Побег из сказки

      Пятый курс Хогвартса… последний для многих, знаковое событие, развилка жизненного пути… для Гарри этот курс начался с платформы девять и три четверти, на вокзале Кингс-Кросс. В этот раз на платформе почти не было зеленого и серебряного цвета, зато золотой и алый были представлены весьма обильно, взрослых магов, отучившихся на Слизерине, практически не было, а ученики этого факультета быстро проскальзывали внутрь вагонов, сопровождаемые насмешками, а иногда и прямыми оскорблениями. Кое-кто пробовал отвечать, после чего ненадолго превращался в мишень для отработки остроумия и красноречия собравшихся. Все то, что демонстрировали магам Малфой и ему подобные, им теперь возвращали, и с добавкой. Сам Малфой, кстати говоря, даже не пытался открывать рот, быстро юркнув в вагон, помнил о том, что было на втором курсе, так что пропустил даже издевки Рона, одетого с иголочки, в новую мантию, дорогую даже на первый и невооружённый взгляд.       Гарри только головой покачал, видя подобное, а главное, разглядев то, во что одевались слизеринцы. Конфискация имущества видимо была настолько всеобъемлющей, что тому же Малфою не оставили даже мантии, ну или просто выпнули того за порог родного дома, в чем был. Так что на вокзал тот прибыл в чем-то крайне поношенном, с повидавшим многое и разное чемоданом и без своих извечных приятелей.       Гарри также быстро, как и ученики змеиного факультета, двинулся к вагону, занимая купе, на него почти не обращали внимания, мальчик и мальчик... Ведь в это самое время на платформе появился Невилл Долгопупс, которому только что не овацию устроили. Герой! Настоящий Светлый Маг! Гарри тяжело вздохнул, глядя на это из окошка. Вот чего маги хотели этим добиться? Появления нового Темного Лорда? Хотя бы один из слизеринцев точно не стерпит и начнет борьбу во имя справедливости и мести… или маги, а точнее один вполне конкретный маг, этого и хочет? Дамблдор явно планирует жить долго, и видимо он решил в очередной раз перелицевать старую удачную схему на новый лад. Борьба, а затем победа над Геллертом Гриндевальдом, потом противостояние с Волан де Мортом, все это принесло Дамблдору немало хорошего, отчего он и стал фактическим повелителем Магической Британии. И вот теперь пришло время новых злодеев, в борьбе с которыми обновленный Дамби получит еще больше хорошего, опять же есть еще магические рода и семьи, что имеют солидные состояния и не смотрят ему в рот. Вот только в этот раз он видимо решил не давать своим противникам вырасти во что-то мощное и опасное, тот же Малфой на Волан де Морта не походил даже отдалённо, слишком мало знает и умеет, а учиться, собирая знания по крупинкам отовсюду, не желает. Не тот характер, не те устремления. Да и ум, откровенно говоря, не тот. Такой Темный Лордик будет для Альбуса идеальным противником: достаточно жуткий для обывателей, привыкших к теплу, комфорту и благостности, и одновременно не представляющий никакой угрозы для самого Светлого Мага, способного скрутить такого противника парой взмахов палочки и переиграть в шахматы вслепую.       — Можно? — как-то робко донеслось от двери купе, Гарри отвернулся от окна и удивленно моргнул. Дафна Гринграс, Ледяная Принцесса Слизерина, сейчас она совершенно не походила на себя прежнюю. Внешность ее была все той же, те же платиновые волосы, водопадом ниспадающие до поясницы, те же тонкие черты ухоженного аристократического лица, но ее мантия была другой, значительно дешевле прежней и чуточку подержанной, ноготки покрывал такой же дешевый лак, но главное — глаза. В ее глазах поселился страх и неуверенность. Какой еще выйдет закон или постановление? Что окажется под запретом? Но самый большой ее страх, был страх будущего. Что ждет ее и ее род?       Они уже лишились половины всего имеющегося, но сторонники Дамблдора останавливаться явно не собирались. А Гринграсы, как и вся прочая аристократия, были слабы. Не появлялись у них ни Мерлины, ни Морганы, да и с интриганами было туго, слишком уж выродились старые семьи, потому большинство и пошли за Томом, что сами ничего не могли. И потому страх Дафны был виден невооружённым глазом, она уже начала строить свое будущее, но Дамблдор развернул корабль Магической Британии, и Дафну вместе с ее родом отбросило к фальшборту, еще немного и они вылетят за борт, а там дорога только на дно. Девушке же подобного не хотелось и для начала…       — Скажи, пожалуйста, а куда ты пойдешь после Хогвартса? — Дафна решила расспросить одного из самых адекватных гриффиндорцев.       — К людям, — чуть улыбнулся Гарри, — хочу создать свою компанию и полететь на Луну, — какое-то время Дафна с подозрением осматривала Гарри, явно подозревая издевку. Но вот она убедилась, что парень серьезен и начала задавать уточняющие расспросы.       — Послушай, но никто из магов, — начала девушка, — ты не о магах, — закончила она после еще одной долгой паузы. — Ты, правда, оставишь наш мир?       — Правда, — уже без улыбки ответил Гарри. Дафна же пораженно замолчала. Отказаться от магии… для нее это было чем-то немыслимым, невероятно неправильным и… высказать свое мнение о безумии Гарри она не успела. Дверь купе вновь открылась, и в него вошел Нотт. Та же внешность, что и раньше, разве что мантия была дешевой и чуточку подержанной, словно они с Дафной закупались в одном магазине… но глаза! Никакого страха в них не было, только уверенность и целеустремлённость. Нотт не боялся, в первую очередь потому, что все уже случилось. Его родителей посадили, его род обобрали, но он оказался готов к этому и выдержал удар.       — Представляешь, я сегодня сжег свой омлет, — смеясь начал Нотт. В отличие от Малфоя, с остальными детишками Пожирателей, Теодор не попал в приют. Заранее подготовившись, он имел не только квартиру, но и опекуна. И квартира была записана на имя последнего, так что ее отбирать не стали. Да и кому нужно магловское жилье? Проверить на предмет тайников ее проверили, перевернув там все вверх дном, а потом просто плюнули и ушли. Ну а опекун… он был совершенно стар и, получив от семейства Ноттов пять сотен галеонов, согласился сказать нужные слова пришедшим к нему магам. Сказал, и продолжил жить, как жил. Помочь опекаемому? Так на это уговоров не было, вот и жил Нотт сам по себе. Сложно? Да. Непривычно? Трижды да. Вот только по сравнению с тем, что хлебнул тот же Драко в приюте — небо и земля. А дети слуг Волан де Морта, лишенные домов и родителей, хлебнули немало, так что Нотт не унывал, а учился, учился и улыбался.       А потом они с Гарри заговорили о паре статей, вышедших в журнале о современной цифровой технике. А потом Гарри рассказал Нотту о ситуации на бирже… Дафна смотрела на них круглыми, как у совенка, глазами. Как же так? Она рассчитывала на какой-то план, или интригу, или хотя бы способ, чтобы и богатым остаться, и Дамблдору нос утереть, и положение в обществе обрести… а тут оказывается, парни решили все бросить и просто уйти! А как же борьба!? Или хотя бы план по обогащению!? Работать?? Да вы что!? Надо победить злодея, стать главным над всем, а там уже и тебя добром объявят, и все сундуки с сокровищами и бабы твои будут… а тут какие-то разговоры о магловских изобретениях… ясно же, что эти животные ничего серьезного создать в принципе не способны!!!       — Ушла, — прокомментировал Нотт покинувшую их красавицу.       — И хорошо, — Гарри смотрел на дверь, закрывшуюся после Дафны, безо всякой приязни. Да красавица, да много знает, да манеры безупречны… но то, что она обфыркивает все немагическое, да еще и заочно, не подержав в руках… хотелось спросить: а она вообще кто!? Она возможно станет великой колдуньей и многомудрым и успешным продолжателем дела своего рода… вот когда станет, тогда пусть и надувает щеки. А пока она одна из красивых учениц Хогвартса, и не больше. Рубить правду с плеча, как тот же Рон, Гарри не собирался, но и какую-либо приязнь испытывать перестал. Обычная ученица, каких много, говорить с ней о чем-то серьезном? Зачем? Он же не подбегает со своими планами к каждому встречному, чтобы обсудить их. — Что с родителями? — Это был очень важный вопрос. Пусть Нотт и был на его стороне и понимал, что именно происходит, но родителей он любил. И как и всякий любящий сын, был намерен им помочь. Вот только его отец и мать пребывали в Азкабане, а потому помочь им нужно было быстро, иначе был риск получить парочку психов, вроде Беллатрикс Лестрейндж или Барти Крауча Младшего.       — Они держатся, — хмуро ответил Нотт, — и… пусть пока посидят. — Гарри вопросительно поднял бровь. — Время сейчас неспокойное, да и… — Теодор чуть помолчал, — за мной следили, кто-то там среди мракоборцев оказался слишком подозрителен и решил, что я неспроста получил свою квартиру.       — Я могу их вытащить сам, без тебя, — негромко заметил Гарри.       — Спасибо, — помолчав, ответил Нотт, — я буду должен и пойду с тобой. — Гарри кивнул, принимая долг, дружба дружбой, но такие поступки не то, что можно просто забыть и он не собирался забывать. — На каникулах?       — Хорошо, — больше они к этой теме не возвращались, сосредоточившись на технических новинках.       Пятый год Хогвартса, пятый пир, знаменующий новый учебный год, но как же сильно он отличался от прошлых. Ученики ели, постоянно разговаривая о многом и разном, но тон разговоров… за столом Гриффиндора, казалось, наступил долгожданный праздник, стол же Слизерина наводил мысли о похоронах. Да и сами слизеринцы резко растеряли блеск и лоск, напоминая обиженных обывателей, а не элиту-аристократов.       Ну а дальше вновь были: учеба-уроки, стычки-драчки, подростковые проблемки и проблемы. Гарри это не задевало, пролетая мимо. Он только отметил, что слизеринцы стали куда осторожней в стычках, всё-таки понимали, что три факультета больше чем один, потому что после публикаций о делишках Пожирателей, многие из магов поставили в уме знак равенства между факультетом Слизерин и Злом. Поэтому слизеринцы старались не ходить по одному и сами нет-нет, но собирались в стаи, чтобы напасть на одиночек или парочек из особо крикливых гриффиндорцев. Что же до учебы… то в ней ничего не изменилось. Причем не изменилось почти буквально, школьную программу вновь порезали, так что пятый курс почти в точности копировал четвертый, изменения были небольшими и чисто косметическими. Как водится, появился новый преподаватель по Защите от Темных Искусств, которым стал молодой мракоборец Кирк Бирмин и надо признать, что Краучу тот и в подметки не годится. Крауч учить не любил, не испытывал Пожиратель Смерти положительных эмоций, обучая маглорожденных, а их было много, очень много… но при этом учить он умел и учил на совесть. А еще знал многое и разное, на голову превосходя учебники. Новый же преподаватель учить не умел и не хотел, да и со знаниями у него были проблемы. Вкупе с порезанной школьной программой это привело к тому, что они просто отрабатывали на занятиях то, что прошли с Краучем, отчего даже полные бездари выдавали результаты хорошистов. Хорошистов, разумеется, в текущих условиях и с текущими критериями оценки, на деле же все было очень плохо. С другой стороны, как можно критиковать школьную программу, если учеников начали учить высшей магии! Заклятию Патронуса...       Как известно, привычка — вторая натура, а слизеринцы не привыкли вкалывать, тот же Малфой, что был Серебряным Принцем факультета, имея стимул в виде Золотого Трио под носом, превзойти смог лишь Рона Уизли, и то потому, что тот хронический лентяй. Вот и сейчас Гарри глядел на стычки магов и с уверенностью мог сказать, что пусть некоторые ученики змеиного факультета делают шаги в сторону титула Темного Лорда, дойти до него они не смогут. Даже до его слуг не дойдут, до страшилки для обывателей может еще доберутся, годам к сорока, но вот дальше — нет.       Зато на квиддиче слизеринцы выкладывались на все двести процентов, не побеждая, а буквально громя соперников, причем действуя строго в рамках правил, так, что даже если и захочешь, не прицепишься. Из-за чего дебют в квиддиче Рона Уизли не состоялся. Нет, он действительно был талантлив и играл прекрасно, но ему не хватило опыта, слишком мало времени он провел на поле, а у слизеринцев было все, а еще бешеная мотивация на победу. Так что Рон, могущий начать делать карьеру в спорте, стал лишь одним из многих перспективных юношей, а из-за своего характера и манер он в этой линейке юношей занимал далеко не первое место. И это тоже отметили, а так как Рон любил ходить по Хогвартсу, изображая первого парня на деревне, то после победы змеиной сборной над львятами на зеленом факультете едва не народные гуляния начались. Так все и тянулось до первых каникул. Кто-то с кем-то подрался, кто-то кого-то победил, кто-то влюбился, а кто-то с кем-то разбежался, кто-то ходил, задрав нос, а кто-то денно и нощно зубрил, кто-то строил великие планы, а кто-то просто валял дурака. Ну а на каникулах Гарри с Ноттом двинулись в Хогсмид, а оттуда Нотт перенес их в свою квартиру при помощи портала.       После этого они, замаскировавшись, переместились в наркологическую клинику, после чего Гарри изъял оттуда еще двоих пациентов. Весь следующий день был потрачен на то, чтобы вложить в эти отравленные головы нужную мысль. С одной стороны это было несложно, никакого противодействия они не оказывали, не было у них ни воли, ни характера, даже обычный гипноз бил по их мозгам точно кувалдой. Но в этом и была проблема, нужная установка могла просто слететь, и тогда ребятам пришлось бы солоно.       Следующим шагом стал их с Ноттом визит в один паб на окраине Лондона. Конечно, рассказ Барти Крауча Младшего о его побеге заставил многих напрячься и тщательно проверить все камеры и всех заключенных, но все быстро вернулось на круги своя, и волшебники вновь спали спокойно, зная какие дементоры надежные стражи. Но кое-какие изменения все же произошли, например, какие-либо визиты к заключённым, под любым предлогом, были дозволены только с санкции Министерства и с парой наблюдателей. Поэтому идти официальным путем Гарри даже не пытался. Ведь помимо этого был и другой способ помочь родителям Нотта — например, через волшебников, что несли службу в Азкабане. Заключенным нужно было готовить еду, выносить за ними отходы жизнедеятельности, хоронить трупы, приглядывать за дементорами, чтобы не задерживались у камер и не пытались сожрать заключенных… пусть работы было на три-четыре взмаха палочкой, их надо было сделать, поэтому волшебники на острове были. А из-за крайне поганого… всего на этом острове, менялись эти работники там регулярно. И имена некоторых из них Нотт знал, точнее, узнал его отец, когда в первые дни, после того, как Гарри Поттер стал героем, слуги Темного Лорда обеспокоились своим будущим. Тогда многое было неоднозначно и у них был реальный шанс посетить Азкабан, вот они и озаботились налаживанием отношений с его персоналом. Потом, конечно, все устаканилось, от нападок они отбились… но сведения о том: кто, куда и во сколько остались.       