Поттер. Последний из рода

В сравнении с другими строениями дом Петкуинна выглядел вполне презентабельно. Отвратительно, конечно, но не стремился развалиться от одного дуновения ветра. Трёхэтажный особняк деревянным колоссом возвышался над приземистыми полуразрушенными домиками долины. Чёрный бортик балкончика над главным входом местами был изъеден ржавчиной. Стёкла были мутными из-за толстого слоя осевшей на них пыли. Резные наличники над окнами скрипели, опасливо покачиваясь, держались исключительно на честном слове. Большой, уже давно одичавший сад за время отсутствия человеческих или эльфийских рук подобрался почти вплотную к дому. Серые ветви-щупальца так плотно обвили кованые перила лестницы, что казались безумной фантазией ландшафтного дизайнера. Высокие кованые ворота возвышались над остальной низкорослой оградой на добрых полметра. Очевидно, бывший хозяин дома мастерил их, потакая своему тщеславию. Створка ворот была призывно приоткрыта ровно на столько, чтобы в неё мог протиснуться взрослый человек. Хотя, скорее всего, этот манёвр не был спланирован коварным мудрейхом; петли ворот покрывал нарост ржавчины, который, собственно, и зафиксировал дверь в одном положении. Рядом с воротами мялись, закутавшись в балахоны, Пожиратели Смерти. Открывшаяся картина выглядела настолько комичной, что Панси не удержалась от смешка. - Что у вас здесь за Тайное Вече? – отдышавшись, спросила Панси, спринтерские забеги были явно не для неё. Никто не обратил внимание на то, что девушка отстала от группы, и это безумно радовало Панси. Рыжая Уизли в слишком дорогом для такой деревенщины наряде кружила вокруг Малфоя как преданная собачонка. Нотт, прислонившись к стволу толстого дерева, перегонял по пальцам золотой галлеон. Русые волосы забавно топорщились под напором лёгкого ветерка. Вид у парня был донельзя скучающим, прямо не боевик на задании, а барончик на благотворительном вечере. В глазах не отражается ни тени эмоций, как будто его совершенно не волнует происходящее: «Ну, подумаешь, в том не пригласили, с кем ни бывает». Новенькая, шатенка Арья Шекл, нервно бегала вдоль забора, как выброшенная на мороз дворняжка. Панси она не нравилась. Девушка старше на два года их потока ей жутко напоминала Грейнджер въедливым нравоучительным голосом и большими карими глазами. Шекл хотелось прибить даже больше искомой Грейнджер. У последней шансов выжить вообще не было, а вот с Шекл придётся работать. Ещё парочка малолеток с курса помладше, но имена этих Панси не потрудилась даже узнать, не говоря уже о запомнить, они тоже нервничали, это их первый рейд. Остальная часть ячейки шла с другой стороны деревни. - Эта скотина какую-то защитку установила, - глухо, почти не разжимая губ, выплюнул Драко. Будто Петкуинн нанёс этим защитным заклинанием личное оскорбление Малфою. - Заклинания не срабатывают. Малфой тихо бесился. Внешне это никак не проявлялось, но Панси достаточно давно знала Драко, чтобы понять, когда его цеплять не стоит. Аристократам с пелёнок вдалбливают правила поведения, и первый урок, который они получают: не показывать никаких эмоций. Но иногда в Драко просыпается та несчастная капля блэковской крови, которая не позволяет держать себя в руках. Панси видела как лихорадочно блестят его глаза, губы плотно сжаты, а крепко зажатая в руках волшебная палочка то и дело поблескивает от сноп искр — явный показатель того, что маг идти в бой не готов. Даже не злость — ярость клокотала в нём, как лава в просыпающемся вулкане. «Он что, из-за Петкуинна так бесится? - с сомнением подумала Панси. - Вот проблема: пройти не можем. Придумаем что-нибудь». В принципе, Панси понимала, почему из-за такой ерунды, как не рабочая палочка, часть