Мусорщик и принцесс

      Вспомнить-то Алекс вспомнил, а вот, что делать дальше, представлял себе с трудом. Нет, он был железно уверен, что именно сегодня он всех участников его предстоящего камингаута познакомит и твердо настоит на своем праве любить именно Ваську, его долгожданную любовь. И что бы там ни думали его барышни, каких бы они планов на его будущее ни строили, уступать им Алекс не намерен категорически. Потому что Васька… Васька – это… Короче, он его истинный, вот! Потому что, несмотря на полное отсутствие опыта в отношениях и сексе, если за оный не принимать «полет на вертолете» с сисястой блондинкой, с Васькой Алекс сразу понял, как нужно целовать, где трогать и вообще, что ему хочется делать с ним дальше. И это не вызывало в нем никакого отторжения типа - фу! как можно? Да он бы этого Василиуса Корнелиусовича, была б его воля, всего бы измусолил, везде бы вылизал, зацеловал, и трахнул, чего уж стесняться. Ибо хотелось это сделать до невозможности и судорог в животе. Какие там бабочки, как об этом с придыханием делились между собой девушки? У него в животе рычал и точил когти алчущий Васькиного тела зверюга неопределенной типологии.       Если бы ему кто-то раньше сказал, что он влюбится в парня и будет взахлеб целоваться с ним в подъезде и думать о дальнейшем развитии отношений, он бы просто рассмеялся. Это он-то, Алекс Верховенский, который ждет свою брюнетку с косой до пояса, маленькую и нежную, которую он будет любить всю оставшуюся жизнь и носить ее на руках? Не смешите мои подковы!       Бабуля, активный пользователь факбука и любитель почитать истории из оного, рассказывала ему, как устроена жизнь в мире омег и альф, и они от души с ней наржались от фантазий авторов этих эпичных произведений. Особенно интересные места Полина Владимировна зачитывала ему вслух, и над сценами, где один мужик, альфа, гладит «выпуклый животик» другого, беременного омеги, они хохотали до икоты. Ну да, написано все было с мастерством, любовь описывали так, что в нее верилось, но беременный мужчина? Камон, пипл, это же полный трэш. Правда, истории про истинность, Алексу нравились, он ведь тоже готовился к встрече со своей истинной любовью, не подозревая, правда, что это будет Васька.       Ну вот и приплыли, сейчас это уже не казалось смешным, и Алекс всерьез подумывал влезть на бабулину страницу в факбуке и внимательно почитать о том, как строят свои отношения в мире омегаверса альфы и омеги. Пригодится. И животик Ваське тоже хочется гладить до зуда в пальцах, а выпуклым он будет или втянутым – это вообще не имеет никакого значения. Главное, дорваться уже до этого нежного тела и присвоить его себе навсегда. А уж Алекс постарается, чтобы Васька не пожалел о том, что на его пути встретился он, Александр Верховенский, а не какая-то там блондинка с большой грудью. Эта самая блондинка на руках Василиуса носить по-любому не будет, а Сашка будет! И любить будет, и баловать, и вообще любой каприз его исполнять и радоваться своему счастью.       В общем и целом, Алекс после чудодейственной капельницы, снявшей последствия неумеренного вчерашнего возлияния, серьезно готовился сегодня вечером представить своего избранника своим же барышням и очень рассчитывал, что семья все же примет его выбор. Ведь это его личное дело в кого влюбляться и кого привести в дом – девушку или парня. Он полюбил парня, поэтому с ним и намерен связать свою жизнь. Потому что, а почему бы и нет?       Но сам Верховенский понимал, что его планы на сегодня - чистой воды авантюра. Во-первых, маман, заглянув к нему после ухода домашнего доктора, убедившись, что сыну стало легче и он уже в состоянии разговаривать и слушать, встала в позу и долгих десять минут высказывалась по поводу его вчерашнего репертуара, углядев в нем ярко голубой окрас. А на попытку сына сказать что-то по поводу того, что он сам решает, о чем петь и кому посвящать свои песни, отреагировала жестко, заявив, что если сын хочет ее смерти, то не вопрос. Пусть поет и влюбляется в кого хочет, хоть даже и в мужчину, но тогда свою свадьбу он отметит на могиле родной матери, а, возможно, и на бабушкиной тоже. Ибо такого надругательства над семейными ценностями они не выдержат и однозначно до этой пародии на свадьбу не доживут. Потом она схватилась за грудь с левой стороны, побледнела и прошептала, что вот уже и началось… Алекс испугался, подхватил мать под белы рученьки, усадил на кресло и стал звонить доктору, который, слава богу, не успел уехать и в этот момент распивал чаи с бабулей. Потом он вместе с Андреем Павловичем отвел Анастасию в ее спальню, тот попросил Алекса вместе с Полиной Владимировной оставить их наедине и закрыл за ними двери.       