Поэтому Гарри с Ноттом ждали, смотря, как один из магов наливается огневиски. К подобному, зная о месте работы волшебника, относились равнодушно. С одной стороны, пить, даже после работы, плохая привычка, что может перерасти в зависимость и вообще довести до многих неприятностей, но с другой стороны, работа у мужика ни разу не сахар, к тому же есть магия, что поможет справиться с последствиями возлияний, а выкинешь его, так замену еще попробуй найди. Так что парни ждали.       И после очередной рюмки Нотт применил Империо. Тут была тонкость: никакого сопротивления сидящий перед ним волшебник оказать не мог, но в алкоголе, которым тот накачивался, могли утонуть и внушаемые мысли, поэтому пришлось рисковать и накладывать заклинание в баре. Впрочем, до этого мага дела никому не было, так что никто не заметил, как тот, на некоторое время выпал из мира, а если и заметил, то не придал значения.       Так что следующий день и ночь Гарри с Ноттом нервно бегали по квартире, кусая ногти, а утром их невыспавшихся, нервных и растрёпанных приветствовали родители Теодора.       Маг сделал именно то, что и требовалось: принес небольшую коробку в Азкабан к родителям Нотта, достал оттуда два уменьшенных тела, расколдовал, вернув им нормальный облик, после чего родители Нотта сменили внешность, выпив Оборотное зелье с волосами доставленных, а тем соответственно досталась внешность четы Ноттов, после чего они немедленно повесились, а маг уменьшил Ноттов и вновь спрятал в коробочку. Повесившихся быстро похоронили, а маг, отработав смену, доставил коробочку с ценным грузом назад в Англию и выпустив семью бывших Пожирателей, вновь напился. Те, вновь глотнув Оборотного, поспешили к сыну, пешком, так что устали изрядно… но по сравнению с Азкабаном им каждый вдох был в сладость, а каждый шаг на свободе в радость. Так что они добрались и теперь вместе с сыном тихо радовались… Гарри вновь почувствовал себя лишним. Это не его родители, не его семья… пока Теодор Нотт его не обнял и не представил своему отцу. А потом было много разговоров, пояснений, рассказов… и у Гарри стало легче на душе. Да это все еще не его семья, но он для них уже не чужой и не случайный прохожий…       В Хогвартс они возвращались порознь, и оба сразу же попали на допрос о причинах своего отсутствия. Нотта допрашивали слизеринцы, главным среди которых был Малфой, очень уж хотелось белобрысому вернуть все, как было. А для этого, по его мнению, факультет должен сплотиться и бороться против трех других. А тут у одного свои дела, у другого свое мнение, кто-то и вовсе с Поттером дружит… как тут восстанавливать справедливость? Но Нотт от всех вопросов отбился довольно быстро, просто спросив в ответ — а что до этого Драко? Какой интерес? Помогать одногруппнику? А где он раньше был? Ах, он раньше, когда папочка был при власти и деньгах, смеялся над теми, кому не повезло родиться с золотой ложкой во рту, да вовсю пакостил Золотому Трио? Ну так пусть и дальше этим занимается! А то ничего, кроме славы мелкого пакостника у него нет, тот же Невилл хоть дементоров разгонял и темных магов пленял, а Малфой ничем кроме собственного самомнения и не прославился. Принимать помощь от такого? Увольте. Лучше уж самому себе помочь. Драко, конечно же, взъярился, вот только сил, чтобы навязать свою ''помощь'', у него не было, как и ораторского искусства. Так что он повозбухал, побесился и отстал. А Нотт с большим сожалением оглядел свой факультет. Многие поддержали именно Малфоя, не понимая, что раскручивают уже заезженное колесо. Снова речи о справедливости, с которых начинал незабвенный Том, снова борьба с проклятым Дамблдором и его шайкой, снова все снова… видимо есть те, кто просто не желает учиться. Не хочет.       Как они будут бороться? Кого возьмут в союзники? К чему приведёт их борьба? Эти и многие другие вопросы, молодые мальчишки и девчонки, даже и не задавали, ни себе, ни кому-либо еще. Они же правы! А раз правы — значит точно победят. Нотт же был иного мнения, будучи твердо уверен в том, что эта борьба обернется не победой, а очередным поражением. Да черт возьми! У Малфоя даже его пакости не получались! А теперь он решил поднять ставки и бороться! Нет уж, пусть борется сам. За справедливость он, или за себя, но Теодор Нотт, частью этого быть не желает. Поэтому эта размолвка стала тем камнем, после которого дороги Нотта и львиной доли слизеринцев разошлись.       Гарри же было проще, его пытала Гермиона, потому что хотела знать все и была старостой, и Макгонагалл, потому что была деканом и ей было интересно, где Гарри был и куда намерен поступать после школы. Гарри совершенно честно ответил Гермионе, что был в Лондоне, интересуясь кое-какими новостями, а Макгонагалл заявил, что займется частным предпринимательством, среди обычных людей. Потому что среди магов он себя не видит. Декан львят опешила, но уговаривать Гарри изменить свое решение даже не пыталась. Сам же Гарри продолжил учиться, и к Новому Году в их с Ноттом коллектив неожиданно пришла Дафна Гринграс.       — Я прошу у вас прощения, — она говорила, не опуская взгляда и стыда в нем не было, зато были решимость и легкая опаска, — за свое поведение и мысли. Я прошу вас стать моими учителями и помочь мне с вхождением в магловский мир.       — Это… неожиданно… — пробормотал Нотт.       — Я хочу жить, — спокойно пояснила первая красавица змеиного факультета, — а компания Малфоя намерена закончить свою жизнь на войне. Это не для меня.       — На будущее, магловского мира нет, есть мир людей, — спокойно заметил Гарри. — Он зародился в Африке, в Египте… — так их стало трое.       Гриффиндорцы ворчали по этому поводу, особенно Рон, но вяло, без огонька. Никому не было дело до Мальчика Со Шрамом на Лбу, все были заняты: подготовкой к экзаменам, тренировками по квиддичу, стычками с шайкой Малфоя, домашними заданиями… ну и кому будет интересно мешать трем, что-то читающим подросткам? Куда важнее принять участие в битве Невилла и Драко перед самыми Новогодними Каникулами.       Сражение вышло воистину эпическим: Невилл шел по каким-то своим делам в одном из коридоров замка, навстречу ему шел Драко и попросил убраться с его дороги и идти в обход, Невилл, будучи героем, сворачивать не стал, попросив Малфоя быть повежливее, Драко еще что-то сказал… и слово за слово они сцепились. К Малфою, разумеется, набежала подмога, Крэб и Гойл в этот раз были рядом, к Невиллу подтянулась Гермиона, потом к потасовке присоединились еще двое слизеринцев и четверо гриффиндорцев… драка из коридора переместилась в какой-то зал… побоище вышло на загляденье, а уж как разнесли сам зал…       После этого вплоть до апреля все бузотеры сидели тихо, Дамблдор, прекрасно осознающий, что в этот раз трупов не было лишь благодаря случайности, наказал всех подряд и загрузил так, что ни одной свободной минутки у учеников не осталось. Сейчас, когда новый порядок еще только входил в силу, ему не нужны были неприятные неожиданности в виде трупов учеников, это могло бы дать его противникам слишком серьёзные козыри. Так что все сидели и учились, да так, что даже оценки Рональда Уизли поползли вверх, достигнув отметки Выше Ожидаемого. Ну а сам Невилл, помимо всего прочего, начал посещать дополнительные занятия у директора, и его популярность стала как-то незаметно, но неостановимо расти.       Но все имеет свойство заканчиваться, отработки, с горами домашних заданий тоже закончились. И Драко Малфой вновь вышел на тропу войны. У него вновь появилось свободное время, а за время отработок накопилось немало ярости на судьбу, некоторых учеников и учителей, так что он решил выплеснуть все наболевшее и накипевшее на предателях и их дружке.       Трио из Дафны, Нотта и Поттера он со своей шайкой подкараулил у самой библиотеки, и не вступая в разговор, атаковал. Следом за ним атаковали и его дружки, однако Гарри разом блокировал все их потуги. Потому что никто из напавших не был могучим и многознающим магом, кое-какой опыт потасовок у слизеринцев был, но... Это ведь не опыт реальной войны, каковой был у ЛжеГрюма, это опыт стычек в школьных коридорах, и его было недостаточно для победы над Поттером, во всем превосходящим слизеринцев. Так что Гарри начал просто вырубать противников одного за другим. И Драко не выдержал, он-то планировал все совсем не так! Первый свободный вечер и об него вытрет ноги какой-то гриффиндорец!?       — Круцио! — Гарри едва успел увернуться, в считаных сантиметрах разминувшись с лучом заклинания. После чего злой голос проорал у него над ухом:       — Секо! — и Малфой дико завыл, получив порез на месте глаз, да такой, что ослеп.       Дафна Гринграс видимо тоже дошла до последней черты. И она, и Нотт не остались в стороне, помогая Гарри отбиться, и после запрещенного заклинания, чудом никого не задевшего, перестали сдерживаться, начав уже не вырубать, а калечить противников. И вот когда последний из них был вбит в стену, а палочка Малфоя перелетела в руки к Гарри, появился Снейп. Кой черт его понес в библиотеку, Гарри не представлял, но теперь у него появился шанс закрыть еще один должок и он широко улыбнулся, эта улыбка... Локонс мог бы гордиться своим учеником.       — Что вы здесь устро… Поттер! Как вы… — профессор быстро наложил несколько заклинаний и, конечно же, не мог не отметить присутствие самого нелюбимого своего ученика. — Потрудитесь объясниться! Почему вы напали на ученика моего факультета и ограбили его!       — О, здравствуйте профессор, — Гарри улыбнулся еще шире, словно только сейчас увидел Снейпа, который чуть побледнел, начав закипать. — Как хорошо, что вы подошли, пожалуйста, задержите этих людей, они только что напали на нас с целью убийства, ограбления и насилия, — тут Снейп презрительно скривился и уже готов был разразиться встречными обвинениями, но не успел, — они даже Круциатус применили! Скажите, пожалуйста, как быстрее всего вызвать мракоборцев, через камин, наверное? — Снейп что называется завис. Обвинять Поттера он мог и дальше, вот только доберись Гарри до средств связи и Драко с компанией ждет Азкабан. Круциатус запрещен к применению, а Драко сын Пожирателя Смерти, еще один гвоздь в крышку гроба консерваторов, еще одна причина для изменений, еще один закон… Дамблдор охотно раскрутит это дело, выставив Гарри жертвой, а Драко и его компанию злодеями.       — Вот как? В таком случае покажите мне его палочку, заклятие должно оставить там след, — а еще палочка единственная улика, уничтожь ее и любые обвинения будут лишь сотрясением воздуха. А обвинений Снейпу сейчас очень хотелось избежать, и дело было не в возможном пятне на репутации, «ведь как же так, не уследил, вот и выросло…», когда конкурентов у тебя нет — на многое можно плюнуть, вот и Снейп мог плюнуть на любые пятна, все равно ученики пойдут к нему, больше им учиться не у кого. Но вот на самого Драко Северус наплевать не мог. Тот был сыном одного из немногих друзей и тем человеком, с которым он мог просто поговорить.       — Зачем профессор? — мягко остановила его Дафна. — Вы же зельевар, вы не сможете увидеть требуемое, лучше покажем палочку профессору Макгонагалл. Она в этом разбирается, — а еще она человек Дамблдора.       Лицо декана слизеринцев было неподражаемым. Раздражение, гнев, налет презрительного равнодушия, нетерпение, опаска, но самым важным было подступающее осознание. Нет, Осознание. Снейп начал понимать, в какое дерьмо влип.       Или он позволит ненавистному Поттеру упрятать Драко с компанией в Азкабан, что обречет его, Северуса, на полное и беспросветное одиночество. Или он попытается силой отобрать проклятую палочку, что может привести к совершенно непредсказуемому результату, библиотека рядом, в любой момент из нее может кто-то выйти, и застань этот кто-то бой Снейпа и Поттера, судьбе зельевара не позавидуешь. Ну и третий вариант — договориться, договориться с тем, кто тебя, мягко говоря, недолюбливает. И решать нужно быстро, библиотека все еще рядом.       — Что вы хотите? — прошипел Снейп.       — Извинений, — холодно и очень нехорошо улыбнулся Гарри, — за недостойное поведение. Таких, какие полагаются, — так же холодно добавил он, — на коленях. — Снейп побледнел до состояния покойника, но не от страха, а от дикого бешенства.       — Вижу, ты осмелел Поттер, — сказал, как сплюнул, Снейп, — и обнаглел. Раньше ты так не разговаривал, трусил, как твой отец? — Улыбка Гарри стала еще ярче и еще холоднее, а мысли обрели странную легкость. Отца он не любил и не уважал, как и мать. Он не знал их, поэтому и не смог полюбить. А уважение… умереть ради хитрых планов старого интригана… это все, на что они оказались способны. По мнению Гарри, уважать тут было не за что. И громкие вопли: «Они боролись со злом!», он воспринимал весьма скептически. Поэтому нужной Снейпу реакции выдавать не собирался, ведь напади на него Гарри в приступе ярости, или еще какой эмоции, и у зельевара будут развязаны руки. Защищаясь, Снейп мог его в бараний рог скрутить, но только защищаясь.       — Именно профессор, но теперь это в прошлом, так что, надеюсь, вы рады! И перестаньте пытаться влезть мне в голову, не получится, — слово неудачник не прозвучало, но Гарри искренне надеялся, что зельевар прочтет его по глазам. А еще… кусок души Волан де Морта прекрасно понимал, что будет, если его обнаружат, поэтому закрывал разум Поттера крепче стальной плиты. И кое-чему обучил самого Поттера, пусть и в очередной раз не желая делать этого. Да и сам Гарри, наблюдая за его действиями, кое-что подчерпнул. Так что кроме слова «Неудачник» Снейп бы ничего не увидел. Конечно, щит Гарри был откровенно топорным, и его можно было пробить, но не быстро и не безболезненно. Так что Снейп отступил, еще больше взъярившись. А рядом с Гарри встали Дафна и Нотт с палочками наизготовку, теперь силовой вариант решения проблемы стал невозможен, втроем они бы продержаться до прибытия подмоги. — И почему вы не желаете действовать по закону? Разве вы не должны быть на стороне справедливости? — В этот раз показная холодность уступила место ядовитому презрению. Потому что не был Снейп на стороне справедливости, никогда. Он всю свою жизнь прожил говнюком. Слова вновь не были сказаны, но зельевар до побелевших костяшек сжал палочку. А потом опустился на колени.       