Не твой тип людей

Райден понемногу восстанавливал контроль над своими конечностями. Ты сопровождаешь его на сеансы физиотерапии, и его врач говорит, что он быстро добился замечательного прогресса, благодаря своей силе воли и твоей поддержке. Райден в лучшем настроении, намного лучше, чем ты видела раньше, и это тоже очень помогает. Санни тоже часто навещает его и проводит с ним время, рассказывая о своих планах относительно мест, которые она хочет повести с ним в окрестностях Балтимора, когда он полностью поправится. Райден вполне наслаждается обществом девочки, и она выглядит счастливее, чем когда-либо, рядом с ним. На этот раз всё кажется таким, каким должно быть, и тёмная часть твоей жизни подходит к концу, наконец-то. Впереди новая жизнь, и ты намерена извлечь из неё максимум пользы. Пришло время раз и навсегда освободиться от цепей, которые привязывают тебя к твоему прошлому. Вечером после сеанса физиотерапии вы возвращаетесь в его комнату. У Райдена более твёрдая опора, и теперь он может ходить с небольшой помощью. Перед тем, как он отправляется спать, ты предлагаешь ему позаботиться о его волосах, и это вызывает улыбку на его губах. Райден подпускает тебя к себе, без страха, стыда и недоверия. Он знает, что это всего лишь ты, и никоим образом не причинишь ему вреда. Ты не будешь его судить. В этой комнате только ты и он. — Ты должен выглядеть на все 100, — говоришь ты ему, нанося крем-ванночку на его светлые локоны, мягко массируя кожу головы круговыми движениями. Из глубины его горла вырывается тихий стон, и ты хихикаешь над его реакцией, проводя пальцами по дорожке от его головы к затылку. — Знаешь, я помню, как впервые увидела тебя. В тот момент я подумала, какие у тебя длинные и красивые волосы. Наверное, я тебе немного завидовала. — Ты думала, я девушка, — кажется, его позабавило твоё замечание, и ты пожимаешь плечами, приподнимая бровь. — Ну, я думала, что ты симпатичный, вот и всё. Это не должно быть чем-то плохим, верно? На самом деле, я всё ещё считаю тебя довольно привлекательным мужчиной. Ты вскружил бы мне голову где угодно и когда угодно. — Я бы всё равно свернул головы, — в мгновение ока им овладевает уныние, когда он разглядывает свои руки. — Посмотри на меня, даже с искусственной кожей им легко сказать, что я не человек. Я вижу жалость в их глазах, отвращение, ненависть, как будто я выбрал быть таким. Я думал, что всё изменится, что мы начнём всё сначала, но… Можем ли мы действительно это сделать? Ты хочешь такой жизни с кем-то, кто даже больше не человек? Я монстр. — Не говори так! — вытирая руки полотенцем о его спину, ты обхватываешь его щёку и заставляешь посмотреть на тебя. Его голубые глаза полны боли и печали, когда ты держишь его лицо в своих ладонях. — Джек, ты всё, чего я хочу, и всё, что мне нужно. Я выбрала быть с тобой, и мы прйдём через всё трудности вместе. У нас всё наладится, вот увидишь. Я позабочусь о тебе, у нас будет свой дом, и мы хоть раз в жизни заживём своей жизнью. Какая разница, что думают другие? Он ничего не говорит, только долго смотрит тебе в глаза, а затем его рука медленно поднимается, чтобы коснуться твоего лица. Она касается твоей щеки, и его указательный палец неуклюжими движениями проводит по твоим губам. Райден грустно улыбается, прежде чем перевести взгляд на окно, когда тихий стук внезапно привлекает его внимание. — Дождь пошёл, — шепчет он, наблюдая, как капли воды стекают по стеклу, скрывая вид на деревья снаружи. — Да, — ты продолжаешь работать над его причёской, а Райден молча сидит на стуле, приковав взгляд к окну и огням вдалеке. Когда ты закончиваешь зачёсывать его волосы назад, твои руки обхватывают его плечи и слегка сжимают. — Ты думаешь о нём, верно? — твой вопрос застаёт его врасплох, но он кивает и со вздохом откидывается на спинку стула. — Интересно… что стало со Снейком? — его беспокойство понятно. Что ты знаешь, так это то, что после инцидента в «Хэйвене» Снейк пережил микроволновый коридор и встречу с Ликвидом — во что ты всё ещё не можешь поверить. Однако