Пламенный котик

      Наклонившись достаточно близко к личику, я соприкоснулся с чужими губами. Прекрасно смог почувствовать, что они достаточно горячие. Хотя, кладя одну из рук ему на щеку, смог осознать, что и кожа его достаточно горячая. Свои глаза я прикрыл, не желая видеть его лица сейчас. Не хотелось видеть, как он скривится в отвращении. Не хотелось видеть, как оттолкнет, возмутится. Я совсем не знал его реакции на это. Даже предположить не мог. В конце концов, даже сон не смог мне показать той реакции. Если, это, конечно, был сон.       Я ожидал чего угодно: оказаться оттолкнут на пол. Получить рукой по щеке. Укус до крови на губе. Удар коленом в пах. Но никак не мог ожидать ответа на поцелуй…       Я мягко сминал горячие губки под собой. Выделялась вязкая слюна не только у меня, смачивая наши губы. Ренгоку, пусть и не совсем умело, старался отвечать. Приоткрывал губы, свободно впускал меня внутрь. Его теплые руки легли на мои предплечья, сжимая меж пальцев ткань моей толстовки. Я мог поклясться: это могло продолжаться бы вечно, если бы он меня не оттолкнул. Руки, что так сильно сжимали светлую ткань толстовки, резко выпрямились, заставляя недоумевающего меня отстраниться. Я смотрел ему в глаза, он в мои. Я четко видел покрасневшие щеки и чуть испуганные глаза. В голове пронеслась мысль: «Я перестарался? Я напугал его?»       — Блять, эй! — голос Санеми за дверью, — Выходите уже! Тут Томиока сейчас блеванет!       Слова сопровождались громким стуком в запертую дверь. Я выдохнул со спокойствием, пока на губы поползла улыбка. Я не напугал его.       Наконец отстраняясь по-нормальному, переставая зажимать пламенного к стене, я вновь оглядел его. Хвоста уже не было. Но уши не исчезли.       Подцепив край капюшона его кофты, я натянул его на макушку, закрывая ее вместе с пушистыми, сливающимися с волосами ушками. Его уши, как и хвост, были одной расцветки и даже одного тона, что и пышные волосы. Это завораживало.       — Тенген! Ты о чем задумался?       — А? О… — Переставая плыть в облаках, рукой я обхватил Кеджуро за запястье, после скатываясь вниз и беря уже за руку. Дверь в два движения открылась, впуская в туалет Санеми, прижимающего к своей груди еле идущего Гию. После того, как дверь захлопнулась, я потащил своего друга обратно в зал.       — Тенген! Ой!.. — Розоволосая девчушка тут же прикрыла свой рот, когда выкрикнула мое имя. Сначала я не понял, что в этом такого, пока взгляд не опустился ниже. Да на ее коленках же Обанай спит! На губы поползла гордая улыбка. Все же, не зря с Шинадзугавой парились! — Как там Томиока-сан? — Уже тише спросила та.       — Блестяще без понятия, — Я взглянул на Кеджуро, поправляя на его макушке капюшон, — Как только мы вышли, Санеми туда прямо залетел! Бедный Гию. Надеюсь, не обрыгал его.       Мицури начала поглаживать макушку с темными волосами, что сейчас лежала на ее коленках, взволнованным взглядом поглядывая в сторону уборной.       Вздыхая, я уселся на диван, сажая рядом с собой пламенного черта. Сейчас он действовал как-то скованнее. Застеснялся чего-то что-ли? Да нет, не выглядит таким. Задумался? Возможно.       В зале повисла тишина. Причем, полная и неловкая. Со вздохом, я только открыл рот, желая что-то произнести, как наконец вышел Шинадзугава, спешным шагом выходя в сторону улицы. По пути он поспешно рылся в карманах. Закрывая свой рот обратно, я оглянулся. Никто на него не обратил и внимания. Такая спешность обычное дело? Не решаясь спрашивать, я решил узнать самому.       — Эй, Ке, — Наклонился я своими губами к его ушку, привлекая внимание, продолжая шептать, — Я отойду. Если что скажи, что ярко покурить.       В ответ я получил чуть неуверенный кивок. Подбадривающе и ярко улыбнувшись во все свои зубки, я подмигнул ему. Дальше я поднялся и последовал на выход.       — Эй, ты чего ярко тут один делаешь?       Подходя слева, спросил я, садясь на крыльцо рядом. Темные глаза Шинадзугавы взглянули на меня. Я смог увидеть, что меж его губ была зажата сигарета. Он, покопавшись в кармане, достал пачку и протянул мне такую же сигарету.       — Будешь?       Без колебаний я ее принял, зажигая ее об сигаретку Санеми. После затяжки выдыхая дым, я вновь посмотрел на него.       — С каких пор ты куришь?       — Начал, когда впервые увидел ебучий сон.       Я замер. Впервые увидел сон?       — А ты, типо, до этого уныло никогда сны не видел?       Он взглянул на меня как-то по серьезному. Моя усмешка стала же неувереннее.       — Ты умеешь хранить секреты?       Да, умею! Разболтаю первой же попавшейся бабке.       — Конечно.       — Если засмеешься — убью, собака!       Я нервно усмехнулся… Тем не менее, стал молча слушать.       — Мне кажется, или я ясновидящий, — Я еле сдержал смех, — Да блять, я серьезно! Каждый раз перед каким-то определенным событием в глазах всплывает этот же момент, но другой!       — Блестяще постой, — Я прервал его, ставя руку перед тем и выдыхая дым, — Как это могут быть два события и одинаковыми, и разными? Я уныло не понимаю.       Тот раздраженно выдохнул, глядя перед собой. Повисло молчание. Я понимал, что он просто размышляет над ответом, и спокойно давал ему время, не мешая.       — В первый раз это произошло месяца три назад…       — Шинадзугава, брат, если ты начнешь так издалека, я уныло не пойму…       — Просто, блять, послушай, — Он вздохнул, продолжая рассказ, — Тогда я впервые увидел сон, который помню до сих пор.