Также как когда-то он встал перед Альбусом, пообещав выполнить все что угодно… и роковое обещание обернулось чуть ли не рабством, а главное оказалось совершенно бесполезным. Это ведь Снейп клялся, а Дамблдор нет, поэтому та, кого он любил и хотел спасти, умерла, ради планов директора и светлого будущего. И сейчас… сейчас от него вновь зависят чужие жизни, и он может спасти нескольких небезразличных ему мальчишек. Просто встав на колени и произнеся нужные слова. После всего, что он видел, делал и испытал это лишь пустяк.       — Я прошу у вас прощения Гарри Поттер, — тон Снейпа резко изменился, став сухим и ровным, как стекло, — за все то зло, что причинил вольно или невольно, а также за своих учеников, за которыми недоглядел.       — Я прощаю вас, профессор, — также сухо произнес Гарри и подчеркнуто аккуратно положил на пол палочку Малфоя. Теодор и Дафна также подчеркнуто убрали палочки. А потом все трое пошли в библиотеку, помогать Снейпу никто и не подумал.       — Вам будет непросто, заметил Гарри, когда они сидели в дальнем уголке читального зала.       — Напротив, — усмехнулась Дафна, — теперь нам станет значительно легче, — и, видя недоумение Гарри, пояснила. — Драко трус, был им и им остался, после такого отпора он еще долго будет искать в себе смелость напасть на нас. Кроме того, Круциатус не проходит по разряду детских шалостей, и Снейп сумеет это донести до него. Так что он нам ничего не сделает. Да и остальной факультет хоть и возненавидел Дамблдора, но после такого многие с ним расплюются. К драчкам между своими мы довольно равнодушны, всё-таки у каждого может быть свое мнение, а вот к таким нападениям уже нет. Так что задумай Малфой или Снейп отомстить и пол факультета поддержат нас, кто-то из солидарности, а кто-то потому, что усмотрит в нас шанс вырваться из заколдованного круга противостояния Добра и Зла, да и василиск многим памятен. До экзаменов мы продержимся, а потом… потом все это потеряет смысл.       И они продержались, Малфой со своей компанией действительно притихли, видимо внезапно осознали, к чему могут привести такие выходки, а может, им кто-то подсказал. Снейп изо всех сил пытался испортить Гарри жизнь, но получалось у него откровенно плохо. На ядовитые комментарии Гарри не реагировал, полностью сосредоточенный на уроке, а мелкие пакости ловко пресекал, не подставляясь. А баллы… на них ему было плевать, что на свои собственные, что на факультетские. На второй год его не оставят, экзамены будет принимать не Снейп, а все остальное неважно.       Разумеется, одной только выходкой Малфоя дело не ограничилось, ведь Рональд Уизли тоже освободился от отработок и на правах старосты и героя решил показать, кто первый парень на деревне. Мириться с Гермионой он так и не стал, да и с Невиллом его отношения серьезно ухудшились, ведь когда брали ЛжеГрюма, его вновь никто не позвал, а разве настоящие друзья так поступают? Вот и перестал дружить. Да и зачем ему такие друзья!? Он ведь талантлив, да Кубок по Квиддичу его команда проиграла, но, не смотря на это, Рон оказался прекрасным вратарем, а еще он был богат, его слава героя еще не увяла... так что у парня отбоя не было от девчонок и набивающихся в друзья прилипал. Так же как Драко раньше ходил с эскортом из Крэба и Гойла, так и Рон бродил по школе с компанией. И отрывался на том же Драко, как мог, а будучи старостой — он мог немало, Драко же значок старосты не достался, его носил Блейз Забини. В общем, получив свободу, Рон отправился искать подлого слизеринца и, найдя, поспешил ему вернуть все оскорбления и презрение, которыми тот поливал его четырьмя курсами ранее. Малфой терпеть нападки не стал, но наученный горьким опытом и Снейпом действовал куда аккуратнее Рона, исключительно защищаясь, из-за чего Рон, будучи более слабым и не таким искусным магом мало того, что отправился в больничное крыло, так еще и потерял кучу баллов факультета. Как ни странно, но популярность Уизли стала только выше. Малфой вновь задрал нос, уверившись, что он по-прежнему самый-самый, ведь ему ничего не было. Рон надумавший показать всем, в том числе и Гарри, каким должен быть гриффиндорец, и севший в лужу, начал придумывать план мести Малфою, сам Драко продумывал ответную каверзу, можно сказать, что в школе восстановился режим обыденных будней.       Два месяца длилось это затишье, а потом школа вновь забурлила, ведь пришло время экзаменов! Подготовка, нервы, маленькие истерики, торговля ответами и допингом для лучшего мышления, пополам с зельями на удачу и разного рода талисманами. Гарри же неслабо поразился тому, насколько легко впарить дегенератам от магического племени какое-нибудь барахло.       Вот зачем вам допинги? Мыслить будете лучше? Нет, не будете, дурак, даже с идеальной памятью и возможностью ускорить сознание в сто раз, все равно останется дураком. На старте все равны, но потом... потом кто-то тратит время и силы, ломая голову над задачами, учась думать и обретая знания, а кто-то довольствуется списанной домашкой, не желая напрягаться. И под финиш, первый не боится никаких билетов, он их все знает, а вот второй только что на стену не лезет, ведь списывать не у кого. И никакие допинги не помогут, что толку в обостренной памяти, если голова пустая и в ней ни крупицы знаний? Какой смысл ускорять мышление, если в мыслях лишь победы в турнирах по плюй-камням и квиддич, пополам со школьными романчиками и драчками? И ладно бы все это, идиотов и среди обычных людей прорва, но тупо проверить вручаемый товар? Ведь элементарное же действие! Но нет, маги... просто верили разводилам на слово, так, например, тот же Рон приобрел три горсти порошка из когтя дракона, на деле бывшим смесью из толченого мела и помета какого-то вредителя. И ведь он такой был не один, торговля шла весьма бойко... кстати, Фрэд с Джорджем в этом не участвовали, блюдя репутацию. У них во главе угла стояло качество, раз продали «Блевательный Батончик», значит, тот вызовет рвоту, а не понос с головной болью. Поэтому без заказов парни не сидели, мастеря по мере сил и свободного времени многое и разное, можно сказать, что в этот год они провели большую и затяжную рекламную компанию своего будущего магазина, и провели успешно.       Но как выяснилось, торговля стимуляторами — это еще цветочки, ягодки пошли с началом экзамена. Экзаменаторы, трое, все старые, заслуженные профессора... место которых в музее, а не за столом проверяющих. У каждого по мелкой болячке, из-за чего очень хотелось задать им вопросы по части зельеварения и медицинских чар, а после ответа отослать в Мунго, на лечение. Но если бы только это, это так, раздражало и не более. Куда больше бесили задаваемые вопросы. Опишите движения палочкой, приведите нужные слова... нахрена? Знания именно в этом? В нужных словах и движениях? Или все-таки это из разряда зубрежки? Ответ был очевиден, как собственно и причина таких вопросов. При уровне преподавания Хогвартса ожидать чего-то иного было бы просто глупо. Вот только это бесило, потому что нужно было лишний раз напрягать память, вспоминая ранее прочитанные тексты, а затем выбирать среди них самый простой. Это раньше маги действительно были теми, кто творил чудеса, и во главу угла ставили не правильные махи и заученные слова, а силу и фантазию. А сейчас... сейчас Гарри больше всего приходила на ум история как-то раз рассказанная Денисом.       Когда тот учился, одного из его преподавателей заменил другой, другая. В предмете она не понимала ничего, но у нее был умный муж, заранее подготовивший ей конспект, если твой ответ совпадал с тем, что был в ее конспекте, ты получал пятерку, если нет, то оценка зависела от настроения. Вот и здесь точно также, если ответ повторял учебник — ты молодец, если нет — значит, ты вызубрил не то. И именно это бесило. Гарри прекрасно понимал многое из прочитанного, к этому, как он подозревал, добавились знания от крестража, еще один невольный дар Волан де Морта своему врагу, и потому он был готов покончить с экзаменами в полчаса, но приходилось тратить время, приходилось марать пергамент... зачем это тому, кто намерен уйти? Затем, что он не желал скандалить на пустом месте, плюнь он на экзамены и оставь пустые листы с парой строчек и наверняка поднимется дикий вой о недоучке, ответь как мастер, как хорошо знающий специалист, могут запомнить и взять на заметку, а насколько бесцеремонны маги, он уже видел на четвертом курсе. «Мне надо? Значит, я возьму это и плевать мне на все и всех». Гарри должен был сдавать как все, как обычный школьник, о котором забудут сразу после его выпуска. Так что Гарри писал, корябал закорючки на пергаменте, тихо про себя бесясь... но все заканчивается, закончились и письменные экзамены... а практика... Гарри с трудом удержался от дикого ржания.       Заклятие Патронуса, Телесного Патронуса, заклятие высшей магии. Оно просто невероятно впечатлило комиссию, за что Невиллу накинули дополнительные баллы... стоит ли упоминать, что этим заклятием владела половина учеников, треть из которых применяла телесную форму? Гарри с сожалением промолчал, если старые маразматики в упор не видят некоторых мелочей, ни к чему ему портить сложившуюся атмосферу. А то вдруг еще набегут фанаты нового героя, завистником объявят... но много повидавшие и о еще большем слышавшие маги, приходящие в экстаз от заклинания, что может изучить любой школьник... еще семь-десять лет и они начнут изумляться Щитовым Чарам...       Экзамены шли своим чередом, один сменял другой, ученики нервничали, зубрили конспекты, пытались смухлевать, отдыхали и вновь шли на экзамен... но в один из дней произошло то, что нарушило эту последовательность.       Легко ли убить сильнейшего из магов? Он почти не бывает нигде, кроме Хогвартса и Министерства, и оба этих места хорошо защищены от любой магии. Хогвартс так и вообще строился по канонам магической крепости, из-за чего Волан де Морт, будучи на пике силы и с массой сторонников, к замку даже близко не подходил. Понимал, несмотря на безумие, что результатом его усилий будут лишь обломанные зубы. Так что повредить директору магией можно было и не пытаться, в Хогвартсе это просто невозможно, а в Министерстве, куда тот перемещается, невероятно сложно, а ведь еще и другие маги могут помешать, и сам Дамблдор один из сильнейших магов, и фамильяр у него непростой, и наверняка есть хитрый план... магией с директором не справиться, во всяком случае, Гарри не справиться. Но убивать можно не только магией, пуля даже понадежней будет, от нее не увернешься. А ведь есть не только пули, в отличие от магов, что с каждым годом лишь деградировали, нормальные люди продолжали развиваться, в том числе и в умении убиения окружающих.       И в один день, точнее в поздний вечер, на поляне перед замком появились двое человек, один из которых нес в руках РПГ. Оба были под чарами невидимости и, перебросившись парой реплик, они двинулись к замку. Близко подходить они не стали, да это и не требовалось, современное вооружение это не чудо-палка, оно работает не только на пистолетной дистанции. Пять сотен метров, четыре сотни... один из пришельцев навел оружие на нужное окно, приник к прицелу, чуть корректируя направление пуска... Мгновение полета ракеты... и в следующий миг жуткий грохот до основания потряс весь замок.       Подрыв термобарического боеприпаса мгновенно уничтожил и Дамблдора, и его кабинет, и его фамильяра, конечно же, феникс тут же возродился, но новорожденный и слабый он не мог немедленно прийти на помощь старому магу, он даже летать не мог. Ну а потом, когда башенка, в которой располагался кабинет директора, рухнула, феникс вновь умер. Возродится ли он? Возродится, убить такое создание нелегко, но теперь он возродится очень нескоро.       Почему все получилось так просто? А потому что в этот раз никакой магии не было. Ни заговоров на точность, ни зелий на удачу, ни рун на дальность полета... а маги прошлого, строившие Хогвартс, просто не предполагали, что маглы смогут настолько их превзойти, вот и не учли, что в них будут не только палки да камни кидать. Так что Дамблдор умер.       Все сразу же невероятно возбудились. Хогвартс заполонили комиссии и проверки, разные авторитетные маги чуть ли не паломничество в замок устроили... Магическая Британия бурлила, шипела и пенилась, едва устоявшийся порядок разлетелся на куски и истаял, как туман. Альбус не просто стоял на вершине, он был тем единственным гвоздем, что скрепляет конструкцию, без него все расползлось и разладилось.       Само собой о школьниках вновь все забыли, тройка ископаемых все-таки довела экзамены до конца, но даже слепой бы заметил, что думают они о чем угодно, но только не о своих обязанностях. Пиши что хочешь, любую отсебятину, все прокатит, старичье ставило пятерки не глядя. Что-то написано — молодец, пять. Знания учеников их и раньше не особо заботили, а уж теперь и вовсе было плевать тридцать три раза, им была важна своя собственная судьба, как и кое-кому из преподавателей. А ученики? А что ученики, экзамены сдадут, отметки получат, и пусть валят по домам, не до них.       Так что Гарри совершенно спокойно все сдал, в перерывах между экзаменами проведя в Выручай Комнате один интересный ритуал. Ритуал Окончательного Прощания. Старый и малоизвестный, этот ритуал служил для успокоения неприкаянных душ, проще говоря — призраков. С его помощью за неделю можно было бы очистить Хогвартс от всех приведений, ну или хотя бы от Пивза, но это же напрягаться надо! А напрягаться ради учеников администрация школы не желала… а вот Гарри напрягся. Конечно, не ради учеников, а ради себя и прощался он не с местными призраками, а с духом Дамблдора.       Как и подозревал Гарри — старик оказался не так уж прост и уходить за грань не спешил. Явно был у него какой-то план или способ, как обмануть костлявую. Да только он не успел, Гарри ударил раньше, а помощнички также не успели привести план в исполнение. Надо же ведь разобраться, что случилось, вдруг это часть еще одного хитрого плана директора, например, с ложным покушением. А как тут быстро разобраться, если министерские прибыли раньше тебя, но в силу полномочий могут не допустить к месту происшествия? Вот и не успели. А Гарри уже на следующий день провел нужный ритуал. Сложнее всего было выцепить духа, заставив его явиться, но у Гарри было кое-что, якорь, к которому призрак не мог не прийти. Лимонная долька, та самая, что он получил у Дамблдора на четвертом курсе. Бережно и заботливо сохраненная она ждала своего часа и дождалась. Светлый маг явился на зов, и запертый в ритуальном круге, получил магический пинок под жопу, навсегда покинув этот мир. С гарантией, так что не поднимут и не вернут.       