группы мнётся возле двери, ожидая приглашения. Молодые маги просто представить не могли, как можно выполнить задание без такого привычного артефакта. Многие из волшебников получали доступ к волшебным палочкам задолго до одиннадцати лет. Это регистрировать их можно было только в школьном возрасте, тогда и наступает полная ответственность по магическому судебнику. - Подобраться к дому пробовали? – подумав, спросила Панси. Если нельзя пройти в ворота (что вообще-то глупо, каким надо быть идиотом, чтобы ломиться через главный вход) то можно перебраться через низкую ограду . Не очень аристократично, зато дёшево и сердито. Паркинсон вообще любила куда-нибудь лазить. В детстве её нянечки отлавливали по всему поместью. А маленькая Панси смотрела на них с дерева или другой возвышенности и радовалась своей сообразительности, а по возвращению домой в волосах вечно обнаруживались застрявшие мелкие листики или другой лесной сор. Нянечки и гувернеры хватались за голову от такого не аристократичного поведения, а отец занимался долгими нудными нравоучениями, не особо, впрочем, следя за их исполнением. Ему было некогда отвлекаться на такую ерунду как воспитание дочери, для этого существовали няни, которым, между прочим, за это платили деньги. Малфой сверкнул злобным взглядом в сторону Панси. - Сама-то как думаешь? - прошипел он. - Окопался как пикси в шкафу. Панси снова внимательней огляделась. Дом большой, но старый. Забор не высокий, но явно зачарованный, окна большие, но через них ничего не видно из-за мути, но возможно только с внешней стороны. А если так, то они все как на ладони. «Да, этого "пикси" так легко из дома не вытуришь. Спрашивается, какой идиот решил лезть напролом?» Девушка оглянулась на пожирателей и поймала насмешливый и даже немного глумливый взгляд Нотта. Ему-то что переживать, не он вёл ячейку сегодня, значит спрос не с него и делать что-либо он не будет. Панси укоризненно повела головой из стороны в сторону, Нотт небрежно пожал плечами и, высоко подкинув монетку, не глядя, поймал. Этого шевелить бесполезно. Теодор даже блоху на собственной заднице не поймает, если она не будет ему докучать. В этом они схожи с Кейтос, та тоже бровью не пошевелит без собственно выгоды. «Кстати о Кейтос... значит она не обманула, рассказав про Чистую зону. Зачем предупредила?» Не верила Панси в её самаритянские намерения. Кейтос и Снейп не из тех людей, что будут рисковать репутацией и жизнью только ради того, чтобы предупредить приятельницу об угрозе. Хотя её намерения Панси уже не интересуют, сегодня к ячейки она не присоединится, главное выбрать момент. Паркинсон переложила волшебную палочку во внутренний карман, что не было соблазна ею воспользоваться. Ветер гнал серо-синюю хмарь, ощутимо похолодало. Поднялся ветер, забираясь под полу плаща и ворот. Вокруг деревни неприступным бастионом возвышался волшебный лес. Величественный и мрачный. Если всмотреться в острые оголённые ветви и вечнозеленые опахала сосен и елей, кажется, что лес сам наблюдает за тобой, за тобой и только тобой, и от этой мысли волосы вставали дыбом. То самое жуткое ощущение опасности, когда точно знаешь, что кто-то дышит тебе в затылок и, резко развернувшись, понимаешь, что никого нет. «Нет, нужно поскорее отсюда выметаться, - уверилась Панси». В западной части леса кто-то протяжно завыл. «Чертовы оборотни никак не могут постоять спокойно. Даже в условно человеческом обличье ведут себя как звери. Оставалось надеяться, что Поттер и компания не струсят и не убегут куда-нибудь в безопасное место». Панси еще постояла, подумала, поваляла припорошенный снегом под ногами осколок булыжника и, подняв его, бросила в сторону забора. Камень спокойно