***

       Где-то с запада дул теплый ветер. Самый разгар лета, не удивительно, что он был теплым. Приятно обдувал своим теплом щеки и оголенную грудь.       Волосы чуть потрепались. Я оглянулся — стою посреди улицы. Каким образом я вовсе сюда пришел? Что я делал до этого?       — Шинадзугава-сан, вы уже вернулись?       Поворачивая голову вбок, я увидел темно-сиреневые глазки девушки. Ее волосы были темные, короткие, заплетенные сзади в подобие шишки, закрепленной красивой заколкой. Заколка-бабочка. Я помню их. В голове всплывал образ девушки, что была так похожа на эту, но была такой другой. Глаза добрые, спокойная улыбка на губах. Длинные волосы, две заколки-бабочки. Имени я не мог вспомнить.       — Ага.       — Я вижу, вы ранены, — Она встала передо мной, кладя руку мне на оголенную грудь, отодвигая пальчиками края форменной рубашки. На вид открылся глубокий порез. Откуда он? Я совсем ничего не помню.       — Пустяки. Еще один шрам, не более, — Еще один шрам? Слова вырываются из моих уст самовольно. Я не понимаю смысла, но все равно произношу слова.       — Шинадзугава, не стоит так относиться к себе, — Ее бархатная, маленькая рука легла на мою. Девушка развернулась ко мне спиной, утягивая за руку за собой, — Пойдем. Я лишь позабочусь о ране.       — Как там Томиока?       Она замерла, оборачиваясь через плечо на меня. Милая улыбка вновь настигла ее губы.       — Он впорядке. Идет на поправку.       О ком мы говорим? Я шел вслед за девушкой, передвигая ногами. Хотел остановиться, разомкнуть губы, спросить. У меня не получалось ничего из этого. Я словно безвольный наблюдатель в своем же теле. Смотрю за событиями своими глазами, не силах что-то изменить.       — Как скоро его выпишут?       — Если состояние не ухудшится, то через дня так три будет снова в строю.       — Блядство.       Я чуть сжал ее маленькую ручку в своей. Мы шли прямо по дорожке. Не богатенькие дома по сторонам. Люди занимались своими делами. Дети смеялись, взрослые работали. Дорожка вскоре привела нас к большому поместью. Маленькие девчушки вешали большое покрывало. Из поместья выбежала девчушка. Тоже заколки-бабочки, и на ней была форма истребителя.       — Кочо-сан! Кочо-сан! — Она подбежала к нам, останавливаясь и отдышиваясь.       — Что такое, Аой?       — Томиока-сан! Мы его найти не можем!       — Ох? — Она отпустила мою руку, прикладывая удивленно ручку к своим губам, — Ему снова не сидится на месте? Вот ведь Томиока…       — Я найду его, — Сделав шаг вперед, произнес я.       — Шинадзугава-сан, ваша рана…       — Да блядство, в порядке я! — Я посмотрел на девушку с двумя хвостиками, — Где вы его в последний раз видели?

