Побег из сказки

      Гарри Поттер молча обвел взглядом собравшихся, и ярко, по-голливудски, улыбнувшись начал совещание, первое в этом месяце. Сам же он ушел мыслями в прошлое, в те годы, когда был обычным мальчишкой, не помышлявшим ни о совещаниях, ни даже о широкой и белоснежной улыбке.       Тогда в одну из ночей в чулане под лестницей он внезапно проснулся от того, что в его голове кто-то начал яростно ругаться, закручивая такие обороты, что Гарри как-то даже и не решился этот голос прерывать. Но вот после пяти минут яростного рычания и проклятий Гарри решился заговорить… с голосом в своей голове.       — Прошу прощения, но…       — Не извиняйся, — буркнул голос, — ты тут ни при чем, виноват один обдолбанный урод на своем джипе. Но давай познакомимся? Денис Чусов.       — Эмм, Гарри Поттер, сэр, вы русский?       — Да, только без сэров, я обычный парень, не дворянин.       — А как, — Гарри зажмурился, все это было настолько… удивительно, что ему казалось, что он ещё спит, — как вы оказались у меня в голове?       — Меня сбила машина на одном из перекрестков в городе Москва, так что я должен был умереть, — вновь мрачно буркнул Голос, — но видимо после смерти ещё ничего не заканчивается, или я и сам не знаю.       — Эмм, а как вы… мы… как дальше будет? — недоуменно поинтересовался Гарри. Всё-таки в его голове мало места для двоих, да и как вообще можно жить в чужой голове?       — А дальше, парень, мы с тобой будем придумывать план, как жить будем, раз уж так получилось, — торжествующе провозгласил этот русский. — Что ты знаешь о себе?       — Эмм, сэр?       — Говорю же, не сэр, просто Денис, и рассказывай, рассказывай, — поторопил Голос, — нам ведь ещё жить вместе, надо же мне хоть что-то о тебе знать?       — А вы? — попытался выиграть время Гарри.       — А я у тебя в голове, и немного помер, так что ты первый, всё-таки ты этому телу хозяин. — На взгляд Гарри аргументы были так себе, но… он очень давно не мог просто с кем-то поговорить, просто по-дружески пообщаться, не было у него друзей. А тут… пусть и не друг, но хотя бы собеседник. И он рассказал: о родителях, которых не знал и которые погибли в аварии, о детстве, в котором почти не было радостных воспоминаний, о жизни с нелюбимыми родственниками, в окружении подозрительности, злости и издевательств, об… обо всем. В какой-то момент он уже захотел остановиться... но просто не смог, словно какая-то сила внутри него не позволила ему этого сделать.       — Так, — резко выдохнул Голос, словно только что пробежал не меньше километра, — я тебя понял парень. Жизнь у тебя далеко не сахар, но… теперь моя история. — Голос заговорил, и слова эти сопровождались образами и ощущениями, иногда необычайно яркими, а иногда скупыми и тусклыми.       И эта история… она произвела на Гарри огромное впечатление. Он рос среди нелюбимых родственников? Русский рос в детдоме, где правило было одно: кто сильнее, тот и прав. И сильным Денис стал далеко не сразу, по первости немало натерпевшись. Гарри не баловали разносолами, да и вообще его меню было скуповато? Поглядев на то, что едят другие, юный Поттер ощутил себя почти принцем. Гарри били и над ним издевались? Да, вот только все битьё ограничивалось лёгкими синяками, и после того, что он увидел, ему стало даже как-то стыдно упоминать о них. Воистину все познается в сравнении, и если так подумать, то у Гарри была не самая плохая жизнь, да не лучшая, но и не самая плохая.       Потом… потом были картины учебы, учился Денис как одержимый, мечтая вырваться со дна общества. А потом… потом была армия и война… Первая Чеченская война, с ее грязью, кровью и чудовищной несправедливостью. Где одни шли воевать за Родину, а другие делать деньги. На этой войне Денис получил две контузии, медаль «За отвагу» и просто невероятное желание больше не участвовать в чем-то подобном. Поэтому он вернулся в родной город и открыл небольшую мастерскую по ремонту бытовой техники, руки у него не сказать что были золотые, но и не крюки. Проблем было множество, но парень не сдавался, упорно преодолевая их, и смог зажить, если и не богато, то, во всяком случае, так, чтобы не думать о том, что же купить: носки или пару кило картошки, чтобы было что есть. А потом было случайное знакомство, перешедшее сначала в увлечение, а затем и в любовь, скромная и душевная свадьба… вот здесь Гарри попросил остановиться, потому что образы и ощущения становились такими… яркими, что у парня покраснела даже шея. Но как заявил ему совершенно обескураженный Денис — это от него не зависело, он бы и сам рад кое-что оставить за кадром, но не может. Так что Гарри пришлось смотреть… к счастью недолго. А потом у Дениса появилась дочь, любимая им ТАК, что Гарри как никогда сильно ощутил себя одиноким… его никто так не любил... Вот дочка сделала первый шаг, произнесла первое слово, вот они вместе отправились в магазин за подарками ко дню рождения крохи… и на одной из улиц гигантский, комодообразный джип, не справившись с управлением, вылетел на тротуар… Гарри едва успел разглядеть перекошенное лицо водителя, прежде чем поток образов резко оборвался.       — Денис… — Гарри замолчал, с трудом формируя вопрос. Вот как спросить, что же они будут делать? Что вообще может делать человек в его голове?       — Думаешь о том, что же делать, — понимающе хмыкнул Голос. — Ничего я отвечу, сейчас мы будем спать, а потом посмотрим, будет день, будет и пища.       А на следующий день был день рождения его кузена, поход в зоопарк, исчезнувшее стекло в террариуме и разговор с питоном. Гарри был неслабо удивлен произошедшим, как и молчавший всю дорогу домой Голос. Ну а ночью…       — Получается ты волшебник, парень? — вопросил его Голос с тщательно скрытой насмешкой.       — Я не волшебник, я… не знаю, почему это случилось, — с лёгкой злостью ответил Гарри, уж сколько раз ему пеняли, что он не такой, как все… а он такой же, обычный парень! И желания у него такие же как у всех… немного любви и тепла…       — Эй, спокойней, парень, — вновь заговорил Денис, со все той же скрытой насмешкой, — не собираюсь я тебя упрекать, просто это есть и это факт. Ты волшебник.       — Ну… ладно, — неуверенно пробормотал Гарри, всё-таки Голос был прав — странность случилась и он причастен. — Теперь спать?       — Ага, утро вечера мудренее, — Голос явно улыбался, Гарри был в этом абсолютно уверен.       Утро оказалось не только мудренее, но и веселее, так родичи Гарри вознамерились наказать того за все эти странности и удивлённо захлопали глазами после вопроса:       — А это правда я сделал?       Гарри с Голосом почти пять минут хихикали над выражением лиц Дурслей. Ну ещё бы!! Наказывают ведь за что-то, а в чем Гарри виноват? В том, что стекло исчезло? Так значит он и правда особенный!? А если нет… так какое тогда наказание? Оно само… И даже если просто наказать, без объяснения причин, просто патамучто… так он же ребенок, сам эти причины додумает, и ещё чего-нибудь учудит. Петунья на такое пойти не могла, одиннадцатилетие Гарри было не за горами.       Так что на Гарри немного порычали и отправили убираться. А дальше больше, Дадли и его компании как-то расхотелось охотиться за Гарри. А только и требовалось, что пару раз бросить на землю мусор, обертки от батончиков пришлось достать заранее, благо что кузен не сдерживал своей страсти к наполнению живота, и убираться не любил. Ну а потом… пара пролетевших мимо урны оберток привлекают внимание полицейского, тот готовится окрикнуть незнакомого ему парня, но парень быстро движется куда-то по боковой аллее, и полисмен вынужден его догонять… чтобы увидеть, как парня полуокружила толпа мальчишек, уже пустив в ход кулаки.       Да, никто всерьез Гарри не бил, да, все ограничилось бы парой затрещин и обидными словами… но он и не собирался изображать из себя скалу, упав после первого же тычка, словно получив удар кувалдой. И хранитель порядка на Британских островах отреагировал. Драку двух мальчишек он бы ещё мог проигнорировать, но вот пинание одного толпой… родители этих чад узнали о своих потомках много нового и интересного и не только они, полисмена вся улица слушала. И ладно один раз, ну пошутили, с кем не бывает? Все мы были детьми… вот только это повторилось. Но уже в другой части парка, и с другим полисменом, старым, с крепкой армейской выправкой, щёточкой седых усов и цепкими глазами ищейки. Этот списывать произошедшее на детство не стал, вызвав напарника и забрав малолетних хулиганов в ближайший участок. Тем более что они были немного злы на Гарри и малость увлеклись, так что юный Поттер сверкал роскошными фонарями под глазами и хлюпал идущей из носа кровью.       Разумеется, родня слегка испугавшихся малолеток примчались сразу же, как их вызвали, тут же засыпав всех и каждого претензиями и требованиями. На каком основании!? Нам положен адвокат!! Почему вообще!? И множеством иных. Их всех угомонил старый полисмен, ровно одним вопросом: а чего мальчишки к очкарику-то прицепились? На что один из компании юных дуболомов и ляпнул:       — Что это мол Поттер, они его всегда уму-разуму учили…       — То есть это уже не первый раз, так!? Говорите, молодой человек, говорите, мы вас внимательно слушаем…       Слова юного хулигана сорвали лавину, и это ещё мягко сказано. Полицейские, имеющие детей и живущие в этом же городе, сделали стойку, им и даром не нужны были такие соседи. Родители провинившихся чад заизвивались, точно угри на сковородке, какие ещё адвокаты? Адвокаты нужны если делу дадут официальный ход, сейчас же нужно было свести все к случайности, неосторожности… чему угодно, но только не официальным бумагам. Потому что официальное дело это полностью убитая репутация.       Ведь все понимали, что Гарри такой не один, есть и другие, кто побывал на его месте. Тут только копни… привыкла компания Дадли к безнаказанности. И пусть официально им мало что грозило, всё-таки синяки это не переломы, но вот их отцам… получить славу родителя малолетнего садиста или даже хулигана… после такого Вернон в момент растеряет всех партнёров, ведь в бизнесе репутация это все. Конкуренты... после кризиса восьмидесятых для травли конкурентам нужен даже не повод, его они и сами придумают, им нужен лишь намек на слабость. Так что родители хулиганов крутились, юлили, и уговаривали всех и каждого, особенно Поттера. И добрый парень позволил себя уговорить!       О как Гарри желал, чтобы третирующие его поганцы навсегда исчезли из его жизни. Чтобы хоть раз ответили за свои издевательства! Но Голос отговорил, ещё на стадии разработки плана. Не нужно доводить до края, потому что и сам тогда окажешься на краю. За своих детей любой родитель порвет кого угодно. И доведи Гарри до адвокатов и судов… даже выиграй он, дальше-то что? Жизнь Дурслей резко осложнится? Безусловно. Вот только и ему самому придется нелегко. Очень нелегко. А делать что-то просто другим назло… это глупо. Нужно было показать, что кое-кто зарывается, серьезно перегибая палку и не больше.       Так что после этого Гарри освободили от львиной доли обязанностей по дому, чтобы «поправлялся бедненький», а компании Дадли прямо сказали, что третий раз будет во всех смыслах последним. Потому что его на случайности уже не спишешь. И тот же Вернон хоть и любил сына, увидев на горизонте возможное разорение, впервые пустил в ход ремень. Всё-таки он хоть и наказывал этого Поттера, но не на людях и дальше шлепков и подзатыльников не заходил. И слушая крики, вопли и рыдания Дадли Гарри почувствовал себя немножко отомщенным.       Так что Гарри зажил спокойной жизнью, не как принц и даже не как его кузен, но нападки прекратились, и ему даже выделили свободную комнату. Любить его по-прежнему не любили, но тут уж ничего не попишешь.       И однажды, когда выдалось свободное время, Гарри решил почитать учебник математики и обнаружил, что теперь ему для запоминания материала не нужно подолгу заучивать формулы или теоремы. Одного прочтения хватило и для запоминания, и для понимания прочитанного. И он так увлекся, что прочел половину учебника. А на следующий день осознал, что все помнит и понимает. Да это было странно, и у него, и у Голоса раньше ничего подобного не было, но почему бы и нет? Так что Гарри стал читать, много, сразу как появлялось свободное время. Пусть и не всему, чему-то он точно научится. И все было хорошо до того момента, как на его имя стали приходить письма, сначала одно, потом сразу несколько, потом…       — Я вот не понимаю, — недоуменно прокомментировал происходящее Голос в голове Гарри, — это чья-то шутка, или идиотизм?       — Эмм, Денис? — общались они не так уж и часто, по словам Голоса что-то мешало ему, и в условиях тотального одиночества Гарри подсел на эти беседы как на наркотик.       — Ну, сам подумай — кто бы ни писал письма, о тебе он явно знает, раз указывает адрес вплоть до спальни, а раз так, то и о твоей родне он тоже знает, — слова родня Денис произнес таким тоном, что Гарри невольно вспомнилось помойное ведро. — А раз знает о них, думаю и их отношение к странностям ему известно. Вот и получается, что он или специально их доводит, или идиот.       — Мдааа, — желание прочитать заветное письмо у Гарри как-то пропало. Участвовать в чужих шутках? Спасибо не хочется, следовать чужой глупости хотелось ещё меньше. А письма продолжали приходить… и в конце концов, Дурсли не выдержали, сбежав куда-то на край света. Гарри же происходящее нравиться перестало совершенно, родню он может и не любил, но и смотреть, как их доводят чуть ли не до припадка, ему было неприятно. Не любил он тех, кто издевается над другими.       