пролетел через забор и, упав, откатился за ограду. Тут же вспыхнул высокий столб пламени, расплавив весь снег у забора. Панси отскочила от неожиданности. Каким психом нужно быть, чтобы такое защитное заклятие установить. Молодняк, во главе с Шекл, дернулся в сторону от забора. Джинни хмуро глянула на Панси, но ничего не сказала: «Ну её, эту высокородную, связываться ещё». Малфой брезгливо морщился, на бледном лице заиграл румянец, тело было напряжено, он стоял перед воротами, как вкопанный в землю истукан. «Драко совершенно не может себя сдерживать, когда злиться, - подумала Панси с досадой, - когда-нибудь эта горячность ему боком выйдет». Нотт поглядел, как двухметровая стена огня вдоль забора пошла на убыль, ещё раз подкинул - поймал монетку, сунул в карман. Поежившись от холода, зимой долго на одном месте не выстоишь, даже в утеплённом балахоне, Теодор накинул на голову капюшон. - Пойду, гляну, где там остальные ползут,- сказал Нотт. - Всё таки официально это моя ячейка. Сказал он это, глядя на Драко, намекая, что о своих людях можно и позаботиться. Но Малфой не обратил на него внимания и своё чрезвычайно важное дело не прекратил, всё так же изображал столб. - Подожди, - с воплем бросилась к нему Джинни. - Что? - невежливо отозвался Нотт, даже не повернув головы. Джинни предпочла этого не заметить. В стане к ней относились не лучше и не хуже чем к остальным новичкам, но особой любви со стороны «потомственных» Пожирателей ждать не приходилось. - Дай мне виски, - выпалила та. В ячейке все прекрасно знали любовь Нотта к хорошему алкоголю и то, что у него всегда с собой есть глоток коллекционной горячительной дряни, тоже. Джинни понадеялась, что Нотт и сегодня не забыл о своей привычки , хотя то, что она собиралась сделать, Нотту вряд ли понравится. - Что? - теперь уже насмешливо уточнил он. Джинни с раздражением подумала о том, как же они с Драко похожи поведением. Только в отличие от Драко, Теодор не изображал заносчивого засранца - он им был. – Знаешь, пить до полудня – дурной тон. - Дай мне эту чертову фляжку, - потребовала Джинни. Нотт равнодушно пожал плечами, порылся во внутреннем кармане мантии и бросил Джинни дорогую серебряную фляжку с золотой гравировкой рода Нотт, солнце, пронзённое копьем, и витиевато выведенный девиз под изображением: «Не сдавайся, не уступай, не преклоняйся!» Очень прозаично звучит, если учесть, как легко его отец пренебрёг семейными принципами, которым столько веков придерживались его предки. Уж Панси знала, как Нотт к этому относится. Его в стане держит только власть отца и редкая сейчас магия паттер фамилиас. Уж он-то знал цену свободы, но относится к этому слову с иронией. Когда-то Чарли Паркинсон отдал в жены Нотту-старшему свою сестру, которую сам воспитывал почти с пелёнок после смерти родителей. За пару месяцев до падения Лорда на Ноттов пало подозрение в сговоре с Тёмным Лордом, и Теодор-старший без зазрения совести отдал в лапы авроров свою жену. Только чтобы отвести от себя подозрения. Восемнадцатилетняя Присцилла Нотт попала в камеру ужаснейшей тюрьмы беременной и через пару месяцев там же родила. Как малыш смог выжить в таких условиях - было загадкой. Младенца тогда обнаружили случайно, забрали у матери и отдали отцу, Присцилла спустя год умерла. А Теодор-младший так до сих пор и не узнал вкуса свободы. За это и мстил всем вокруг. Особенно отцу, который с детства воспитывал сына посредством круциатуса. Впрочем, не только его. Своего второго сына он воспитывал так же... Джинни ловко поймала прямоугольную фляжку и рванула к дому, пока её никто не остановил. Вопль Малфоя она проигнорировала. Она, не мудрствуя, бочком протиснулась в приоткрытые ворота и отшатнулась. Перед