после падения Патриотов ты его не видела, и единственное, что сказал Отакон, это то, что Снейк ушёл, чтобы разобраться с какими-то «незаконченными делами». И всё же что-то подсказывает тебе, что этот человек знает больше, чем говорит. В последнее время он, кажется, знает много такого, чем не хочет делиться. — Я тоже, но, где бы он ни был, я верю, с ним всё будет в порядке. Он крутой парень. — Он великий человек, — убеждённо добавляет Райден, на что ты киваешь, прежде чем обнять его сзади. — Да, это уж точно, и мы многим ему обязаны. Возможно, мир никогда не узнает, что он сделал, но мы всегда будем помнить его. Мы всегда будем благодарны, — ты чувствуешь, как Райден глубоко вздыхает и избегает твоего взгляда, сжимая челюсть. Вскоре у тебя на руке появляется влажное пятно, и ты понимаешь, что он плачет. Ты что-то не то сказала? Ты задела его чувства? В панике ты отпускаешь его и садишься на корточки перед ним, беря его за руки. — Джек? Что с тобой? Прости, если я сказала что-то не то. Я не… — Нет, дело не в этом, — он улыбается и смеётся сквозь слёзы, как будто до него дошло что-то и он вне себя от радости. Когда Райден наконец успокаивается, он смотрит на тебя с блеском в глазах, которого ты никогда раньше не видела, и говорит: — Я… Я просто… Я так рад, что ты здесь, даже когда все ушли. Я рад, что ты осталась со мной. — О, милый, — ты гладишь его по лицу, испытывая облегчение от этих слов, и, недолго думая, прижимаешься губами к его губам в захватывающем поцелуе. Ты с блаженством пробуешь на вкус соль его слёз и вдыхаешь её, ощущаешь, как его губы настойчиво движутся в такт твоим. Стонешь, когда его зубы нежно прикусывают тебя, а пальцы зарываются в волосы. Ты отстраняешься, только когда у тебя заканчивается воздух, но Райден усаживает тебя к себе на колени и заключает в объятия. Когда ты пытаешься сопротивляться, говоря ему, что он не должен слишком напрягаться, Райден подавляет твои протесты и прижимает тебя к своей груди. Ты наконец уступаешь, и твоя щека ложится на его плечо, тело понемногу расслабляется. Его рука массирует твою спину, нос зарывается в твои волосы, прежде чем он в последний раз целует тебя в лоб. — Я люблю тебя. Тебе требуется мгновение, чтобы осознать, что он сказал, и, когда осознаёшь, твои глаза расширяются в шоке от неожиданности его слов. Его выжидающий взгляд говорит сам за себя, и ты приглушаешь вздох рукой, всё время улыбаясь. Такое чувство, что твоё сердце вот-вот взорвётся, и ты крепко обнимаешь его, опасаясь, что это всего лишь сон, от которого ты проснёшься. — Я тоже люблю тебя, Джек. Вы остаетесь так какое-то время, наслаждаясь тишиной и обнимая друг друга… или, по крайней мере, до тех пор, пока крем не начнет сочиться с его волос. Ты заставляешь его прислониться к раковине в комнате, вымыть волосы, а затем высушить их, прежде чем начать расчёсывать, пока они снова не станут мягкими и шелковистыми. — Вот, так то намного лучше. Ну красавец. А теперь тебе пора спать, хорошо? — ты улыбаешься ему, когда Райден лежит в постели, выражение его лица сонное, но довольное. Он мычит в ответ, и его веки медленно опускаются, дыхание становится медленнее. Схватив одеяло, ты накрываешь им его, хотя на самом деле оно ему не нужно, но тебе всё равно. Дело не в том, чувствует ли Райден холод или нет, а в твоём желании одарить его любовью любым возможным способом. — Спокойной ночи. После поцелуя ты намереваешься уйти, но его пальцы хватают твою руку и нежно обвивают запястье. — Ты можешь… остаться ещё немного? Пожалуйста, — Райден продолжает держать глаза закрытыми, твоя рука у него на груди, где ты можешь чувствовать мягкое биение его сердца. — Обещаю, что это не займёт много времени. — Хорошо, — когда ты уступаешь его просьбе, он ослабляет хватку и отпускает тебя. Ты присаживаешься на край кровати и смотришь, как он переворачивается на бок, чтобы быть ближе к тебе. — А теперь спи. Тебе нужно отдохнуть. Я буду здесь, когда ты проснёшься. Ты гладишь его по волосам, пока Райден не засыпает, слушая шум дождя.

