розовая флешка

Холодный воздух пробирается под тонкую ткань лонгслива, пробирая тело до дрожи, призывая от морозности обнять себя руками, дабы сохранить тепло. Сергей стоит один возле точки где происходит ожидание электричек. Ваня выходит через пару минут. - В четыре тридцать три, - кратко информирует он, утыкаясь взглядом в телефон. Сообщил время прибытия их электрички, а от его холода еще хуже, чем от этого осеннего. Пешков лишь молча кивает, вдыхая свежий воздух, да настолько сильно, что стенки покалывает и хочется чихать. Он аккуратно посматривает на Ивана, а его лицо освещено лишь ярким светом экрана телефона. Сережа смотрит на него так, словно в отражении его глаз хочет увидеть, что он там делает. Боясь, что его поймают за наблюдением, он резко отводит взгляд, отсчитывая в голове секунды до прибытия нужного транспорта. Солнце еще даже не планирует показываться на небосводе. В голове крутится рой мыслей, он не может сформулировать даже несколько, чтобы узнать у парня интересующие ответы. Почему они вообще здесь, после всего того, что было? Как так выходит? Почему Иван вообще позволяет себе появляться в его жизни тогда, когда ему захочется. Вроде разошлись, и по его инициативе разорвали всё общение, потому что у него другие отношения и не хотелось ничего портить. Так если он сам захотел больше никогда Сергея не слышать - зачем позвонил в два часа ночи, и куда планирует увозить? Но рядом с Иваном все эти вопросы теряют свою значимость, ведь юноша столько мечтал о том, чтобы вновь увидеть его, послушать его голос. Но явно не в такой обстановке. Когда электричка оказывается на своей платформе Ваня молча уходит в ее сторону, даже не поворачиваясь на Пешкова. Словно ему совершенно все равно, но это таковым и является, просто Сергей признавать этого не хочет. Они оказываются в теплом салоне, садятся напротив друг друга и Бессмертных, на этот раз, включает музыку в наушниках, вновь отрываясь от реальности. Сережа медленно прикрывает глаза, предварительно кладет билетик рядом с собой, чтобы проводницы его не будили. И засыпает. Ехать в соседний город около двух часов, примерно в шесть часов утра они будут на месте, а сейчас можно отдохнуть. *** Просыпается кудрявый от того, что его резко толкают в плечо, и так несколько раз. Он разлепляет сонные глаза, устремляя взгляд на Бессмертных. - Мы приехали, вставай, - и удаляется на улицу. Парень бежит за ним, пока они не оказываются в магазине. Иван просит у продавщицы бутылку воды и жвачку, уже держа банковскую карту в руках. - Ты что-то хочешь? - поворачивает на него голову, но лицо его не выражает, ровным счетом, ничего. - Нет, спасибо, это лишнее, - юноша продолжает слегка ежиться от холода, даже будучи в помещении. После того, как он выбросил тело и душу на улицу - стало нестерпимо плохо. Бесконечно холодно. И почему только он не взял, хотя бы, ветровку. - И еще, пожалуйста, шоколадку, - указывает пальцем куда-то на прилавок за спиной женщины. Иван расплачивается за покупки, забирает свои и протягивает шоколадку Сергею. Парень молча её забирает, шепчет слова благодарности, но одна лишь его улыбка уже все показывает. Бессмертных заказывает такси через приложение, и в этот раз не считает нужным сообщать через сколько прибудет автомобиль. Пешков раскрывает шоколад, отворачивая фольгу по краям, откусывая прям от плитки. Он безумно голоден. Ваня молча снимает свою ветровку, вешая её на плечи парня, но на него даже не смотрит, Сергей же замирает и не знает как на это реагировать. Он только привык к этому холоду (и речь не совсем про температуру на улице), и Ваня начинает играть с этим. К чему это «горячо/холодно»? Или Иван просто хочет создать видимость безразличия? Как же много вопросов, нужно