуешь? — На троечку. — По пятибалльной? — По десяти. Заметив прежнее волнение в карих глазах напротив, Мир не сдержался и криво улыбнулся, опустив голову. Только собираясь ее поднять, он вдруг ощутил, как вокруг здорового плеча обвилась рука, а вслед за ней растеклось тепло по правой щеке. Кит без спроса накинулся на него с объятиями, да такими крепкими, что у Мира даже не было возможности тут же возразить. Хотя он и не собирался. — Слушай, — тихо начал Мир, чтобы сохранить положение неизменным. Кит засопел над самым его ухом и сжал холодные пальцы на оголенной спине. — У тебя есть все для нормальной жизни. С предками еще все может наладиться… — К чему ты клонишь? — К тому, что нахрен такие риски. Я как черная дыра — притягиваю к себе и убиваю. Предков, друзей, всех вообще… — Мир, это не так, — возразил Кит. Он хотел оторваться, но Мир надавил ему на спину, не дав это сделать. — Если еще раз произойдет че-то подобное — вали нахрен. Не подставляй свою жопу, тебе это не нужно. Не надо вытаскивать меня, закрывать собой от пуль и творить прочие геройства. Твоя задача не сдохнуть вслед за мной. — Нет, — тихо возразил он. — Знаешь, чей ответ? — не думая, огрызнулся Мир. — Ну так все сходится же… Растерявшись, он позволил Киту сесть в прежнее положение и сам неловко замолчал. — Я знаю, что мы с тобой не придем к какому-то общему решению в этом вопросе, — заумно начал Кит, примирительно сложив ладонь на коленку Мира. — Но я попрошу меня не осуждать. Это не были действия из необдуманности. Это было желание хоть что-то исправить в своей никчемной жизни и перестать быть беспомощным, бессильным и проблемным. Я решил поступать так, как хочу сам. Хочу остаться верным себе и своим принципам. Глаза его в тот момент пылали решимостью, будто он реально не пытался Мира в чем-то переубедить. Словно приоткрыл на самую малость душу и вытащил оттуда сокровенное. И с его словами Миру спорить больше не хотелось. Отчасти, наверное, потому, что вместе с раненой рукой, на которой была выбита «воля», подорвалась и его собственная. Мир до сих пор помнил то чувство страха, которое сковало его тело и пригвоздило душу у самых пяток. Запомнил тот хруст надежды, что в очередной раз оторвала от себя куски размером с игральные фишки и выложила на стол перед своим губителем. Мир поставил на кон свое стремление выжить и трясся как подлый трус, принимая неизбежное. Но больше всего он боялся подставить человека, который сидел напротив. Мир осознал, как себя чувствовал его лучший друг, его брат. Как ему было страшно за близких, как он старался быть лучше и вставал лицом к лицу с опасностью, не показывая при этом слабости. Витя был таким ради Мира, а теперь Мир становился таким ради Кита. — Я понял, — пробубнел он. — Я кое-что понял из твоих слов. — Честно говоря, я надеялся, что ты поймешь все, а не только часть… — Нет, — перебил его Мир. — Я слабый и уязвимый, когда один. Но когда я с кем-то — то уязвимее вдвойне. И все вокруг как будто чувствует, какой я трус, и обстоятельства складываются так, чтобы я страдал от этого еще больше. Ну, и люди вокруг тоже. Я хочу сказать… Точнее, скажу по-другому: если ситуация патовая и придется выбирать — выбирай не меня. Так у меня будет больше шансов, понял? — Шансов на что? — нахмурился Кит. — Шансов оставить в живых невиновных. Возможно, он сделал вид, что все понял. А может, просто подыграл раненому, сделав поправку на его состояние. Но думал так Мир недолго. — Ты так зациклен на идее больше не допускать смертей близких, — улыбнулся Кит. Только в глазах его не наблюдалось ни тени радости. — И блин, судьба такая жестокая вещь — вечно делает все наоборот. Свела тебя с человеком, который только и живет ради спасения кого-то. После этих слов его взгляд оттаял. Кит будто жалобно похлопал Мира по голове и снисходительно отвел глаза, не намереваясь больше развивать эту тему. И Миру самому больше не хотелось к этому возвращаться. Они и правда были как два полюса: южный и северный. Кит, словно богатая