◑ ━━━━━ ▣ ━━━━━ ◐

Сидя за столиком больничного кафетерия с банкой газировки и поджаренным сэндвичем с индейкой и сыром, ты продолжаешь поиски работы. Тебе будет нелегко, поскольку для большинства хорошо оплачиваемых работ требуется либо учёная степень, которой у тебя нет, либо какой-то опыт в данной области. И что ты им скажешь? Раньше ты зарабатывала на жизнь убийством людей, но теперь хочешь сменить род деятельности? Тот факт, что тебе за 30 или ты из страны, связанной с исламским терроризмом, не помогает. Тем не менее, ты должна найти работу, несмотря ни на что. Райден не сможет работать в ближайшее время, и тебе нужен доход, который сможет покрыть оба твоих расхода. Денег, которые ты сэкономила, надолго не хватит, а расходы на больницу сказываются на твоих средствах. По крайней мере, у тебя есть деньги Райдена, чтобы продержаться какое-то время, но однажды они закончатся. Тебе также нужна иммиграционная виза. На данный момент ты практически нелегал, и это беспокоит, но потом тебе приходит в голову мысль. Райден — американец. Если ты выйдешь за него замуж, ты сможешь получить гражданство США. Тогда для тебя будет на одну трудность меньше. Ты надеешься, что он согласится на это. Ну, ты хочешь выйти за него замуж не только для того, чтобы получить гражданство, но и потому, что ты тоже любишь его, и он это знает. Ты спросишь его об этом, но не уверена, как поднять эту тему. Дело не столько в том, что ты боишься сделать ему предложение руки и сердца, сколько в причине, по которой тебе нужно это сделать. Ты хотела, чтобы всё было идеально, но когда у тебя всё было идеально и удобно? В любом случае, тебе придётся подумать о том, чтобы устроиться на две работы, а затем найти жильё для вас обоих. На данный момент найти одно — непростая задача. Ты ходила на несколько собеседований, и тебе сказали, что они рассмотрят на нужную должность, но пока они всё ещё не позвонили. Ты всегда можешь устроиться на какую-нибудь работу в качестве охранника, хотя они наверняка попросят рекомендаций. Может быть, ты сможешь там что-нибудь придумать. На данный момент ты просто доедаешь свою еду, а затем возвращаешься в комнату Райдена, чтобы поспать на диванчике. Ты проглатываешь последний кусок сэндвича и собираешься собрать свои вещи, когда начинает звонить телефон. Схватив его, ты изучаешь незнакомый номер, растерянно хмурясь. Кто бы это мог быть? На мгновение у тебя возникает искушение проигнорировать звонок, пока не понимаешь, что это может быть по поводу одной из вакансий, на которую подавала заявку. Нажимая на экран, чтобы ответить, ты подносишь телефон к уху, сердце бьётся в предвкушении. — Алло? На другом конце провода короткая пауза, но вскоре раздаётся женский голос: — Мисс Т/Ф? — Да, это я, — «Пожалуйста, пусть это будут хорошие новости», ты молишься, проводя рукой по своему усталому лицу. Ещё одна пауза, но на этот раз намного длиннее, и это заставляет задуматься, там ли она всё ещё. — Я подруга доктора Эммериха. Я была с ним, когда Вы привезли Санни к нему домой. Помните? Это было несколько недель назад, но ты помнишь её, темноволосую женщину, которая избегала твоего взгляда. — Да, помню, — ты вздыхаешь и зажимаешь переносицу. Похоже, хороших новостей всё-таки нет, да и вообще никаких новостей. Зачем она тебе звонит? — Вам что-то нужно? — Я знаю, это может показаться странным, и я приношу извинения за вопрос, но… Я хотела бы встретиться с Вами. — Могу я спросить зачем? — ты даже не знала эту женщину. Почему она так заинтересована в разговоре с тобой? — Я думаю, что в наших интересах было бы поговорить как можно скорее, — её голос мягкий и успокаивающий, но в нём есть определённый намёк на неуверенность, и что-то подсказывает тебе, что тебе не понравится