И вот семейство Дурслей изо всех сил пытается заснуть в какой-то хижине, где-то глубинке, скрипящей и неотапливаемой, что, по словам Дениса, было по умолчанию обречено на провал. Спать где попало тоже уметь надо. А сам Гарри задумчиво рисовал на песке в углу комнаты. Сегодня у него день рождения, сегодня ему одиннадцать…       Бум! Раздалось от входной двери. Бум! Семейство добропорядочных жителей Британии тут же подскочило на ноги, и Гарри с лёгким изумлением разглядел в руках Вернона ружье. Видимо, мужчина таки дошел до черты, раньше он не направлял на людей оружие.       А потом был Хагрид и… Гарри, правда, волшебник! Он уедет от этих людей! На целых девять месяцев! И там будут совсем другие люди!! Может, он даже с кем-то подружится… Гарри засыпал почти счастливым, эх, жаль, что он не сможет попасть в школу прямо завтра…       — Мдааа, этот дяденька на выстрел в спину ещё не наработал, а вот на подпиленную ступеньку на лестнице, так чтобы упал, сломав себе весь организм вполне-вполне, — Денис говорил очень недобрым голосом, таким он разговаривал с несколькими бандитами, там, в другой жизни.       — Денис?       — Как он смотрел на Дурслей — помнишь?       Гарри напряг память и… зло скривился. Так на него смотрели Дадли с приятелями. Как на существо второго сорта, на нечто жалкое и убогое по своей сути. Раньше они ещё и подкрепляли свои взгляды тумаками, теперь уже нет, но… смотреть они не перестали. И считать себя выше какого-то Поттера тоже. Вот и Хагрид считал себя выше маглов. Волшебник же. Ореол доброго и славного великана в глазах Гарри резко померк.       — А ещё я скажу тебе так, — зло продолжил Денис, — вся твоя родня напрашивается на очень много ударов кулаками, а кое-кто и ногами, но именно на удары, а не на медленное расчленение бензопилой.       — Эээ, Денис? — Гарри непонимающе моргнул.       — Когда Вернон оскорбил твоего будущего директора — он был не прав. И Хагрид мог его заткнуть, за слова надо отвечать, знаешь ли. Но он предпочел ударить не Вернона, а его сына, что был не при делах. И ты вот как думаешь, что бы было с твоим кузеном, если бы превращение прошло удачно?       Гарри невольно сглотнул, осознавая, что поросенок не замена человеку, и это было бы фактически убийство. Убивать, просто за слова, от человека, кого предварительно сами же и довели… после такого от великана захотелось держаться как можно дальше.       — Ну... может, они бы его расколдовали, — неуверенно пробормотал Гарри.       — Может, но даже если да, этот большой парень перегнул палку и сильно, — хмуро ответил Голос, — или ему просто плевать. — Гарри чуть отодвинулся, не от страха, просто ему стало как-то не по себе от столь близкого соседства с великаном.       — И это ещё не вся хренотень, — теперь Голос в голове звучал донельзя мрачно, как на похоронах одного из друзей. — Заметил, как этот здоровяк обмолвился, что тебя уже записали в школу и что все уже знают, что ты знаменит? Хотя ты, бедняга, был единственным выжившим после нападения Волди.       — Эмм, — Гарри почувствовал, как мозги натурально скрипнули, пытаясь совместить всеобщую известность, и то, что никто не видел его победы над Самым Страшным Магом. — Но это же ведь хорошо? — вновь неуверенно забормотал Гарри. — В смысле, хорошо, что злого мага победили, вот люди и обрадовались…       — Да я и не спорю, что хорошо, — вздохнул Голос, — но твоя всеобщая слава это неправильно. Вспомни, сколько пришлось приложить усилий, чтобы на компанию Дадли обратили внимание? — Гарри задумался, Голос оказался прав, тогда ему пришлось изрядно постараться, выяснение маршрутов компании Дадли, их любимых мест, выяснение привычек полицейских, их поведение… каторжная работа по дому, чтобы после всех дел ему ворчливо хмыкнули, что теперь он свободен и может сходить погулять. Все это требовало усилий. — Чтобы получить известность надо работать, чтобы получить всеобщую известность надо много работать, — продолжил русский вновь донельзя мрачно. — А ты в те годы работать не мог, значит, кто-то работал за тебя. И это или ошибка, или чей-то умысел.       — Умысел? Чей? — взволновался Гарри.       — Ка бы знать, — пробормотал Голос. — Ладно, парень, ложись спать, завтра у тебя большой день.       — Как тут вообще заснешь, — пробормотал юный британский почти волшебник, словно в насмешку над самим собой, проваливаясь в сон без сновидений.       Утро встречало Гарри яркими солнечными лучами и умопомрачительным запахами завтрака, готовящегося Хагридом. Но теперь при взгляде на великана Гарри видел не одного из самых лучших и добрых людей, что наконец-то заберёт его от ненавистной семейки, а чужого человека, незнакомого и странного, который до полусмерти перепугал трёх людей и считает это нормой. От завтрака, впрочем, юный волшебник отказываться не стал. Как посоветовал ему Голос — он сейчас на разведке и выделяться не должен, чтобы не привлекать к себе внимание.       А потом был поход в Лондон, неуместные восторги всех встречных-поперечных, и первый заход в Мир Магии… оставивший у Гарри очень двоякое впечатление. Нечто подобное он видел в памяти Дениса, какой-то дом, что начали реставрировать. Издалека посмотришь: золотая отделка повсюду, узоры причудливые, картины, ковры… а приглядишься и видно — что кое-где позолота стёрлась и проступают пятна ржавчины, что ковры пыльные, что с деревом что-то не так… именно такие ассоциации вызвал у парня магический мир.       Повсюду все такое яркое, кричащие, удивительное… а суть та же, что и в обычном мире. Кто-то сетует на цены, кто-то залипает на новые гаджеты, а кто-то работает, и плевать ему на всех прочих. Визит же в банк волшебного мира ясно показал, что красив этот мир только издалека, а подойдёшь поближе и все как и везде. Есть деньги? Так мы же только вас и ждём!! Пройдёмте скорее, обсудим то, как вы будете их тратить… Нет денег!? Мальчик, выход там, иди и не мешай работать… вроде все так и должно быть… в жизни. Не в сказке. И прекрасная картинка перед глазами Гарри начала рассыпаться на осколки. А уж когда он по совету Голоса спросил:       — А есть ли ещё какие-нибудь относящиеся к его фамилии сейфы? — И сразу же поймал зырк немного удивившегося Хагрида. — Вдруг я смогу узнать о своих родителях, ты ведь говорил, что они были выдающиеся волшебники! — то получил обескураживающий ответ.       В банке Гринготтс было арендовано два сейфа. Один принадлежал роду Поттер, второй Джеймсу и Лилиан Поттер, пользоваться юный маг мог только вторым, чтобы использовать первый необходимо быть частью рода Поттер. Что это означало на практике, как стать этой частью… малыш, если ты ещё не понял, здесь не справочная. Иди, ищи сам, найдешь-сумеешь — милости просим, а пока не мешай работать.       Второй вопрос касался перевода золота в фунты, на удивленный вопрос Хагрида: «Зачем творить такое?» Гарри, смутившись, и отведя глаза, ответил, что хочет новые ботинки, а то донашивать за братом удовольствие ниже среднего. Хагрид проникся и согласно покивал, гоблин скривился, на что юный Поттер не обратил внимания, твердо решив для себя, что в магическом мире ему нравится далеко не все. И гоблины не нравятся, так что пусть хоть кривится, хоть перекашивается... Золото обменивалось, хотя курс обмена Денис назвал совершенно грабительским. Дальше была поездка на тележках… и Гарри всё-таки поблагодарил своих родителей за то, что ему не придется нуждаться. А потом… это секрет, Гарри! Это очень важный секрет, Гарри, сам профессор Дамблдор поручил его мне! Но ты можешь посмотреть… после этой поездки у парня засосало под ложечкой, ощущение, что его втягивают во что-то крайне странное, переросли в уверенность. Что он не мог постоять в холле банка, да даже просто у входа, или, наконец, спокойно поменять деньги на фунты, пока Хагрид делает свои дела!? Мог, но его повезли смотреть секрет…       Дальнейшее пребывание в магическом мире прошло бы мимо восприятия юного мага, если бы они с Хагридом не посидели в кафе, где Гарри только интереса ради полистал учебники. В основном о себе. И услышал сдавленные проклятия от Голоса в голове, причем тот явно желал высказаться более ёмко и красочно.       — Денис, что-то не так? Я вроде бы ничего не заметил, — насторожился Гарри.       — Ты просто ещё не умеешь читать между строк парень, — зло рыкнул Голос, — но научишься и скоро. Видишь ли, в чем вся соль, местные маги, считают тебя героем, что должен забороть Зло.       — Но ведь это… хорошо? — Гарри был в лёгком недоумении, — что плохого в том, чтобы бороться со Злом?       — Вспомни, как я воевал, парень, — тихо прошелестел Голос. Перед мысленным взором Гарри стали картины увиденной им войны, и того, что с ними было связано… и он зло скривился. — Понял теперь, кому война, а кому и мать родна. А теперь вспоминай, с кем я воевал и как.       — Эмм, вы о своих товарищах? — Гарри вновь недоумевал, причем тут это.       — Нет, не в товарищах дело. Дело в том, что рядом со мной были люди, также воюя, нас поддерживали другие люди, танки, пушки, вертолеты… я воевал не в одиночку. Ты же именно что должен забороть Зло самостоятельно, и маги, что сейчас попивают чаек, тебе помогать не намерены, и учить тебя на великого борца тоже не намерены, да даже выдать тебе чудо меч не желают, они вообще не желают отрываться от своих занятий. Ты должен их спасти, они тебя поблагодарят, и все. За то, что ты будешь подставлять свою шею тебе даже горсти конфет не отсыпят.       Свое мороженое Гарри доедал молча, ему очень хотелось стать известным героем и всех спасти, но слова Дениса вселили в него сомнения, не нравилось ему то, куда пришел разговор. А уж когда ему вручили палочку-сестру воландемортовской, да ещё и заявили, что ждут от него великих дел… тогда приходилось изо всех сил смотреть в пол, с трудом и запинками бормоча слова благодарности. Глаза поднимать было опасно, сделай он это и точно не удержался бы от соблазна треснуть палочкой старого мастера по голове и не только по ней. Палочка выбирает волшебника! Ну надо же! А что магию выбирает тоже палочка? И волшебнику подойдёт лишь одна палочка? У Гарри вообще есть хоть какая-то возможность повлиять на свою судьбу!? В маги его записали, в школу записали, в герои определили, даже палочку и ту выбирал не он. И теперь от него ждут великих дел!! Простите, а его мнение хоть кого-то волнует? Нет, все уже расселись и ждут возможность посмаковать его великие дела!       Парню было как-то по-детски обидно, он-то думал, что вырвавшись от Дурслей станет свободен, но свобода оказалась узеньким коридорчиком, проложенным кем-то другим.       — Погоди горевать парень, — хмыкнул Голос, — пусть сказка на деле совсем не добрая, это ещё ничего не значит, раз я нашел свое счастье и ты найдешь.       — Думаешь найду? — печально и с лёгким надрывом буркнул Гарри.       — Я не думаешь, парень, я знаешь, — весело передразнил его Голос. — Если все плохо и счастья нет, и не будет, можно только голову о стенку разбить. А у тебя ещё все впереди, и эти ловкачи еще пожалеют, что решились на такие игры. — Гарри чуть-чуть, краешком губ улыбнулся, ему стало чуть легче на душе. Да от сказки остались лишь цветные осколки, да будущие было тревожным… но простые слова ободрения дали ему… надежду, что все не так плохо.       А потом он вернулся к Дурслям, чтобы провести с ними последние дни перед поездкой в Хогвартс. И взгляды, которые на него бросали, Гарри очень не нравились. Так смотрели на компанию Дадли те, над кем они издевались. От тех, на кого бросают такие взгляды, ждут чего-то очень неприятного и опасного, и ничего не могут с ними сделать. Это вновь кольнуло юного мага, становиться вторым Дадли ему не хотелось.       Но вот день настал и Гарри Поттер, герой магической Британии отправился в Хогвартс. Платформу девять и три четверти он нашел сравнительно легко… с подсказками Голоса. Раз такое число, значит где-то между девятой и десятой платформами, а потом нужно чуть-чуть походить, на людей посмотреть, на то, как они старательно не смотрят на один из участков платформы, а потом стоило лишь немного подождать, чтобы увидеть, куда нужно идти…       В поезд Гарри, помня о том, что при первом посещении магического мира ему устроили чуть ли не овации, садился предельно скрытно, натянув на голову капюшон недавно купленной толстовки. И хотя багаж был неудобен, он справился. И до отправления тихо просидел в купе с каким-то парнем, что поглядывал на него с лёгким превосходством. С одной стороны такие взгляды Гарри не очень-то нравились, а с другой, как ему сказал Голос, всем мил не будешь и если хочешь, чтобы каждый встречный дарил тебе улыбку, то стоит подумать о надёжном докторе.       — Теодор Нотт, — коротко представился парень, посматривая с лёгким любопытством.       — Гарри Поттер, — вздохнул про себя юный герой. Он бы сейчас так хотел посидеть в тишине, слушая, как Голос тихо мурлычет какую-то песню, по его словам ностальгируя о том, как сам когда-то ездил в таких поездах.       