флорой и фауной Арктика — жизнь вокруг него била ключом. Чего не сказать о Мире, который больше похож на безжизненную Антарктиду. Непригодные, суровые для выживания условия — вот что его объединяло с крайней южной точкой планеты. Наверное, только там ему бы и нашлось место — подальше от проблем, которые он создает. — Давай сделаем перерыв, — устало шепнул Мир. — За жратву убить готов. Кит недоверчиво на него покосился, но тут же следом улыбнулся, не отрывая глаз от друга. — Тут рядом есть магазин. Я схожу сейчас, — не моргая произнес он. — А где мы? — На заправке… Мир протер запотевший край окна и вгляделся в местность. Рядом действительно была заправка. А по другую сторону дороги он заметил замерзшее озеро. Вокруг было ни души, и свежий снег на подъезде так и остался нетронутым. — А заправка эта где? — продолжал он уточнять, стараясь осознать их местоположение. — В Биробиджане. С географией у него были нелады. Не потому, что предмет не интересный, а потому, что вечно менялись учителя. Миру было лень подстраиваться каждый раз под требования разных преподавателей, поэтому он просто забил на зубрежку, а потом и вовсе прогуливал уроки. И название населенного пункта, где они случайно оказались, ничего ему не говорило. — И че, насколько это далеко от Хабара? — Я часа четыре, наверное, мчался, — ответил Кит, попутно натягивая куртку. — Ну, если не брать во внимание время, потраченное на рану. — Тачку бросать надо, — произнес Мир мысли вслух. — А то нас так менты быстрее повяжут. — Бросим, когда на ноги встанешь, — хмыкнул Кит и с улыбкой выполз наружу. Ветер, наспех ворвавшийся в нагретый салон авто, неприятно защекотал кожу. Мир поежился и начал вертеться в поисках своей одежды. Пока он был занят делом, до него наконец дошло, каким неловким на самом деле было его положение. Киту пришлось возиться с его бессознательным телом, надеяться, что он еще жив и не умрет на его руках, а потом сидеть всю ночь рядом, чтобы опять же контролировать дыхание, температуру и прочее. Трудно представить, о чем он думал. И Мир бы так не смог. Но он был безмерно благодарен, что тот снял с него ужасный похоронный костюм. — Вот же гнида, — ругнулся Мир про себя, вспоминая слова Своего. Он ведь чувствовал, что что-то было не так. Мир ведь все прекрасно знал. Только опять понадеялся на то, что не все люди плохие, и потерял бдительность. А вместе с ней чуть не оставил и руку. Когда он с горем пополам натянул штаны и мучился с толстовкой, дверь открылась. Кит заполз обратно с полным пакетом еды. — Подожди, давай я тебе помогу. — Я сам, — пыхтел Мир. — У тебя рука одна. — Две у меня, одна просто на больничном, — огрызнулся он. — Плата за мой дебилизм. — Опять ты начинаешь. Кит вырвал у Мира из руки толстовку и расправил ее, чтобы продеть голову. Больной злобно расширил ноздри, но дал надеть на себя воротник, а потом послушно сунул здоровую руку. — Второй рукав придется пока в карман прятать. Вновь ощутив себя в родных вещах, он остыл. Без слов полез к теплому пакету с едой и даже первый жестом попросил открыть контейнер. Завтракали они жирной, нездоровой, но безумно вкусной едой, из-за которой отвлекаться на разговоры совсем не хотелось. Но любопытство и желание во всем разобраться все же пересилило, и Мир, чавкая, накинулся с расспросами. — Как ты меня нашел? — Во время сирены? Мир кивнул. — Тогда надо с самого начала рассказывать, — Кит отложил контейнер и отпил воду из бутылки. — Я долго сидел за автоматами. Потом мне стало скучно, и я поплелся в сторону фуршета. Там было много людей, поэтому я не сразу заметил, как кто-то задел меня рукой. Мне это показалось странным, и я с опозданием обернулся, обнаружив удаляющуюся спину Крис. Он прервался, чтобы снова попить. — Я подумал, что это сигнал, и поплелся за ней. Только она ни разу не обернулась. Шла так, будто и не звала меня. Когда мы подошли к развилке между туалетами, она вдруг свернула в мужской. — Тупое решение, — вырвалось из Мира. — Меня это даже поставило в ступор. Но когда