Семь свиданий между этажами

Я проснулся. Голова болела и гудела, как барабан после рок-концерта. В самом деле, ночка выдалась непростая. Я то и дело просыпался, а потом по долгу не мог уснуть. Но зато у меня было время всё обдумать. Ночью, после пары часов отдыха голова прояснилась, и я смог прийти к некоторым выводам. Сначала моё тело и разум полностью отвергали вариант возвращения отца, но я сделал заключение, что большинство этих мыслей были навязаны мне матерью из-за их споров. Сам я никогда к отцу отрицательных эмоций не испытывал, разве что сейчас я чувствую некий осадочек от его редкий появлений дома и последнего длительного ухода. Следующее, что я осознал это то, что Сеня вчера от меня скрыл что-то важное, что я вовремя не заметил. Но в то же время, я не мог у него вчера это спросить, потому что знал, к чему могут привести мои расспросы. Таким образом я понял, что готов дать своей семье еще один шанс и то, что сейчас я должен бежать к своему другу. Он обещал мне всё сегодня рассказать, открыть все тайны, что я так долго хотел узнать и, в конце концов, ему может понадобиться моя помощь. Последнее время стало видно, что он переживает далеко не самый легкий период в жизни, а я был полным глупцом, раз не замечал этого раньше. С этими мыслями я вскочил с кровати, влетел во вчерашнюю одежду, оставленную на полу возле кровати, и ринулся к выходу из квартиры. Пока я бежал к двери, я успел заметить, что мама уже что-то делала на кухне, она всегда рано просыпалась и было очевидно, что в двенадцать часов утра она уже будет на ногах. А вот отец, наоборот, всегда любил подремать подольше, по этой причине обнаружил его в гостиной, спящим на диване. Наверное, мама хотела меня окликнуть, так как захлопывая дверь я успел услышать ее голос, но разобрать я этого не смог, так что продолжил свой путь. Я добрался до того двора быстрее чем когда либо, на весь путь ушло минут десять-пятнадцать, что даже меньше, чем мой первый путь сюда. Воскресенье, первая половина дня, кому вообще охота вставать и выходить на улицу в это время? Тем не менее люди на улице встречались, и даже детская площадка не пустовала. Лишь утки в пруду не подводили, они были там всегда. Отдышавшись минуты две между школой и площадкой, я добрался до нужного мне дома и, ни секунды не колеблясь, направился к месту встречи. Осталось всего три с половиной этажа. Два с половиной. Один. «Он здесь, за поворотом!» Сени в межэтажье не оказалось. Утренний свет ярко светил через ветки дерева, которое своими новенькими зелеными листочками стремилось полностью залепить окно. Казалось бы, еще недавно все ветки были голыми, затем усеяны сотнями липких почек, а сейчас… Подойдя к окну я обнаружил жителей гнезда, что видел вчера. Я плохо разбираюсь в птицах, но это точно была не ворона, парочка рыжеватых птичек с серыми головками и черно белыми крыльями сидели в гнезде. Одна из них всегда оставалась в гнезде и занималась ремонтом жилища, а вторая то и дело улетала и прилетала с новой порцией стройматериалов. «Почему Сени здесь нет? Я опять в чем-то провинился? Может случилось что-то страшное? Он говорил, что сегодня важный день, но что же это всё-таки значило?» Неожиданно краем глаза я заметил что-то на краю подоконника, прячась за ветками растения в большом горшке, лежит блокнот Сени. «Я точно помнил, что Сеня вчера уходил с ним в руках. Но что тогда здесь делает его блокнот?» Я медленно протянул к нему руку и осторожно взял, как будто боялся, что меня вот-вот заметят за совершением какого-то преступления. Хотя так и было, я совершал моральное преступление, залезая в чужой дневник. Но я точно знал, что это был знак от Сени. «Он точно оставил здесь дневник для меня. А если нет?» Откинув лишние споры у себя в голове, я уверенно открыл дневник где-то на середине. //Сегодня папа опять бил маму, ей становится хуже. Лекарства не помогают, кажется, нужно искать других врачей. Надо лишь уговорить папу дать нам денег. 23 марта// Текст был выведен карандашом очень красивым и аккуратным почерком. В то же время буквы расплывались у меня перед глазами из-за дрожи в руках. Пролистав несколько страниц, я принялся читать дальше. //Сегодня я попросил у папы денег, он пару раз ударил меня, но дал столько, сколько нам с мамой не хватало, чтобы получить лечение в местной больнице. Я знал, что он на самом деле добрый! 30 марта// //Привет дневник, мы наконец-то добились того, чтобы маму положили в больницу на обследование и дальнейшее лечение. Мама никогда не говорила мне, чем она болеет и запретила врачам об этом мне рассказывать. 