Очень хотелось отправить его в Ад, к чертям на сковородку, или в рабство к каким-нибудь Фейри, или помучить, за все годы у неадекватных Дурслей и возможные планы, да хотя бы рассказать, как обставил! Но Гарри сдержался, только ритуал и ничего кроме, незачем городить огород, устраивая Великую Мстю, пусть они не в сказке, в любой момент что-то может пойти не так. Поэтому никаких демонов, неведомых порталов или долгих разговоров, только старый, проверенный временем и поколениями магов ритуал. Несправедливо? Скольких Дамблдор принес в жертву своему величию? Да, может и несправедливо, что человек не одно десятилетие плетущий интриги, провоцирующий и ведущий войны, с горами трупов, по итогу получил легкую смерть и три минуты пребывания в кругу из пшеничной муки рядом с лимонной долькой. Но вся жизнь несправедлива, а Гарри уже не маленький — перетерпит.       Так что последние экзамены Гарри сдавал с равнодушием того, кто сделал все, что хотел. Преподаватели суетились, бегали, что-то делали… пусть суетятся, никто ничего не найдет. Надо ведь знать, что вообще искать! А местным с их презрением ко всему магловскому даже в голову не придет искать что-то в этом направлении, вдобавок, Дамблдор никогда и никому не доверял на сто процентов, от каждого у него были секреты, поэтому никто точно не знал, чего и сколько находится у него в кабинете. Так что даже если случится чудо, во что Гарри не верил, и маги сумеют восстановить залетевшую гранату, никто не поймет что это, и уж тем более никто не свяжет ее с ним. Никаких следов не останется. Может даже и козла отпущения искать не будут, вспомнить ту же Плаксу Миртл...       Ученики Школы Чародейства и Волшебства вновь ехали домой. Глядя на слизеринцев, можно было подумать о том, что у них всех завтра день рождения и каждому обещано исполнение всех его желаний, такими счастливыми они выглядели. Все, помер их обидчик!! Теперь все вернется на круги своя, они получат назад все отнятое, их родные выйдут из тюрьмы… жизнь прекрасна. Ученики змеиного факультета начали праздновать с самого обрушения башни директора, и не прекратили до сих пор, казалось, что у каждого во рту стоватная лампочка, так ярко и широко они улыбались. Экзамены? О них они и не думали, ведь раз Дамблдор мертв, то все наладится, не может не наладится!       Когтевранцы и пуфендуйцы пребывали в состоянии овечьего стада, которое внезапно лишилось пастуха. Кто виноват? Что делать? Как будет дальше? Кто хороший, а кто плохой? Кто станет директором? Эти и многие иные вопросы терзали их умы, отчего они в неведомо какой раз перечитывали газеты, строили теории, обсуждали и рассуждали…       Гриффиндорцы же были погружены в траур, ведь величайший защитник Добра и Света был подло убит, в этом не было никаких сомнений. Так что они искренне оплакивали смерть великого мага, а кое-кто готовился. Готовился бороться за светлое будущее и торжество справедливости. Невилл не забыл о том, что он герой, как и Гермиона с Роном Уизли. Последний примирился с дуэтом, смерть Дамблдора примирила их, смерть и неясные картины будущего. К их компании пристала и Джинни, полюбившая Невилла и… и все. Остальные львята как-то не испытывали тягу к подвигам. Особенно сильно компания героев разругалась с Фрэдом и Джорджем, те не собирались устраивать кипиш, во имя неизвестно чего, когда до их мечты уже рукой подать. Еще один год и они, гордые выпускники Хогвартса, откроют свой магазин шуток и розыгрышей, а тут им предлагают бороться неизвестно с чем и ради чего. Нет уж. Объявится злодей, тогда они помогут, но не раньше. Так что Невилл со своей компанией готовился к борьбе, Драко со своей к недельному празднику, а всеми в очередной раз забытый Гарри Поттер ехал в купе, под восхищенными взглядами Дафны и Тео. Они еще слишком мало знали, они просто не могли поверить, что кто-то с такой легкостью уничтожит того, кто казался неодолимым и вечным, как скала над морем.       — Теперь, когда Дамблдора нет, твоей семье станет легче, — заметил Гарри платиноволосой красавице.       — Да станет, — с улыбкой ответила Дафна, — но я не вернусь, мне уже неинтересна эта мышиная возня и драка за пару яблочных огрызков и горсть хлебных крошек. Мне хочется большего, и я это получу, — и она счастливо рассмеялась. А потом к ним в купе зашла Полумна и они смеялись все вместе над новыми выдумками ее отца и журнала, что он издает, маленькое солнышко Магического Мира в который раз принесло немного радости и теплоты.       На платформе девять и три четверти они разошлись в разные стороны. Нотт к родителям, в свою квартиру, Дафна к себе в поместье, а Гарри в одну клинику на окраине Лондона.       Как он избавился от Дамблдора? Он никому этого не рассказывал, многозначительно молча, поднимая свой авторитет, и не желая раньше времени давать своим партнерам черезчур опасную информацию. А то узнав что к чему они могли начать сводить счеты... Гарри помог Вернон Дурсль. Не сам, конечно же, но... когда его фирма начала расти, ею заинтересовались очень многие, в том числе и те, кто живет по другую сторону закона. От всех притязаний Вернон отбился, но кое-какие контакты с криминальным миром у него остались, мало ли, вдруг пригодятся? И повинуясь заклятию, он эти контакты Гарри выдал, а потом забыл об этом. Поттер не хотел вводить Дурслей в чрезмерное искушение.       Ну а потом... потом нужно было просто идти по цепочке из людей с не самыми лучшими душевными качествами. Гарри прошел ее за неделю, после чего сделал заказ одной частной военной компании. Те его не подвели, выполнив все в точности... вопросы? Гарри подтер исполнителю память, честно перечислил оговоренную сумму, и поскольку он был под фальшивой внешностью, его никто не искал. Никаких вопросов, этот долг был оплачен.       — Ну как ты, — поприветствовал он своего первого друга.       — Ты знаешь нормально, — Денис, до этого момента приседавший, выпрямился и обернулся. И Гарри невольно улыбнулся, глядя на его лицо. Да простое, без ярких аристократических черт, но сколько же в нем было жизни! Совсем не то блеклое подобие лица, что он видел, когда уходил... — Поначалу было непросто, даже ходить приходилось учиться заново, но за полгодика все пришло в норму. Теперь не то что ходить, я и бегать могу, — и он улыбнулся.       — Тогда пойдём, твое заточение кончилось.       Конечно, заточением это назвать было сложно, все-таки большую часть времени Денис должен был провести в крестраже, да и потом явно не сильно тосковал о воле, занятый освоением тела. Но тем не менее, ему было тяжело, тут и на редкость неприятные соседи, и надобность сдерживаться, чтобы не посчитали вылечившимся, и многое иное... хорошо, что Гарри помог магией, иначе пребывание здесь было бы тем еще испытанием. Можно было, конечно, пойти по более простому пути, взяв тело любого ребенка, как Волан де Морт взял тело Джинни... но ни Гарри, ни Денис не собирались так поступать. Какие-то границы в их душах еще остались.       Но вот клиника позади и они на свободе. Осталось последнее дело, крестраж в доме Дурслей.       Они вошли ночью, тихо и незаметно, не тревожа покоя хозяев. На чердаке их ждала последняя ниточка, связывающая Гарри и Магический Мир. Денис молча взял простенький амулетик и, не слушая воплей Темного Лорда, с размаху разнес побрякушку камнем, подхваченным еще на улице. Жаждущий возрождения Волан де Морт упустил из вида одну деталь — Денис, в отличие от Поттера, никаких клятв не давал, ведь он был таким же заключённым, как и сам Темный Лорд. А потому с формальной точки зрения Гарри ничего не нарушал, все сделал его друг. А с неформальной… Волан де Морт убил его родителей, простить этого полубезумного психа и привести к добру и раскаянию? Нет уж, обойдется, лучше Гарри отомстит. Теперь… у Тома не осталось крестражей, все свои якоря, удерживающие его в этом мире, он сдал Дамблдору и магической общественности, и если он сдохнет, то уже окончательно и бесповоротно, а так… пусть живет, хотел бессмертия, пожалуйста. Ну а то, что он теперь один из экспонатов Отдела Тайн и всю оставшуюся вечность пролежит в стеклянной баночке, так об этом нужно было думать раньше. До массовых убийств.       Так что под тихий стон уходящего за грань куска души Гарри и Денис покинули дом Дурслей, навсегда. Теперь перед ними лежал целый мир, и они займут в нем достойное место.

Эпилог, или что было после.

      Что такое двадцать лет? Для кого-то это огромный срок, а для кого-то почти миг. Кто-то за это время изменится до неузнаваемости, а кто-то останется таким, как был.       Школа Чародейства и Волшебства почти не изменилась, упавшую башенку восстановили, как умели и как получилось, теперь там обжился новый директор, разогнавший половину преподавателей, чтобы набрать на освободившиеся места таких же, если не более худших. Снейп получил выходное пособие и тихо спился, новый глава Хогвартса знал и о некоторых вехах жизненного пути зельевара, и о его манере преподавания, и о его характере… да и сам директор был с Гриффиндора. Так что после назначения нового директора Снейп вылетел из школы одним из первых. А потом… работы нет, и не предвидится, из-за все тех же характера и репутации, да и многие просто не желали видеть рядом с собой человека Дамблдора и бывшего Пожирателя. Так что Снейпу осталось одиночество, редкие заказики от случайных людей и бутылка. В первые месяцы после увольнения из Хогвартса все еще могло пойти по-другому, тогда Драко еще был вменяем, а его компания еще на что-то надеялась...       Два месяца маги делили власть, вели переговоры, время от времени выбрасывали компромат друг на друга, распределяли ресурсы и утверждались на постах. Попутно каждый из участников этого действа счел своим долгом вывалить на Дамблдора ведерко-другое грязи. Тут был и застарелый страх, и пиар по типу: «Смотрите, какой хитрый гад был, но я-то не такой!», и дополнительная страховка от сторонников Светлого Мага, которые еще пытались трепыхаться. Все это время Малфой со своей компанией провели в ожидании. Что все наладится, что справедливость восторжествует, что еще чуть-чуть и они увидят родителей… но после этих двух месяцев они поняли — на них и их надежды попросту плевать хотели. Ничего не изменится. И тогда они пошли в Министерство, не с просьбой, не привыкли они просить. Они потребовали освободить их родных и вернуть все, что было отнято у них Дамблдором.       Но в ответ получили лишь требование убраться прочь. Потому что их любимые папочки и мамочки воровали, убивали, грабили и пытали, и то, что они отмазались несколько лет назад, не отменяет их преступлений. А еще нейтралам и даром не нужны были могущественные и влиятельные конкуренты, так что о возвращении конфискованного не может идти и речи. Что справедливость есть пусть и не для каждого, но кое-кто с ней может познакомиться, поэтому пусть этот кто-то лучше уматывает, раньше надо было о справедливости разговор вести, тогда глядишь и папуля бы не василисков на детей натравливал, а цветы на продажу выращивал, глядишь и помиловали бы.       Так что компания Малфоя ушла, скрипя зубами и сжимая кулаки. Снейп, прекрасно понявший к чему все идет, попытался их образумить, рассказать о том, что лбом стену не прошибешь… бесполезно. Юные маги уже привыкли к тому, что все будет так, как они пожелают, а если и нет, то они сами исполнят желаемое, ну а уж если не получится, то только по причине того, что им мешают какие-нибудь хитрые гады, которых прикрывают другие хитрые гады. И этих гадов можно и нужно ставить на место, любыми способами, им, сыновьям сливок магического сообщества, все равно ничего не будет. Так что Северус узнал о себе много нового и интересного, под конец ему было заявлено, что если он смирился со своим положением и намерен и дальше изображать из себя короля помойки, то Драко не такой. Он аристократ и он добьется своего, и первым шагом будет освобождение его отца. Останавливать всех этих "молодых и дерзких" Снейп не стал, и обида сыграла свою роль, и понимал, что бесполезно.       Вот только в Министерстве сидели не полные идиоты, а главное, многие лишь совсем недавно расселись по местам и постам, память о борьбе еще не угасла, так что за Драко они проследили. И взяли его вместе с его шайкой буквально на месте преступления. Подрывная деятельность, заклятие Империо, покушение на жизнь… иногда и за час можно натворить столько, что хватит на всю жизнь. И ребяткам хватило, даже с избытком. Они как-то позабыли, что уже не в школе, где и декан за тебя и администрация смотрит сквозь пальцы даже на бои учеников друг с другом, и что ни пап, ни мам за спиной нет, а они потомки тех, кого маги возненавидели. Так что получили полной мерой, новому министру и даром не нужны были новоявленные Темные Лорды, поэтому палочек детишки лишились. А потом их отправили в те приюты, куда их определил Дамблдор, предварительно подчистив память на предмет выходов в магический мир. Все, конец — чтоб вами здесь больше не воняло.       У них осталась память о том, кто они, остались знания, но не было никакой возможности их использовать. Это Волан де Морт, с детства росший в приюте и мечтающий оттуда вырваться, мог изводить себя, часами тренируя способности, чтобы потом колдовать только на воле и желании, да и так получалось немногое. А вот аристократы, родившиеся с золотой ложкой во рту, себя не изводили и потому не могли ничего, а магические выбросы по заказу не бывают, один-два раза в год и это если повезет, а уж какими они будут, можно только гадать.       Легко ли жить в приюте? А если ты приходишь туда почти совершеннолетним, с неподобающим гонором, аристократическими привычками, полным отсутствием каких бы то ни было бытовых знаний и умений, да еще и в полном одиночестве? А если еще и сам приют из, скажем так, не тех, кого стоит демонстрировать широкой публике? После того, как его выбросили в нормальный мир, Малфой прожил ровно год. После чего замерз в какой-то подворотне, увы и ах, но улица жестока, и ему не стоило сбегать из приюта. Многие из его компании также попробовали сбежать… результат был точно таким же. Но те, что остались, пережили их ненадолго. Совершеннолетие, и их торжественно выпнули за порог. Как они будут жить? А как хотите, так и живите, это никого не колышет.       