я зашел, никого, кроме нее, там не оказалось. Крис сразу набросилась на меня с извинениями и сказала, что ты умрешь. Кит сделал паузу. — С нами изначально была Ада… — Я знаю, — влез Мир. — До сих пор не понимаю, почему я сразу все не понял. Это же было так очевидно… — Они ведь очень похожи, — тихим голосом продолжил Кит. — Они из тех близнецов, которых сложно отличить. Плюс, она была без пирсинга… — А я как дурак увлекся игрой. Карты, фишки, одна за одной. И не заметил, как вокруг стало пусто. Прикинь, ко мне за стол сел Свой. Он сделал это так легко и просто, что я… Язык не поворачивался сказать, что Мир едва не наложил в штаны. Но, казалось, Кит понял все без слов. — Он наговорил много всякой чепухи, как обычно. Сказал, что мы лохи, раз не заметили, что гуляли с Адой. А потом сказал, что костюмчик мне подобрали на похороны. Глаза Кита в миг расширились от удивления. А затем наполнились смешанными чувствами, от которых лицо его вытянулось, а губы сжались. — На словах, что он приведет тебя ко мне с деньгами и грохнет, свет погас. Так, че там было вообще? — Ада долго извинялась. Умоляла, я бы даже сказал. Это все оказалось просто нелепой случайностью, что из всех людей в городе Ада решила провести ночь именно вместе с ним, чтобы достать себе наркотики. Она зависимая. — Блять, — ругнулся Мир и отвел взгляд. — Он узнал ее. Узнал, когда Крис нас подобрала у вокзала. Подумал, что это она, а оказалось, что он сорвал куш из близняшек. — Думаю, так и было. Чтобы не подставлять сестру, она решила сделать все сама. Привела нас, достала нам одежду, машину. А потом все же решила предупредить меня, чтобы хоть что-то исправить. Мы вдвоем решили отвлечь всех пожаром. Ада уже бывала тут, и знала, что в казино проблемы с системой пожаротушения. Поэтому темнота была единственным шансом спасти тебя. — Вы че-то сожгли? — Пару занавесок в коридоре отеля этажом выше. Мир хмыкнул. — Меня больше всего добивает, что куда ни сунься — везде траблы с наркотой. Кит вздохнул и продолжил трапезу. А вот Миру кусок в горло больше не лез. — Как ваще можно кого-то так жестко подставлять, — буркнул он. — Ты о чем? — Да о том, что она знала все. Знала, что нас убьют. И как крыса повела себя. — Ну, тогда убили бы ее сестру, — задумчиво продолжил Кит. — Ему от этого никакой выгоды… — В любом случае, Мир, все мы поступили бы также. Каждый стремится защитить своих близких. Даже если выбор дается тяжело. Помолчав немного, Мир все же оставил последнее слово за собой. — Давай просто больше ни с кем не связываться. Кит выразил молчаливое согласие, но явно было видно, что нехотя. Не потому, что смирился, а потому, что усталость окончательно добила его. Он клевал носом, разморенный горячей едой и долгожданным внутренним спокойствием. Промахивался пластиковой вилкой мимо кусочков курицы, но упорно продолжал делать вид, что еще полон сил. Непонятно только, для чего. — Ты спал? — наконец спросил его Мир. — Подремал немного. Прыснув, Мир тут же поднялся со своего места. Он переполз с заднего сиденья на переднее пассажирское, прохрустев при этом всеми возможными суставами. — У тебя время до вечера. Располагайся. Я пока подумаю, че нам дальше делать. — Спасибо, — тихо ответил он из последних сил. Отставив остатки еды подальше, Кит свернулся на боку и тут же отрубился, даже не укрываясь курткой Мира. — Это тебе… — Мир не закончил. Услышал слабое сопение позади и откинулся в кресле, принимая удобное положение. Машина все время с пробуждения Мира была заведена. Их обоих это нисколько не смущало — деньги все еще были при них. И внутри было очень тепло, ведь печка постоянно работала. Помимо нее, Мир решил еще включить и радио, чтобы было не так скучно. Пропустив радиостанции с бесячей музыкой, он попал на чей-то подкаст и решил оставить на фоне, убавив при этом громкость. Спать самому не хотелось. Тело сковали деревянные мышцы, и Мир постоянно вертелся, стараясь устроиться помягче. А от этого всего сильнее заныла рука. Он даже не представлял, что