5 апреля// //Мама почему-то не хочет, чтобы я приходил домой без нее. Может это из-за того, что она увидела новый синяк у меня на руке? Она боится оставлять меня с папой наедине. Мне нужно придумать, где проводить время пока мама в больнице. 7 апреля// //Я выработал план, по которому смогу и видеться с мамой и не появляться дома. Ночью я научился проскальзывать в больницу, когда охрана меняется с дневной на ночную смену. А днем я буду в одном очень интересном месте. Это старый красивый дом с замечательным двором, там есть парк и пруд, там часто гуляют дети. Между 4 и 5 этажами этого дома есть прекрасное место, там очень уютно. 9 апреля// //Прости дневник, прошло много дней. Я долго не делал записей. Всё дело в том, что маме поставили редкий диагноз и нужна сложная операция. Денег у нас хватает, но по голосу и выражению лица мамы я смог понять, что диагноз не обнадеживающий. Я не знаю, что мне делать. Операцию назначили на 22 апреля. 15 апреля// // Мама рассказала, что операция в самом деле очень опасная и намекнула на то, что всё может плохо кончиться. Она пыталась мне дать инструкции, как мне поступить, чтобы сбежать от папы, но я их не слушал. Я не хочу терять маму, я лучше сам 16 апреля// Записи резко прервались. Слезы катились по моим щекам, я еле-еле держал дневник кончиками пальцев. Иногда слезы попадали на блокнот, размывая карандаш. На мгновение я остолбенел, дыхание сперло, и я перестал плакать. Пришло осознание того, что сегодня двадцать второе апреля, а шестнадцатого числа мы с Сеней первый раз встретились на этой площадке. «Почему записи прерываются? Может я как раз тогда отвлек Арсения от заполнения дневника?» Я принялся быстро читать дневник дальше, несмотря на то что слёзы настойчиво пытались мне помешать. //Представляешь, вчера встретил странного мальчика, он зачем-то искал ключ на крышу. Этот дурак спрыгнуть наверно хотел, но я ему сказал, что ключ от крыши смогу дать ему только через 7 дней. Его зовут Никита, он расплакался у меня на глазах. Он такой забавный. 17 апреля// //Никита опять приходил ко мне. Сегодня мы играли в вопросы, мне не очень хочется отвечать правду, но мне кажется, что ему нравится эта игра, по крайней мере, так он меньше думает о крыше. 18 апреля// //Кажется, Сене больше не нравится игра в вопросы. Я спешил, чтобы успеть проскользнуть к маме, поэтому мне пришлось сбежать, надеюсь встретить его и завтра. 19 апреля// //Не могу поверить! Сеня давно не ходил в школу, но я смог его уговорить! Я так рад, что у меня получилось! Может теперь он перестанет думать о плохом? Я на это надеюсь. 20 апреля// //Завтра рано утром у мамы операция, я всё еще не могу смириться с тем, что могу ее потерять. Сегодня ко мне опять пришел Никита, может он откуда-то узнал, но в этот день он был очень осторожен и добр ко мне. Он принес мой любимый шоколад. Я так ему благодарен. За эти 7 дней он стал мне ближе, чем кто-либо. Мне очень повезло встретить такого друга. 21 апреля// Я очень боялся перевернуть страницу, мне было страшно читать сегодняшние записи. «А в вдруг что-то пошло не так и Сеня сейчас уже… НЕТ! Этого не может быть!» Я уверенно переворачиваю лист и вижу: //Сегодня прошла мамина операция, к сожалению, ее больше нет. Это большая потеря, с которой я никогда не смогу сжиться. Но сейчас… Спасибо за всё, Никита! // Не думая ни секунды, я понял, где искать Сеню. Казалось, что всего через пару мгновений я оказался на перед дверь ведущую на крышу. Она была закрыта, но в то же время, на ней не было ни замочной скважины, ни петель для замка, ни даже щеколды. От простого надавливания рукой дверь распахнулась. Тут меня осенило. «Сеня меня обманул, здесь никогда не было закрытой двери. Никакого ключа не существовало.» Однако, сейчас не это было важно, я должен был найти Сеню. Не успел я сделать и шага за порог крыши, как увидел маленький силуэт бежевых брюк, белой рубашки и всё той же знакомой жилетки, похожей на свитер. Сеня сидел на противоположном от входа конце крыши, на каком-то электрощитке. Он смотрел в сторону всё той же площадки с прудиком и утками, положив руки и голову на ближайший край крыши. Я боялся подходить ближе, но тем не менее медленно шагал в его сторону. Когда до мальчика оставалось пару метров, он повернул ко мне своё лицо с красными глазами, еще не обсохшими от слез, и уже знакомой… Нет, уже с родной мне светлой улыбкой. Я улыбнулся в ответ. Сделав еще несколько шагов к Сене, я поймал его в свои объятья и очень долго не отпускал. Может прошла пара секунд, может несколько минут или, быть может, часов. Это было не важно. Важно было только то, что находилось в моих руках. Мальчик, плачущий от раздирающей изнутри боли. Тот, кто спас меня и тот, для кого я оказался спасением. // Спасибо за всё, Никита!//