После слов Гарри его сосед весьма оживился, стал с любопытством подглядывать на живую легенду. Но не успел он второй раз рот открыть, как началось нашествие непрошеных гостей. Первым был какой-то рыжий парень, с крысой в кармане, которому было интересно пообщаться с победителем Темного Лорда. На пару первых вопросов Гарри ответил, потом что-то спросил Нотт, рыжий, назвавшийся Роном Уизли, ответил, и понеслось. По мнению Рона «Слизерин самый худший факультет Хогвартса, там только темные маги и вообще злодеи, да ты знаешь, что сам Тот-Кого-Нельзя-Называть из Слизерина!». На невинный вопрос Нотта, «А знает ли Рональд хоть что-нибудь об этом маге, ну там как учился, чем прославился?» Рональд тут же заюлил, «Что о таком знать нельзя, не положено и вообще, зачем это знать? Незачем, а то ещё сам таким же станешь!». На что получил ехидную реплику Дениса: «Не знаю, но осуждаю!». А когда Гарри невзначай спросил рыжика о том, знает ли он что-нибудь о маглах, то получил исчерпывающий ответ: что у Рональда есть дальний родственник, какой-то там бухгалтер, но его семья с этим маглом не общается. Этот борец с темными магами тоже считал себя выше жалких людишек.       И в этот самый миг на пороге купе возник Драко Малфой. Так он потом представился. Ему тоже нужен был Гарри Поттер. И он оказался ярым фанатом Змеиного факультета. «Ведь там учатся сливки общества, элита, только там можно достичь величия и вершин!». Разумеется, услышав подобные высказывания, Рональд Уизли не мог молчать! Со стороны Рыжика тут же пошли обвинения и разоблачения, но и Малфой не молчал! Он не мог уронить честь факультета Слизерина! Уизли обвинили в бедности, неумении… дальше Гарри не вслушивался. Как и Нотт, переглянувшись, оба отодвинулись от сцепившихся взглядами и языками Борцов за Правду и Все Хорошее. А потом просто вышли из купе, спорщики этого даже не заметили, занятые друг другом, их противостояние было столь жарким, что Рон уже готов был пустить в ход кулаки, а Драко сжал в руке свою палочку.       — Хорошо, что спутники Малфоя к нам не присоединились, — Крэб с Гойлом хотели зайти следом за Малфоем, но Нотт остановил их, замечанием, что помещение не резиновое, да и сами парни хотели перекусить, поэтому оставив Драко у цели, сами утопали за сладостями.       — Хорошо, — Гарри был полностью согласен, против троих у Уизли не было бы шансов и ему пришлось бы слушать Малфоя всю дорогу до Хогвартса.       — И тебе с ними учиться, — Нотт усмехнулся, — по крайней мере, с одним из них.       — Тебе тоже, — вернул усмешку Гарри, и протянул руку, Нотт думал секунд пять, после чего пожал ее. А потом их нашли Гермиона Грейнджер и Невилл Долгопупс.       У парня куда-то пропала жаба, и теперь они ее искали, ну и конечно, они не могли просто пройти мимо того, о котором писали в стольких книгах. Гарри сдавленно застонал, про себя, конечно же. Не только потомственные маги, но и начинающие о нем были осведомлены, и тоже жаждали чего-то эдакого! Если и не подвигов, так хоть подробностей… вот как тут не заподозрить чужое вмешательство в свою судьбу? Но жабу он нашел, и очень просто, только и нужно было окликнуть даму, что двигалась с тележкой полной магических сластей, вдоль купе. Жабу она видела, не самая быстрая амфибия заинтересовалась джинсами одной девушки и упрыгала к ней в купе, посмотреть. Дальнейшее Гарри уже не касалось, так что они с Ноттом вернулись к себе, там уже было пусто, видимо главное действо свершилось и участники разошлись, ну или они просто заметили отсутствие своей Цели.       А потом они приехали и двинулись в свою школу, и Гарри улыбался всю дорогу до замка. Хогвартс действительно был прекрасен, он, что называется, внушал, вызывал восхищение и трепет… глядя на могучий и величественный замок, на фоне звёздного неба казалось, что они всё-таки попали в сказку и уже скоро встретят короля Артура и его рыцарей, что учить их будет сам Мерлин, что…       Изнутри замок был также прекрасен, как и снаружи: старинные доспехи, ковры, переговариваются между собой портреты, причудливые узоры на стенах и потолке, странная потусторонняя атмосфера… казалось, что каждый дюйм этого места пропитывает древняя магия и тайны. Но долго любоваться замком Мальчику, Который Всем Нужен Просто Позарез не дали. Драко Малфой с наливающимся фингалом под глазом вновь вырос перед Гарри, словно чертик из табакерки, с поистине великодушным предложением просветить его о том, кто есть кто в магическом мире. Ведь некоторые семьи стоят выше других, на последних словах вперёд протолкался Рональд Уизли, с лицом покрытым прыщами, и задвинул яростную речь о факультете Слизерин вообще и слизеринцах в частности. Но в этот раз Драко подготовился и не стал отсылать своих сопровождающих. Крэб с Гойлом уже готовы были расквасить храброму правдорубу нос, но начинающуюся драку остановили появившиеся призраки.       — Да уж, — Денис весело хмыкнул, — на такие представления стоит билеты продавать.       — Нет, я против, не хочется быть призовым кубком, — вздохнул про себя Гарри. Что Драко, что Уизли ему не нравились, сильно не нравились. Первый явно считал себя выше Гарри, а уж узнай он, где и как жил великий Поттер… ни о каком равном общении не могло идти и речи. Да и его предложения… вот кто будет предлагать подобное тому, о ком вообще ничего не знает? Тут и дурак бы понял, что Поттер Малфою нужен лишь как ещё одна ступенька, чтобы стать ещё выше над всеми, ну и не стоило забывать, кем был отец белобрысого. Но и Уизли… он тоже имел самомнение, и какие-то маглы ему не ровня. При этом у парня за душой не было ничего, ни славы, ни деяний, ни умений и знаний, да даже богатства и того не было. Он был пустым местом, но уже готов был задирать нос. А уж его стойкая неприязнь к Слизерину и бескомпромиссность! И ему просто позарез нужен был Поттер! То ли чтобы привить свои взгляды, то ли для того, чтобы хоть чем-нибудь похвастаться.       Но вот подошла церемония распределения, и Гарри почувствовал, как ухнувшее вниз настроение медленно поднимается. Тут надо отдать должное обстановке, парень вновь почувствовал себя в сказке, где свечи парят над полом, где потолок, как звёздное небо, где собрались великие маги, и прямо на его глазах творилось волшебство… а ещё Гарри почувствовал волнение. Сейчас будет выбран факультет, что станет ему…       — А почему бы тебе самому не сделать выбор? — прошелестел Голос в голове. — Раз эта Шляпа разговаривает — попробуй поговорить с ней и попросить то, что тебе нужно.       Гарри улыбнулся, а ведь и в самом деле, почему бы не попросить? Язык у него не отвалится… вот только о чем просить? Когтевран? Нет, не для него, он не учёный и постигать тайны магии его пока не тянет. Слизерин? Тоже однозначно нет. Малфой там явно не единственный аристократ, жить и учиться с теми, кто будет смотреть на него сверху вниз, такого удовольствия Гарри не требовалось. Ну и кроме того, он не забывал, что Гарри Поттер — Герой Британии, сразивший Темного Лорда, и что этот лорд работал не в одиночку, что у него остались последователи, а у тех были дети. Пусть в учебниках не называлось имён… но кое-какие параллели провести было можно, как и предположить, что интерес того же Малфоя мог идти дальше собственной персоны. Так что нет, Слизерин не для него. Пуффендуй? Тоже нет. Не дадут ему вырыть нору и жить спокойной жизнью обычного барсука. Что Малфой, что Уизли, что закупленные книги ясно показали — спокойствия само к нему не придет, за него придется драться. А драться барсуки не шибко любят, выбери он этот факультет — рискует остаться в одиночестве. Да и жить в норке обычного обывателя… Гарри хотел большего. Так что Гриффиндор. Да Уизли не подарок, а уж его манеры… но ведь он же там не один на весь факультет?       Но вот распределение, Шляпа, что лишь тихо хмыкнула на его просьбу… а потом взяла и выполнила ее. И, как и полагается любой сказке, дальше был пир, истинно сказочный. А потом был сон, полный самых сказочных сновидений… и первые уроки.       — Мдаааа, тут половину персонала можно смело заменить горшками с кактусами, хуже не станет, — заявил Денис в конце первой недели обучения. И Гарри готов был подтвердить каждое его слово. Бинс с его Историей Магии, слово в слово повторяющий учебник, изо всех сил подражающий ему Квирелл, вдобавок ещё и заикающийся… ну и Ужас Летящий на Крыльях Ночи и Царящий в Подземельях по имени Снейп. Если первые двое вызывали лёгкое раздражение тем, что мало походили на учителей, а скорее напоминали архивариусов с задачами «писать отсюда и до звонка», то вот зельевар вызывал стойкую неприязнь, напрочь отбивая любовь к своему предмету.       Неприкрытый протекционизм к своему факультету и столь же неприкрытая нелюбовь к чужим, отсутствие какой-либо профессиональной этики и желания учить, ну и личная неприязнь конкретно к Гарри Поттеру, что сделало зельеварение одним из самых нелюбимых предметов юного мага, и не его одного. И да, Герой Магической Британии понимал, что всем понравиться нельзя, что у него будут недоброжелатели, что кто-то может просто иметь отвратительный характер, наконец, что никто не обязан нянчиться с учениками, но... черт побери! Это не преподаватель, кто угодно, но не преподаватель, и вынося Снейпу эту оценку, Гарри был абсолютно беспристрастен. Просто ему было с чем сравнивать. Макгонагалл была строга, а иногда и сурова, но она учила. Флитвик был не так строг, но и у него на уроках не было анархии и царства "вольных художников", и он также учил. Про учителей из мира обычных людей и говорить нечего. Снейп же... «Ингредиенты — в шкафу, инструкция по приготовлению — на доске, взорвался котел? Виноват Поттер, потому что не подсказал, что нельзя кидать иглы дикобраза».       — Честное слово парень, мне кажется, ты в одиночку быстрее выучишься, чем в этом балагане. — И Гарри вновь был готов подтвердить каждое слово, начинка в очередной раз не соответствовала обертке.       Так что Гарри стал часто пропадать в библиотеке, учась по книгам, где обнаружил Нотта и Гермиону, оба как-то подтянулись к нему, и хотя познакомившись с Гермионой, Нотт посматривал на нее косо, но всё-таки общался, постепенно теплея… и разумеется, такое положение дел не могло остаться незамеченным. Драко Малфой решил наглядно показать, кто есть кто в магическом мире и вообще поставить задаваку Поттера на место. И тут как тут нарисовался Рональд Уизли вступившийся за честь факультета, да и вообще они же с Гарри товарищи! И библиотекарша куда-то подевалась, не спеша унять сладкую парочку. А Гарри немного психанул, достали его эти недоумки! Вы за наших? Нет!? Тогда вы за тех!! Он, чтоб им пусто было, за своих! Не с вами и не с ними!!! К счастью вмешиваться не пришлось, Рональд Уизли, наступая на Драко, поскользнулся и сбив Малфоя с ног оказался у шкафа с книгами. Гарри тихо шепнул пару слов, заклинание покачнуло этот шкаф, из-за чего оба парня оказались засыпаны гигантскими талмудами.       — Мадам Пинс, — тут же заголосила Гермиона, — помогите! Помогите скорее!! — Мадам нашлась через пять минут, к директору ходила, отчитывалась о закупке учебников на этот год. И увидев погром в своей вотчине, воспылала жаждой крови.       — Там два мальчика пытались подраться, а потом шкаф накренился и… — Гермиона вздрогнула, видимо представив, что могло бы быть с забияками, — помогите им скорее!       Ну что же, парням помогли, и даже ругать не стали, их просто достали из завала книг и пролеветировали через всю школу в больничное крыло. Мадам Пинс просто не стала ничего менять в их положении, как достала вцепившихся в чужую одежду и уткнувшимися друг другу в губы, так и пролеветировала. Тихо было неделю. И за эту неделю троица заучек неожиданно весьма сблизилась друг с другом. А потом их огорошили новостью о том, что Драко вызвал Уизли на дуэль. И секундантом у рыжего предложено быть Поттеру. Которого желание Рона, липнувшего как банный лист, притиснуться к их тройке, достало настолько, что Гарри, уже не сдерживаясь, прямо заявил, что раз он, Гарри Поттер, ничего не знает о дуэлях, то секундантом быть не может, и просвещать себя на эту тему он не станет. У него и так куча дел. На возмущенные вопли Уизли, что тот Поттеру помогал и тот тоже должен помочь, Гарри ответил, что за помощь благодарен, но на большее Рыжий может не рассчитывать. Сам влез, сам и разбираться будет.       Ну, он и разобрался… в своей манере. С гордо поднятой главой отправившись в Зал Наград. После отбоя. Ведь дуэль это серьезно, это только для крутых парней… и конечно же, мерзкие слизеринцы, о которых Рыжий ему все уши пожужжал, в этот раз не станут врать, ни за что. И дуэль может быть только после отбоя, и ни в коем случае не в аудитории или коридоре, только Зал Наград, только там! Услышав подробности, Гарри только головой покачал, а уж на гневный возглас: «Я все равно пойду, даже если ты струсил!!» мог только посмеяться. Ооо, внутри он просто кипел! Но снаружи… он был спокоен и собран, одного раза ему хватило, более чем хватило.       Первый урок полетов на метле, ооо, сколько всего было в этом слове для волшебников! Рон не уставал говорить об этом, Малфой хвастался, гордясь тем, что уже опытен и все знает… кто-то осторожничал, кто-то предвкушал... равнодушных не было. Точнее нет, один был, Гарри Поттер. А он просто помнил свой полет на мотоцикле вместе с Хагридом. Небо… он полюбил его, ему понравился полет и ветер в лицо, бескрайние просторы и ощущение свободы, и скорость, с которой мир проплывает вокруг тебя… и потому он с неприкрытым скепсисом смотрел на метлы. А ещё был полностью солидарен с Голосом, заявившим, что технический прогресс придуман специально для того, чтобы облегчить жизнь дикарей. И что сидеть на кожаном сидении лучше, чем на палке, удобней. Но вот они пришли на урок и… встретили ещё одного преподавателя, которого лучше свозить к ветеринару и усыпить. Дешевле выйдет. Хват на метле! Вот что важно!! А то, что один из учеников упал и сломал себе руку? Да кому какое дело! Щас в больничное крыло отнесем и все поправим… а если бы он сломал шею? Техника безопасности? Не, это не про лучшую школу Магической Британии. Подсказки от учителя как надо, а главное не надо делать? Как надо схватиться за метлу она всё-таки сказала, а вот остальное… видимо, это должен знать каждый, в обязательном порядке. И вот учитель уходит и Малфой не стал стоять на месте, схватив напоминалку Невилла.       — Я вот не понимаю, он что специально? — послышался голос Дениса, но Гарри тогда не обратил на него внимания и как он потом понял — очень зря.       Малфой его достал, очень сильно достал, и Гарри принял вызов, рванув на метле следом за белобрысым. Отчего тот, струхнув, выбросил прочь вещичку, Гарри наддал, успев поймать ту… все были в восторге. Он посрамил гнусного слизеринца… и профессор Маггонагал тоже была в восторге, ведь она нашла нового ловца… и только значительно позже, уже лёжа в кровати, Гарри услышал невинный вопрос, поняв, как сильно влип.       — Парень, а давай подумаем, что нам принес этот день?       Юный Поттер задумался… и едва не застонал. Вот этот проклятый урок полетов, вот Малфой хватает напоминалку… и зачем это ему? Показать, как жалки и ничтожны гриффиндорцы? Он за этим в школу прибыл? Точно? Просто сделать пакость, из любви к искусству? Ага, на глазах у двух групп учащихся, никто из которых, конечно же, не расскажет об этом. Особенно молчаливы будут гриффиндорцы, ага. Ну и конечно Малфою никто и слово не скажет, особенно из тех, кто постарше, им так хочется войны между факультетами. Ведь столь прямые и неприкрытые пакости, просто так, потому что хочется — это именно то, что выставит факультет Слизерина в выгодном свете, да. По мнению Гарри, Малфой и правда специально сотворил эту дурь… знать бы ещё зачем… но дальше больше! Дальше временное умопомешательство охватило его декана, что невесть с чего не назначила ему отработки, а сунула в команду по квиддичу, на роль ловца. Самого ценного игрока команды!! Сходу, без всяких испытаний!! Почему бы и нет!? А ведь были и другие кандидаты на это место, и они тоже знали какой хват у метлы, и даже летать могли… и решение Макгонагалл перечеркнуло их надежды. «Почему он, а не я!?» Страшный для юного Поттера вопрос, страшный потому, что пока ещё ему нечего было ответить. Зато найти ответ можно было самостоятельно и многие его нашли: потому что он Поттер. Герой Победивший Темного Лорда, потому что ему можно больше, чем другим. И людские надежды и чаяния менялись и трансформировались… пока ещё незначительно. И это была лишь верхушка айсберга.       Тренировки по квиддичу были обязательны для нового члена команды, а значит, в библиотеке он будет проводить меньше времени, меньше будет общаться с Ноттом, а если тот будет страстно желать победы своему факультету, то общение вообще может прекратиться. Это с Гермионой проще — она гриффиндорка, Нотт же со Змеиного факультета… но и это ещё не всё!! Самая соль в самом квиддиче!       Когда Гарри прочел правила этой… игры, то решил, что наткнулся на книгу с шутками. Голос в голове его согласно поддержал, посоветовав обратиться к библиотекарше. Он и обратился, получив в ответ недовольное замечание о том, что здесь только серьезные книги, которые надо уметь читать. После этого он прочел книгу ещё раз… и решил спасаться.       — Проклятье, — негодовал Голос, — эти потомки Мерлина в каком веке застряли? Такую хрень только дикари из племени Мумба-Юмба могли устроить, да и то, наверное, у них бы лучше вышло! — И Гарри вновь, в который раз, был готов подписаться под каждым словом.       Квиддич… на высоте нескольких метров устанавливают кольца, в которые надо забрасывать мяч, квофл, этим занимаются три охотника, им мешает вратарь. Всем четверым мешают загонщики, отправляя в них бладжеры, два мяча поменьше, причем делают это с помощью бит. И венчает этот идиотизм ловец, что все время матча ловит снитч, последний мяч, самый маленький, прыткий и золотой. Смотреться это наверно должно было неплохо, но вот участвовать в этом… достаточно сказать, что средств защиты игроков не предусматривалось, вообще. Не было ни спецпокрытия на стадионе, ни хотя бы шлемов, упадешь с метлы и начинай молиться, если маги успеют поймать тебя заклинанием или упадешь ты так, что сломаешь себе руку или ногу, то тебе повезло. А если треснешься головой, сдохнув или став идиотом, значит, не повезло.       — Как в это вообще можно играть? — Голос в голове продолжал недоумевать. — А если кто-то нарушит правила? Те, кто писал эту книжечку с детства ударенные!? — И вновь Гарри был полностью солидарен с Голосом.       Голова это штука такая… ее бить не надо. А тут можно получить по башке не однажды и не дважды, и ладно бы ещё бладжерами! Могут и битой огреть! И получить за это аж целое пенальти!! Нахрен кому сдалось это пенальти, после отбитых мозгов… хотя может и сдалось, голова-то уже не соображает. Гарри твердо для себя решил — в этом он участвовать не будет, пользы с этого никакой. Вы выиграете Кубок по Квиддичу! И что с того!! Они этот Кубок дай бог если пару раз увидят, потому что стоит он в кабинете декана! Так зачем он им сдался… хотя тому же Вуду, что капитан команды и хочет строить карьеру спортсмена, он может и сдался. Прийти куда-то и заявить, что твоя команда завоевала Кубок, пусть и в школе… это уже кое-что. Вот только Гарри не Вуд, и карьера спортсмена его не прельщает. Да у него талант, да он полюбил небо… но к квиддичу это не относится.       А на следующее утро, после ночи раздумий, совы доставили метлу, новую, отполированную до блеска и пахнущую чем-то неуловимым, но приятным… как свежескошенная трава. Метла Нимбус-2000, самая лучшая модель. И конечно же, дарить ее можно было только за завтраком, перед всем Хогвартсом, другого времени не было.       — Я вновь что-то не понял, — пробормотал Голос, — за каким чохом тебе метла? Соревноваться же ты на ней не сможешь.       Но судя по восторженному шепотку Рона и ещё пары ему подобных индивидуумов выступать на ней очень даже можно было. И вообще, именно так и будет правильно. А мозги юной надежды всех магов Британии вновь заскрипели. Оказывается никакого контроля и равенства, на любимом всеми волшебниками соревновании, не было! Вот просто вообще. Ты мог тупо купить суперметлу и уделать соперников просто за счёт характеристик своего летательного средства. А ещё, наверное, можно было и очки нацепить, с определителем местоположения снитча… нахрен. Он и так выделился дальше некуда, а теперь ещё и метла… «этот Поттер может побеждать только за счёт кошелька, наверное, и вступление в команду он проплатил»… слышать подобные разговорчики за своей спиной Гарри не желал. Поэтому отложил прилетевшее с метлой письмо и пошел к столу Слизерина.       Сказать, что капитан команды зелёного факультета удивился визиту Поттера, это значит изрядно преуменьшить действительность. А уж когда Гарри начал спрашивать… «а будет ли честно использовать новую метлу? И вообще игра ведётся на своем, личном инвентаре, или всё-таки у каждой команды есть выделенный им на матчи?». Капитан слизеринцев малость побагровел, но ответил честно, что никаких запретов нет, и в плане оснащения можешь творить все, что захочешь. А летают все на школьных метлах, у каждого факультета есть запас и они выбирают себе по руке, оставляя метки, чтобы никто не брал чужую. Хотя выбирать особо не из чего, Хогвартс новыми моделями метел не закупался. И удовлетворив любопытство Поттера, замер на месте, сверля юного героя недобрым взглядом. Тот не стал его разочаровывать.       — Скажи, а ты можешь сжечь эту метлу? — и Гарри протянул Маркусу Флинту древко Нимбуса. То как на него вылупились слизеринцы достойно занесения в отдельный фотоальбом, а уж реакцию некоторых гриффиндорцев вообще и Макгонагалл в частности стоило бы увековечить на одном из портретов, чтобы все и каждый видели.       Ооо, какие он услышал слова и выражения! И что он не прав, и что это ценнейшая вещь, которую нельзя сжигать, и что он вообще не должен разговаривать со слизнями (Рон), и что он не желает победы своей команды… Гарри же просто спросил всю эту шайку, а по-другому он их сейчас не воспринимал, как они хотят победить? Честно или нечестно? Все вопли и взвизги как ножом отрезало. Даже Рыжий примолк, хотя по его взгляду ясно было видно, что Гарри совершил акт кощунственного святотатства. Гарри это видел и не только это. Видел другие глаза и лица, и появившиеся в них уважение, немного, капельку, но это было.       Потому что во все времена откровенных и неприкрытых жуликов били. Ну или презирали, если уж побить нельзя. Да, за свой кусок в жизни бьются без всяких правил, но квиддич это не жизнь, это игра, а играть нужно по правилам. Да, можно изобрести неожиданный прием, ловкий трюк… но в рамках правил. Твои шансы должны быть равны шансам соперника, а когда вот так, при помощи денег…       Да, все было не так остро, да, были нюансы, но Гарри впервые показал, что готов соревноваться со всеми на общих основаниях, а не как Герой, которому все можно и у которого полные карманы крапленых карт. И Маркус таки сжёг Нимбус, протянув Гарри руку, которую тот пожал. А потом Герой Магической Британии заявил на весь зал, что он больше не ловец сборной Гриффиндора. Он будет состязаться с другими учащимися за это место, по честному. Лицо Макгонагалл нужно было видеть, там был и гнев, и шок, и недоумение, и опаска, и… не было лишь одного — принятия. Женщина могла понять, почему он сделал то, что сделал, но принимать это не собиралась. По ее мнению Поттер явно что-то должен был сделать, и на мнение самого Поттера ей было плевать со всех башен Хогвартса разом. Гарри это видел и запомнил, дав себе обещание больше не попадаться в ловушки. И да, ловцом он не стал, им стал один из третьекурсников, абсолютно честно, к слову. Талант талантом, реакция реакцией, а опыт и мотивация это тоже немало.       В общем, на дуэль Уизли он не пошел, ни секундантом, ни зрителем. Вновь влететь в водоворот чужих планов? Спасибо, но нет, и даром не надо. И даже не удивился, встретив в гостиной Гриффиндора запыхавшихся Рона, Гермиону и Невилла Долгопупса. Оказывается гадкий и лживый Малфой на дуэль не пришел, и в самом деле, кто бы мог предполагать, что он соврет? Уж точно не Рон, обвиняющий его во лжи. Зато вместо Драко прибыл Филч, от которого спаслись лишь благодаря случайности… умудрившись забраться в Запретный Коридор. Тот самый, куда нельзя забегать, если ты не хочешь помереть, и который запирается на обычный замок, открываемый даже заклинанием первокурсника. Что Гермиона и продемонстрировала. И оказывается в этом коридоре есть что-то ещё! Ведь огромный трехголовый пёс стерег люк!       Гарри честно пытался выслушивать этот бред, но его хватило лишь на пять минут. Потом он задал один единственный вопрос, оборвавший рассказчиков на полуслове.       — Кто поставил в коридоре пса?       Потому что чужой дядя в Хогвартсе тайник устроить не сможет, да ещё и такой, о котором будет осведомлен директор и все преподаватели. И если они знают, то они все и устроили… но при этом оставили дверь фактически открытой нараспашку. А ведь что им стоило запереть ее покрепче, да просто замуровать наглухо? Маги же... но нет, обычный замок, вот тот максимум, что возможен в Хогвартсе, самом надежном и защищенном месте Магической Британии.       Но его явно не так поняли, начав шушукаться о том, что абы кто не мог приволочь пса в Хогвартс… и глядя на Гермиону, Гарри было тяжело и немного больно. Всё-таки она его первая почти-подруга. Но если она хочет стать частью чужих замыслов, то кто он такой, чтобы ей мешать? Подсказку он дал, а тащить за шиворот прочь человека, чьи мозги работают строго в одном направлении? Есть и более веселые способы убить время, если ни один из троицы не видит или не хочет видеть явных несуразностей происходящего, то что изменят слова Гарри? Все трое прозреют? Нет, скорее уж, они с ним поругаются, ведь чтобы увидеть правду, нужно хотя бы желать ее видеть. А эта троица явно не желала выбираться из своей сказки, где есть только Добро и Зло, и «просто кто-то ещё молод и пока неясно с кем он»… это он услышал, уходя спать.       — А ведь мне интересно узнать что там — с лёгкой горечью заявил Гарри своему Голосу. Сегодня он сидел один в библиотеке, Нотт был занят, слизеринцы что-то там у себя планировали, а Гермиона начала как-то отдаляться от них, примыкая к Рону с Невиллом.       — Тайник явно устроен кем-то из школы, но так, чтобы войти мог любой, — хмуро заметил Голос. — А Ваш директор значится победителем прошлого Темного Лорда, главой Международной Конфедерации Магов и местного Суда. Ты же не думаешь, что он идиот или растяпа?       — Нет.       — В этом и суть, раз это было сделано не из глупости, значит специально. А лезть в чужие планы… вот послушайка:

Лица стерты, краски тусклы — То ли люди, то ли куклы, Взгляд похож на взгляд, А день — на день. Я устал и, отдыхая, В балаган вас приглашаю, Где куклы так похожи на людей. Арлекины и пираты, Циркачи и акробаты, И злодей, чей вид внушает страх, Волк и заяц, тигры в клетке – Все они марионетки В ловких и натруженных руках.

Кукол дергают за нитки На лице у них улыбки, И играет клоун на трубе. И в процессе представленья Создается впечатленье, Что куклы пляшут сами по себе. Ах, до чего ж порой обидно, Что хозяина не видно: Вверх и в темноту уходит нить. А куклы так ему послушны И мы верим простодушно В то, что кукла может говорить. Но вот хозяин гасит свечи — Кончен бал и кончен вечер, Засияет месяц в облаках… Кукол снимут с нитки длинной. И, засыпав нафталином, В виде тряпок сложат в сундуках.