там творилось под кучей повязок и бинтов, но осознавал, что теперь он стал в некотором роде препятствием — его силы сократились в два раза. Теперь придется тратить время на перевязку, продумывать маршрут с учетом пострадавшей руки, а при непредвиденных обстоятельствах — молиться. Нащупав в правом кармане штанов нож, Мир достал его. Мишкин подарок был с ним все это время, как талисман. С пацанами они периодически держали связь, но ограничивались сухими переписками, коротко и по делу. За Мишкой началась охота — его сначала трясли по пустякам шавки Своего, а потом просто стали отбирать всю наличку, если та присутствовала. Глеба не трогали, но не упускали возможности толкнуть или припугнуть где-нибудь по пути со школы. Ребята с этим справляются и Мира ни в чем не винят. А теперь, расскажи он им про ранение, Мир готов поклясться, что начнут даже боготворить — ведь он крутой и не сдох от пули. Только он такое вообще не поддерживает. Витька бы, наверное, леща за такое отвесил. А если хорошо подумать, то не было бы этого ничего, будь он жив. Или если бы были живы родители Мира. Сжав в ладони сложенный нож, он грозно сунул его обратно в карман. Нудная речь по радио теперь резала по ушам и совсем не успокаивала. А Мир и не сразу понял, что напрягся. Боль в плече приняла колющий характер, так что он немедленно потянулся на заднее сидение в поисках обезболивающего. Кит сбросил все в одну кучу на полу. Там был пакет с таблетками, бинтами, даже шприцами и часть его вещей. Откопав нужную упаковку, Мир выпил таблетку и уставился на наушники, которые хотел присвоить себе в первые минуты их знакомства. Недолго думая, он поднял их и надел. Мир, привыкший к своим затычкам, ощущал эти огромные наушники довольно тяжелыми. Тем не менее, добавив новое устройство в телефон, он решил ими воспользоваться и отвлечься любимой музыкой. А потом не заметил, как уснул. Разбудила его тишина. Словно осторожно провела по плечу как кто-то совсем родной, стараясь не испугать. Он даже почти ощутил чье-то присутствие, но на деле просто плейлист закончился слишком неожиданно, и ощущение создалось странное из-за отсутствия звуков. Теряясь на мгновение в пространстве, Мир первым делом проверил телефон: было уже четыре часа. — Ахренеть поспал, — буркнул он про себя, стягивая наушники с головы. Всему виной было обезболивающее. На Мира в принципе все препараты действовали достаточно быстро и сильно, хоть и принимал-то он всего ничего. Один раз слег в стационар с фарингитом, откуда его выписали через два дня, и пару раз уроки пропустил из-за температуры, что снижалась к обеду. Это если не считать порезы, ссадины и рассечения после драк. Все заживало как на собаке. И сейчас он искренне надеялся, что рана не доставит ему лишних проблем и в скором времени сама затянется. С заднего сиденья донесся шорох. После выключенного радио звуки казались гораздо более громкими, чем они были на самом деле. Ведь сразу после возни Мир даже отчетливо расслышал слова в сонном бормотании Кита. — Не уходи… Глаза под веками бегали из стороны в сторону, а пальцы на руках подрагивали. Киту снился очень эмоциональный сон. Для Мира это было в новинку, ведь тот всегда спал тихо и едва ворочался. По этой причине он даже помедлил, не решаясь сразу будить его, хотя уже было пора. — Сэм… — шепнул он, после чего затих. Тогда Мир потянулся назад и дернул того за рукав. — Эй, Кит, вставай. Его услышали не сразу. Кит повернулся на другой бок и еще какое-то время дремал. — Я знаю, что еще не вечер, но пора выдвигаться, — продолжал Мир, возвращая наушники на место. Видимо установив связь с реальностью, Кит нехотя повернулся обратно и резко сел, откидываясь на полуопущенную спинку сидения. Вид у него был как у потрепанной совы. — Который час? — прохрипел он, не открывая глаз. — Время пить чай! — театрально воскликнул Мир, совсем забывшись на мгновение. — А, блин, в пять часов они же, да? — машинально почесал он голову. — Я уже не сплю, — бурчал Кит. — Чего ты такой громкий… — Чтоб