***

      — Шинадзугава? Что вы тут делаете?       — Пришел с миссии, — Садясь рядом на большой, наверное пыльный, камень, я усмехнулся, — А ты что девчушек волноваться заставляешь?       — Я вышел подышать свежим воздухом, — Темно-синие глаза перестали прожигать во мне дыру, смотря перед собой.       — Предупредил бы хоть кого, а?       — Как прошла миссия?       Переводит тему. Вот ведь Томиока…       — Удовлетворительно. Демон пойман, передан главе.       — Его сунут в отборочный экзамен?       — Да.       Повисла небольшая тишина. Я, как Хашира Воды, стал смотреть перед собой.       — Санеми… — Я взглянул на него, — через три дня меня выписывают.       — Я знаю.       — Прогуляешься со мной, когда это произойдет?

***

      — И, через три дня после этого сна, мне позвонил Томиока и позвал прогуляться по парку!       «Так мне не одному снятся странные сны! Блестяще!»       — Ну, э, — Я перевел взгляд вперед, докуривая сигарету и выбрасывая в урну, что стояла у крыльца, — Я ярко думаю, что это просто совпадения!       — Думай как хочешь. — Раздраженно фыркнул Шинадзугава. Его сигарету я наглым образом отобрал, потушив и выкидывая вслед за своей в урну, — Эй!       — Все, хорош, пошли уже, — Поднимаясь, я взял математика за предплечье, силой утягивая обратно в дом. Об том, что я узнал только что, я старательно подумаю дома. Не сейчас. По пути я поправил свою бандану.

***

      — М…Мицури!..       Зайдя в дом, я застыл. Мицури сидела напротив Ренгоку, находясь к нему довольно близко, но что было самое страшное — он был без капюшона. Его уши были открыты.       — Ренгоку-сан! Они такие мягкие и пушистые! — Девушка, не унимаясь и не замолкая от восторга, трогала обоими руками ушки на макушке Кеджуро. У меня дрогнул глаз. Спалили? Узнали? — Они словно настоящие! — Я выдохнул с облегчением. Она не знает, что они настоящие! , — Можно я их примерю?! Пожа-а-а-алуйста! — Мое сердце снова пропустило удар. А тут как выкручиваться?!       — М-Мицури! Извини, пожалуйста, но!..       — Та-а-ак, яркая Митсу, — Я взял ее ручки в свои, лучезарно улыбаясь, — Прошу простить, но нам с Ренгоку уже уныло пора домой! Вы видели сколько времени?       — А-а-а-а? Уже? — Она перевела взгляд на настенные часы. И вправду, время позднее, — Ну во-о-от! Ну пожалуйста, я всего-то один разочек надену и сразу верну!       Я резко повернулся в сторону, а после изобразил удивленное лицо, а так же с тем же удивленнием выкрикнул, — Игуро в кошачьих ушках!       — Что?! Где?! — Мне получилось ее отвлечь. Пока она отвлеклась, я за это время по-быстрому схватил Ренгоку, снимая с дивана, а затем хватая за руку, насильно повел к двери. Только что вышедший из туалета Обанай явно был в замешательстве.       — До свидания, яркие коллеги! Надеюсь, что мы блестяще соберемся снова!