лицом вспыхнуло пламя, обдало жаром лицо. Для простой пугалки пламя было слишком горячим и стоящим. Джинни резво открутила крышку и выбросила вперед руку, по дуге выплеснула содержимое фляжки в огонь. «На вскидку, ограда стоит не так уж далеко от дома, загорятся деревья, - думала Джинни , - и это перекинется на дом». Пламя вспыхнуло уже настоящее, а не магическое. Джинни обожгло лицо жаром, в глаза попал пепел, опалив брови или ресницы, глаза щипали и слезились от гари. Маневр удался, как она и предполагала. Ветер разгонял искры, разнося из по ближайшим деревьям, плавился снег, вылущивая обледеневшие ветви, а потом разжигая их. Огонь с деревьев за считанные минуты перекинулся с деревьев на дом. Докуда дотягивались искры, таял снег. Но на наличниках и облицовке дома снега не было, и они начали обугливаться , коптя вокруг дым и гарь. Огонь попал на ветки плюща, и крыльцо нехотя загоралось, облизывая языками пламени плетеный коврик из ткани. Дым, копоть и запах гари заставили Джинни вернуться к остальной ячейке. - От тебя может быть польза, - одобрительно заметил Нотт, - а теперь тащи мою фляжку назад. Джинни с праведным возмущением уставилась на Нотта. Она за них всю работу делает, а здесь ещё и возмущаются. - Отцепись от неё, - осадил его Малфой. Нотт в ответ только улыбнулся, давая понять, что приглашение принято. - Что теперь?- встряла Шекл. - Как мы туда попадём с бесполезными палочками?! - Так же как маглы, - вступилась Панси. Шекл её так достала одним своим видом, что Панси кинулась бы на защиту даже домовика. - Возьмём дубинки и в бой. - Как мы через огонь пройдём, не подскажешь? - Они сами выйдут к нам, - ответила Джинни. - Или пойдут через запасный выход. Но там их встретит остальная группа. Если дым попадёт внутрь, а он попадёт, угарный газ их оттуда выкурит. - Это если он тоже не имеет возможности колдовать, - задумчиво проговорила Панси, вглядываясь в цепь возвышающихся над деревней холмов. Джинни метнула в Панси яростный взгляд. Понятное дело: она даже не подумала о такой вероятности, но и выбирать было не из чего, так что Драко решил рискнут; он даже не задумался, о том что с кем-то может что-то случиться. А Панси щурилась, вглядываясь в белесую даль, силясь заметить хоть тень движения со стороны Красных холмов. Она ещё не до конца уверилась в правильности своего решения умолчать о «гостях». «Будем исходить из того что их трое, - думала Панси,- вряд ли Томас снова попрётся в самую гущу событий. Ему должно было хватить с лихвой прошлого погрома. Браун, надо отдать ей должное, постаралась на славу». Их ячейка на данный момент самая малочисленная из всех, но прилежно выдрессированная Беллой Лестрейндж. Плюс где-то по деревни носится Кейтос. Вопрос: каковы шансы хотя бы выжить - не стоит. Бесспорно нулевые. С одной стороны. С другой, у Поттера просто феноменальная способность выкручиваться из подобных ситуаций. Если Поттер с Малфоем столкнуться лоб в лоб, у первого будет преимущество, он знает, что они могут быть тут не одни. Задача предельно проста: организовать свару и во время из оной смыться. Хоть через те же Красные Холмы. Поттер же как то там прошёл. Если в стане не поверят, что она мертва, левую руку можно на время лишить чувствительности или заморозить нервные окончания, или ещё что-нибудь придумать. Остаются только оборотни, но опять же со стороны Холмов их нет, там своих монстров хватает... Громко возмущающаяся под ухом Шекл вдруг заткнулась на полуслове так резко, что Панси даже оглянулась. Шекл стояла, нелепо растопырив руки с застывшим на лице удивлением, глаза закатились, будто пытались разглядеть, что там, на лбу, и шатенка завалилась на спину. Во лбу у неё торчал толстый