      — Красивая песня, значит ты против?       — Не будь Роном, парень, и не уподобляйся Малфою. Это у них только две стороны на белом свете. Если ты хочешь узнать, что охраняет пёс, то узнавай, но не как чья-то марионетка.       — Спасибо Денис. — Гарри улыбнулся, на душе стало легче, намного. Всю свою жизнь он мечтал вырваться из чулана на волю, мечтал о подвигах, победах, о том, как с нуля создаст великую корпорацию… мечтал о многом и разном. Вот только воздух свободы его опьянил и потому Голос немного придержал его, чтобы Гарри пришел в себя. Никто не обязывает его вести жизнь серого мышонка, напротив, но выбирать вершины, которые нужно покорить должен сам Гарри, а не мудрый старый маг, с неясными планами.       Поэтому Гарри стал работать на репутацию и строить заделы на будущее. Он учился, заодно знакомясь с учениками других факультетов, а не только Гриффиндора. Знакомился и помогал: для него мелочь, а они будут помнить оказанную помощь, и напомнят об этом другим. С его чудо памятью и пониманием запомненного он мог многое, даже давать советы старшекурсникам, ведь изучением программы первого курса Гарри не ограничился. Так он сошелся с братьями Рона, и немного пообщавшись вновь искренне удивился Роновой лени. Ну хочешь ты от жизни многого, так добивайся! Прикладывай усилия!! Те же братья имели свои желания и по мере сил старались их исполнить, а не сидели день деньской ничего не делая... мдаа, в таком ракурсе участие Рона в здешних шарадах смотрится совсем по-другому, парень хоть чем-то занялся. При этом ничего не говоря своим братьям. Борьба с Тьмой, это, конечно, важно, но славой делиться как-то не хочется...       Ну а братья Рона... если с Перси Гарри перемолвился лишь парой слов, то вот с Фредом и Джорджем он говорил куда больше и дольше. Веселые, шебутные, они были мастерами шалостей и проказ, на взгляд Гарри немного жестковатых, но с другой стороны... «Навозные Бомбы», патентованное средство для розыгрышей и шуток, продавалось совершенно свободно, и в том же Хогсмиде им закупались с завидной регулярностью. А навоз — это дерьмо, коровье. И если для магов нормально закидать кого-то навозными бомбами, то и «Блевательный Батончик» от Уизли, будет вполне в тему. А чем-то более серьезным братья не занимались, как сказал в свое время Фред: «Шутки это одно, а вот откровенное членовредительство это уже другое». Так что Гарри не лез к ним с моралью и поучительством, помня поговорку про устав и монастырь, а они в ответ показывали и рассказывали разные мелочи... К примеру, о Самопишущем Пере и Чудо Закладке. Данная комбинация артефактов была идеальным вариантом для тех, кто не желал терять свое время, строча всяким Бинсам полтора-два свитка, переписывая учебник. И такие "переписи" любил не один Бинс, так что многие ученики уже после месяца учебы раскошеливались, заказывая такие вот полезные штучки. А еще братья учили. Будущим законодателям в сфере шалостей и развлечений требовалось знать многое, и они знали, зачастую доходя до всего методом тыка. Ну а Гарри... Гарри решил, что такие учителя будут получше, например, Снейпа. Не сказать, чтобы парни обладали глубочайшими познаниями, скорее ограничивались несколькими областями магического искусства, которые знали лучше прочих, но никакие знания лишними не бывают, а кроме того, Гарри заметил, что чем больше он узнает, тем выше его магическая сила, так что учился.       Единственное, что напрягало — это вялые попытки близнецов "вернуть его на путь истинный", в ряды борцов со Злом, но Гарри с легкостью менял тему разговора, не понимал намеки... а братья не усердствовали, так что все было относительно неплохо.       А время между тем шло, и настал день, когда Гермиона поссорилась с Ноттом. Пока ещё только с ним и пока ещё только поссорилась. А на ужине Поттер узнал о том, что в замке появился горный тролль. Сам собой, конечно же.       — Вот кого они хотят обмануть? — печально вздохнул Гарри, пока ещё про себя. Его эти хитромагические интриги уже начали раздражать. Как мог тролль оказаться в школе? Если эти туповатые создания не ходят сюда на охоту, то его кто-то впустил. Кто? Тот, кто не был на ужине. И первый кандидат это Квирелл, остальные преподаватели в школе не один год проработали, а Дамблдор достаточно умён, чтобы не держать с собой тех, кто скармливает троллю учеников.       — Гермиона, — прозвучало имя в его голове. А Гарри скривился, словно лимон съел. И двинулся к туалету для девочек, чтобы предупредить… пока ещё подругу. На ужин та не пришла, слишком уж много они с Ноттом наговорили друг другу, и не все из этого было преувеличением или выдумкой, вот и грустила в туалете, переживая свою первую ссору с первым почти-другом. Сам же Гарри... да они почти разошлись в стороны, да, девочка сама сделала свой выбор, да ей ничего не должно угрожать — получение трупа той, кто начала поддерживать Молодых Борцов со Злом в планы тех, кто крутит тут хитрые планы явно не входит. Да и сама по себе Гермиона для них важна, ни Рон, ни Невилл знаниями не блещут, но… Гарри не мог просто бросить ее. Планы планами, но тролль мог о них не знать…       — Стой, — щёлкнул металлом Голос. — Спасение девочки дело благое, но как именно ты хочешь ее спасать?       — Я, — Гарри запнулся, замедлив шаг, и в самом деле, что он будет делать? Словами тролля не остановишь, да и кулаками тоже… магией, больше нечем. Вот только маг из него… заклятие щекотки или заплетающихся ног для такого зверя будет маловато… а что-то сверх этого… сверх… — Спасибо Денис. — Гарри понял, что будет делать и оставил зарубку в памяти — планировать свои действия заранее.       До туалета он добрался быстро… и ни один ученик, староста, преподаватель или портрет не обратил внимания на первокурсника, что откололся от остальных, как и на отсутствие той же Гермионы…       — Вингардиум Левиоса, — и меч одного из рыцарей завис рядом с парнем. Очень хороший меч, как и все в этом замке содержащийся в идеальном порядке. Тролль за дверью торжествующе заревел, Гермиона протяжно завизжала, а Гарри пинком распахнул дверь, одно мгновение ему потребовалось на то, чтобы оценить обстановку и противника. Тролль же, услышав новый звук, недоуменно крутнул башкой, а Гермиона от неожиданности чуть уменьшила громкость голоса. Огромная гуманоидная туша с непропорционально маленькой головой уже совершила полуповорот, как Гарри атаковал ее. Тусклая гранитно-серая кожа, бугры на теле, что походило на валун, явно намекали, что тыкать мечом в туловище бесполезно, и даже если удастся, зверюгу это лишь разозлит. Так что меч полетел в шею, куда воткнулся, словно топор в дерево. Вот только если дерево не обращает внимания на топор, продолжая стоять, то тролль рухнул на середине движения, словно у него исчезло сознание.       — Позвоночник, — негромко заметил Голос, — хороший удар. — Гарри тихо выдохнул… первая забранная им жизнь. Почти неразумная, можно сказать звериная, но жизнь, которую можно было и не забирать, если бы он знал больше… пусть память Дениса и испытанные чувства изрядно повлияли на Гарри, в этот раз все было… он не мог подобрать нужных слов, но этот миг, когда он сознательно убил, Гарри запомнил. И понял, что изменился, очень сильно изменился, и не собирался противиться этим изменениям.       — Гааарррииии? — на парня с возгласом, где немыслимо смешались облегчение, неверие, удивление и бог знает что ещё, бросилась Гермиона, уткнувшись ему в грудь, молча вздыхая и всхлипывая.       И уже через четыре секунды в туалет влетели Рон с Невиллом, дико выпучив глаза на тушу тролля. А ещё через десять появились преподаватели: Макгонагалл, Снейп, Флитвик. Гарри тяжело вздохнул, ведь обещал же себе не влипать… и в итоге обещание не продержалось и нескольких месяцев. Юному магу стало стыдно. Вот что здесь делает эта троица? Уже довели учеников до спален и теперь патрулируют замок? Втроём? Что-то слабо верится. А значит ещё одно запланированное происшествие, дабы придать героям ещё больше героичности, ну и сплотить их группу… и Гарри в это влез.       — Гарри Поттер, Гермиона Грэйнджер, потрудитесь объясниться, что вы здесь делаете? — Макгонагалл была само возмущение. — Вы сейчас должны находиться в гостиной вашего факультета, ожидая нашего прихода, а вместо этого вы здесь с троллем! А вы, — тут она повернулась к Рону с Невиллом, — что вы здесь забыли!?       — Я заметил, что Гермионы не было на ужине профессор, — Гарри же был воплощением равнодушия, таким тоном он мог бы говорить о погоде прошлым летом. — Поэтому я пошел позвать ее в гостиную, ведь она не слышала о том, что в замке тролль. — Декан львиного факультета чуть-чуть сощурила глаза, только что в ее огород прилетел небольшой камушек, ведь она тоже должна была заметить нехватку одной первокурсницы.       — А вы вообще осознаёте, что могли пострадать, мистер Поттер!? — перешла декан в наступление. — И почему вы не позвали меня и не сообщили о Гермионе!?       — Я не мог пострадать профессор, я маг, — все тем же равнодушным голосом бросил Гарри, профессор явно нацелилась на то, чтобы он почувствовал свою вину, хоть в чем-то и начал просить прощения. Вот только извиняться он не собирался, как и чувствовать себя виноватым, стыд он испытывал лишь за нарушенное обещание. — Что до сообщения, то я был уверен, что вы тоже знаете, ведь вы тоже маг. — Этот камушек был поувесистее, отчего профессор трансфигурации поджала губы.       — Вижу, вы весьма уверены в своих способностях, мистер Поттер, — сказал, как сплюнул Снейп.       — Я просто знаю, что мне по силам, профессор, — теперь губы поджал и Снейп.       — Коллеги, полагаю нам нужно проводить детей к гостиной, — вставил свои пять копеек Флитвик. — И заодно попросить их больше не рисковать?       — Без меня, — коротко буркнул Снейп, двинувшись к своим подопечным.       — Что же я снимаю по пять баллов с каждого из присутствующих за безответственность, — Гарри все с тем же равнодушием на лице отметил, что Рона с Невиллом уже и след простыл. — А также награждаю Гарри Поттера тридцатью очками за победу над троллем. А теперь прошу вас проследовать за мной.       Дорога до гостиной прошла в молчании, но едва они вошли, Гермиона вновь бросилась к Гарри, горячо благодаря за помощь и спасение. Гарри в ответ спокойно заметил, что она его товарищ, и он не мог не помочь. Именно товарищ, не друг, девочка сама отстранилась от его с Ноттом компании, и пока она сама не вернётся, называть ее другом будет весьма опрометчиво.       Что подтвердилось уже через пару недель. Что мог предложить Гарри: книги о магическом мире и желание держаться в стороне от чужих планов. А Рон с Невиллом? Лесть, ведь по сравнению с ними Гермиона была Гением с большой буквы, и они хвалили ее, не переставая. Книги, которые никуда из библиотеки не убегали. И Приключение, настоящее Приключение, как в сказке, со всем причитающимся. Конкурировать с подобным Гарри даже не пытался, если уж тролля для вразумления не хватило, то какие шансы у обычного мальчишки? С другой стороны Гарри видел, что внимание хитрого планировщика постепенно смещается к образовавшейся троице из Рона, Невилла и Гермионы. Они получали приглашения на чай от Хагрида, они вели какие-то изыскания в библиотеке, что-то расследовали… Гарри смотрел на них и искренне радовался, что не участвует в этой дури.       Все трое были талантливы, действительно талантливы, Гермиона умная и начитанная могла бы поспорить со справочником… и сама не заметила, как ее знания ограничивают. Темные маги — Зло, их знания запретны и неправильны. Пока это были мелочи, но это пока. А ещё знания и теории нужно переводить в практику, и с этим у Гермионы были проблемы. Куча книг отнимала время, а друзья распугивали возможных учителей и помощников в освоении волшебства. Так что будущая великая волшебница уверенно делала шаги к превращению в заурядную ведьму, чуть выше среднего уровня. Друзья… ее новые друзья стали отдельным поводом для шептаний.       Невилл Долгопупс… тихий и робкий парень неожиданно для всех обрёл мотивацию и волю, плотно налегая на учебу… и стал совершенно нетерпим в некоторых вопросах, обретя по ним свое мнение. И ни на какие компромиссы он не шел. Так, например, он регулярно осаживал Драко Малфоя, первые пару раз он проигрывал, но постепенно счёт выровнялся, а потом и пополз вверх. И с каждой стычкой Невилл становился все увереннее, все чаще высказывая свое мнение о многом и разном… что резко не нравилось окружающим, имеющим свое видение ситуации. И не желающих воевать с подлыми слизеринцами.       Рональд Уизли, резкий, порывистый и безусловно талантливый для своих лет парень. Но его лень… парень банально не желал заниматься ничем из того, что ему не интересно. Необходимый минимум делал, а остальное время было отдано дуракавалянию, а ведь талант нужно развивать, прикладывая усилия, иначе на месте выдающихся умений будет пшик из серии «Кое-что умею... но не очень много». Вот и талантливого Рона уверено обходили вчерашние маглы, что учились, а не бездельничали. А ещё парень был болезненно охоч до славы и известности… по-прежнему не желая прикладывать к этому усилий. Приключение приключением, но внимание на себя хотелось обращать как можно чаще, поэтому парень постоянно цапался со слизеринцами вообще и Малфоем в частности. И постоянно проигрывал последнему по всем статьям. Денег у рыжика не было, желания и умения зарабатывать тоже, в магии он не упражнялся, а на словах… на словах он Малфою тоже был не противник. Ну а ещё Рон обладал гордостью льва и манерами носорога, того самого, у которого плохое зрение.       Так что манеры Рона и его постоянное желание выделиться, лёгкое занудство Грейнджер и категоричность Невилла в некоторых вопросах, вкупе с постоянными стычками с компанией Малфоя, напрочь отбили кому бы то ни было желание примкнуть к Гриффиндорскому Трио. Приключения это здорово, особенно в сказке, но свои нервы как-то дороже.       А между тем происходящее начало набирать обороты, Хагрид каким-то чудом получил яйцо дракона, и решил стать его матерью. И Троица не могла оставить своего друга в столь сложное время, бегая к нему в хижину… и конечно же, таясь перед всей школой. Никто не мог их заметить, вот вообще никто. Чем это все закончится, предположить было несложно. Поэтому услышав пару обрывков разговоров и приглядевшись к тому, что читает Гермиона, Гарри снизил до минимума свои контакты с этими приключенцами. Не помогло.       Расследование величайшего преступления в истории у Троицы застопорилось… и Гермиона просто спросила Гарри: не знает ли он что-нибудь о Николасе Фламеле? На что Гарри честно ответил, что это создатель Философского Камня. Уникального ингредиента, или артефакта, точно неизвестно, свойства и суть Камня — тайна за семью печатями, но с его помощью можно получить эликсир бессмертия и превратить в золото землю под ногами. Гермиона, счастливая, как именинница, убежала к друзьям, на ходу крикнув спасибо, а Гарри тяжело смотрел ей вслед. Не знать Фламеля… Гермионе простительно, она не родилась в магической семье, а вот Рону с Невиллом… незнание таких фигур прямо указывало на их кругозор. И невольно подводило к другой мысли.       