На руинах Часть I

В земле была нора, а в норе жил Хоббит. Именно этими словами начинается знаменитая эпопея Джона Толкина о Властелине колец, и именно их сегодняшним вечером написала Дарджилинг в своём дневнике. Она не совсем понимала какие именно события прожитого дня выражает эта строка, но была убеждена, что сейчас самое время написать её. В дневнике Дарджилинг вполне обычные описания случившихся событий и интересных мыслей перемежались с чем-то совсем уж невнятным, что внезапно пришло ей в голову в моменты работы над дневником. Она записывала всё, придумывая дням, мыслям и даже отдельным строчкам свои названия. Например, строчку про хоббита Дарджилинг озаглавила словом "мудрость". На этом вдохновение иссякло и девушка позволила себе не формулировать мысли, а пуститься по их потоку и наслаждаться его свободой и непредсказуемостью. Сойти на берег её вынудил будильник. Она завела его, чтобы не опоздать на запланированную встречу в школе. Последнее время Алиса из "Саундерс" неустанно звонила в "Глориану" и умоляла Дарджилинг организовать ей личный разговор с Кинуё Ниши – лидером "Чи Ха Тан". Алиса и Кинуё не были знакомы, поэтому представлялось логичным, что они встретятся на нейтральной территории у той, кто знает их обоих. Дарджилинг была рада оказать помощь, она прекрасно понимала какие выгоды могут извлекать кураторы таких встреч. По прибытии в школу, Дарджилинг поднялась в канцелярию, взяла оттуда ручку и журнал посетителей, стала у ворот и принялась ждать. Алиса должна была прибыть на вертолёте, а Кинуё – катером из ближайшего порта. Некоторое время Дарджилинг вслушивалась, не летит ли вертолёт, но вскоре бросила это. Занятия в "Глориане" давно закончились, никто не сновал туда-сюда и не тревожил её. Девушка вновь пустилась в свободное плавание по своим мыслям. Рассуждала она примерно так: "Что означает для нас слово "школа"? Здание, где мы учимся? Школоносец? Внутренняя структура и система организации? Или же школа – это МЫ – ученицы, ради которых она существует, и благодаря которым является именно Святой Глорианой? Точно неверно, что школа – это всё означенное вместе, ведь убери из такого определения одну из частей, и оставшееся всё равно можно будет назвать школой. Но что же тогда? С каким понятием, или предметом сравнить её? И какие ещё слова не имеют чёткого определения, помимо того сухого и чуждого языку, какое можно подсмотреть в интернете?" Мысль оборвало щебетание. Где то рядом на одном из деревьев очевидно гнездились птицы. Девушка взглянула вверх, как вдруг некая догадка пришла ей в голову. Дарджилинг улыбнулась, теперь ей была ясна сущность "школы". Между тем к воротам подошла Кинуё Ниши. Дарджилинг проглядела её приближение. – Рада тебя видеть, Ниши. Твоя собеседница на этот вечер будет с минуты на минуту. – Я тоже рада встрече. Мы... будем ждать Алису у входа? – Совершенно верно. Распишись пока здесь. Ниши взяла ручку и поставила подпись в журнале, сделала она это в одно мгновение, но Дарджилинг успела отметить, как трясуться её руки. – Ты чем-то взволнована? – Вовсе нет, я... наверное просто не выспалась. Знаешь, подготовка к Кубку и всё такое. – Чи Ха Тан тоже не сидит сложа руки, улыбнулась Дарджилинг, решив не донимать гостью распросами. Через некоторое время на стоянке совсем недалеко от школы приземлился вертолёт. Появилась Алиса. В отличие от Ниши она выглядела совершенно счастливой. – Добрый вечер Дарджилинг, привет Ниши, вот наконец-то и свиделись. Дарджилинг ясно почувствовала, что учтивые и формальные слова приветствия застряли в горле у Кинуё, Ниши опустила взгляд и пробормотала лишь "здравствуй". После того, как Алиса расписалась в