ты проснулся. — Я проснулся. — Глаза открой. Это была задача не из легких, но Кит с ней справился меньше, чем за минуту. Открыв веки, он пробежал глазами по салону, вспоминая произошедшие события, и его потрепанный вид сменился на тревожный. — Как себя чувствуешь? — адресовал он Миру. — Пойдет, — отмахнулся тот. Он решил не говорить, что мучался от боли и проспал весь день наравне с ним. — Нам надо ехать. Ты как? — В порядке. Только верилось ему слабо. У Кита странно дрожали руки, когда он пересел вперед и схватился за руль. Его что-то волновало так, что он забыл сначала пристегнуться, а потом машину с ручника снять. — Че тебе снилось? — решил вдруг спросить Мир. — Много чего, не помню уже, — уклонился он от ответа. — Как поедем? — Ну, надо вернуться на трассу. — Мир задумался. — И двинуть в сторону Новосиба. Только от тачки где-то по дороге избавиться. — Проедем через Биробиджан и в пригороде оставим, — пожал плечами Кит. — Потом на автобус какой-нить можно сесть. — Не знаю, — нахмурился Мир. — Нас так опять легко поймают. А я тут со своей рукой… — Попутки? — предложил Кит. Он вроде бы поддерживал разговор, но в то же время был словно не здесь. — Неплохая идея. Закончив с планом, оба задумались о своем. Их приключение затягивалось из-за невозможности двигаться как нормальные люди. Оба это понимали, а Мир теперь переживал, что обычная дорога от города до города для него могла стать целым испытанием. Выехав с заправки, они тронулись по прямой. Судя по навигатору, город был небольшим, и дорога вела прямо к его центру. Верилось с трудом, потому что вид из окна целиком состоял из однотипных капитальных гаражей. Но затем их постепенно сменили старые здания с колоннами и небольшие площади с памятниками. Мир лениво наблюдал за крупными сугробами вдоль дорог, за невысокими домами, из которых состоял весь город, людьми и машинами, вывесками и знаками. Но затем его глаза петляли по пейзажу все реже, а голова совсем опустела без мыслей, и чтобы не скучать, он решил подоставать водителя. — Че за Сэм? — начал он с козырей. Кит, расслышав вопрос, едва не потерял руль. Машину тряхнуло на скользкой дороге. — Откуда ты?.. — Ты бормотал во сне. Наверное, не стоило так делать. Но думать было поздно. Кит вцепился в руль как в спасательный круг и упрямо уставился перед собой, даже не одарив Мира недовольным взглядом. А тот почувствовал, что зря начал. — Это никто, — произнес Кит убедительным тоном. Не хотел говорить. — Больше никто, так он сам себя назвал, — неожиданно уточнил он после недолгого молчания. — Для меня это тот, кого я никогда не забуду. — Понятно, — пожал плечами Мир. Он не умел устраивать допросы, да и в душу лезть не его тема, поэтому решил не продолжать. Хватит с него цирка. Только вот Кит воспринял это по-своему. Сначала зыркнул недовольно на Мира, приправив это тяжелым вздохом, а затем сверлил его вполглаза при любом удобном случае, чтобы от дороги сильно не отвлекаться. — Ты блин серьезно?! — не выдержал он наконец. — Че? — нахмурился Мир. — Спрашиваешь такие вещи, а потом просто «понятно»? — Ну так если ты говорить об этом не собираешься, мне че клешнями тащить? Кит театрально вздохнул. Свернув с центральной дороги на выезд из города, он сосредоточился на движении и не ответил. — Короче, ясно, — буркнул Мир. — Продолжай и дальше ниче про себя не рассказывать. — Да я расскажу, — сдался Кит. — Только… Давай машину бросим и расскажу, хорошо? Оказалось, оставить машину было верным решением. Они свернули с дороги куда-то в лес и припарковались у деревьев. Забрав все вещи с собой, Мир в последний раз пробежал глазами по окровавленному салону, который был еще страшнее, чем ранее, на фоне нетронутых белоснежных сугробов. Кит бросил ключ в машину, и они оставили ее, удаляясь обратно к дороге. Пешеходной зоны там не было от слова совсем. Однополосная в обоих направлениях дорога была отделена от леса леерами, вдоль которых ребята и побрели. А через тридцать минут ходьбы обнаружили пост ДПС на съезде с