Мысли о том, что магический мир не так уж и велик. Совсем невелик… а к черту! Он откровенно мал!! Словно несколько прыщей-родинок на теле человека. Вроде и в глаза бросаются, а здоровой кожи все одно на порядок больше. По просьбе Голоса Гарри весьма активно просмотрел географию и историю магического мира, и серьезно призадумался о дальнейших перспективах. Потому что самое большое, чисто магическое поселение в Британии — это Хогсмид, деревушка рядом с Хогвартсом. Деревушка!! И нет у волшебников городов, где они творят свои великие дела и решают мировые проблемы, или изучают тайны мироздания, да даже могучих предприятий, где строгают метлы для всего мира нет. Вообще ничего нет. Есть только Министерство, которое и рулит магическим сообществом… по крайней мере, пытается. Так что у мага есть ровно четыре пути: первый — идти в это самое Министерство, строить карьеру и становиться у руля, второй — познавать Великие Тайны Магии, третий — стать обывателем, растить на продажу мандрагоры, разводить флобер-червей… быть обычным магом, с перспективой стать в своём деле Мастером, ну и последний путь — это путь Темного Мага, что вырвет у жалких овец свой кусок лучшей жизни, опять же с перспективой стать Темным Лордом, что эту самую лучшую жизнь построит. От такого разнообразия Гарри едва не исплевал книжные страницы. Познание тайн… оно манило, сулило многое… вот только Гарри отчётливо понимал, что это не для него, ну не учёный он! Не открыватель он нового и неизведанного… да и не было ничего нового в поздней истории магического мира, новое средство для роста волос, улучшенное средство против прыщей, или новая метла вдвое маневренные предыдущей… не было великих открытий. И Гарри серьезно сомневался, что на этом поприще его ждёт успех. Карьера темного мага… она привлекала ещё меньше, драться за свое Гарри считал нормальным, но вот выдавливать медяки из других… нет уж, обойдется. Ну а два других пути… чем они отличались от жизни обычных людей, что точно также работают, делают себе имя, лезут в политику… разве что Мастера среди людей не так известны, ну так и людей больше, чем магов, можно затеряться. Но в мире обычных людей можно развернуться куда шире, чем в магическом мирке. У всех людей на слуху гигантские корпорации, звёзды спорта, кино, политики… а маги? Хоть кто-то интересуется тем, что там за проливом? Если и интересуются, то считаные единицы. И не потому, что дураки или изоляционисты, а потому что магический мирок — маленькое болотце для обывателей, и лишь пара лягушек на кочках понимают, что за границами болотца есть что-то ещё. А Гарри не хотел жить в болоте, ему хотелось летать…       И во время одного из таких размышлений и планирования будущего, он задержался в библиотеке дольше положенного, сильно дольше и попался на глаза Макгонагалл, что вела за собой Рона, Невилла и Драко, видимо эпопея с драконом закончилась, а местный интриган решил, что кашу маслом не испортишь и на новом витке его плана Гарри нужно присутствовать.       И вот их отчитывают, упирая на возмутительную беспечность, безответственность, безразличие к судьбе факультета и правилам школы… Гарри хотелось зевать. И видимо как-то он себя выдал, из-за чего их декан полыхнула взглядом начала разоряться ещё сильнее. В итоге после пятнадцати минутной нотации с них сняли кучу баллов и отправили на отработки. В Запретный Лес. Куда тот же Филч не заглядывал. Ведь Хагриду нужно помочь. Совершенно обыденная вещь для каждого, кто нарушил школьные правила. И никто даже не подумал оспорить это наказание, ни Филч, что правила знал наизусть, ни директор, которому доложили о подобном наказании.       Так что на очередном уроке зельеварения Гарри впахивал, как раб на галерах. Задание на урок? На это Гарри было плевать с высокой башни. Достойная оценка? Это от откровенного говнюка, что Гарри невзлюбил с первого взгляда? Ну да, ну да. Да и что ему эти оценки? Проходной балл для будущего года он уже набрал, знания Гарри собирает сам, а экзаменовать его будут другие люди. Опасность снятия баллов и назначение отработок? Сейчас это не имело значения. В Запретном лесу его явно ожидает встреча с Великим Злодеем и к ней нужно подготовиться. А то ещё составителю хитрых планов станется убить его, для пущего драматизма и мотивации будущих героев. Трупы в школе раньше уже были, так почему бы не появиться и ещё одному?       — Поттер, — Снейп появился рядом с его котлом сразу же, как Гарри начал работу, — вы не умеете читать, или контролировать свои руки? Разве в простейшем рецепте для зелья, ускоряющего рост волос, есть строчка о ромашках?       — Прошу прощения, профессор, я замечтался о каникулах, — равнодушно бросил Гарри, засыпая тщательно перетолчённый паслён, которого в рецепте также не было.       — Минус двадцать баллов с Гриффиндора, за невнимание и безалаберность.       Окружающие Гарри первокурсники дружно застонали, тихо, сквозь зубы, чтобы не привлекать внимания Сальноволосого. Гарри же продолжал корпеть над зельем.       Что вообще дают баллы? Кубок факультета в конце учебного года. Стоящий весь будущий год у декана. И все, буквально все. Это пробуждало в первых четырех курсах молодых магов азарт и желание поржать над неудачниками в последнюю минуту. А Гарри, по совету Голоса, как-то представил себе ситуацию, когда к его дяде приходит на работу парень, и хвастается, что когда учился, заработал аж двести баллов, и это помогло выиграть кубок факультетов! Тогда Поттер негромко хихикнул, и выбросил погоню за баллами из головы. И старшекурсники тоже не беспокоились об этом, желание показать язык соперникам, конечно, бесценно, но им уже надо было думать о будущем, куда идти и какие знания при себе иметь. А вот младшие курсы за баллами следили, и каждая потеря была для них ударом. Поэтому когда Макгонагалл содрала с каждого задержанного ею по пятьдесят баллов, многие из юных гриффиндорцев почувствовали, что их предали. И не желали иметь с предателями ничего общего. Те немногие намеки некоторых ребят на дружбу с кем-то из Гриффиндорского Трио, что ещё теплились, сгинули, как не было, а Трио в ответ ещё сильнее сплотилось, ведь никто их не понимает, они же хотели как лучше! И сделали! А Гарри… его спас Денис и заготовленные на такой случай заделы. Многие помнили его помощь и потому не стали записывать в отверженные, скорее в невезучие. Нотт и ребята с других факультетов тоже помогали, скрашивая вечера общением, но как-то уж очень много у них всех образовалось дел… словно кто-то решил урезать им свободное время.       Время… зелье было готово. Больше всего эта дрянь напоминала густую темно-синюю краску, с запахом прокисшего молока. Его соседи по классу морщились, Снейп вновь снял баллы и поставил неуд, но Гарри улыбался, у него получилось.       Это был не яд, всё-таки каким бы Снейп не был, сварить что-то подобное у него перед носом нереально. Это было обычное зелье, вызывающее тошноту, просто в нем были некоторые добавки. Чуть усиливающие, чуть ускоряющие действие, и ещё много всяких чуть. Гарри набрал четыре пузырька, ещё четыре наполнив зельями своих сокурсников, он был уверен, что бурда Невилла или Рона окажут не менее сильный эффект, да и таланты Гойла нельзя было сбрасывать со счетов.       И вот они у кромки Запретного Леса, и Малфой привычно пытается надавить, заявляя, что его отец… но стоило Хагриду в свою очередь нажать, как сразу же отступил. А дальше вновь начался цирк с конями… однорогими. Кто-то их убивает, и надо найти кто. А для этого надо разделиться. Потому что это логично. Гарри должен идти с Драко и Роном, ну и трусливым псом, это тоже логично. Озвучивать вопросы, так и пляшущие на языке, Гарри не стал, он уже не удивился бы, окажись за ближайшими кустиками весь преподавательский состав Хогвартса. Шаг, второй, третий… и Рон привычно сцепился с Малфоем, тот ответил, и понеслось… только вот разнять их было некому, Гарри вмешиваться в этот цирк не желал. Слово за слово, громкость увеличилась, и Хагрид примчавшийся на шум вновь рявкнул на Малфоя, заменив Рона Невиллом, что был поспокойнее. Первокурсники вновь двинулись на поиски, Малфой что-то ворчал, Невилл задумчиво осматривал окрестности, держа палочку наготове, а Гарри тихо крался позади них. Неправильно, нечестно, непорядочно? Если кто-то не желает поумерить гонор и работать сообща со всеми, чтобы выжить в опасном месте, то он идиот. Ну а если этот кто-то уже записал своих попутчиков во враги, с которыми в принципе нельзя работать, то и на спасение пусть не рассчитывает. А если кому-то пришла в голову идея, встать на передний край борьбы Добра со Злом, то пусть он готовиться к риску и потерям, без этого борьбы не бывает. Так что совесть Гарри не мучала, оба парня перед ним были ему одинаково безразличны, сможет помочь — поможет, нет, значит такая у них судьба, сами выбрали.       Поляна появилась внезапно, вот вроде и тропинка вьется меж деревьев, и никаких просветов не видно, а потом шаг, второй и ты на краю пустого пространства, в центре которого мертвая однорогая лошадь и какая-то фигура в угольно-черном одеянии с капюшоном, что-то делающая с этой лошадью.       — Аааааа, — Малфой всё-таки оказался не полностью идиотом, и от увиденной картины мгновенно дал деру. Невилл, что-то яростно крикнув, пустил из палочки какой-то синий луч. Что именно кричал Невилл, Гарри не разобрал, на него резко накатила боль, в голове помутилось, шрам начало печь, и он едва устоял на ногах.       Фигура между тем плавно выпрямилась, двинувшись к мальчишкам, Невилл вновь что-то выкрикнул и пустил уже алый луч, но на идущего к ним это не произвело никакого впечатления, луч погас в темной дымке окутывавшей это нечто.       — Сейчас полегчает! — рыкнул Голос и сдавленно зашипел, но Гарри не отвлекался, ему стало легче, и нужно было попробовать спасти жизнь.       — Локомотор, — пробирки с зельями устремились в Черного Мага, и тот небрежным жестом отклонил их в сторону. Вот только пробирки были закрыты неплотно, и часть содержимого лёгкой взвесью повисло в воздухе. И в следующий миг осело на фигуре. Шаг, ещё один…       — Буээээ, — его шумно вырвало, — буээээ, — очень сильно и качественно, — буэээ, — зелья Гарри не обязательно было пить. Даже простое нанесение на кожу гарантировало результат, одна капля и начинается чистка желудка. Ну а зелье Невилла… наверное, оно вызывало понос, запах на это намекал.       — Прочь!! — на поляне, словно по взмаху волшебной палочки, появился кентавр, таинственная фигура тут же куда-то улепетнула, а Гарри стал слушать диалог посвященных. О крови единорога, о злом Злодее, что хуже самого Зла и готов на все ради спасения, даже на проклятие… хотелось побиться головой о дерево. Откуда информация о Злодее? Он один на всю Британию? И если вы столько знаете, так почему никто и не почешется насчёт его поимки? А главное, откуда взялся этот четвероногий… мудрец? Они ведь недалеко от замка, кентавры патрулируют эти места? И если да, то зачем прогонять нарушителя? Не лучше ли атаковать, копьём или стрелой? Можно, конечно, предположить, что кентавр сюда забрел случайно… но и тогда он должен был атаковать, да и не верил Гарри в случайности, не в такие.       — Вам нужно покинуть этот Лес, как можно скорее, здесь опасно для таких, как вы, — высокоинтеллектуальная беседа будущего Борца со Злом и Мудреца завершилась, и они вспомнили, где находятся. И в этот самый момент на поляне появились остальные участники действа, дополненные парой кентавров. И эта пара сразу же заявила собрату, чтобы не лез, куда не надо, и Гарри их понимал, и даже поддерживал, мысленно.       — Слушай Гарри, а чем ты его? — Невилл честно терпел до гостиной факультета, лишь там поведав Рону, что именно произошло, кто виноват и что будет. Гарри не вслушивался, направившись спать, но не успел, слишком быстро Невилл все протараторил и перехватил его вопросом у самого входа в спальни. Пришлось отвечать       — Той бурдой, что мы сварили у Снейпа.       — Гарри ты ведь сам все видел, ты чувствовал, его нужно остановить!! Если Снейп украдёт камень… — Невилл начал одухотворенно вешать, а Гарри едва не застонал. Вот как можно быть настолько… недалёким?       — Невилл сейчас мне хочется выспаться, давай поговорим завтра, — после чего Поттер, краем глаза отметив неприязнь на лицах Борцов за Добро, всё-таки вошёл в спальню.       Снейп у них злодей! А ничего, что этот Снейп принимался на работу Дамблдором? Тем самым, что уже одолел одного Темного Лорда, не раз сражался с другим и заставлял того отступать? А ещё говорят директор Хогвартса умен и силен, и занимает несколько серьезных должностей, помимо поста директора школы. И ни с одной его не прогнали, что значит, везде он действует успешно. И вот такого человека обдурил Снейп, и дурил долгие годы, в надежде нагадить по-крупному. Темные Лорды этого не смогли, а вот Снейп смог, и теперь на нелюбимой работе, потому что именно так полагается себя вести великим обманщикам. Это логично. Гарри пошел спать, плевать, кем его сочтет Золотая Троица Гриффиндора, становиться с ними в один ряд он не намерен.       На следующее утро разговора не получилось, и Рон, и Невилл спали так, что не добудишься, поэтому парень отправился в библиотеку. Нужно было прояснить один момент, связанный с кровью единорога. Потому что Темный Лорд, пусть и почти бывший — это не та фигура, которую можно игнорировать. И прочитанное Гарри не нравилось, совсем не нравилось, проклятие действительно было, и надо действительно очень сильно бояться смерти, чтобы добровольно принять его на себя. Это порождало вопросы, первый из которых: оставит ли его Темный Лорд в покое? Потребности воевать за Добро и Свет Гарри не испытывал, раз уж другие не торопятся, то и ему незачем спешить, но это он, а что Волан де Морт? У того может быть свое видение ситуации, причем неадекватное, в том числе и благодаря проклятию. И чтобы узнать это мнение Гарри таки придется принять участие в чужой шараде. Хорошего конечно мало, но спрашивать Квирелла напрямую Гарри опасался, псих же. Почему Квирелл? А кто ещё? Остальные-то все проверены годами службы, и не только ею, кое-кто и войну зацепил.       — Хоо, парень я снова с тобой и у меня действительно плохая новость, — Голос в голове звучал устало, так, словно его обладатель только-только закончил таскать что-то донельзя тяжёлое.       — Денис? Это связано с тем, что мы видели в лесу?       — Да, так вот в твоей голове есть и ещё один обитатель, погоди, дай договорю. Обитатель этот спит, или в коме, или черт, не силен я в этой вашей магии, в общем, его не дозваться. Когда ты в лесу встретил Квирелла, этого Соню потянуло к вашему Злодею, отчего тебе и стало больно. Я же, как мог, прекратил его шевеления и частично забрал твою боль себе, как вышло последнее, не спрашивай, я не маг, не отвечу.       — Эмм, знаете как-то… — неуверенно начал Гарри.       — Не хочется превращать свою голову в зал собраний, — произнес Денис.       — Да... извини, — юный волшебник немного смутился, все-таки обитатель его головы был невиноват в сложившейся ситуации.       — Ничего, я понимаю, — и судя по голосу, действительно понимал. — Вот только как это решить… у меня никаких идей. Ты кстати собрался поохотиться за чудо-камнем?       — Камень мне не нужен, мне нужно поговорить с Лордом. Если он безумец, жаждущий мести или моей смерти, то я должен это знать. — Голос у парня был тверд, он хорошо понимал опасность задуманного, но отступать не собирался. Ему необходимо было знать то, что думал о нем Злодей, а еще в груди шевелилось что-то колючее, что-то жесткое. Еще Гарри хотел посмотреть на того, кто лишил его нормальной жизни в нормальной семье. Посмотреть и... дальше он решит на месте.       — Знаешь, — задумчиво протянул Голос, — у меня есть предположение, что ему нужен не ты, а то, что в тебе, то, что спит, раз уж оно к нему тянется.       — Тогда мне тем более надо идти, ведь рано или поздно он придет за этим. — Именно так, надо идти, потому что их встреча неизбежна, либо как охотника и жертвы, либо как Злодея и... того, кем Гарри сумеет стать.       Так Гарри объединился с Гриффиндорской Троицей ради поиска путей к сокровищу, скрытому в замке. Пару умных мыслей он высказал, а потом лишь молча со всем соглашался. Оооо, как на него смотрели!! Тот же Малфой только что от радости не прыгал, найдя себе новый объект приложения усилий. Правда задирать Гарри оказалось делом неблагодарным, тот и в магии был получше, и словами уязвить сумел так, что Драко ещё полчаса пытался его облаять. К тому же рядом всегда был Рон, который был и задиристее, и слабее.       — Вот не понимаю я тебя, зачем ты с ними связался? — Разговор с Ноттом состоялся почти через неделю поисков в библиотеке, когда у Гарри выдалась свободная минутка, и он остался один.       — Ты ведь догадываешься, что все происходящее в этом году не случайность?       — Я… — Нотт явно заколебался, — догадываюсь. Я слышал, что двух единорогов убили, — и эти слухи не были чем-то невероятным, как ни крути, а мертвые туши можно было очень выгодно продать, что и было сделано, разумеется, пояснив, откуда они собственно взялись. И что больше подобного не случится, все учтено и предотвращено. А дальше круги на воде пошли шириться.       — Единорогов убивал Волан де Морт, — Нотт ощутимо вздрогнул, — я прошу тебя не говорить сейчас об этом никому, я тоже знаю не все. Но именно он причина, по которой я связался с этими стукнутыми. Когда-то Волди убил моих родителей и хотел убить меня, я должен узнать, чего он хочет сейчас, и чего захочет завтра.       — Понял, удачи, тебе она понадобится.       Еще неделя и Нотт совершенно непостижимым образом избавился от дополнительной нагрузки, став чаще видеться с Гарри и вновь начавшей изучать с ними магию Гермионой, а сам Гарри получил приглашение на чаепитие с Хагридом.       И вот вроде бы и чай хороший, и посидели душевно, и сам хозяин был добродушен… а Гарри коробило. И от откровенной бедности обстановки, и от нелепости разыгрываемого спектакля. Вот кто мог поручить такому как Хагрид защиту ценностей? Спину в битве защитить это да, такой не предаст и не отступит, но защиту ценностей!? Гарри тогда просто спросил, а как лесничий провел пса в школу? И тот простодушно ответил, что: «Пушок любит музыку, поиграй ему и он уснет», а там простая Левиоса всё решит. Потом великан, конечно, спохватился и заохал… ну вот кто поручит такому что-то там защищать!? А его бедность…       Гарри понимал, что не все могут складывать дома из золотых слитков, но то, что он увидел, а точнее не увидел… телевизора, компьютера, или даже плиты с холодильником в доме лесника не было. Вот как так можно? Почему он не задумался о том, как зажить лучше, комфортнее?       Гарри такого не понимал, просто не понимал. Лесник ведь не с далекого острова прибыл, прямо перед его глазами школа, где и душ, и ванна, и туалет, в конце-то концов!! Почему не сделать свою жизнь лучше? Сходи да попроси того же Дамблдора, что великий человек, чтобы тебе хотя бы холодильный шкаф сотворили. Или это уже непосильно для великих магов? Ну или пусть зачаруют обычный холодильник, мотоцикл уже есть, чего стесняться? Ну и наконец, чего сам-то не колдует? Не умеет и нельзя ему? А вот Дадли мог подтвердить, что очень даже можно, и что характерно — никто даже не почесался после этих чар, ну чего, в самом деле, честного мага обижать? И ведь это наверняка не первый такой раз... так почему бы не улучшить свою жизнь магией? Но нет, Хагрид привык так жить, и большего ему не требовалось. Да и какие еще холодильники? Тут с Темным лордом бороться надо, холодильники подождут... Гарри сделал себе очередную зарубку в памяти — разузнать о быте волшебников, если и там все также печально, то ноги его в магическом мире не будет. Он, знаете ли, привык к комфорту.       И вот свершилось!! Темный Лорд, блюдя контракт, провел экзамены и отправился добывать камень, директора, конечно же, в школе не оказалось, он улетел и связаться с ним нельзя. До пейджеров великие маги ещё не додумались, о телефонах и говорить нечего. И Троица первокурсников решила взять дело, то есть камень в свои руки, не позволить возродиться Темному Лорду. И план их заключался в ударе в спину. Ведь у Невилла есть Мантия Невидимка! Один, значится, Лорда отвлекает, а второй его из-под Мантии заколдовывает. На резонный вопрос Гарри — чем именно будут заколдовывать, добряши не ответили. Поэтому он выдал каждому из них пару зарекомендовавших себя пробирок. Те их приняли и даже без споров.       А потом был поход за камнем… и Гарри готов был о стенку побиться. Они это специально!? Кто среди них больший идиот!? Волан де Морт, год бившийся над преградой для первокурсников, или они радостно участвующие в балаганном представлении!? Дьявольские Силки, растение, которое описывает учебник для первокурсников, летающие ключи, нужно найти правильный... гигантская доска с шахматными фигурами... как это может защитить камень? Волди не умеет играть? Или он не читал учебники? А может не умеет летать? Тот самый маг, которого не могли поймать и который почти победил в войне? О да, шахматы ему неведомы, ключи для него недосягаемы, а учебники вообще темный лес. А уж задача от Снейпа… это просто шик! Оставить злоумышленнику подсказку, настоящую, которая приведет к решению задачи и поможет пройти дальше. Вот что стоило оставить яд!? Чтобы любой заявившийся без проводника сдох!? Но нет, если кто и будет облегчать Гарри жизнь, то уж никак не профессор зельеварения. И вот последняя комната, идеально круглая, с колоннами, опоясывающим ее и громадным зеркалом в самом центре. И фигурой Квирелла, медленно двигающей палочкой, словно рисующей что-то на стекле. Шрам тотчас же закололо.       — Поттер, а я уж гадал, появишься ли ты! — Профессор издевательски ухмыльнулся. — А где остальные твои дружки? — юный герой едва не застонал, одной этой фразы уже было достаточно для выводов. Если в мозгах Главного Злодея Поттер на первом месте... это уже говорит о том, что с головой не все в порядке.       — Остались позади, не все испытания мы прошли без потерь. — Гарри готов был славить магию, палочки и мантии, за то, что разум еще не до конца покинул Невилла и тот вошел в комнату молча, сразу же начав обходить Квирелла со спины.       — Вот как? Что же это ещё одно доказательство правоты моего Господина, маги мельчают, — Герой магической Британии тяжело вздохнул. Хотя может это только сам Квирелл такой?       — А почему вы не прошли сюда раньше? — невинно поинтересовался мальчик, делая шаг в сторону, сам начиная обходить профессора.       — Замолчи! — заревел тот, чуть-чуть заалев. Видимо тоже сумел провести параллели с вырождающимися магами.       — Профессор, я собственно чего пришел, можно мне поговорить с Волан де Мортом?       — Что... как ты смеешь!? Ты жалкий мальчишка и... — начал разоряться носитель тюрбана.       — Дай мне поговорить с ним... Я хочу видеть его лицо, и чтобы он видел меня, — а вот теперь Гарри серьезно напрягся, этот голос не принадлежал преподавателю. И его звучание... так говорила бы змея, очень большая змея. И парень неосознанно почувствовал страх, игры разума закончились, теперь нужно драться.       — Но, повелитель, вы еще недостаточно сильны! — запротестовал Квиррелл.       — У меня достаточно сил... — отрезал змеиный голос. — Для этого вполне достаточно...       Гарри невольно сглотнул, он, словно прирос к месту, и был не в силах пошевелиться. В оцепенении Гарри смотрел, как Квиррелл начинает разворачивать свой тюрбан. Наконец ткань упала на пол. Без нее голова Квиррелла, сильно уменьшившаяся в размерах, выглядела как-то странно. И тут Квиррелл медленно повернулся к Гарри спиной. Гарри до хруста стиснул зубы. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, и лицо обычного человека оно напоминало лишь отдаленно. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змеи, а глаза — ярко-красные, так и полыхали свирепой ненавистью. Шрам тут же обожгло болью, «Держу», послышался крик в голове, и стало легче, но боль не ушла до конца, продолжая зудеть где-то на периферии сознания, словно больной зуб.       — Гарри Поттер, — прошипело лицо. Гарри сжал свою волшебную палочку так, что побелели пальцы, одно заклинание, большего ему не сделать. Только одно заклинание, как тогда в лесу, раз бывший преподаватель повернулся к нему спиной у Гарри есть шанс. Главное атаковать синхронно с Невиллом, от двух ударов с разных сторон Квирелл не защитится. — Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой... Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело... Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце... Кровь единорога сделала меня сильнее... Ты видел, как мой верный Квиррелл пил ее в лесу... И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело... — Невилл двигался медленно, невероятно медленно, но совершено бесшумно.       — А зачем ты напал на моих родителей? — и эти слова разрушили ту ауру ужаса, что буквально излучал Волан де Морт. Гарри внезапно ощутил, что к нему вернулись силы, и спокойствие. Каким-то шестым или седьмым чувством он понял — он должен был быть здесь, он должен был провести этот разговор и он должен был сразиться с этим безумцем. Но сначала он получит ответы на свои вопросы.       — Вот как... тебе не сказали... хотя чего еще ждать от Бородача... — на змеином лице появилась улыбка, а в глазах на какой-то миг ненависть сменилась задумчивостью. — Твои родители были храбрыми людьми... Сначала я убил твоего отца, хотя он отважно сражался... А твоей матери совсем не надо было умирать... но она старалась защитить тебя... все из-за проклятого пророчества!!! Если бы не оно...       — ОСТОЛБЕНЕЙ! — заорал Невилл, пуская ярко-алый луч с палочки, а другой рукой бросая пробирку с зельем.       — Протего! — взмахнул палочкой Квирелл, создав полусферу, о которую разбились и луч и пробирка с зельем, — Акцио Невилл Долгопупс! — парень, словно получив мощный пинок, вылетел вперед, грохнувшись перед профессором на колени. — Я стал... Буээээ!! — Гарри не зевал, и его метательный снаряд угодил точно в лоб убийце его семьи. Так что поплохело и паразиту, и его носителю. Ну а то, что Невилл стал выглядеть немного грязно... по-другому у Гарри пока еще не получается.       — Петрификус Тоталус! — простенькое заклинание ударило Квирелла в спину и тот, застыв, растянулся на полу.       — Пооооттеееееррр!! — с диким воем вырвалось из Квирелла облако черного тумана, стремительно уносясь прочь.       — Невилл? — Гарри бросил взгляд на героического героя, но тот не отозвался, и судя по закатившимся глазам, пребывал в прекрасном далёко. Почему? А кто его знает... попытаться помочь? Нет. Мало ли что... Это порез Гарри мог затянуть без проблем, а вот с чем посерьезнее пусть специалисты работают. — Профессор? — Квирелл точно также закатил глаза и почти не дышал.       — В коме, — коротко резюмировал Голос.       — Мда, и что теперь делать?       — А что хочешь то и делай, — весело ответил ему Голос, — кто тебе запретит?       — Ну тогда хоть попробую достать камень, буду потом всем рассказывать, как обставил Темного Лорда. — Он шагнул ближе к зеркалу, задумчиво посматривая на свое отражение, мдааа, лицо бледное, взгляд решительный, губы плотно сжаты... и тут неожиданно отражение подмигнуло ему. Оно засунуло руку в свой карман и вытащило оттуда кроваво-красный камень. А потом, снова подмигнув, засунуло камень обратно. Гарри ощутил у себя в кармане что-то очень тяжелое. Каким-то образом, каким-то невероятным образом — камень оказался у него.       — Однако! Вот уж не думали, не гадали... — пробормотал Голос, да и сам Гарри немного удивился. Какого... произошло? Почему? И что теперь делать!? Вот войдет в следующую секунду Дамблдор и объявит всем и каждому, что это Гарри спас Камень! И как после этого отмахиваться от славы героя? И словно отвечая этим мыслям, раздалось шипение гаснущего пламени, и в комнату вбежал директор Хогвартса.       — Проклятье!! — с чувством ругнулся Гарри.       А дальше были охи, ахи, вздохи, много вопросов и беготни, но Гарри от участия в этом просто отказался. Он не провожал Троицу в больничное крыло, не дневал у постелей тяжелораненых... он жил своей обычной жизнью. Пытался. И с поистине невероятной силой желал завершения учебного года. К юному Поттеру пришла слава, и спрятаться от нее не было никакой возможности. И визит к одному любителю лимонных долек лишь умножил его популярность.       — Гарри Поттер вас вызывают к директору, — мадам Пинс встала перед Юным Героем, неодобрительно оглядывая ораву магов, набившихся в библиотеку, разложивших книги... и приготовившихся слушать: «Какой же на самом деле Темный Лорд?». От заваливания вопросами Гарри спасало только расстояние. От его места до библиотекарши было пять шагов.       — Понял, иду.       Каким-то, ну просто совершенно неведомым образом, о произошедшем узнала вся школа. Подвиг Гриффиндорской Четверки обсуждали везде и всюду, при этом тон обсуждений колебался от восхищенного до завистливого. И Гарри приходилось буквально прятаться от разного рода любопытных, он даже невольно задумался о том, что неплохо бы присоединиться к Невиллу в больничном крыле, там его не достанут... Хорошо еще, что Рон с Гермионой сняли с него часть "нагрузки". Оба сияли, словно начищенные золотые, оба источали Мудрость и Знание... особенно это касалось Рона, парень получил-таки возможность блеснуть своими успехами и сверкал ими, не переставая. Он победил, сумел, справился... Он один из лучших!! Гермиона... она тоже сияла, но не так ярко, и Гарри искренне надеялся, что какие-то остатки здравомыслия в ней еще остались.       Кабинет директора внушал. Это была круглая, просторная комната, полная еле слышных странных звуков. Множество таинственных серебряных приборов стояло на вращающихся столах — они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. Стены увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. В центре громадный письменный стол на когтистых лапах, а за ним на полке — потертая, латаная-перелатаная Волшебная шляпа. Самого директора, что характерно, не было.       — Занятой человек, однако, а ты стой, ученичок, волнуйся, — прокомментировал это отсутствие Голос. Гарри улыбнулся. Волнение? Да вот еще!! Лучше он сейчас кое-кого расспросит...       — Уважаемая шляпа, прошу, помогите мне, — попросил Гарри, надевая сей предмет гардероба на свою голову.       — Помню вас юноша, желаете обсудить свое распределение?       — Нет, там все и так ясно, давайте лучше поговорим о здешних приборах.       — О приборах?       — Ну да, вы же все время здесь лежите. Наверняка что-то да поняли.       — Добрый день Гарри, извини, что не встретил тебя, и не поговорил сразу после произошедшего, но нужно было позаботиться о твоих друзьях, Невиллу и Рону изрядно досталось.       — Конечно сэр, и вам также доброго дня.       — Ты не мог бы вернуть мне Философский Камень? Я передам его законному владельцу и создателю Николасу.       — Конечно, сэр, — Гарри невозмутимо положил камень, что так и продолжал валяться у него в кармане, на стол к директору. И даже заботливо убрал прилипшую ниточку.       — Я приятно поражен твоей выдержкой Гарри, немногие на твоем месте устояли бы от соблазна использовать найденное тобой вещество, даже и просто из любопытства, — в ответ Гарри печально улыбнулся.       — Мне не нужно чужого, сэр. Кроме того, я учусь с Роном Уизли и Грегори Гойлом, — грустный голос, — я уже не раз видел, как зелья взрываются или превращаются в нечто крайне неприятное и опасное, — грустный взгляд. — А у меня по этому предмету лишь удовлетворительно. — Гарри почти час тренировался перед зеркалом и надеялся, что смог отразить именно эту эмоцию. Все-таки он был любопытен, и ему действительно было грустно отдавать чудесное нечто, даже не попытавшись его использовать. Главное, чтобы Дамблдор не увидел в нем еще кое-какого чувства, направленного на одного бородатого мага.       Выдержкой он поражен! Ага, еще как поражен! Воспользуйся Гарри чудо-булыжником — это же какой простор для шантажа! Камушек-то чужой! И дорогой, что немаловажно. Один раз попользуешься, будешь всю оставшуюся жизнь на чужих дядей горбатиться. И соскочить не получиться, пример Хагрида, информацию о котором Гарри в свое время раскопал, очень показателен: ткнули в него пальцем, обвиняя, и... все. Вот вообще все. Сбор улик, показания свидетелей, выстраивание модели случившегося... а зачем? Ученик указал на другого ученика, сказал, что тот виновен... и достаточно!! Большего не потребовалось! И тут было бы также, увидит директор неправомерное использование чужой вещи, ткнет пальцем... и просвещенному магическому сообществу дикарей большего не потребуется.       