За пару лет они не овладели знаниями и умениями, остатки самомнения еще давали о себе знать, да и окружение не способствовало учебе, поэтому те немногие, кто вышел из приюта стали частью банд и бомжей. Спустя пять лет после смерти Дамблдора от передозировки героина умер последний из детей Пожирателей Смерти.       А их прямые противники — Орден Феникса, оказались или в тех местах, куда почтальон раз в год письма носит, или в Азкабане. Новая власть почему-то решила, что последователи Альбуса Дамблдора ничуть не лучше, чем слуги Волан де Морта. Так Кингсли Бруствер был отстранен от должности и в связи с ненадлежащим исполнением своих обязанностей, и превышением полномочий отправлен отбывать срок в Азкабан. Правда приказ о его освобождении где-то затерялся и о нем в связи с навалившимися делами забыли… а ты не пляши под чужую дудку. Вступил в мракоборцы, так исполняй приказы начальства, а не хитроумного директора. Не забыли маги, чья подпись стояла на новых законопроектах, не забыли и не простили. Компанию Кингсли составил Наземикус Флетчер, у него и так рыльце было в пушку, аж по самые гениталии, а с приходом к власти Светлого Мага он и вовсе тормоза потерял, вот и прекратили его неумеренную коммерческую деятельность по набиванию карманов всем, что плохо лежит. Потом были Хагрид и Макгонагалл. Из школы их выпнули следом за Снейпом, первого за полную профнепригодность, вторую за чрезмерные симпатии к Дамблдору. Нечего капать на мозги подрастающему поколению, хватит уже борений Тьмы и Света, пора и спокойно пожить. Так что Макгонагалл получила выходное пособие и доживала свои дни в личном домике, где-то в Шотландии, всеми оставленная и забытая. А Хагрид получил пост смотрителя одного из заповедников единорогов, также расположенный в Шотландии, но с бывшим профессором трансфигурации он не общается, ему там вообще не с кем общаться, людей он видит только четыре раза в год.       А вот Сириуса, как это ни парадоксально, никто не тронул. А за что? За то, что Дамблдору служил? Так он больше десяти лет пробыл в Азкабане, за это время многое поменялось, да и сам факт "посадки" говорил о многом. Либо уже не нужен, либо слишком опасен на воле. Так что в первые дни ему даже предлагали помочь новому министру, а там уж ему зачтется... но Сириус отказался помогать. Своим товарищам, уже бывшим, он также не спешил протягивать руку помощи. За ним понаблюдали... и просто плюнули, в построении нового порядка Блэк не участвовал, ему лечиться нужно было, вот и лечился. Так что было решено оставить его в покое, пусть побегает, захочет бороться — раздавим, а пока на него плевать. А сам Блэк бороться не торопился. С каждым месяцем на воле он все больше восстанавливал ясность ума, и в его голове возникало все больше вопросов. И о необходимых жертвах, и о всеобщем благе, и о судьбах некоторых магов. Ладно, он сам мог стать той ошибкой, которую совершают даже великие волшебники, и потому его судьба сложилась так, как сложилась. А судьба Гарри? Тоже ошибка? Он многое разузнал о его детстве, хотел даже засучить рукава и пойти к Дурслям в гости, показать, что не стоит делать из мага раба… отговорили. Ну а судьба Джеймса и Лили? Почему они в разгар противостояния сидели в своем доме, подобно мишени? Что мешало устроить их в школу преподавателями? Или ассистентами? Или еще кем… они же вроде как важны и нужны! Той же Макгонагалл стезя преподавателя не мешала быть членом Ордена. Или тот случай, когда в Хогвартсе был выпущен василиск… почему Малфоя не притянули к ответу? А Альбус мог… но не стал этого делать, потому что это было невыгодно, от Малфоя ушедшего от наказания ему было куда больше пользы, чем от Малфоя за решеткой. И казалось бы, все правильно, все логично… но у них тут война со Злом или политика? Если первое, так почему не воюем? А если второе, то почему он должен подыхать за убеждения и мировоззрение одного конкретного мага? Тем более что маг этот уже мертв. В очередной раз стать жертвенным бараном в уже проигранной политической игре Сириусу не хотелось. Поэтому он отправился в кругосветное путешествие, на мир посмотреть, долечиться… и побыть вдалеке от Англии и тамошних магов. Сначала он приведет себя в порядок, а уж потом будет действовать.       В Англию он вернулся через три года, помолодевшим, загоревшим и с твердым намерением не повторять ошибок молодости. Он не торопился, объезжая мир, и в Англию вернулся лишь затем, чтобы расстаться с ней, там его ничего не держало. Он торжественно сжег портрет своей матери, той твари, что любила лишь себя и чистую кровь, освободил Кикимера, выпнув того за порог, (не умеешь исполнять приказы хозяина и имеешь свое мнение? Добро пожаловать на улицу, познавать истину о том, что чье бы то ни было мнение — это еще не объективная реальность.), продал дом, который с детства не любил, опустошил свой сейф и перебрался на западное побережье США. Там он своими руками построил новый дом, куда на руках внес свою избранницу. Как он познакомился с молодой индианкой, почему и за что ее полюбил, он не рассказывал, но как-то так получилось, что рядом с его домом возник небольшой анклав из людей с красной кожей. Что они делали? Работали. Мебель ручной работы, на заказ, сувениры и поделки, а еще артефакты. Простенькие… но даже капелька магии может изрядно облегчить повседневную жизнь человека. Так что пусть в деньгах они и не купались, но на жизнь не жаловались, смотря в будущее с улыбкой.       Статут Секретности? А кто-нибудь может сказать, сколько в мире белых и темных магов с дипломами, потомственных ведьм, гуру, заклинателей и им подобных? Сообщение о новой общине мгновенно затерялось среди множества таких же. А потом прошло еще несколько лет, и визиты магов Сириусу стали не страшны.       Потому что к нему валом повалили нелюди. Из Британии, из Франции... со всей Европы. И Сириус сам того не ожидая стал главой мощного сообщества нелюдей, что само начало изучать магию, и встраиваться в жизнь обычных людей.       Маги бесились? Еще как, когда узнали куда побежали нелюди, и что Сириус на все магические декреты и постановления просто плевать хотел. Но только его хотели призвать к порядку, как вмешался Поттер и от Сириуса отстали, "забыв". А он... он продолжил заниматься своим делом. Обустраивать дом, воспитывать детей, рулить получившимся анклавом, мастерить артефакты... и руководить процессом встраивания нелюдей в людское общество. Гарри помог, дав места в своей корпорации, но ведь всегда есть самые умные, или амбициозные, или просто самовлюбленные придурки, решившие, что раз человеки чего-то не могут, то должны служить. Таких Сириус размазывал по стенке, иногда и буквально, пацифизм и визги отдельных идиотов о том, что насилие не выход, он забыл сразу после ухода из Англии.       И так постепенно, год за годом, маленький анклав рос, в него потянулись маги, за знаниями и будущим, умные и амбициозные, нежелающие останавливаться на изучении Экспелиармуса и Щитовых чар, а также до смерти зачаровывать метлы. Кто-то оставался, кто-то поглядев на тамошние порядки возвращался к себе.       Потому что здесь не занимались захватом мира, и даже не планировали это, как и возвышение над маглами. Здесь встраивали магов и нелюдей в мир обычных людей. Сириус не зря путешествовал, он увидел достаточно, чтобы осознать, насколько маги отстали. Не во всем? Да, не во всем, но и того что есть достаточно для неутешительных выводов: что маги все больше превращаются в дикарей, тех самых, чьи шаманы знают секреты предков и могут заговорить больной зуб, или снять боль и усталость... но не больше. Ни переделывать мир под себя, ни выйти за границы этого мира они не могут. Блэк решил цивилизоваться и помочь с этим другим. Помочь стать частью людского мира. Кто-то считает иначе? Желает другого? На здоровье! Но идеи свои пусть продвигает в другом месте. Рано еще мечтать о господстве, сначала стоит твердо стать на ноги. И все нелюди Сириуса поддерживали, да и почему нет? На них еще недавно чуть ли не загонную охоту объявили, а сами они ютились с краешку волшебного мирка, получая объедки со стола чистокровных, да и мало их, как ни посмотри... вот лет через пятьдесят уже можно начать планировать заниматься не одним только выживанием...       Ситуация же с Гарри… Сириус прожил с ним две недели, после чего они пожали друг другу руки, обнялись и разошлись. Они слишком разные, не чужие, но разные. Они не уживутся вместе, не смогут, но они родня. Сириус любит своего крестника, тот уважает, ценит и считает Блэка соратником и другом, поэтому время от времени они встречаются, отдыхая от повседневных забот и тревог, хвастаются, соревнуются, втихаря дурачатся… и строят планы на будущее. Род Блэк почти угасший возродился в лице самого непутевого его представителя. И пусть последний занят от зари до зари, он был счастлив.       А вот Невилл Долгопупс не задавал вопросов, ни себе, ни окружающим. Ему была ведома истина, так что в лучших традициях своих школьных похождений он, как и Малфой в свое время, отправился в Министерство. И потребовал прекратить нападки на самого лучшего директора, отменить законы о… чиновникам, чтобы выйти из себя хватило и одного упоминания Дамблдора. Так что борзому пацану разъяснили, что он может быть сто раз неведомо кем Избранным, триста раз Героем Магической Британии, пять сотен раз лучшим учеником Светлого Мага и тысячу раз считать себя правым, что-либо требовать он может исключительно от собственной бабушки. А чиновники служат на основании законов, а не хотелок невесть что о себе мнящих сопляков. Есть у Невилла законные основания для претензий или логичные возражения, основанные на фактах, тому ушату помоев, что выплеснули на Альбуса Дамблдора? Пожалуйста, милости просим. Нет? Тогда просим на выход.       Но Невилл не собирался сдаваться так просто, он же герой! А еще у него есть девушка, смотрящая на него влюбленными глазами, а также бабушка, разделяющая идеалы Дамблдора и искренне не переваривающая чиновников из Министерства. Ну как тут отступить? Так что Невилл решил бороться, для начала дав интервью в газете, рассказав людям правду.       Не получилось, его просто не желали слушать. Даже Придира и тот не стал с ним сотрудничать, потому что его хозяину прямо пригрозили тем, что если сейчас начнутся публикации, направленные против власти, то следующий номер он будет выпускать на туалетной бумаге. Потому что никакой иной ему не продадут. Потом, когда новая власть утвердится, пусть печатают, что заблагорассудится, а сейчас извольте печатать то, что скажут. Принуждение? О чем вы!? Свобода и только свобода!! Ведь свобода она для всех, ты свободен говорить, что хочешь, а хозяин газеты свободен решать, что допустить в печать, а торговцы свободны решать, что, кому и сколько продавать.       Невилл негодовал, Невилл бесился, Невилл был в ярости... Невилл решил продолжить борьбу, начав собрать единомышленников и сторонников. Письмо Уизли, письмо Люпину, письмо Грюму... так же, как и с Малфоем, чиновники не стали упускать Невилла из виду и некоторые письма перехватили. И немного взбесились. Так что в один из дней мракоборцы получили донос, что бабушка Невилла решила вызвать какое-то потустороннее существо, для того, чтобы то вернуло разум родителям Невилла. Не желая допускать в мир неведомую тварь, мракоборцы взяли поместье Долгопупсов штурмом, но оказалось, что неведомое создание уже успело захватить разумы всех, кто там пребывал... поэтому и Невилл, и его бабушка были отправлены на лечение в Мунго, в палаты, соседствующие с четой Долгопупсов.       Юный герой не успел, а может и не захотел осознать, что теперь ему предстоит борьба со взрослыми магами, и в этот раз отвечать придется за любое действие, каким бы оно не было. Он не принял в расчет, что прикрывать его некому, а закрывать глаза на его действия никто не будет, что маги настолько впечатлятся сделанным Дамблдором, что совершенно не захотят повторения. Что, наконец, противостояние в политике, это не соревнование факультетов, и никто не отсыпет тебе очков после подвига, тебе даже не дадут дожить до этого подвига. Карманный герой Дамблдора оказался неприспособлен к реальной борьбе и реальной жизни, в школе, на подконтрольной директору площадке, он был безусловным королем, но оказавшись вне ее — мгновенно все проиграл. А вместе с ним сгинули и Люпин с Грозным Глазом.       По официальной версии Римус Люпин был убит после очередного своего превращения, на деле же он слишком много знал и отказался этими знаниями делиться. Также было и с Грозным Глазом Грюмом.       Уизли также не избежали пристального внимания новой власти, но поскольку связаться с Невиллом не успели — никто не стал брать их под стражу. Их расспросили, убедились, что они ничего толком не знают и отпустили, предварительно выписав штраф, за сотрудничество с незаконной организацией носящей название Орден Феникса. Штраф оказался равен всему, что они получили с приходом к власти Дамблдора. Также Артура понизили в должности, вновь вернув к тающим ключам и извергающимся унитазам. Кто-то же должен с этим бороться? Вот Артур и возглавил эту борьбу.       Правда, теперь у него дома образовались небольшие проблемы, по причине недостроенности последнего. Нора ведь была снесена, а новый дом еще толком не был построен, и достраивать его было не на что. Так что им с женой приходилось ютиться в подвале, что не добавляло приятных ощущений. И как-либо изменить свою судьбу они не могли, из-за связи с Орденом Феникса и его главой возможность карьерного роста у Артура отсутствовала, да и способности, прямо скажем — подкачали. Ну а Молли Уизли... она и гладить-то не всегда успевает, что уж говорить о работе? К счастью через пару лет им помогли, дом был достроен, довольно быстро вновь превратившись в Нору. Обновленную, похорошевшую Нору, которая к концу двадцатилетия стала той же самой Норой, что и раньше, даже возможно чуть более запущенной. Круг замкнулся, и чета Уизли оказалась там же, где и была.       А вот их дети смогли вырваться из этого круга. Фрэд и Джордж таки открыли свой магазин, и торгуют весьма успешно, изрядно потеснив Зонко на рынке магических развлечений. Да и не только их, братья активно осваивали артефакторику, выпуская самые разные поделки, простенькие, но вполне востребованные. Миллионерами они не стали, но родителям помогли, и теперь живут в своих домах, дружа семьями, смотря в будущее с уверенностью в том, что оно будет прекрасным.       