то, что она скажет. — Это насчёт Джека. Я думаю, есть кое-что, что ты должна знать о нём. — Джека? Что значит, есть что-то, что я должна знать? Это какая-то шутка? — с каждым разом этот разговор становится всё более странным, и ты в отчаянии стискиваешь зубы. — Уверяю, это не шутка. Мне нужно с тобой поговорить, пожалуйста. Это действительно важно, и я не думаю, что нам следует обсуждать это по телефону. Я должна сказать кое-что, чего не знает даже он. — И почему ты не можешь сказать ему? Почему я нужна тебе, а не он? — Боюсь, всё не так просто. Причина, по которой, я думаю, ты должна узнать первой, заключается в том, что это изменит его жизнь и твою. Это всё, что я могу сказать на данный момент. Ты должна понять. Несмотря на твоё нежелание, ты не можешь отрицать, что она вызвала беспокойство и дурные предчувствия относительно того, что она собирается сказать. Что она скрывает? Что могло изменить твою жизнь до такой степени, что пути назад уже не было? Не по этой ли причине Отакон выглядел таким мрачным, когда увидел тебя той ночью? Он знал… Она рассказала ему, и вот почему ему было так неуютно в твоём присутствии, почему он даже не мог больше смотреть тебе в глаза. Что-то не так, и теперь ты напугана, но в то же время тебе нужны ответы. Что происходит? О чём говорит эта женщина? Облизывая губы, ты закрываешь глаза, прежде чем тяжело вздохнуть. Это трудный выбор, но ты хочешь знать правду, какой бы она ни была. — Ладно, — ты откидываешься на спинку стула и скрещиваешь ноги, оглядывая кафетерий и людей, которые приходят и уходят. — Не могла бы ты… назвать своё имя? Кровь стынет в жилах, когда ты понимаешь, что призрак прошлого стал преследовать тебя. — Меня зовут Розмари.

◑ ━━━━━ ▣ ━━━━━ ◐

Ты встречаешься с ней на следующий день в кафе, в нескольких кварталах от больницы. Ты видишь, как она входит в помещение, одетая в коралловую блузку и чёрные брюки, и её глаза расширяются от удивления, когда она замечает тебя, сидящую за одним из столиков. Розмари подходит с достоинством, но ты замечаешь нервозность в её взгляде и лице, когда она садится перед тобой. Она прекрасна, это то, чего ты не можешь отрицать. Тебе всегда было интересно, что это за женщина, как она выглядела, и теперь, когда у тебя есть шанс увидеть это собственными глазами, это кажется таким… сюрреалистичным. Странным. Она всегда была… отдалённым представлением о женщине, которую Райден когда-то любил. Трудно принять, что она больше не призрак его прошлого, а женщина из плоти и костей. Тем не менее, это не значит, что ты не испытываешь страха. Это пугает тебя, потому что ты знаешь, что в глубине души он всё ещё испытывает к ней чувства. Ты надеялась, что со временем заполнишь пустоту, которую она оставила, но из-за её неожиданного появления ты не уверена в своём положении. — Прошу прощения за задержку. Образовалась пробка и… — Нет необходимости извиняться, — ты натянуто улыбаешься, отводя глаза, чтобы не выдать своих эмоций. Хотя ты и не доверяешь её намерениям, ты не считаешь необходимым настраивать её против себя. По крайней мере, сейчас. Когда официант подходит к вашему столику, чтобы выслушать ваши заказы, ты просто просишь кофе, а она заказывает чай. Сидя прямо на своём месте, Розмари проводит рукой по своим тёмным волосам, подстриженным каре. — Приятно познакомиться. — Мне тоже, — ты киваешь, пытаясь казаться как можно более спокойной, хотя чувствуешь совсем другое. Несмотря на дружелюбное настроение, которое Розмари хочет создать, между вами двумя чувствуется явное напряжение. — Джек… Как он? — Он перенёс операцию почти месяц назад, — говоришь ты, встречая её обеспокоенный взгляд. — Сейчас он в больнице, поправляется. — Я узнала, что с ним сделали Патриоты, — Розмари качает