Да и потом, Фламель гениальный алхимик, он может и Эликсир Вечной Жизни сварить, и делать золото из земли под ногами, а вот Гарри даже до уровня семикурсника недотягивает. И что ему делать с камнем? Кинуть в котел и начать помешивать в надежде, что эликсир как-нибудь свариться? Бред. Лучше уж отдать чудо-булыжник и не искать себе проблем на ровном месте.       — Похвальная честность и осторожность, как и рассудительность. Также я не могу не отметить твои ум и храбрость, немногие на твоем месте вышли бы против Темного Лорда, а победило бы и еще меньше.       — Он убил моих родителей, профессор, я должен был пойти. Кстати, а что с Квиреллом? Я видел, как он остался лежать на полу, после того как Волан де Морт покинул его.       — Он в очень тяжелом положении, на грани жизни и смерти, Темный Лорд бросил Квиррелла умирать — ведь он безжалостен не только к врагам, но и к союзникам. Мне жаль, что я не успел к его побегу, и не сковал его окончательно. Ты, Гарри, всего лишь на какое-то время отдалил его возвращение. Но я надеюсь, что в следующий раз найдется кто-то другой, кто будет готов сразиться с ним. И это, несмотря на то, что наша борьба против него кажется заранее проигранной. А если его возвращение будет отодвигаться все дальше и дальше, возможно, он никогда не вернется.       — Сэр, есть еще кое-что, что я хотел бы узнать, если вы мне расскажете, — тихо, но настойчиво произнес юный герой. — Я бы хотел узнать о пророчестве, из-за которого Волан де Морт захотел меня убить.       — Пророчество… — вздохнул Дамблдор. — Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь Гарри. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью. Я отвечу на твои вопросы — если, конечно, у меня не будет достаточно веской причины для того, чтобы промолчать. Если я не смогу ответить, прошу меня простить: я промолчу, потому что ложь недопустима. И на этот вопрос я не могу ответить. По крайней мере, сегодня и сейчас. Однажды ты узнаешь... а пока забудь об этом. Когда ты будешь старше... Я понимаю — наверное, это звучит неприятно. Тогда когда ты будешь готов, ты все узнаешь. — Гарри понял, что настаивать бесполезно.       — Хорошо, — он прикрыл глаза. — А почему каждый раз как я вижу Волан де Морта, у меня болит голова?       — Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог бы прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызовет у него нестерпимую боль. Также это относится и к самому Волан де Морту, в нем слишком много зла и тьмы, чтобы касаться чего-то светлого и доброго. Но, увы, это работает в обе стороны. Также как твои касания принесут ему боль, его действия, действия зла и тьмы, будут нести боль тебе. — Дамблдор замолчал и начал с интересом изучать сидевшую на подоконнике птичку. А Гарри, опустил голову.       — А... а можно мне остаться в Хогвартсе?       — Прости Гарри, — Дамблдор печально опустил голову, — но нет, никто из учащихся не может остаться в школе на лето. Не я придумал этот запрет и не мне его снимать.       — А как... почему... — запинаясь начал юный герой, — почему я оказался у Дурслей? Ведь они... — окончательно сбившись Гарри смолк.       — Я отвечу на этот вопрос и мой ответ таков: в первую очередь я хотел сохранить тебе жизнь. Пожалуй, я один знал, какая огромная опасность тебе угрожает. Волан-де-Морт был побежден несколько часов назад, но его сторонники — а многие из них почти также ужасны, как их предводитель — все еще оставались на свободе, свирепые, отчаянные и безжалостные. Ты ведь знаешь о трагедии семьи Невилла? — Гарри неуверенно кивнул, эту историю он действительно знал. — Я не мог допустить повторения подобного. Вдобавок, принимая решение, я должен был учесть перспективы на будущее. Верил ли я в то, что Волан-де-Морт исчез навсегда? Нет; я не знал, десять, двадцать или пятьдесят лет пройдет до его возвращения, но был уверен, что рано или поздно он вернется, а еще, зная его как никто, был уверен, что он не успокоится, пока не убьет тебя. Я знал, что познания Волан-де-Морта в области черной магии более обширны, чем у любого другого из ныне живущих волшебников. Знал, что даже мои самые сложные и мощные защитные чары вряд ли уберегут тебя, если он вернет себе всю былую силу. Но мне была ведома и слабость Волан-де-Морта. И я принял решение: тебя защитит древняя магия, о которой он знает, которую презирает и которую всегда прежде недооценивал — себе на горе. Я имею в виду, конечно, то, что твоя мать пожертвовала собой ради твоего спасения. Она дала тебе такую надежную защиту, какой он и представить себе не мог, и она по сей день тебя оберегает. Таким образом, я решил положиться на материнскую кровь. И я отнес тебя к ее сестре, поскольку других родственников у нее не осталось.       — Она меня не любит, — тут же вставил Гарри. — Ей наплевать...       — Но она приняла тебя, — прервал его Дамблдор. — Да, неохотно; да, скрепя сердце, с горечью и даже гневом, но приняла — и таким образом закрепила наложенные мною чары. Благодаря жертве твоей матери кровные узы сделались самой могучей защитой, какую я мог тебе дать.       — Я все-таки не...       — Пока ты называешь своим домом тот, где обитают кровные родственники твоей матери, Волан-де-Морт не причинит тебе вреда — он не может даже пальцем тебя тронуть. Он пролил ее кровь, но она по-прежнему живет в тебе и в ее сестре. Ее кровь стала твоей хранительницей. Пускай ты возвращаешься туда только раз в году, но покуда ты еще можешь называть это место домом, покуда ты принадлежишь ему, Волан-де-Морт ничего тебе не сделает. Твоя тетя знает об этом. Я все объяснил в письме, которое оставил у нее на крыльце рядом с тобой. Она знает, что, взяв тебя под свою крышу, сохраняла тебе жизнь на протяжении последних одинадцати лет.       — Сэр, — после долгой паузы поднял он голову. — Еще один вопрос...       — Всего один? — улыбнулся Дамблдор.       — Как мне удалось достать Камень из зеркала?       — А! — воскликнул Дамблдор. — Я рад, что ты задал этот вопрос. Это была одна из моих самых гениальных идей. Видишь ли, я сделал так, что только тот, кто хочет найти камень — именно найти, а не использовать, — сможет это сделать. Это очень необычное зеркало. Зеркало Еиналеж это могущественный артефакт, показывающий желание того, кто на него смотрит. Все те, кто желал использовать Камень, могли увидеть в зеркале, как они превращают металл в золото и пьют эликсир жизни, но не боле того. Иногда мой мозг удивляет меня самого... Кстати, а что именно сподвигло тебя взглянуть в зеркало?       — Да просто решил обставить Темного Лорда. Ведь раз уж мы прошли всю полосу, почему бы не добраться до главного приза?       — И правда, — Дамблдор улыбнулся, — что же тогда тебе самое время готовиться к прощальному пиру.       — Теперь я понимаю насчет выстрелов в спину, — тихо произнес Гарри, когда вышел из кабинета и прислонился к стене, требовалось привести мысли в порядок.       — Хорошо, что понимаешь, — мрачно отозвался Голос, — только не вздумай сам стрелять, очень многие из тех, кто поумнел закончили свою жизнь именно потому, что не поняли того, что надо притвориться дураком.       — Да уж придется притворяться... — ..., — нет ну надо же, сила любви!       — Согласен, бред сивой кобылы.       Гарри сделал глубокий вдох и пошел к себе в гостиную, ему еще к церемонии готовиться. А в мыслях, в мыслях он склонял Дамблдора с его любовью на все лады. Вот откуда ему знать, как сильно мать Поттера его любила? Другие погибшие тоже любили и своих детей, и братьев с сестрами, и родителей... и что мать у Поттера тоже Избранная и может любить как никто другой? И откуда Дамблдор вообще знает о том, что это любовь спасла Поттера? Его же там не было, а след любви невидим... И почему защита, которая вроде как бы есть, срабатывает исключительно на Волан де Морте? Дурсли, Малфой со Слизеринцами... пусть они не желали убить или покалечить, но они причиняли боль или неприятные ощущения, так почему защита не сработала? Или ее предварительно настроили, снабдив искусственным интеллектом? Ага, и все это фактически в шаге от смерти, имея дай бог, несколько секунд времени, если конечно верить директору. Вот только Гарри не верил.       Он пришел на банкет, когда зал уже был полон. Когда Гарри вошел в Большой зал, все факультеты уже были там, словно только его одного и ждали. Поскольку соревнование между факультетами в седьмой раз подряд выиграл Слизерин, то зал был оформлен в зелено-серебряной цветовой гамме. На стене за преподавательским столом висело огромное знамя Слизерина, на котором была изображена змея.       Стоило Гарри войти в дверь, как в зале наступила полная тишина, а в следующую секунду все одновременно заговорили. Гарри, не поднимая головы, быстро подошел к своему столу и сел с краю, он уже знал, чем все закончится. Он старательно не замечал направленных на него взглядов всех собравшихся, хотя многие даже встали со своих мест, чтобы получше его видеть. К счастью, буквально через несколько секунд в зале появился Дамблдор. Все расселись по местам, и разговоры стихли.       — Итак, еще один год позади! — радостно воскликнул великий маг. — Но перед тем, как мы начнем наш фантастический пир, я немного побеспокою вас старческим брюзжанием и пустой болтовней. Итак, позади остался отличный учебный год! Я надеюсь, ваши головы немного потяжелели по сравнению с тем, какими они были в начале года. Впрочем, впереди у вас всё лето для того, чтобы привести свои головы в порядок и полностью опустошить их до начала следующего семестра. — Дамблдор обвел всех присутствующих взглядом своих глаз, что лучились внутренним светом.       — А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор — триста двадцать очков. Третье — Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран — четыреста шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка.       Стол, за которым сидели слизеринцы, взорвался громкими криками и аплодисментами. Гарри видел, как Малфой победно стучит по столу золотым кубком. И тихо вздохнул про себя. Ну как можно быть... таким? Неужто еще никто не понял, кому нынче благоволит дирекция? И что баллы можно снять и назначить по любому поводу, паши ты весь год как трактор, это ничего не изменит. Побеждать будут те, чья победа нужна главе школы.       — Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. — Однако мы не учли последних событий. — Зал притих, а улыбка Малфоя немного померкла. Дамблдор громко хмыкнул.       — Итак, — продолжил он. — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков… Подождите, подождите… Ага... — Добрейший маг задумался, или сделал вид, что задумался. — Начнем с мистера Рональда Уизли… — Рон побагровел и стал похож на обгоревшую на солнце редиску, — …за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков.       Крики, поднявшиеся за столом, где сидел Гарри, наверное, долетели до заколдованного потолка. По крайней мере, звезды на потолке задрожали. Гарри отчетливо слышал, как Перси, обращаясь к другим старостам, безостановочно выкрикивает:       — Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы МакГонагалл! — Гриффиндорцы бесновались почти полминуты, но вот снова наступила тишина и Дамблдор продолжил поощрение героев.       — Далее… мисс Гермиона Грэйнджер, — произнес Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков.       Гермиона сияла, как маленькое солнышко, и со всех сторон на нее сыпались похвалы. За столом Гриффиндора творилось что-то невообразимое — за одну минуту факультет заработал сто очков.       — И наконец, мистер Невилл Долгопупс, — объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. — За железную выдержку и храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков.       Поднявшийся шум оглушил Гарри. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что Гриффиндор стал вторым в соревновании. И есть еще Поттер... Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать.       — Храбрость бывает разной. — Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы выйти на бой с врагом. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы не уподобиться этому врагу! И за это я присуждаю шестьдесят очков мистеру Гарри Поттеру.       Если бы кто-то стоял за дверями Большого зала, он бы подумал, что здесь произошел взрыв — настолько бурно отреагировали на слова директора за столом Гриффиндора. Гарри, аплодировали все, и даже Гриффиндорская троица, подбадривая его громкими криками. А Невилл, тихо и мягко улыбался, все было правильно, именно так, как и должно быть.       Ну а стол Слизерина... Малфой со товарищи вид имел обескураженный и немного испуганный, словно на них наслали какой-нибудь сглаз.       — Таким образом, — громко прокричал Дамблдор, пытаясь заглушить аплодисменты, которые только усилились оттого, что факультеты Когтевран и Пуффендуй тоже возликовали по поводу поражения Слизерина. — Таким образом, нам надо сменить декорации.       Он хлопнул в ладоши, и свисавшее со стены зелено-серебряное знамя стало ало-золотым, а огромная змея исчезла, и вместо нее появился гигантский лев Гриффиндора. Снейп протянул руку профессору МакГонагалл и начал трясти её с вымученной улыбкой. Гарри на мгновение встретился с ним взглядом и сразу почувствовал, что отношение к нему ни на йоту не изменилось. Но сейчас это его не беспокоило. Главным было то, что этот балаган заканчивается, и он может начать действовать. Это был лучший вечер в жизни Гарри. Потому что он все для себя решил. Сам, без подсказок и разъяснений, о чем специально попросил свой Голос в Голове, и это он не забудет, никогда в жизни. Его первое самостоятельное решение.       И он решил избавиться от обоих Великих магов. И темного, и светлого. Оба отметились в его судьбе, оба приложили руку к тому, чтобы лишить его нормального детства, оба строили на него какие-то планы и оба были одержимы.       Волан де Морт, с этим было просто: явное безумие, убийство родителей Гарри, одержимость самим Поттером... этого было достаточно для выводов. Дамблдор, тут было посложнее, пришлось копать в библиотеке, собирая информацию по крупицам... но и так выводы сделать можно. Добрый маг планировал многое и на годы вперед, да что годы, десятилетия! Можно было проследить и нерешенные вопросы с магическими расами, и скрытую войну с аристократами, и многое иное. Дамблдор играл ключевую роль во многих процессах Магической Британии. Чем именно он был одержим Гарри так и не понял, власть это, или идея, но и самого факта было достаточно. Как и того факта, что люди, играющие в такие игры столь долго, не станут их прекращать, или отпускать того, кто им нужен. С ними нельзя договориться, с ними не получится просто разойтись, даже нейтралитет невозможен, только уничтожение. Физическое.       Тяжело было на такое решиться? Нет. Гарри изменился, и он принял это изменение. Понял и осознал, что он не только маленький мальчик, но и взрослый мужчина, что убивал и не раз. И ради возможности жить так, как хочет — он убьет еще, и если потребуется, то и не только великих.       Объявление результатов экзаменов прошло как-то фоном, да и что там смотреть? Проходной балл у Гарри был, а остальное его не волновало. Но к его огромному удивлению, и он, и Рон с Невиллом получили хорошие отметки, ну а Гермиона, разумеется, стала лучшей ученицей.       Буквально через несколько минут после объявления результатов экзаменов все шкафы опустели, чемоданы были упакованы, а жаба Невилла смирно сидела рядом с чемоданом последнего, даже не пытаясь удрать. Всем ученикам вручили предупреждения о том, что они не должны прибегать к волшебству на каникулах.       — А я-то надеялся, что они хоть раз забудут раздать нам эти бумажки, — грустно заметил Фред Уизли.       Хагрид проводил их к берегу озера и переправил на лодках на ту сторону. Ученики залезли в поезд, болтая и смеясь. За окном дикая природа сменялась ухоженными полями и аккуратными домиками. Они дружно поедали конфеты, проезжая мимо городов маглов, а потом не менее дружно сняли с себя мантии и надели пиджаки и куртки. И наконец, поезд двинулся к платформе номер девять и три четверти вокзала «Кингс Кросс».