Перси продолжил строить свою карьеру, оставшись в Министерстве, он пережил и воцарение Дамблдора и смену власти, в конце концов, став заместителем министра. Умный, осторожный, исполнительный и работящий, он стал неплохим политиком, и кое-кто даже поговаривал о том, что он мог бы стать новым министром. Он уже не общается с отцом и матерью, пребывание у власти на многое открыло ему глаза, так что он стал подозрителен и недоверчив, женился по расчету, живет в своем доме...       В свое время он помог отцу не вылететь из Министерства, да и дом достраивали, в том числе, и на его деньги. Но на этом его общение с отцом и матерью закончилось. Как он сам сказал им в свое время: «Я слишком много увидел и узнал, чтобы не понимать того, как простой директор боролся с Волан де Мортом, поэтому не собираюсь впустую растрачивать свою жизнь». Великие идеи? Идеалы? Торжество Добра и Света? Перси стал слишком циничен, чтобы верить в это, поэтому не желал тратить свое время на тех, кто продолжал убеждать его в обратном. А вот с Фрэдом и Джорджем он общался, но там было взаимовыгодное сотрудничество и некий гибрид из мужской дружбы, взаимоуважения и братской любви.       Самый старший сын четы Уизли, Билл, лишился работы после конфликта магов с гоблинами, и с такой характеристикой, что его бы не взяли даже бороться с унитазами, жадные коротышки не простили ему предательства их интересов и работу на Дамблдора. Но парень довольно быстро нашел себя в искусстве, став, по мнению многих, новой звездой в литературе Магической Британии. Хотя, по мнению некоторых критиков, на ровном, как стекло, культурном поле Магического Мирка даже кочка, и та стала бы горой. Но этих людей не слушали, искренне наслаждаясь выходящими книгами и требуя новых.       Рональд Уизли тоже многое хотел сделать: и родителям помочь, и Кубок по Квиддичу завоевать, во главе своей команды, и прославиться на весь мир... но, увы, его желания совершенно не соответствовали возможностям. Никто не собирался брать его в команду, даже на скамью запасных, ведь великих достижений у него не было, да и характер, вместе с гонором героя, многим не нравился. Прославиться как маг? Как мастер в какой-нибудь дисциплине? Но он не был мастером, даже мастаком и то не был, обычный лентяй, мечтающий о том, что уже завтра на него свалится счастье. Не свалилось, так что помыкавшись несколько месяцев, и убедившись, что он никому не нужен, Рон устроился в Министерство, став напарником отца. Он может и хотел бы найти чего получше, но других вариантов не было. Так что теперь он живет с родителями, ищет тающие ключи, и вздыхает о былом, о своих приключениях и победах... Самообразование? Зачем? Это ведь напрягаться надо, а для чего напрягаться, если во власти продажные сволочи, компании открывают жуткие везунчики, а его не взяли куда-либо из-за козней завистников и вообще ему и так неплохо.       Джинни Уизли лишившись возлюбленного и почуяв аромат грядущих неприятностей, решила, что первая любовь не стоит всей жизни, и вообще там была не любовь, а влюбленность. Поэтому она тихо и спокойно доучилась, сосредоточившись на квиддиче, из-за чего в последний год ее пребывания в Хогвартсе команда Гриффиндора все-таки взяла Кубок. Впоследствии она стала лучшим ловцом Британии, выведя свою команду в финал чемпионата, где встретившись с Крамом, влюбилась уже в него. Их бурный роман надолго стал темой сплетен, разрешившись неожиданно тихой свадьбой, после которой Джинни переехала к мужу, став его верной спутницей и охотником сборной. В следующем мировом чемпионате они взяли Кубок, и ушли из команды. Он стал тренером, она, будучи матерью трех детей, образцовой домохозяйкой.       Гермиона же какое-то время носилась со своими идеями, пока не осознала, что это не принесет ничего, кроме раздражения окружающих. А между тем жизнь продолжается, и на нее нужны деньги. Иными словами, нужно искать работу, или открывать свое дело, или еще как-то устраиваться. А кому нужна молодая революционерка, желающая, по мнению окружающих, какую-то чушь? И как гром среди ясного неба грянуло заключение Невилла, после которого был дикий скандал с родителями, которые совершенно не одобрили то, что их девочка решила в очередной раз отправиться воевать за Добро и Правду. Ей было прямым текстом сказано, что если она уйдет, то домой может не возвращаться. А так как денег у Гермионы не было, как и собственного жилья, она решила подождать и покрепче встать на ноги, а уже потом продолжить борьбу.       Вот только это оказалось не так-то просто, о немагическом мире она знала только то, что он есть, никакого образования у нее не было, так что на достойную работу ее бы не взяли. Работа в магическом мире? Тут ей помог ее аттестат, все-таки магов сдавших столько предметов, да еще и исключительно на Превосходно, было маловато, так что ее приняли на работу в Министерство, в отдел регулирования магических популяций и контроля над ними, в сектор по борьбе с домашними вредителями. Начальство же, помня о ее прошлом, запретило любые повышения или переводы, куда бы то ни было, пусть с пикси воюет, борцунья за Добро. И постепенно Гермиона стала еще одной обывательницей, ведь сначала надо позаботиться о проживании и пропитании, потом появятся привычки и желания, на которые также нужны деньги, а еще друзья-товарищи-коллеги которые имеют свой взгляд на произошедшее, и этот взгляд довольно резко отличается от Дамблдорского. Ну а потом за Гермионой начали ухаживать, все-таки она еще была молода и красива, она же, пожив в магическом мире, оглядевшись и переговорив с обывателями, решила подождать с борьбой. Она вышла замуж за одного из коллег, и теперь живет жизнью почти обычной обывательницы. Пара детей, небогатое жилье, бытовые проблемы, работа... может и не самая лучшая жизнь, но временами она искренне радуется ей. Ну а великая борьба Добра и Зла, перспектива стать второй Морганой, поиск знаний и тайн, неземная любовь... все это Гермиону или не волновало или было ей недоступно. Она получила простое житейское счастье и большего не желала.       Дурсли же искренне радовались каждому новому дню. Ведь из их жизни ушла магия, ушла насовсем, вместе с шрамоголовым мальчишкой, подброшенным когда-то на порог их дома. После пятого года в Хогвартсе Гарри Поттер просто не вернулся в их дом, оставленная им записка, дала понять, что все закончилось, и спустя еще два года они просто выбросили Магический Мирок из головы. Вестей от магов не было, а на Дурслей навалились повседневные заботы, проблемы с фирмой, с сыном, что стал активно интересоваться девушками... Проблемы решались, им на смену приходили новые. Дадли удачно женился, после брака родились дети, фирма продолжала расширяться... до магов ли тут? Дадли занимался делами, семьей, помня, как едва не пошел по кривой дорожке, Дурсли в меру сил ему помогали, клоуны, блюдущие секретность, и щеголяющие в мантиях с палками в руках, перестали им встречаться. Они были счастливы, все они. Их мечты и сокровенные желания исполнились, на смену им приходили новые, но они были уверены, что со временем исполнят и их.       Полумна Лавгуд, выйдя из Хогвартса, поглядела вокруг себя, поглядела на Магическую Британию, после чего рассмеялась и ушла прочь. Тухнуть до старости в этом болоте? Не для нее. Воевать и интриговать за власть над пятью деревнями и тремя улицами? Есть занятия поинтереснее. Разбираться в магических тайнах и секретах? С теми, для кого Патронус высшая магия, это едва ли получится. Так что Полумна ушла из Магической Британии.       Куда? А в мир. В огромный и прекрасный мир, лежащий за проливом. Там она встретила Флёр, что также искала себя, потому что гнусную нелюдь не брали ни на какую работу. Дамблдор был не из тех, кто мелочится, и его влияние распространялось не только на Магическую Британию*, так что тамошние законы, не без скрипа, но принимались и у соседей. Они встретились, поговорили раз, другой... и продолжили свой путь вдвоем. Где они побывали? Везде. Мир велик и каждый его уголок прекрасен, у каждого есть своя красота.       Острова юга Тихого Океана с их запахом рифов, с безграничной прелестью стай актиний, встречающихся в тихих лагунах, кровавым восходам солнца, с их буйством красок, с увенчанным пальмами островам в бирюзовых морях, с пьянящем действием пассатов и равномерным покачиванием пенящихся волн. Крайний Север с его сиянием, безграничностью равнодушных просторов и ледяными ветрами, горами льда и снега, с играющими на них всеми оттенками серебра, с ощущением одиночества, пустоты и неба, смотрящего только на тебя. Хвойные леса Сибири, с их хитрыми тропками, с непроходимыми буреломами и светлыми полянками, с вкуснейшими ягодами, с проливными дождями, после которых вымытый лес сияет ярчайшими цветами и просто невероятно пахнет, с ощущением, что это совершенно иной мир, со своими законами. Равнины Северной Америки, джунгли Амазонки, Гималаи и Анды, скудные пески Сахары и изобильная земля Нила... девушки шли по миру, любуясь его красотами, и с каждым шагом они узнавали что-то новое, с каждым шагом они ввязывались в приключения и переделки, иногда смешные, а иногда страшные.       Время от времени они возвращались к родным, радуя их рассказами о новых местах и связанным с ними впечатлениями, помогали с их проблемами и проблемками... а потом вновь уходили. Так сестренка Флёр оказалась в Америке, в общине Сириуса, налаживая сотрудничество с остальными тамошними сообществами. Полумна при помощи одного из своих сокурсников дала юной магичке начальный толчок, а дальше та пошла сама, втянувшись, и теперь живет в припеваючи, постепенно перетягивая туда своих родственников. И она до безумия любит двух подруг, которые часто появляются на пороге ее дома.       А сами Флёр и Полумна... от других магов они часто слышат о том, что могут свернуть себе шеи в одном из своих путешествий, что у них ни дома, ни семьи, что они умрут в старости и это будет очень поганая смерть, что с ними может случиться что-нибудь и похуже смерти... и они дружно хохочут в ответ.       Потому что они стали магами, на порядок превосходящими всех говорунов, обе путешественницы могли использовать совершенно разные подходы к колдовству, ведь что для одних непреодолимая проблема, для других рутинная работа. Камлания шаманов, обряды жрецов, мудрость посвященных, тайны искателей истины... они собирали знания по крупицам и собрали этих крупиц столько, что могли бы сложить гору. Старая, многажды избитая истина: человек вышедший из дома, знает больше чем человек ни разу не выходивший. Просто потому, что в доме есть только четыре стены и потолок, а вне его есть небо, солнце, облака и ветер, с землей и травой.       Познали ли они великие тайны? Нет. И не собирались. Тратить время штурмуя вершины магического искусства? А что потом? О ситуации с Фламелем они знали, и куда больше рядовой общественности. Великий, без шуток, алхимик, создатель Философского Камня, ставший заложником своего творения. Всю свою вечность трястись над своими секретами, сидя в поместье, как в крепости-тюрьме? И в конце-концов все равно отдать свое сокровище в руки проходимцу, что нацелил на тебя палочку? Нет уж, свою жизнь Флёр и Полумна проживут не так. Даже если и недолго, но ярко и как сами захотят. Они будут любить друг друга, бродить по миру, знакомясь с его тайнами, время от времени захаживать в тихие гавани родственников и друзей, и дружно смеяться там над теми, кто отрицает существование морщерогих кизляков и нарглов, тщетно пытаясь наложить Щитовые Чары на собственный плащ. Там в тихой гавани они передадут добытое, наобщаются всласть, расскажут новости и забавные истории, а потом в один из дней уйдут в новое путешествие.       Дафна улыбалась, все оказалось даже лучше, чем она себе представляла. Намного лучше! Робость, охватившая ее перед стартом, исчезла сразу же, едва шаттл отделился от станции и провалился вниз. Или вверх? В космосе все относительно. Наверное, все-таки вниз, потому что под брюхом челнока голубела Земля.       А потом Дафна кричала от восторга, когда Гарри запустил двигатели, а потом корабль рванул вдоль планеты и она закричала вновь. Только здесь, в кресле пилота, Она смогла в полной мере насладиться красотой космического полета, оценить величие растекающейся вокруг бесконечности, прикоснуться к нему, к нему и к мечте Мальчика Со Шрамом на Лбу. В третий раз она кричала от восторга, когда управление оказалось в ее руках. Какие там симуляторы? Какие тренировочные комплексы? Разве могут они дать восхитительное чувство единения с космическим кораблем? Как бы ни изощрялись инструкторы на Земле, они не были способны воссоздать все нюансы настоящего полета, не могли заставить каждую клеточку организма дрожать вместе с двигателями, а сердце замирать от восторга. И Дафна кричала, смеялась и снова кричала, захлебываясь от радости и счастья. И почувствовала бесконечную, такую же огромную, как сама Вселенная, грусть, когда нужно было возвращаться к Земле.       Двадцать лет... за это время они, их команда, сделала невозможное: основали свою корпорацию, взобрались на вершину бизнес-олимпа и совершили очередную революцию, открыв очередную эпоху... впрочем, на очередные восторженные, или напротив, негодующие эпитеты, которыми их награждали писаки, они уже давно не реагировали. У них были дела поважнее.       Огромная транснациональная мегакорпорация, охватывающая мир, как в дурацких фильмах про начало апокалипсиса, взаимодействие с этим самым миром и теми, кто считает себя его хозяевами... Ооо, надо было видеть их реакцию, когда они поняли, что им придется потесниться и дать им место в их когорте, а уж когда поняли, что придется потрудиться, чтобы остаться хозяевами, ведь с началом новой эпохи все может измениться...       Это было тяжело, адски тяжело, несколько раз команду Поттера только магия и спасала, но разборки с конкурентами были мелочью, куда тяжелее было врасти в другой мир, а уж вырасти в нем... именно последнее далось Дафне тяжелее всего. Рост... казалось бы, все просто, она аристократка, из древнего и уважаемого рода, с детства занималась его делами, так какие проблемы? А проблемы были в масштабе. На что влиял ее род? На несколько семей и предприятий, где трудилась, дай бог, сотня магов, да и то влияние было невелико... один единственный директор завода, с пятью тысячами рабочих был на голову влиятельней всего их рода, а это еще не предел, были и еще более влиятельные люди. И ей приходилось учиться: экономике, управлению предприятиями и людьми... даже быту и тому пришлось обучаться! Но оно того стоило...       