будет как можно скорее лечь ещё поспать, потому что это невыносимо. Приезжает машина через несколько минут, они вдвоем садятся на задние сиденья и Сергей прячет половинку шоколадки в обертке в карман чужой ветровки. В машине очень тепло, ещё и рядом с Бессмертных дышать не очень легко. - Ехать полчаса, можешь поспать, - и снова эти, уже ненавистные, наушники. И парень правда засыпает, буквально за минуту. Просыпается от привычных толчков в плечо, резко вываливается из такси, кидая таксисту на прощание "До свидания". Ребята стоят перед чужим дачным участком, обдумывая дальнейший план действий. Ваня переваливается через деревянный забор, отворяя засов, открывая дверь перед Пешковым. Он проходит по знакомому саду, так как был здесь минувшим летом, месяцев так пять назад, если ему не изменяет память. А после бежит за Иваном, который резко свернул куда-то в сторону. Он дергает ручки на окнах, но они не поддаются. Бессмертных поднимает голову наверх, замечая на втором этаже окно открытое на проветривание. Видимо, Руслан еще тогда, пять месяцев назад, забыл его закрыть. - Смотри, - обращается парень к Сергею, - залезешь мне на плечи и подтянешься руками наверх, за это ограждение, - и водит пальцем по ограждению возле окна на втором этаже дачного дома. Скорее всего, это ограждение изначально было сделано, чтобы летом туда вылезать (через окно?) и чем-то заниматься, на сто процентов сказать не может. Но с задумкой Вани соглашается, потому что других вариантов просто нет. Он подсаживается на плечи Ивана, слегка приподнимает таз и хватается руками за ограждение. Парень внизу придерживает его ноги, чтобы Пешков не соскользнул и не упал. Придерживает и вверх подталкивает. Наконец, юноша оказывается на неком подобии открытого балкона (?). Просовывает руку в приоткрытое окно, проворачивает ручку и толкает в сторону. За считанное секунды оказывается в доме и бежит по лестнице вниз, чтобы открыть Ивану дверь. Когда они вдвоем оказываются в доме - Бессмертных сразу направляется в гостиную, ковыряясь там в большом шкафу. Сергей же дверь входную закрывает. - Скажи, что мы вообще ищем? - уточняет парень, хотя это и надо было сделать ещё тогда, когда Ваня ему позвонил, в два часа ночи. - Розовую флешку, а сбоку там брелок такой, в виде звёздочек, - информирует парень, не отрываясь от поисков, но уже на книжной полке. Пешков кивает, убегая на второй этаж, в комнату Руслана, но это по его памяти. Роется в ящике в столе, перебирает всякие коробки, высыпая содержимое на пол и находит. Находит эту злосчастную розовую флешку, а сбоку брелок в виде звездочек. Он планирует убежать обратно к Ивану на первый этаж, но случайно врезается в него на пороге в комнату. И давно он обрел навык телепорта? - Я нашел! - он поднимает флешку на уровень лица парня напротив, чересчур счастливо улыбаясь. Бессмертных аккуратно небольшую флешку меж сжатых пальцев выуживает, прокручивает в руках и, впервые за всё время, улыбается! - Ты вообще помнишь, что на ней? - сквозь смех говорит он, смотря прямо в черные глаза напротив. Помнит. Ещё как помнит. Всё помнит. И все записанные на неё вздохи и стоны, и все толчки, всё это он помнит, да так, словно это вчера было. И те жаркие поцелуи помнит, детально, во всех подробностях. И от этих мыслей в животе крепкий узел завязывается, потому что они сошлись на мнении забыть об этом. Но никто из них двоих об этом не забыл. А флешка уж тем более никогда не забудет. И стоит так неприлично близко, ни на шаг не отходит в сторону, даже дыхание его учащенное услышать можно запросто. Пешков вязкую слюну сглатывает. Скользит взглядом по его черной кофте в белую полоску, глаза вновь вскоре переводит прямо на лицо, рассматривая всё, что не мог рассмотреть