головой, расстроенная и раскаивающаяся в том, кем он стал. — Это… ужасно. — Я знаю. Я встретила его до того, как это случилось, когда мы работали над спасением Санни. В следующий раз, когда я увидела его, он был превращён в киборга. Я видела ужасные вещи, которые они сделали с ним, когда мы забрали его из того места, и я сожалею, что не добралась до него достаточно быстро. На лице Розмари написано удивление, но затем оно сменяется облегчением, и её улыбка становится искренней. — Я рада, что ты спасла его, — однако ты не отвечаешь на жест, и ей становится не по себе от твоего расположения. — Я должна сказать, что я не знала, что Джек был с кем-то, пока Хэл не сказал мне. Может быть, тебе интересно, кто я… — Я знаю, кто ты, — обрываешь ты её, желая, чтобы она поскорее покончила с этим. — Джек рассказал мне о тебе. — Он… Правда? — Розмари озадачена, и ты можешь сказать, что она не ожидала, что Райден что-нибудь скажет о ней. — Он сказал, что вы разошлись после того, как… ты потеряла своего ребёнка и больше не хочешь его видеть. Джек также сказал, что сожалеет обо всём плохом, что сделал тебе, и я уверена, что он всегда желал тебе самого лучшего. — О, Джек! — с этими словами Розмари опускает взгляд на руки, сложенные на коленях, с горечью и стыдом. — Мне так жаль, что между нами всё было так сложно. В то время я чувствовала себя такой бесполезной, потому что не знала, как ему помочь, несмотря на то, как сильно я этого хотела. Я боялась его, потому что иногда он был таким непредсказуемым и превращался в совершенно не того Джека, которого я знала. Было ещё хуже, когда он вернулся домой мертвецки пьяный, пострадавший от драк в баре. Когда я пыталась образумить его, умоляя открыться мне, он терял самообладание и снова бросал меня. Я знаю, что он сбежал, потому что не хотел причинять мне боль, но… Я чувствовала себя одинокой, такой виноватой и бессильной. Казалось, что ничто из того, что я делала, не помогало, а только усугубляло ситуацию. Жаль, что я не могла сделать для него гораздо больше. Я думала, что смогу защитить его, но в итоге сделала больше плохого, чем хорошего. — Что ты имеешь в виду? — твои брови хмурятся, когда наклоняешься к ней ближе, ожидая объяснений. — Я солгала… О выкидыше. Ребёнок не умер. Ты не можешь поверить в то, что слышишь. Она серьёзно? — Но… почему ты скрывала это от него? — ты хмуришься, гнев кипит у тебя под кожей. — Ты хоть представляешь, какое горе Джек всё ещё испытывал после многих лет веры в смерть своего ребёнка? Он чувствовал себя ответственным за твою потерю! — Я знаю! Мне было больно делать это, лгать ему, но у меня не было выбора, — её глаза наполнились слезами, и во взгляде Розмари была боль. — Я сделала то, что должна была, чтобы защитить его и нашего сына. — Он сказал, что ты вышла замуж за другого мужчину, — как ты можешь верить тому, что она говорит? Откуда ты можешь знать, что она не разыгрывает тебя? Розмари качает головой, пытаясь заглушить рыдания. Становится довольно неловко, когда посетители время от времени поглядывают на вас, особенно когда приносят кофе и чай. Официант бросает на тебя извиняющийся взгляд, и ты устало улыбаешься, прежде чем он уходит. Пока она вытирает лицо, Розмари отпивает несколько глотков настоя, но ты не можешь заставить себя притронуться к своему напитку. — Я инсценировала брак с его командиром, чтобы обмануть Патриотов. Если бы они знали о нашем существовании, они использовали бы нас против него. У Джека не было бы выбора, кроме как сделать то, что они сказали. Я подумала, что ему будет безопаснее без нас. Её объяснение имеет смысл, и ты можешь в какой-то степени к нему относиться. Это то, что ты сделала, чтобы не связываться с ним, чтобы Патриоты не обнаружили уловку и не