Когда она пришла в свой кабинет, на вершине их с Гарри компании, взглянула на карту мира и начала раздавать команды... невероятное ощущение... оно стоило всех мучений! И она в свое время отыгралась, обучая своего мужа, делая из Поттера аристократа, Дафна счастливо зажмурилась, вспоминая те времена, когда она учила парня, потом он ее, потом они вместе работали, а ночью вспоминали все изученное в постели... и не только вспоминали и... вообще у них однажды было прямо в космолете... Дафна счастливо хихикнула, вспомнив этот случай. А потом хихикнула еще раз, вспомнив пару проделок их детей. А потом еще похихикала, вспоминая, как подводила Гарри к женитьбе на ней. А потом счастливо улыбнулась, у нее замечательная семья, у нее дело, которым хочется заниматься, ее амбиции более чем удовлетворены, ее жизнь определенно удалась.       Теодор Нотт медленно выдохнул и вновь вдохнул, а потом еще раз и еще… через три минуты буря в душе улеглась, и он был готов продолжить диалог.       — Итак, на нас в очередной раз подали в суд?       — Верно, — Гарри Поттер, находящийся по ту сторону монитора, кивнул.       — И причина в том, что мы покушаемся на чужое имущество?       — Снова верно, — Поттер был невозмутим, в первую очередь потому, что успел переварить эту новость.       — В таком случае предлагаю стандартный комплекс: иски за клевету, моральный ущерб, ну и конечно не забудем о затраченном времени и упущенной прибыли. Через неделю мира запросят.       — Думаю, что и на три дня идиотов не хватит, но вот с теми, кто за ними стоит нужно разговаривать отдельно.       — Пожалуй, ответим тем, что выпустим кое-какие новинки на рынок, а нашим дорогим комбинаторам продавать их не будем, продадим их конкурентам.       — Хорошо, мне потребуется пара дней на все приготовления, — лицо Гарри исчезло, монитор погас, а молодой мужчина крепко выругался. Нет, ну надо же!! Кто-то купил участок на Луне! У кого и как!? Кто такой умный, что торгует тем, что ему не принадлежит, и кто настолько тупой, что ведется на это! Мужчина раздраженно прошелся по кабинету, раз-другой… а потом облегченно расхохотался. Ну и чего он завёлся? Иски, дурацкие нападки, слухи, сплетни, провокации… да все это и еще многое иное с ними происходит по нескольку раз на дню!! После того, как они начали свое восхождение, их кто только не пытался подмять и сожрать! Мелкие компании, крупные, гигантские корпорации, официальные власти стран, тайные общества, и откровенно бандитские объединения, все проверяли их на прочность, кто-то сразу, кто-то позже. А уж когда они начали строить город на Луне…       Его родители… какое-то время они ворчали и шипели, какое-то время упрямились… а потом шаг за шагом втянулись и возненавидели разговоры о прошлом. Очень тяжело и неприятно осознавать, каким дураком был в молодости. Впрочем, им этого и не нужно, после всех пластических операций, что они прошли, никто не опознает в них прежних Ноттов. Новые лица и новая жизнь, оказавшаяся куда лучше старой. Теперь мать Теодора на пару с матерью Дафны любимые бабушки, домохозяйки, хранительницы очага… и хранят они его на совесть, являясь последней линией обороны их общего дома. А еще неплохими аналитиками, и кое-какие их советы изрядно помогли. Их же отцы стали отличными переговорщиками, проявляя просто чудеса дипломатии, как раз того самого умения, что в начале пути не успели приобрести молодые мальчишки.       А сам Теодор... он помнил, как они начинали на бирже, где у Гарри были кое-какие средства, давшие им стартовый толчок, а потом… потом все закрутилось, завертелось и очнулся он только год назад, после очередного совещания, когда решали что лучше: один крупный промышленный комплекс, или пара новых реакторов… на Луне. Луне!! Маги о таком и слыхом не слыхивали!!!       В этот же год он женился, на одной из своих заместительниц, доброй подруге и правой руке… родители искренне радовались, хотя, по сути, это было чистой формальностью, женщина уже стала другом и опорой для Теодора. Но родители настояли, и на Луне прошла первая брачная церемония… его тогдашние эмоции описать не смог бы никакой поэт. А потом компания развивалась, они жили… продолжая переть вперед, получая удары и давая сдачи, вот как сейчас, с этими исками. Кто-то пристраивался им в хвост, кто-то пытался стянуть их вниз… Нотт выглянул в окно и улыбнулся, глядя на край восходящего солнца, мог ли мелкий мальчишка, крутящий в уме комбинации по получению в свои руки мастерской для метел, подумать о том, что будет ругаться с главами стран и корпораций, планировать постройку городов и экспансии планетарной системы? А это случилось: и ругается, и планирует… и будет делать это дальше, и все у него получится.       Денис смотрел на очередной заказ и ухмылялся. Нужно нечто? Они его получат! И еще кое-что сверху, всё-таки его Мастерская лучшая в мире!       Как и почему его перебросило в этот мир, Денис не представлял, фантастику он нет-нет, а почитывал, но то, что переродиться в этой кривоватой вселенной даже не предполагал. А переродившись и осознав себя, он с удивлением обнаружил, что ничего из положенного приличному попаданцу не имеет. Ни супер сил, ни энциклопедических знаний… да что уж там, тела и того не имеет. Мог бы он задавить хозяина тушки, в которую вселился? В теории да, но теории далеко не всегда подтверждаются практикой. Суицидальными наклонностями Гарри Поттер не страдал и за свою жизнь стал бы драться, инстинкт самосохранения у него не атрофировался. Да и потом, убивать ничем не повинного ребенка… пусть Денис успел повидать немало дерьма, подобное было явным перебором. Поэтому он решил просто поговорить и подружиться с парнем, всё-таки существовать на задворках сознания без единого слова тоже не самая лучшая перспектива, к тому же…       Пусть доскональных знаний о поттериане у него не было, кое-какие моментики из прочитанных дочери книг он помнил. В частности об обретении тела. Так что может у него еще были шансы стать полноценным попаданцем. А еще… еще Денису очень не нравилось поведение тамошних светлых магов. Злодеи-то понятно, творят свои злодейские дела, но вот светлые маги бороться с ними не спешат, взвалив эту заботу на плечи мальчишки-сироты. И ладно бы это все достойно вознаграждалось, так и это нет! Да и остальные нюансы и нюансики наводили на очень невеселые мысли, так что Денис, как мог, постарался направить парня в сторону от магического сообщества, возрождение возрождением, но наблюдать превращение неплохого пацана в полудурка, что в каждой бочке затычка, не хотелось.       Все задуманное получилось с какой-то необъяснимой легкостью, хотя если подумать, то становилось понятно — все трюки и уловки магов были рассчитаны на ребенка, и спасовали перед опытом и цинизмом взрослого. Ну и предубеждение свою роль сыграло, когда не любишь человека, найти в нем изъяны проще. А изъянов у магов было немало, так что отвратить от них Гарри оказалось делом несложным, куда сложнее было направить его в нужную сторону.       Хотелось Денису ни много ни мало, а принести пользу своей родине. Вот только как? Предупредить о будущем? Ага, так его и послушались — аналитики, разведка, мнение авторитетных людей, и все прочее будет послано лесом, а послушают обычного мальчишку. Да и потом, как подсказывать? Гарри Поттеру этот порыв души, мягко говоря, будет непонятен, еще и воспротивиться чего доброго. Подождать собственного тела и тогда… а что тогда? Тогда у него будет тело и знания, и не более. Слушать его все также никто не будет. Ну тогда подождать и дойдя до вершины хоть чего-то, став авторитетным человеком… вот это уже было чем-то более реальным, поэтому Поттер мотивировался на восхождение. Даже если и не удастся задуманная помощь, на вершине можно жить, не считая копейки, да и вообще, какого черта сдаваться до боя?       Поэтому Гарри Поттер заражался идеями, выслушивал мнение, а маги укрепляли его стремление уйти из их мирка. Касательно самих магов Денис не подсказывал, парень должен был научиться думать сам, и сам решать встающие перед ним проблемы, в первую очередь потому, что общаться получалось далеко не всегда, иной раз Денис ощущал себя, словно упиханым в глубокий погреб, один раз сумеешь докричаться, второй тебя будет плохо слышно, а третий кричи, не кричи, все бестолку. Ну и еще потому, что восходить на вершину сложновато, в прошлой жизни он этого не сумел, и не факт, что получится в этой, а раз так надо всеми силами увеличивать шансы. Опасность? А какие восхождения обходятся без нее? Ведь кроме тех, кто взошли на вершины, были и те, кто сорвался, и вообще, они задумывали покорять бизнес-олимп, а бизнес — это война, на войне же всегда опасно.       И в итоге… в итоге задуманное получилось, все и в полном объёме. Гарри раздал магическому миру все долги и ушел творить свое будущее. И сотворил со своей командой ТАКОЕ, что все ахнули, а потом забились в истерике. Например, их термоядерный реактор: как, откуда, почему они смогли!? А они… просто увидели, каким он должен быть!!! Точнее увидела мать Дафны, как выяснилось — предсказания могут быть весьма полезной наукой. Жаль что больше таких озарений у них не было... хотя в начале пути их команде довольно часто приходилось использовать магию, увы и ах, но одного только энтузиазма, денег и времени им было недостаточно. К тому времени у них была немаленькая компания, огромные деньги, многочисленные и налаженные связи... но они были лишь середнячками, им нужен был мощный толчок, что выведет их в высшую лигу. И тогда за реактором последовало создание первого космолета, чья конструкция принципиально отличалась от существующих. Тут пришлось прибегнуть к воровству, но... оно того стоило.       Многие в мире тогда невероятно возбудились, возжелав получить в свои руки данные об этих проектах... сначала, разумеется, даром. Слишком уж лаком был приз, а его хозяин не выглядел мощной фигурой. Месяц на их компанию давили: иски с обвинениями во всем, что только можно, провокации, подложные документы, лжесвидетели, давление "общественности"... использовалось все, кроме похищений с пытками, и только потому, что последнее средство применить не успели. В один из дней все сотрудники их компании просто сели в космолеты и улетели. Строить новый город на Луне. Да, приятного было мало, да, вновь было адски сложно, да, о привычном комфорте пришлось забыть, да, приходилось экономить на всем, да, пришлось вновь использовать магию... но за три месяца на Луне возник первый город. После же этих трех месяцев было подписано перемирие. Компания вернется на Землю, и продолжит жить, как жила, а через неделю после своего прибытия выложит все данные о реакторе и космолете в открытый доступ. В ответ все обвинения отзываются, давление снимается, а самые наглые и не стесняющиеся в средствах обвинители лишаются имущества и сажаются в тюрьму. Почему с этими требованиями согласились? Потому что простой народ ну очень взбударажило заявление о полетах в космосе, а вот дальнейшие действия больших и сильных дядей, мягко говоря, обескуражили. Собственно говоря, у этих больших и сильных все бы получилось, если бы не побег компании... а так: СМИ в их руках, сила на их стороне, правила диктуют они, суды в их власти... но компания сбежала, а народ начал задавать вопросы, в том числе и неприятные. И ладно бы народ, серьезным дядям на него, по большому счету, было плевать, вот только среди самих больших и сильных не было единства. Кое-кто был весьма недоволен резкостью коллег, а еще начал поднимать голову средний класс, которого поманили мечтой, а потом заявили, что все может накрыться медным тазом. И чем больше проходило времени, тем сильнее бурлил мир, ведь никто не скрывал того, что делает на Луне, и люди просто не желали видеть, как по спутнику их планеты разгуливают какие-то случайные ловкачи. Каждый гражданин страны, зовущей себя великой, требовал, чтобы на Луне начал строиться их город. В таких условиях у радикалов не было шансов. Конкуренты, национальная гордость, вкупе с невозможностью хоть как-то достать до противника привели к тому, что пятьдесят богатых семей лишились всего, а мир охватила космическая лихорадка. Разумеется, тишь да гладь в мире не наступила, но стало чуть легче дышать. Кое-кто из Америки, кто-то из Европы, из Китая, России лишились имущества и свободы... компанию Поттера не обошел своим вниманием никто, и он в ответ также донес свои желания до всех.       После этого их и оставили в покое, во-первых, нечего было брать, никаких новых прорывов у них уже не было, а во-вторых, стало понятно, что просто терпеть нападки не будут, и ответный удар вполне может превратить обидчика в ничто. Даже если кто-то и воспользуется плодами удачной атаки, будут и те, кому не достанется ничего, кроме боли и потерь, и быть этим кем-то никому не хотелось. А еще они показали, что вполне вменяемы и готовы договариваться.       Воевать со всем миром, чтобы затем, стоя на вершине... а зачем? Чтобы победить и диктовать, как жить, восьми миллиардам людей? Так это было невозможно, не могли они победить, показать, что с ними стоит считаться — да, показать, что не мальчики для битья — тоже да, но вот победить они не могли. Да и сама победа... не готовы они были вести за собой человечество, и с той ношей, что у них на плечах едва справлялись. А потому договорились.       Ну а дальше... дальше была жизнь. Люди начали строить корабли, на многое взглянув по-иному. Всегда нужна цель, сверхзадача, позволяющая задрав голову, карабкаться к светлому будущему. Феминистки, правозащитники, зеленые... эти и многие другие "важные для цивилизованного человека" люди отошли на второй и третий план, а на первом был космос. Да, они орали, брызгали слюной и предвещали кары небесные... но всем было плевать. Люди устремились вверх, все разом, в едином порыве, ведь там неведомые тайны, там множество новых возможностей, там необъятные ресурсы, там будущее. Как можно тратить время и силы на визги и взбрыки каких-то высокомудрых полудурков, решивших, что только им ведомо как жить, если китайцы уже строят свои корабли? Ладно Поттер, он первый, он изобретатель, ему простительно опередить Великую Америку и построить свой город, но уступить желтопузым? После такого любое правительство слетит в мгновение ока. Так что все ресурсы на космос! А китайцы... они великая нация, они могут все! И уж точно смогут опередить чванливых штатников! А европейцы... они самая лучшая, древнейшая и прогрессивная часть человечества! Они должны и будут первыми! А Россия... они не хуже других, они лучше! Они еще всем покажут!!... И все так и было, страны и нации приходили, показывали, достигали... строили свои города, и мечтали пойти дальше... Денис улыбнулся, вспоминая, как у них появились соседи. Появились и обогнали... как ни крути, а корпорация государствам не ровня. Да, не ровня... но у них был фактор времени, ведь пока их догоняли, они смогли уйти далеко вперед, и теперь пусть и шли за государствами, но со значительным отрывом от остальных конкурентов.       