другой стороны. Благо, те не проявили к ним никакого интереса. — Вовремя мы, — выдохнул Кит. Его щеки порозовели от мороза. — Да, пронесло. Мир никак не мог привыкнуть к тому, что перебинтованная рука болталась под слоями одежды. Он будто потерял одно крыло и чувствовал, как его вечно тянет на землю. Из-за этого на скользких участках пути он едва не падал, хватаясь за холодное металлическое ограждение. Разговаривать же им было некогда. Солнце уже спряталось за горизонт, а они так и не поймали ни одной попутки. — Фура едет, — устало выкрикнул Кит, останавливаясь. Мир, шагающий все время впереди, развернулся и вытянул руку, голосуя. Трясущееся от крепчавшего мороза тело всеми клетками надеялось на чудо. На Мире сказывалась потеря крови. Он поэтому и втопил вперед как бешенный, чтобы не слышно было, как зубы стучат. Кит подошел к Миру и встал рядом, не отрывая глаз от огромной кабины, мчащейся по заснеженной дороге. Когда та подобралась ближе, дальний свет фар перестал слепить глаза, а с правой стороны зажегся поворотник. — Отойдем. — Мир оттеснил Кита подальше, давая фуре место для маневра. Длинномер протянул вперед, выравнивая прицеп вдоль обочины, и остановился. Парни, увидев, что машина затихла, рванули со всех ног к кабине. — Думал показалось! — донесся крик из открытой пассажирской двери. — Вы че тут забыли, молодежь?! — Здрасте, — первым отозвался Кит, поднимаясь на ступеньку. Оттуда он смог увидеть дальнобойщика в лицо. — Вы нас не подбросите до ближайшего населенного пункта? — А куда путь-то держите? Здесь лес глухой кругом! Кто вас тут высадил? — У нас дело важное, — вклинился Мир. — Челлендж. Нам на попутках надо до Читы добраться, — сориентировался он на ходу. — Вы из этих, что ли? Блоггеров? — Типо того, — улыбнулся Кит. — Ну залезай, румяный, — захохотал мужчина. — И друга подтягивай. Или родственнички вы? Кит лихо взобрался внутрь кабины и свесил руку, готовый помочь Миру. Тому же пришлось напрячься, чтобы удержать баланс одной рукой, но в конечном счете и он приземлился рядом в нагретой кабине, хлопнув за собой дверью. — Меня Иван звать, — улыбнулся круглолицый мужчина. Маленькие глаза его тут же зацепились за обмороженные лица подростков. — Я Никита, — продолжал улыбаться Кит. — А это Мир. — Мы братья, — добавил Мир. — С другом поспорили на бабки, что сможем на одних попутках доехать до Читы. — И не замерзнуть насмерть, — добавил Кит, почесав шею. Убрав хитрый прищур, мужчина расхохотался. — Ну даете! Сумма хоть приличная? — Разгуляться можно, — неосторожно пожал плечами Мир и тут же нахмурился. Фура тем временем взревела и тронулась с места. Иван ловко раскручивал огромный руль короткими пухлыми руками и мастерски вернул прицеп на дорогу. — Лет-то вам сколько? А то если родители ищут, огребем мы вместе с вами… — Да восемнадцать нам, — поддерживал Кит диалог. Мир тем временем устало концентрировался на теплом воздухе с печки, стараясь отогреть лицо. — И некому нас искать. Детдомовские. — Ну дела… Мир долго был настороже. Мужик весело крутил баранку и не отставал от Кита с расспросами. Зыркал на него постоянно, отвлекаясь от дороги, но это было лучше, чем они продолжили топать по холоду до обморожения. Слушая легенды Кита, Мир сначала запомнил все на всякий случай, а потом начал клевать носом под их болтовню и совсем потерял нить разговора. — До Читы я бы и рад вас подбросить, друзья, — улыбался Иван. — Но у меня остановка раньше гораздо. Там уж вас кто-нибудь другой подберет, у меня знакомых много, клич кинем… Не хотелось снова так надолго с кем-то связываться, поэтому, вспоминая горький опыт предыдущего знакомства, Мир все же его осадил. — Нечестно это получится. Нам надо своими силами двигаться. — Ну как знаете! — хохотал Иван. — Ты это, Мир, носом не клюй, а отдыхай спокойно. Тут до поселка приличного ночь целую ехать! А ты, Никит, чаем угощайся… Заговорчески стрельнув взглядом в друга, Мир все же решил вздремнуть. Черт знает, когда у него еще будет возможность восстановить силы.