журнале, девушки направились прямиком в чайный клуб, где им и предстояло побеседовать. Чай был уже заварен, дежурная по клубу позаботилась об этом. Дарджилинг налила на троих, но услышала от Алисы недовольный вздох. – Что такое, ты не хочешь чай, Алиса? – Нет, я не откажусь, проговорила та, – Просто... как бы помягче сказать... – Ясно, ты куда-то торопишься. – Да, совершенно верно, давай мы посидим пока наедине с Ниши, затем я улечу по делам, а вы уж хоть до утра отдыхайте. – Как скажешь, желание гостя – закон для меня. Алиса и Кинуё расположились друг против друга, а Дарджилинг вышла, бесшумно закрыв дверь. Теперь ей надо было торопиться. Скинув туфли, девушка бросилась бежать по холодному полу, мокрому асфальту и сырой траве, жалея о каждом слове, упущенном из уже начавшейся беседы. В считанные минуты Дарджилинг достигла стальной двери – вход в бункер, назначение которого, кроме неё и Ассам не было известно никому. На глубине пяти метров спуск перешёл в длинный коридор, в конце которого виднелся тусклый свет и проход в тесную комнатку. Туда Дарджилинг и направилась. Все четыре стены помещения были усеяны мониторами и переливались, словно рыбья чешуя. Вся “Глориана” разворачивалась на этих экранах и освещала мешанину из проводов и системных блоков. В центре за столом одиноко сидела хозяйка этого хаоса. Бледная светловолосая девушка что-то увлечённо записывала в тетрадь. Дарджилинг обеспокоилась. – Ассам, любовь к математике скоро сведёт тебя с ума. Ответа не последовало. Тогда Дарджилинг отодвинула тетрадку и встретила непонимающий взгляд своей заместительницы. – Большой чайный клуб. Пальцы Ассам мгновенно клацнули по клавиатуре, и один из экранов стал показывать помещение где находились Алиса и Кинуё, откуда-то справа послышался почти не изменившийся голос Алисы: – Хорошо подумай, Ниши. Для Чи Ха Тан это может быть единственным шансом на чемпионство. – Ты намекаешь, что без вашей помощи моя школа ни на что не способна? – Дело вовсе не в этом. Хотя вы ещё ни разу не взяли кубок, я не считаю вас бездарными. Наоборот, мне хотелось бы вложиться в надёжных людей, какие своими стараниями и непоколебимой решимостью добудут себе победу, многократно приумножат мои деньги, и честно, как настоящие самураи вернут мне обещанное. – Ты всё говоришь от себя. Разве не Кей делает нам это предложение?Дарджилинг отметила возросшее раздражение в Алисе, но на праведное негодование оно было не похоже. – Кей советуется со мной, как и со многими другими, но решения принимает сама. Я лишь передаю идею, родившуюся в "Саундерс" и одобренную Кей к исполнению. Как я и сказала, командир сейчас занята, потому я здесь. Повисло молчание. Было видно, что Ниши не хочет соглашаться на то, что предложила ей Алиса, но проходили минуты, а слово “нет” так и не было произнесено. Кинуё сидела поникшая, устремив взгляд себе под ноги, к своему чаю она так и не притронулась. Никакой боевой твёрдости и почти безумного огонька в глазах, который разгорался, когда она вела “Чи Ха Тан” в атаку. Дарджилинг совсем не узнавала Ниши, и только она подумала, что Кинуё не следовало приходить на встречу одной, как та заговорила. – Скажи мне Алиса… – Что ещё? – Что за человек названивает мне последнее время? Что за человек строчит мне в соцсетях и пишет имейлы? Что за человек пытался запугать Фукуду и спасовал перед девочкой, которая в свои пятнадцать выглядит на все десять? Алиса встала, затем села и спокойно ответила: – Я не понимаю, о чём ты говоришь. – Кажется ты, или вся твоя школа связалась с такой грязью, с какой связываться было не нужно. Только одно… если тебе самой сейчас угрожает опасность, то скажи, тогда мы вместе