Это и был его подарок родине. Еще один шанс. Крохотный? Ну как посмотреть. Найдется на родине еще один сильный лидер и страна взлетит вверх. Нет? Ну тогда извините, он желает именно помочь, а не сделать все и за всех. Контракты на поставку ресурсов или оборудования родной стороне в числе первых? Да. Но на этом все, остальное сами, тут не сказка, где герой побеждает всех врагов и решает все проблемы. Пусть сами строят свое светлое будущее. Он, Денис, не бог и не ясновидящий пророк, его сведения устарели, а сам мир изменился, так что он поостережется давать советы. Он мастер, изобретатель, безумный инженерный гений, он этому учился, он это мог, он... не управленец, не политик. И потому воздержится от дальнейших шагов и посланий. Это не его, а его — это Мастерская, и пусть он так и не женился второй раз, Денис был счастлив. Нужно спроектировать новый корабль, будет, все будет! И он еще увидит день, когда на Марсе будут яблони цвести.       Гарри Поттер молча смотрел на город, первый город на Луне, город, построенный их компанией. Смотрел, любовался и вспоминал. Грызню с корпорациями, с государствами, постоянно возникающие проблемы, неудачные решения, ошибки… но оно того стоило, потому что теперь… теперь он и его команда действительно стали теми героями, что открыли людям дверь в новую эпоху. Это не Избранный у магов, которого тащат за ручку, заботливо организовывая ему подвиги и славу. Вспомнив магов, Гарри весело фыркнул, как же, соль земли! Бывали у него маги, особенно в первые годы взлета, когда его имя прогремело по всему миру. Многие тогда возмутились: «Как это так, они сидят по норам, копейки считают, а тут какой-то безвестный сопляк мир меняет! А как же секретность, и то, что Министерство Магии главнее всего, и родовитые предки… да и вообще, они тоже хотят!!».       Сначала к Гарри стали являться какие-то полудурки, с дипломами магических школ, причем не записываясь на прием или там собеседование, а прямо к Гарри, как главе компании. Ну а чего стесняться? Они же маги, им все можно. Таких выбрасывали на улицу, с обязательным пинком под зад. Как выяснилось, выстрел из тазера мог быть быстрее взмахов и воплей Протего. Затем было короткое нашествие недоумков, что получив на итоговых экзаменах за зельеварение тройку, но за чары отлично, решили, что теперь им открыты, если и не все двери, то большинство. Их отличие от первых было в том, что они решили пройти собеседование… не прошел ни один. Потому что чары и трансфигурация никого не интересовали. Нужны были люди, знакомые с вычислительной техникой, экономикой… а чары… иди, откуда пришел, и метлы там зачаровывай!       Кое-кто уходил, кое-кого выводили, выбрасывая из здания со все тем же пинком, а кое-кто задумал мстить. Как это так, они такие умные, элитные, продвинутые и вообще маги, а с ними даже разговаривать не желают! Маглы поганые!! И началось: исчезнувшие ключи, извергающиеся унитазы, нашествия мышей… три дня продолжался бардак и бедлам, после которого мстителей вычислили и нанесли им ответный визит вежливости. К их огромному огорчению мир так презираемых ими маглов оказался куда более сложен, чем они думали. Так в этом мире были записывающие камеры, а информация передавалась не только на листах бумаги, и чтобы связаться с кем-то можно было использовать вещи покомпактнее камина. Так что шутников нашли и, не вступая в прения о законности шуток, отобрали палочки, после чего хорошенечко выпороли. Не ремнем по попе, а плетьми, так чтобы встать не смогли.       Произвол? Ну а милая шутка с унитазом тогда что? Каково человеку будет жить и работать, когда после его громкого и удивленного крика некоторые коллеги увидят его обляпанным отходами жизнедеятельности? Или учуют запах этих отходов? Так что морального противоречия не возникало ни у кого, кроме тех, кого пороли. Ну а те, кто собственно проводил экзекуцию… они были сквибами и нелюдями, и магов ненавидели лютой ненавистью. Если обычные люди об отношении к себе колдунов не осведомлены, как собственно и о самом магическом мирке, то вот сквибы знали и о магах, и о том, что те смотрят на них, как на ошибки природы. И не жалели, в их мире они могли стать агентами крупных игроков или до старости выгребать навоз, да мыть котлы — и все, что-то иное только для магов. О нелюдях и говорить нечего... Много ли их было? Нет, но Гарри и не нужен был легион, хватило и трех сотен, что стали надежной охраной от любого посягательства на корпорацию и верной гвардией, готовой ради своего благодетеля, вытащившего их из нищеты и дав дело им, и их детям, вырвать глотку кому угодно. Эти люди и нелюди, вдоволь насмотревшиеся на магический мир и тамошние порядки, гуманизмом не страдали, а подготовлены были куда лучше мракоборцев. Так что когда возмущенная магическая общественность потребовала явиться на суд: «Дабы ответить за жестокость и травмы, нанесенные невинным детям, что лишь хотели пошутить», Гарри же в ответ послал свои три сотни в поместье к министру и главе Визенгамота. И оказалось, что автоматы тоже быстрее палочек и заклинаний, гранаты опасней Авады, а скрыться не получилось ни у кого. Магическая Британия потеряла еще два древних рода, ведь нападавшие не пощадили никого (о чем особо попросили Нотты и Гринграсы), и начались новые выборы министра… пошли речи о том, что это злодейство недобитых темных магов, и оно не окажется безнаказанным, что магическое сообщество не запугать и не сбить с праведного пути, они найдут и покарают недобитков… а о Поттере все вновь забыли. Потому что поняли — продолжат давить и их всех перебьют. Это не битва магов и рыцарей, когда одни могучи и могут уронить немногочисленному противнику молнию на нарождающуюся лысину. К поединку с современным противником маги не готовы, они и молнии не могут ронять, и о современном оружии ничего не знают, и умирать им страшно. Так что дружно сделали вид, что ничего не было и усилили соблюдение Режима Секретности… и вообще, это на другом континенте, и их не касается... а Гарри продолжил свое восхождение.       И невольно задумался о магии и ее роли. Она была полезна? Да, безусловно. Но само магическое сообщество не вызывало ничего, кроме гадливости и презрения, отдавать туда своих детей!? Ни за что. Но магии нужно учиться, а сам Гарри не тянул на гениального педагога, он мог передать свои, весьма обширные знания, но не больше… а без овладений действительно обширными знаниями за магию не стоило и браться. Становиться вторым Роном Уизли, что вроде бы и маг, а может чуть больше, чем ничего — нет никакого смысла. Но эту проблему решили с помощью Сириуса. Он сам, его окружение и стягивающиеся к нему нелюди задумались о будущем, и пришли к однозначному выводу — с магами им не по пути. Ограничения, запреты, отношение… носители палочек своими закидонами взбесили всех, кого только могли. Но теперь в лице Сириуса они увидели альтернативу, а Полумна и Флер своими путешествиями и трофеями дали всем желающим шанс на то, что у этой альтернативы будет счастливый конец.       Благодаря этой паре неугомонных у Сириуса появилась масса самых разных рукописей, свитков, книг, табличек… разные народы и расы по-разному смотрели и взаимодействовали с магией и тем, что она породила. Например, в Британии оборотни были опасными и не контролировавшими себя тварями, а у других народов были те, кто живет в мире со своим внутренним зверем, или те, кто подчинил его себе… А вампиры? Кровь пьют? Пьют. Но в наше время есть донорские центры, и совсем необязательно кусать прохожих по переулкам. И так было много с кем, решение всегда находилось, иногда весьма непростое, но оно было. Поэтому постепенно все пришедшие к Блэку встраивались в человеческое общество. Тут особенно помог Гарри со своей компанией… И в складывающуюся общину уже можно было отправлять детей на учебу.       Гарри в свое время немало намаялся, но... отказ от доминирования в его жизни магии… наверное, это было одним из самых сложных его испытаний. Никаких домовиков, никаких магических часов или каминов… Что-то заменила техника, что-то люди… Дафне с Теодором тогда пришлось особенно тяжело, а уж какого было их родителям, привыкшим к беспрекословному подчинению прислуги… и это была лишь одна из граней их новой жизни. А были и другие… и они привыкли, кое-кто и со скрипом зубовным, но привыкли. И втянулись. И магия стала для них лишь средством, еще одним, последним. Ты используешь силу? Значит, ты недостаточно умен. Это стало их девизом, они применяли магию лишь в крайних случаях, когда без нее уже не обойтись, и в итоге дошли до вершины. И это была та победа, слаще которой ничего не было.       Именно поэтому он не стал разыскивать наследство своего биологического отца, и пути становления лордом Поттер. Чего ради? Из-за денег? Он их заработал столько, что и внукам внуков хватит с избытком, и продолжает зарабатывать… Ради великих знаний? Так нету их, этих знаний, нету и не было, будь оно иначе и за этими знаниями бы охотились, за них бы дрались, интриговали… ведь великие же! Но, увы, знаний там, как и в других древних родах, не шибко много. Ну тогда ради великих и тайных артефактов? Тоже нет, не было у этого рода никаких великих артефактов, и даже упоминаний о них нет. Тогда просто ради памяти, ради того, чтобы знать, кем были его предки? Вот тут трижды и четырежды нет. Прибыв в Хогвартс, Джеймс имел за своими молодыми плечами род Поттер, но заканчивал его он, разорвав все родственные связи. Почему? Черт его знает почему, но так было. Может, виновата любовь к обычной девчонке, без приданого и с родителями маглами, может, дело в том, что Джеймс слишком верно служил Дамблдору, может, его поведение подкачало… но членом рода Поттер Джеймс быть перестал. И копаться в этой грязи и идиотизме Гарри не желал. Почему грязи и идиотизме? Потому что у любого родителя есть не только право выбросить из своего рода. Если ты видишь, что ребенок идет по кривой дорожке в пропасть, то останови, помоги, подскажи, подай совет и пример, это же твое дитя!! И если Джеймса не остановили, то либо отец его был идиот, либо ему на сына было плевать. Есть и есть. Пошел не туда? Пусть там и останется, а я нового сделаю… в итоге не сделал и сдох. Раскапывать эти, и еще более смердящие тайны? Нет уж, обойдемся. Лучше начинать жизнь с чистого листа, стать основателем нового рода, как те, первые маги, творящие чудеса и историю. Поэтому он не стал даже пытаться лезть за таинственным пророчеством. Может там что-то важное, может и нет, но... пусть оно и дальше пылится на полочке. У Гарри своя судьба и чужое мнение о том, что ему должно делать его не интересовало. Так же было и с Гринграсами, и с Ноттами… они не отрекались от своего прошлого, но оставляли его в стороне, основывая новые рода, мы были, но стали... Смена имен, фамилий, новый взгляд на мир и свое в нем место, новый круг обязанностей… все новое, мир изменился и им тоже нужно измениться.       Пожалуй, единственное, что беспокоило Гарри, было бессмертие. Как-то не хотелось уходить из жизни, совершенно точно зная, что эту жизнь можно продлить. Да и семье, друзьям тоже хотелось продлить их жизни. В этом маги простых людей обошли… но это было раньше, к исходу второго десятилетия было найдено решение и этой проблемы. Сыворотка, которая… нет, не делала человека бессмертным, но изрядно удлиняла продолжительность жизни. Одни процессы тормозились, другие оптимизировались… это творение растягивало жизнь почти до трех сотен лет, и пускать его в общий доступ Гарри не собирался. Нет уж. Все хорошо в меру. Помочь миру и людям, указав выход из тупика? Это да, это важно и нужно, а вот дальше он будет руководствоваться своими интересами.       Но главное, самое главное, он был счастлив. Потому что не разменял свою жизнь на бытие чужой пешкой, потому что не остался в мелком болотце, интригуя за контроль над тремя улицами и двумя переулками, а вышел на простор и не испугавшись ни жестоких ветров, ни палящих лучей, вырос, всем на зависть. У него была прекрасная супруга, многое повидавшая и осознавшая, у него были такие же понимающие друзья, у него было дело, которым было интересно заниматься, у него были власть, влияние и ресурсы, так что он не стеснялся в желаниях и мечтах. У него были мысли и планы, свои, а не навязанные хитромудрыми комбинаторами. Он ошибался, оступался, но не жалел о своем выборе ни секунды.       И сейчас Гарри улыбался, магия уходит из мира? Да плевать, пусть хоть убегает! Раз это кого-то волнует, пусть этот кто-то и действует, а то вопить все горазды. Магическая Британия гниет на корню? Ну и пусть гниет себе дальше, он не нанимался вычищать эти конюшни, сами, все сами. Борьба Света и Тьмы? Без него, у него нет времени претворять в жизнь очередной идеальный порядок, ему работать надо.       Да и вообще! Полеты на метле, варка зелий… идиоты, к чему эти глупости в век высоких технологий!! Уже сейчас небоскреб его компании стоит выше любой магической башни, ни в чем ей не уступая. А контракты? Да кретинам с палочками и не снилась их сила и всеобъемлющая власть! И ты попробуй их нарушить! Это не ритуалы или обеты, это деньги и репутация, первое еще можно обойти, а вот потерять второе… И каждую неделю он на своих совещаниях принимает решения, меняющие судьбу мира. А маги… ха, среди них нет никого, кто мог бы изменить весь их мир, отдельные территории — пожалуйста, а вот мир нет… да они даже узнать о состоянии своего мирка не могут. Нет у них приспособлений, чтобы говорить с кем-то на другом конце планеты, о наблюдении лучше и вовсе промолчать. А вот Гарри видел и знал многое…       А еще он мог облететь мир на своем корабле, наслаждаясь тем, как чутко реагирует машина на каждое его действие, он мог видеть бесконечность пространства, бесчисленное множество звезд, удивительно красивую Землю, он был свободен и счастлив, и ему не нужно было таиться ни от кого. Гарри улыбнулся, проведя пальцем по карману, где хранился пакет с тремя газетными вырезками. Его талисман и указатель, куда идти. Статья о первом человеке в космосе, статья о высадке на Луне и о первой космической станции.       Гарри улыбнулся. Когда-то давно люди на этих вырезках показали, что человеку все по плечу и совершили настоящий подвиг, а потому он пойдет еще дальше, и все будет прекрасно.