за последние несколько часов. - Конечно, - голос слегка дрожит и не зря. Иван ладони кладет на его лицо, к себе притягивает максимально близко. Сначала губы своим горячим дыханием опаляет, но Сережа ждать не планирует. Тонкие пальцы в прямые волосы вплетает, к себе ещё теснее прижимает и сталкивается своими губами с его. Сначала нежно сминает, но Ваня кусает его за нижнюю губу, оттягивая ее максимально вниз. Да так кусает, что с уст срывается болезненный стон, но это не заставляет отраниться, лишь наоборот - еще больше распаляет. Меж приоткрытых губ проталкивает горячий язык, сплетая их. По комнате разносятся пошлые причмоки и еле слышные вздохи, которые сразу разрезает настоявшаяся тишина. Бессмертных пальцами пробирается под тонкую кофту черного цвета, предварительно скинув с его плеч свою ветровку. Кончиками пальцев пересчитывает ребра, скользит по талии вверх и вниз, крепко пальцы на ней же сжимает, не отрываясь от губ напротив. Пешков голову назад запрокидывает, разрывая поцелуй, Иван припадает губами к молочной коже, и одной рукой сжимает кудрявые темные волосы в пучок, оттягивая голову назад, открывая больше доступа к шее и ключицам. Шея покрывается огромным количеством поцелуев-бабочек. Слегка целует, а следом крепко кусает, засасывая нежную кожу. Негромкие стоны все же смогли разрезать эту неуместную тишину, ведь их беспрерывность иначе работать не могла. Парень опускается на ключицы, для начала проходясь кончиком языка по одной выступающей косточке, а после сильно кусает её же. Сергей от резкой боли шикает, непроизвольно сильно сжимая чужие волосы в кулаке. В ответ на это Ваня сильно прокусывает кожу на изгибе шеи. Возвращается к телу под кофтой, прощупывает впалый живот, надавливая на точку чуть-чуть выше паха, но слегка слева. Это эрогенная зона у парня, и Бессмертных прекрасно об этом знает. От этого действия Пешков обхватывает его руками за шею, громко выстанывая что-то неразборчивое прям в ухо, и так несколько раз подряд, ровно столько, сколько Иван давит туда. В штанах ужасно тесно, неприятно, но это все меркнет на фоне того, что вообще сейчас происходит. Впервые за пять месяцев, и почему это вообще происходит? Ваня ведет юношу спиной к кровати, толкая на мягкую поверхность, сам наваливаясь сверху. Сережа обхватывает его бедра своими ногами, плотно прижимая к себе, слегка выгибаясь в спине от накатившего возбуждения и горячих касаний. Ему так хорошо с лета не было, наконец они вдвоем чуствуют себя хорошо. Впервые за продолжительное количество времени они чувствуют себя спокойно, так, как должно быть всегда. Так, как было раньше. И хочется задержаться в этом моменте навсегда, но выйдет лишь до следующей электрички, чтобы вернуться домой. *** Бессмертных свою ветровку не забирает, но и из своих объятий не выпускает. На часах уже десять часов вечера, всё минувшее время они лежали дома у своего друга Руслана, прокручивая в голове, что вообще только что сделали и что на розовой флешке с брелком в виде звездочек. Оба думают о чем-то своем, но в конечном итоге их мыслительные процессы приводят к резким вспышкам воспоминаний, заставляя раз за разом прокручивать то, как Иван вбивал Сергея в кровать их общего друга, наслаждаясь его вскриками, упиваясь стонами. Пешков краснеет буквально на глазах, слегка приподнимается на носочки, касается его губ. Язык с его не сплетает, лишь кусается. Кусается сильно, много и больно, а сам ладонью проводит по свежим засосам, оставленных Бессмертных. Что ему сказать маме - неясно. Но главное, что он сейчас находится здесь, что он вновь рядом. Ваня к теплым искусанным губам прижимается, словно навсегда прощается. Но теперь уже нет. По крайней мере, они могут так думать до следующего инцидента.