болт самострела, от которого расползались струйки крови. Осознание случившегося пришло не сразу, но жёстко. Слева пискнула Уизли, а в следующую секунду Панси хлопнулась на спину. Под ладонями таял снег, девушка осторожно подняла руку, полюбовалась крупными крапинками крови на руке и ещё какой-то светлой субстанции. Панси никогда не считала себя впечатлительной, но от этого зрелища у неё подступил ком к горлу. - Не плачь, это не твоя, — раздался на головой недовольный голос Теодора. Так вот почему она упала. - Какого дементора? - Сам бы хотел знать. Похоже, Петкуинн переалхимил чего-то со своим заклинанием и сам под действие попал, раз железками разбрасывается. - Это не он алхимил, - шёпотом проинформировала Панси, - здесь Чистая Зона. На миг Нотт недоверчиво прищурил глаза, переваривая информацию, а потом резко вскочил, но Панси удержала его за ворот, он кубарем повалился на снег, и девушка оседлала его сверху, чтоб больше не сбежал. - Даже не думай! - яростно прошептала Панси. - Саботаж?- иронично предположил он. - Ты понимаешь, сколько наших здесь останется? Петкуинн наверняка знает о местной особенности. - Называй это как хочешь, - разрешила Панси, нервно оглядываясь вокруг, не прилетит ли в спину самострельный болт. Рыжая опасливо выглядывала из-за ствола дерева, который еще недавно подпирал Тео. Лицо чуть бледнее обычного, но не испуганное. Хотя Панси сомневалась, может ли Уизли сейчас адекватно расценивать ситуацию после того, что с её мозгами сделали. Путаясь в полах балахона на пару с фиолетовым платьем, украшенным широким чёрным поясом, Уизли, перебирая ладонями по стволу, поднялась на ноги. Драко по-пластунски подобрался к Шекл, рассматривая рану убитой и сам болт. У ворот лежал тряпичной куклой один из новеньких. Его напарник синий с лица прижимался спиной к ограде, сидя на заднице, желая слиться с ковкой. Спасало его от выстрела в спину только стена огня. - Никто из них не должен знать, что за чертовщина здесь происходит. - Что ты удумала? - в лоб спросил Нотт, сбрасывая её с себя. - Слезь с меня. Холодно. Панси так и осталась сидеть на снегу, стараясь как можно ниже наклонить голову, получить самострелом в затылок ей не хотелось. Она неуверенно прикусила губу. Идея сказать Нотту о своём плане и позвать с собой была очень соблазнительной, но... слишком много этих «но». А она должна оставить себе хоть один шанс на выживание. Нужно было срочно что-то ответить. Правду сказать она не могла, Нотт её так просто не отпустит. В стане было слишком много вот таких вот «потомственных» Пожирателей. Единицы из них действительно хотели служить Лорду, а всех остальных в стане держали только страх и приказ главы рода. Умирать под пытками никто не хотел. - Я хочу попасть в свиту, - выпалила она быстрее, чем могла сообразить, что именно говорит. Такая безумная идея ей в голову раньше не приходила. - Сдурела? - спокойно осведомился Нотт, зыркая по сторонам, оценивая обстановку. Судя по выражению лица, обстановка его не устраивала. - Свита сама отбирает себе претендентов. - Но когда-то же было иначе, и как-то туда пробирались. Если... то есть когда Малфой провалит задание... - ...