***

      — Эй, Ке, — Делая небольшую паузу, я продолжил, — Как тебе они?       Кеджуро закинул голову назад, смотря в белый потолок.       — Думаю, что Мицури довольно милая!       — Она хотела тебе ярко оторвать уши…       — Ха-ха! — Он коротко посмеялся, погружаясь в воду по плечи, — Она ведь не знала, что они настоящие.       На губах моих вновь повисла улыбка. Беря в руку мыло, я стал натирать мочалку. В мыслях все крутился тот диалог с Санеми.       — Эй, Ке, выпрямь ногу, — Ренгоку послушно выпрямил свою ножку, а я же подхватил ее, ставя пяткой об бортик ванны, — Мне стало блестяще интересно… Тебе снились какие-нибудь… Ярко-странные сны?       Он замолчал, пока я стал с помощью мочалки растирать мыло по влажной ноге. Она обтирала колени, пяточки…       — Да, бывало иногда, — Его задумчивый взгляд опустился на меня, — А что?       — Да так, ничего, — Странно все это как-то. Сначала я, потом Ренгоку, теперь еще и Санеми. Может, это взаимосвязано? Подняв взгляд на своего сожителя, я поймал его взгляд. Усмехнулся. Затем в голову пришла абсурдная идея. Я наклонился чуть ниже, приятно целуя ногу чуть ниже коленей. Тот не понимающе поднял бровь.       — Тенген. У тебя теперь губы в мыле.       Я стал отплевываться, отстранившись от ванны с кото-человеком       — Тьфу… Да знаю я!.. Бля, бе!       В общем, я своими руками мыл Ренгоку. Еще когда мы шли домой, мне показалось, что ему просто необходима ванна! Так и оказалось. Так почему же я сам его мыл? Хмпф… Я просто посчитал, что так будет лучше. Вдруг он мне мыло выбросит случайно куда-то! Или весь тюбик шампуня на голову выльет! Я, конечно, в ярком достатке, но не до такой степени!       По окончанию мытья, я отошел забрать одежду для пламенного черта. Однако, вернувшись, держа в руках его новые трусы и футболку, меня встретила картина: он лежит на полу. Пол был в пятнах воды, где-то рядом мыло, да и еще коврик намок! Мать вашу! Отошел называется за трусами.       Теперь, прямо сейчас, я сидел в своей комнате и перебирал косметичку. Пудру сюда, тени в это место, помада мне зачем? А, вспомнил. Сюда. В этот момент мой телефон завибрировал. Я проигнорировал. Это вновь повторилось.       — Да мать вашу, кому там блестяще не ебется… — Беря телефон со стола, я взглянул на уведомления. Что? «БДСМ оргия (кагаю не добавлять)»? Это еще что за беседа?       Открывая приложение, откуда доносились уведомления, и заходя в сообщения, я поднял верхнюю бровь вверх.       Шинадзугава Санеми добавил (а) Узуй Тенген в беседу.       Шинадзугава[23.19]: збс       Кандроджи[23.19]: Добрый день, Узуй-сан!       Кочо[23.20]: Дорогая, сейчас вечер       Кандроджи[23.20]: Ой…       Кандроджи Мицури редактировал (а) сообщение «Добрый вечер, Узуй-сан!»       Кандроджи Мицури удалил (а) сообщение «Ой…»       Шинобу Кочо удалил (а) сообщение «Дорогая, сейчас вечер»       Узуй[23.23]: откуда у вас мой аккаунт       Узуй[23.23]: ?       Шинадзугава[23.24]: на авито нашел блять       Томиока[23.24]: Шинадзугава, не материтесь.       Шинадзугава[23.25]: ты хули не спишь пьянь?       Кандроджи[23.26]: Томиока-сан! Как ваше самочувствие?       Игуро Обанай покинул (а) беседу.       Кандроджи Мицури добавил (а) Игуро Обанай в беседу.       Я вздохнул. А затем усмехнулся. Вот ведь было бы забавно, будь в этой беседе Ренгоку!       — Тенген, что делаешь? , — Я икнул от неожиданности. Вот же черт, подкрался!       — Да так, косметичку перебираю, — Я по-быстрому отключил уведомления на этот чат. Телефон был включен и убран в столик. Повернувшись на стуле передом к пламенному, я улыбнулся, — Ты что-то ярко хотел?       — Да нет, — Его взгляд пробежался по моему лицу, — мне просто скучно. Давай чем-нибудь займемся!       Чем можно заняться? Пока я думал, взгляд стал бегать по комнате. Первым делом мне попалось зеркало, а ниже косметичка. На губы поползла ухмылка.       — Ке! Я хочу тебя блестяще накрасить!       — Накрасить? — Он взглянул на мою косметичку, недоуменно вскидывая бровь вверх, — А… Зачем?       Я резко поднялся, хватая его за плечи и сажая на свое место: стул перед зеркалом и столик с косметичкой.       — Ты, конечно, и так яркий и красивый, но мне просто интересно!       Взял подводку. Кеджуро развернул к себе, склонившись над его лицом. Так близко… Подводку открыл, беря за кончик маленькую кисть.       — Ке, посмотри наверх.       Когда взгляд его устремился к потолку, я стал проводить линию, от начала слезного мешочка до конца, делая небольшую стрелку.       — Теперь вниз. Или нет, вообще блестяще закрой глаза!       Меня послушались. Веко опустилось вниз, и я провел и верхнюю линию, соединяя ее с нижней. Образовалась стрелка.       — Открой!       И теперь я смог лицезреть это. Блин, а ведь ему идут стрелки! Весело улыбаясь, я приступил ко второй.