Бабушка на удивление спокойно отреагировала на внезапное недомогание невестки, не ахала и не всплескивала руками, а только внимательно глянула в глаза внука и приказала:       - Ну, рассказывай!       - Чего рассказывать? – попытался отвертеться от разговора еще и с бабулей Алекс.       - Того! Чем это ты мать так расстроил, что ей настолько заплохело?       - Да я уже даже и не знаю, стоит ли тебе об этом говорить. Вдруг тебе тоже плохо станет?       - Не боись, выдержу, - твердо сказала Полина Владимировна и, крепко ухватив внука за руку, повела в малую гостиную.       Там Алекс, запинаясь, рассказал бабушке о своей внезапной любви. Потом вошел во вкус и уже без удержу расписывал ей, какой его Васька красивый, хороший и просто чудный! Бабушка, не перебивая, слушала его дифирамбы, пока он не выдохся и не пошел по второму кругу рассказывать о том, как его пронзила стрела амура.       - Тормози, Сашка. Я все поняла. Встретил, влюбился, хочешь жить с ним и не вздумайте меня отговаривать, все равно поступлю по-своему. Так?       - Ну да. Все именно так! Я же хотел, как положено, сегодня представить своего избранника, познакомить его с вами. Вы бы сами увидели, какой он, и поняли, почему я в него влюбился. А теперь что делать? Мама с приступом слегла, а я уже Ваське сказал, что сегодня познакомлю его с вами… - затосковал Сашка.       - Приводи и не переживай за мать. Она и не такое сможет пережить, а ее здоровья на всех нас с лихвой хватит. Если твой Васька на самом деле так хорош, как ты его тут расписываешь, я тебя поддержу и свое веское слово скажу, чтобы мать вам не препятствовала. Но если уж он мне не придется по душе, то извини, выкручиваться будешь сам, - успокоила внука Полина Владимировна, и, растрепав его и так взлохмаченную шевелюру, пошла к двери. – Пойду распоряжусь, чтобы ужин достойный приготовили. Негоже перед будущей невесткой лицом в грязь упасть.       ***       Васька тем временем находился в полном раздрае. Он по-честному признался бабушке, что целовался с парнем в подъезде. Бабушка стойко выдержала новость, хотя и на пару минут задумалась. Потом подошла к нему обняла, поцеловала в макушку и сказала:       - Ну, с парнем, так с парнем. Нынче времена такие, что этим уже никого и не удивишь. Жаль, что правнуков не дождусь, так я их по-любому не увижу.       Василиус осторожно высвободился из ее объятий и вопросительно заглянул в глаза.       - Бабуль, ты о чем? Что значит, не увидишь?       - Я, внучек, не хотела тебе говорить, но скрывать это тоже нельзя. Болею я сильно. И сроку мне осталось всего ничего, - вернула внука в кольцо теплых рук Анна Владимировна.       Васька вырвался и заглядывая в лицо наполнившимися влагой глазами, зачастил:       - Ну что ты, мы тебя вылечим! Мы ведь уже раз победили твою болячку и сейчас тоже справимся. Не-не-не! Ты даже не думай! Как я буду без тебя? И вообще, почему ты мне раньше не сказала?       - Боялась тебе открыться, оттягивала до последнего. Рак у меня, так что не сможем мы справиться в этот раз, только деньги на лечение переведем. Ты только не плачь, Васенька. Видишь, как вовремя любовь у тебя случилась, ты не один останешься, - дрожащим голосом уговаривала его бабушка.       Слезы по щекам Васьки текли сплошным потоком, он же их не ощущал совсем, пришибленный горестной новостью.       - Бабуль, но ты же выглядишь хорошо, по тебе совсем не заметно, что ты болеешь. Да и таблетки совсем не принимаешь никакие. Может, ошибка вышла, и никакого рака и в помине нет? – с надеждой вглядывался он в ее глаза, а она отводила взгляд, не в силах смотреть на то, каким растерянным выглядит ее внук, как пришибло его это известие.       - Такая вот это болячка, что в самый последний момент начинаются боли. Пока ничего не чувствую.       Васька прижался к бабушке, взяв ее за руку. Ну почему он такой невезучий по жизни? Родителей лишился, остался единственный родной человек – бабушка, но и ее он может потерять совсем скоро. А узнал он об этом в тот момент, когда уже было подумал, что всё! Кончились его жизненные неурядицы, встретился ему человек, быть с которым ему хотелось до конца жизни, ибо если любить, то только так! Но нет же, тут же судьба-злодейка подлила в его чашку с медом ведро дегтя, окрасив в черный цвет все, что буквально вчера сделало его таким счастливым. Как же ему теперь жить дальше? - Василек, не плачь, пожалуйста. Я ведь все равно уже старая, мне и без болезни жить осталось всего ничего. А теперь я уйду, зная, что ты не останешься один, что о тебе есть кому заботиться.       Бабушка вытирала платочком Васькины щеки и сдерживалась из последних сил, чтобы не заплакать. Нельзя, внука и так накрыло страшной новостью, нужно поддержать его в эти последние месяцы их совместной жизни, что остались у них. А там уж пусть его Алекс возьмет на себя заботу о ее любимом внуке.