подойдём к Дарджилинг и всё обсудим. – Я не понимаю, о чём ты говоришь. – Мы не возьмём у тебя ни иены, Алиса. Если ты решила, что “Чи Ха Тан” посыпется, испугавшись твоих дорогих друзей, или дешёвых угроз, то ты ошиблась. Наш разговор окончен, можешь лететь по своим делам. Алиса сидела, ошарашенно таращась на собеседницу, но не прошло и десяти секунд, как она снова стала прежней. – Даже не думай, что своим отказом ты хоть в чем-то помешала мне. Ты могла найти сегодня хорошую сделку и верного друга, а в итоге нажила врага. Очень сильного и опасного врага. Пройдёт время, и ты осознаешь свою ошибку. Дарджилинг удивило, что слова Алисы вовсе не были злыми. Раздражения, или обиды в них не чувствовалось вовсе. Её речь сквозила снисходительностью, а кроме неё Дарджилинг разгадала и искреннее сочувствие к Ниши. Видимо Алиса сейчас воспринимала Кинуё, как ребёнка, игнорирующего мудрые советы взрослых. – Наша встреча вышла куда короче, чем я предполагала. У меня ещё есть время посидеть здесь и допить чай, если тебе неприятна моя компания, возвращайся в Чи Ха Тан. Или же ты хочешь дождаться Дарджилинг и нажаловаться ей? – Всего хорошего Алиса, желаю тебе бросить это дело пока не поздно. С этими словами Ниши покинула клуб. Алиса некоторое время просто сидела, задумчиво потягивая чай, а затем почти вскочила с места и принялась осматривать и прощупывать потолки, стены и мебель помещения. Дарджилинг беззвучно рассмеялась, словно сделала плавный выдох. – Посмотри Ассам, кажется у кого-то взыграла женская интуиция. – Её интуиция не удивляет, Ответила Ассам, словно принимая замечание Дарджилинг всерьёз, Алиса – командир машины, кроме того в бою Кей регулярно доверяет ей флагтанк, а порой и начальство над целыми направлениями. – Сдаётся, скоро Кей не доверит ей ничего. Я прекрасно знаю капитана “Саундерсов”, почти наверняка она не в курсе о делах Алисы. Некоторое время девушки молча наблюдали, как Алиса тщетно мечется по клубу. – Кажется пора возвращаться, сказала Дарджилинг, глядишь и найдёт чего. Пойдём со мной Ассам, я не могу допустить, чтобы ты снова начала чертить, или высчитывать всякую ерунду. Девушки подошли к клубу, постучались и дождались пока Алиса отворит дверь. Войдя внутрь, Дарджилинг мельком оглядела комнату, будто бы ища взглядом Кинуё. – Ниши-тян уже покинула нас? – Да, я предполагала, что уйду раньше неё, а получилось наоборот. Впрочем мне тоже пора. Спасибо за организацию встречи, была рада побывать у вас. – Всегда пожалуйста. Обращайся снова, если потребуется наша помощь. – Ага. А-а-а хм-м-м а почему ты без обуви, Дарджилинг? – Знаешь такую английскую поговорку: “И на солнце бывают пятна”. – Эммм ну теперь знаю, хорошего вечера. – Goodbye. Алиса удалилась и девушки остались наедине. – Ассам, завтра утром перенеси на свой ноутбук копию того, чему свидетелем стала камера. Детально всё изучи и копни как можно глубже. Думаю ты понимаешь насколько это может быть важно для сенся-до. – Хорошо, но я могу сделать это уже сейчас. – Сейчас я объявляю “Предзакатный туман”. – Ты уверена? Уже девятый час, девочки заняты своими делами, а кто-то может быть готовится ко сну. Мы ни разу не собирались так поздно. – Предзакатный туман. Ассам кивнула и написала в группу чайного клуба два заветных слова. Затем, куда-то вышла и вернулась с рацией. Настроив частоту, она протянула устройство командиру. Дарджилинг зажала кнопку и, выждав долгую паузу заговорила: – Туман спустился с шотландских взгорий. Он окутал озёра и реки, окрасился цветом хаки в лучах уходящего солнца. Оденем же наши мундиры, смело шагнём в туман, сольёмся с ним, станем, как меч во тьме, как искра в огне, как стекло в