***

      — Ке, да тебе ярко идет!       Он смотрел в зеркало, осматривая стрелки. А так же я пудрой скрыл небольшие недостатки.       — Ого…а выглядит классно!       — Ке, повернись ко мне!       Я достал телефон, делая красивую фоточку. Ренгоку, понимая, что его фоткают, улыбнулся своей привычной яркой улыбкой.       Узуй[23.56]: девочки, записываемся на макияжик ;)       Узуй Тенген отправил (а) фотографию.       Кандроджи[23.58]: Вах, какой Ренгоку-сан милый! Ему так идут эти стрелочки!       Кочо[23.59]: Посоветуете какой подводкой пользуютесь?       Шинадзугава[00.04]: АХАВХАХВХАВХАВХ       Узуй[00.04]: ?       Шинадзугава[00.04]: блять тенген       Томиока[00.05]: Кажется, вы забыли про зеркало.       Я нахмурился. Непонимающе открыл фото, посмотрев в сторону зеркала. Блядство! Да там же меня в трусах видно!       Узуй Тенген удалил (а) фотографию.       Шинадзугава[00.06]: в каком магазине трусы покупал? выглядят блэтстяще!       Игуро[00.08]: я опять все пропустил       Кандроджи[00.08]: Я позже покажу вам эту милую фоточку! ^^       Узуй[00.08]: НЕ СМЕЙ       Весь из себя такой недовольный и злой, я выключил телефон и убрал его в сторону. Выдыхая, взгляд зацепился об… Кота. Он снова кот. Так еще и спящий! Увалился пузом вверх и ярко спит. Взглянув на время, я и сам зевнул. Поздновато уже. Осторожно поднял котика на руки, подходя к кровати и укладывая его на подушку.       «Даже не пошевелился, — Я задумчиво вскинул бровь вверх, — настолько ярко-крепко спит? — Сам не знаю почему, но этот факт я запомнил. В будущем может стать полезным.»       Выключая свет в комнате и снимая с себя футболку, оставаясь в одних трусах, я подошел к кровати и лег на подушку рядом. Плед натянул чуть ли не до носа, прикрывая глаза.       — Спокойной ночи, Ке.       — Спокойной ночи, братец…