ты выйдешь на поле брани с экскалибуром наперевес и решишь исход боя? - Ячейка провалит задание и нас снова ждет наказание, а у меня нет никакого желания снова отдуваться за всех. Свита отвечает только за себя. - В свите нет мест, иначе Кейтос давно бы уже посвятили. И как ты собралась попасть туда в обход её? - Значит нужно просто освободить место. - Ты для неё не опасна. У тебя подготовки пару месяцев под палочкой Лестрейндж, а у Снейп десять лет под руководством опытных магов. Её невозможно застать врасплох. - Переоценивать противника так же плохо как недооценивать, - пафосно возразила девушка. - Это я на твоих похоронах скажу, не против? Разумеется, Панси и не думала нападать на Кейтос. Снейп не будет разбираться в мотивах. Одно заклинание в ответ на агрессию и хоронить Панси будут сразу в закрытой гробнице. Но теперь, если она не вернётся в стан вместе с ячейкой, а там начнут интересоваться, что произошло, рано или поздно спросят Кейтос, а она будет отрицать, что убила союзницу — круциатуса ей не избежать. Панси понимала, что подставляет Кейтос, но сомневалась, что её убьют. А как говорила Белла: «От хорошей дозы боли ещё никому плохо не было». К тому же у неё и отец, и крестная в Свите, так что Кейтос выкрутится. - Вы там подремать прилегли, - рявкнул Драко. - Панс, лезь и отвлеки внимание. Нотт, в обход с другой стороны. - Нет, в обход пусть рыжая лезет. Я найду остальных и зайду с запасного хода. - Исключено, она останется здесь. А ты будешь выполнять то, что я скажу. Сегодня я веду ячейку, и ты тоже подчиняешься мне. - Это моя группа, Малфой. И я рассчитываю вернуться в штаб в полном составе, насколько это возможно. Панси глянула на заборчик. Бегать вдоль забора с нарисованной мишенью на лбу не улыбалось. Малфой совсем обнаглел. Под немелодичную брань Нотта и Малфоя к Панси подобралась Уизли. - Что это за заклинание такое? Огонь, кажется, настоящий. - Конечно, настоящий. Ты же его сама разожгла. Полыхающие ветви иссохшего ещё в прошлом веке деревца в немой мольбе тянулись к крыше мансарды. Наличники на первом этаже уже догорели, и огонь перебирался дальше. Ветер их только разгонял. - Он с самого начала был настоящий. Воздух рядом горячий. Панси задумалась. Существует несколько классификаций защитных заклятий: барьерные, поражающие и сигнальные. Барьерные возводятся вокруг объекта, невидимы и, как правило, образуют купол. Силовое поле либо не пускает, либо не выпускает. Самый распространенный пример такого заклятия: антитрансгрессионное. Сигнальные делятся на световые и звуковые, так же могут быть невидимыми, но чаще визуальные, для того, чтобы их хозяин успел среагировать: либо вооружиться, либо сбежать, и на время отпугнуть нарушителя спокойствия. Именно таким заклятие с первого взгляда показалась Панси эта стена огня. А вот поражающие заклятия так просто не установишь. Для них используют приёмы комплексной алхимии: и заклинания, и зелья, и циклы. Этот вид заклятий и врага отпугнет, и особо бесстрашных поджарит. И теперь Панси поняла, что только такое заклятие здесь могло быть установлено. Волшебные палочки здесь не функционируют, значит, защиту делали на основе зелий и защитных формул начертанных на какой-нибудь поверхности. Панси хмыкнула про себя, Нотт был не так уж и неправ на счет «наалхимил». Теперь понятно, почему Тёмный Лорд дал Петкуинну время на раздумья: такие кадры на дороге не валяются. - Защитное поражающее заклятие поясного вида. - Какого вида? - Поясного, - раздраженно повторила Панси, смерив Уизли уничижительным взглядом. - Пробегись вдоль заборчика в ту сторону, осмотри его на предмет царапин или чего-то в этом роде. Там руны должны быть их нужно стереть или перечеркнуть. В общем, испортить, у вас, гриффиндоров, это хорошо получается. - Я руны не изучала. - Ты что, не знаешь, как они выглядят? Тебе их читать и не нужно. Быстро, пока эти бойцовские петухи заняты. Эй, мелочь иди сюда, - подозвала она единственного оставшегося в живых новичка. Испуганный парнишка в надежде оглянулся на собачившихся магов, но ослушаться не посмел, с понурым видом поплёлся к Панси. Он откинул капюшон, и Панси с каким-то непонятным ей сожалением отметила, что парню едва ли есть четырнадцать. - Ты будешь тестировать