воде, как мягкое дуновение ветра. Закончив, Дарджилинг перевела дух и обратилась к Ассам: – Тебе не кажется, что мы похожи на хоббитов? Ассам удивлённо вскинула бровь. – Прости, что? Вообще, средний рост учениц Святой Глорианы составляет сто шестьдесят семь сантиметров. Это куда больше, чем… – Проверь, что все приняли моё сообщение, – перебила Дарджилинг, в который раз убедившись, что метафор Ассам не понимает, – а мне пока надо зайти в столовую. Оказавшись в столовой, девушка направилась в кухонную зону. Там женщина в возрасте начищала огромную кастрюлю. – Здравствуйте мисс, вы не наелись на ужин? Спросила повариха, отвлёкшись от своего занятия. – Простите за беспокойство, мне всего лишь нужно яйцо. Куриное, или перепелиное неважно, но необходимо, чтобы оно было сырое. – Если кушать сырые яйца, недолго и инфекцию подхватить, могу предложить вам овсянку. – Дарджилинг рассмеялась, повариха не услышала этого, а лишь увидела, как повеселело её лицо. – Спасибо, я вовсе не голодна. Яйцо мне нужно для моего проекта по зоологии. – Возьмите вон из того ящика, – улыбнулась женщина в ответ, – и обуйтесь пожалуйста. Дарджилинг кивнула и, взяв яйцо удалилась. В её отсутствие Ассам успела соединить все столы воедино и расставить стулья, как заведено на клубных собраниях. Некоторые девушки уже прибыли. Рукурири сонно разглядывала свои пальцы, а Роузхип нервно отстукивала ритм по полу. Дарджилинг установила яйцо в центре стола на подставку для фаберже, подаренную ей отцом и принесённую в клуб, а затем заняла своё место. Присутствующие удивлённо взглянули на неё, но ничего не спросили. Вскоре появились и остальные: Каркаде, Ромашка, Оранж Пеко и Пуэр одна за другой вошли в клубное помещение и заняли свои места. Все восемь на месте. Посадка была такова, что во главе прямоугольного стола находилось пустое кресло (самое роскошное из всех) справа от него сидела Дарджилинг, а слева Ассам. Прошло несколько минут. Все присутствующие с нетерпением смотрели на командира. Дарджилинг встала и неспешно описала круг по периметру кабинета, остановилась за спинкой пустого кресла и начала говорить: – Ассам тому свидетельница, леди Эрл Грей сказала мне однажды “Я чувствую, что наша школа существует неспроста. Есть в ней какой-то таинственный смысл, помимо банальщины вроде воспитания, и знаний. Я не могу объяснить это ощущение, но оно есть и оно опьяняет меня”. Тогда мне показались чудными её слова, но я невольно возвращалась к размышлениям о том, что же это может быть за Смысл? И теперь, немного повзрослев, и заняв её должность, я готова поделиться с вами результатами своих размышлений. Не возьмусь сказать, будто я смогла объяснить то, что моя предшественница лишь ощущала, но для нас всех это уже немалая ценность. – Выждав паузу, Дарджилинг продолжила, – Яйцо без скорлупы беззащитно, яйцо без белка потеряет единство, яйцо без желтка – всего лишь материя, но истинный смысл яйца не в скорлупе, не в белке, а именно в желтке, ведь из него зарождается цыплёнок. И всё же цыплёнок не родится, если не будет белка и скорлупы, верно? Пусть скорлупа будет крепкой, пусть белок будет питательным, и тогда “Святая Глориана” будет порождать идеи! Сенся-до – наша скорлупа, школоносец – наш белок. Это и есть “Святая Глориана”... Интересные времена грядут... в преддверии их... уясните мои слова. Дарджилинг закончила говорить, в звенящей тишине сняла яйцо с подставки и с силой швырнула об стол. От середины до самого края стола распласталась причудливая клякса желтоватого цвета. Оранж Пеко вздрогнула и прикрыла рот рукой, Пуэр ухмыльнулась, а Дарджилинг развернулась и ушла домой, осознанно оставив туфли у дверей кабинета.