заклинание. - Как? - уточнил парнишка, трясшийся, как листок на ветру. Он, похоже, решил, что его самого пихнут в огонь. - Берешь вон тот мешок с костями, - она указала на второго уже мёртвого парнишку, - кидаешь в костер и смотришь, что будет. - Нет, я Дени туда не брошу! - с революционным блеском в глазах тявкнул паренёк. Панси устало прикрыла глаза, прося небеса о терпении. - Если тебе прикажут, ты туда свою мать спихнешь. Ещё живую. Выполняй! Да, жестоко, но иначе он так и не поймёт, что приказам нужно подчиняться, дольше проживёт. Парнишка пошёл выполнять задание. Остановился рядом с Шекл и воровато бросил на Панси взгляд. Девушка потеряла к нему интерес. Она боковым зрением заметила позади движение. В этот момент Малфой полетел на снег, проехав на спине добрый метр. Петухи! А ведь Нотта вообще-то сложно вывести из себя. Малфой с рыком вскочил на ноги. Панси неодобрительно покачала головой. А ведь ещё два года назад она была уверена, что выйдет за него замуж. Очень тонко, по-девчоночьи, вскрикнул парнишка. Панси тут же поняла, почему. Пламя в воротах защёлкало, зашипело и от эпицентра потянуло палёной плотью. Тело Шекл висело в воздухе в сантиметрах трёх над снежным покровом, раскинув руки. Казалось, обугливающееся тело держал в воздухе сам огонь. - Это не я, - истерично оправдывался мальчишка. - Она сама туда заползла. «Блестяще, - устало подумала она. - Воздух здесь ещё и ядовитый». Панси глянула на подростка соответствующе. - В смысле, я её подтащил к огню, а она сама туда заползла. Тело Арьи Шекл сгорело в считанные минуты. Теперь Панси была уверена — без алхимии не обошлось. Значит она оказалась права. Сами по себе зелья, пролитые под воротами, не воспламеняются. Руны были где-то рядом. Она, пригнувшись, чтобы по возможности её не было видно из-за стены алхимического огня, прилежно осматривала каждый столбик на предмет резких ломаных линий. Почти в трёх метрах от врат она заметила зигзаг нацарапанный на стальной трубке. Панси вытащила из волос невидимку, удерживающую отросшую челку, но в тот же момент в противоположной стороне взвыла Уизли, больше было некому, из девушек в их ячейке осталась только она и Панси, но стена огня колыхнулась и ослабла. Знаки тоже защищены, поняла Панси. Именно в этот момент рухнула догоревшая крыша мансарды, и Панси отпрыгнула, а потом и отбежала от ограды на добрых петь метров. Позади оказался жавшийся к прогнувшему сараю давешний мальчишка. Он мешал ей уйти. - Ты почему здесь?! - рявкнула Панси, нацепив на лицо самое из устрашающих личин. - Боишься запачкать руки? Она, достав волшебную палочку, направила её на парнишку. Он жалобно вслипнул и, зажмурившись, бросился к остальным в дом. Паркинсон на миг позволила приложить ладонь к глазам, чтобы не видеть всего этого ужаса. Что же они делают? В их ячейке нет никого старше восемнадцати, а на руках каждого уже по десятку чужих жизней. Если бы у неё только был шанс от этого отмыться. Девушка, взяв себя в руки, степенно направилась к воротам. Панси медленно шла к кострищам, двери уже парни выломали. Панси решила для себя: если сегодня кто-то умрёт от её руки, то бежать смысла уже не будет. Она полностью уподобится им. Нарушенная цепь защитных знаков ослабила не только силу заклинаний, но и разорвала пояс огня на островки. Первым через забор сиганул уже заведённый потасовкой с Малфоем Нотт. Он выхватил из внутреннего кармана светящийся кинжал, что-то шепнул ему, и тот вмиг удлинился, преобразовавшись в меч. Следующим рванул Драко, которому срочно нужно было кому-нибудь надрать задницу. Оружия, кроме волшебной палочки, у него не было, но, кажется, его это не слишком заботило. Адреналин мешал ясно думать. Семья Петкуинна была обречена.