нанесли ответный удар. Тем не менее, это откровение меняет всё, потому что появляется не только женщина, которая занимает особое место в сердце Райдена, но и она подарила ему сына. При мысли об этом в твоём горле образуется комок, который мешает тебе говорить. У Райдена есть сын… Его собственный ребёнок, и это как удар ножом в сердце. Ты знаешь, что с этим ты не сможешь конкурировать. Розмари достаёт из сумочки фотографию и передает её тебе. — Это Джон, — ты берешь фото у неё из рук, и твоё сердце замирает при виде мальчика. Если у тебя были какие-либо сомнения относительно законности её заявлений, теперь ты точно знаешь, что она говорит правду. Джон — точная копия Райдена, и часть тебя тоскует по этому ребёнку, зная, что он никогда не сможет быть твоим… Зная, что он мог бы быть твоим. — Мне очень жаль, что я вмешиваюсь в твою жизнь, но мне нужно было поговорить с тобой. Я здесь не для того, чтобы ссориться из-за Джека. Я просто хотела, чтобы ты прежде всего узнала правду. Было бы неправильно снова появиться в его жизни спустя много лет и сказать ему, что у него есть ребёнок, которого он никогда не знал. Я не хотела лишать его шанса с тобой. — Я ценю твою заботу, но… это не обо мне или тебе. Это о Джеке и Джоне, которого он считал мёртвым. Тебе не кажется, что он имеет право знать? — Я не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь использовать Джона как оправдание. Я не хочу, чтобы Джек чувствовал себя вынужденным быть с нами, когда он перестраивает свою жизнь. Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Вот и всё. Она… Она просила у тебя разрешения рассказать ему о Джоне? Она действительно оставляет решение за тобой? Но… ты не можешь. Ты не можешь так поступить с Райденом! — Нет, — шепчешь ты, глядя на Розмари с недоверием. — Не проси меня выбирать. Не возлагай на меня ответственность за свои ошибки, просто чтобы у тебя была чистая совесть. — Я не пытаюсь возложить на тебя ответственность за что-либо! — Ты думаешь, это сделает его счастливым? — Розмари выглядит удивлённой, и как раз в тот момент, когда она собирается ответить, ты перебиваешь её: — Я знаю Джека. Он никогда не простит тебя или меня, если узнает. Нельзя вечно хранить секреты. Он должен знать не потому, что я так говорю, а потому, что так будет правильно. — Ты уверена? Я не хочу вставать между тобой и Джеком… — Розмари, послушай меня. Я делаю это не ради тебя. Мы с Джеком знаем, каково это — расти без семьи. Я была таким же ребёнком-солдатом, как и он, и мы оба видели и делали вещи, которыми не гордимся и которые никогда не забудем, — прерывисто дыша, ты стискиваешь зубы от отвратительных воспоминаний, которые наводняют твой разум. — Я могла бы рассказать тебе о многом, через что я прошла, когда была маленькой девочкой. Знаешь, какое воспоминание до сих пор причиняет боль больше всего? Со мной жестоко обращались в концентрационном лагере, когда мне было 10 лет, как и со многими другими людьми. Дело в том, что я не могу иметь детей… Я никогда не узнаю, каково это — растить жизнь внутри себя, потому что этот дар у меня отняли. По правде говоря, я завидую тебе, потому что ты дала Джеку нечто ценное, чего у меня никогда не будет, и я не отниму это у него. Я никогда не прощу себя, если сделаю это. — Я… — Ты любишь его, Розмари? — О чём ты? — она волнуется, отводит взгляд, и ты теряешь терпение. — Отвечай без всякого стыда. Да или нет? Из-за твоей резкости она, наконец, признаёт правду, и это разбивает твои надежды. — Да. — Он всё ещё любит тебя. Он никогда тебя не забывал, — больно это говорить, но это правда. Ты всё ещё помнишь, что произошло на Шэдоу-Мозес. На пороге смерти Райден произнёс её имя, а не твоё. Его последняя мысль была о ней, и это всё, что тебе нужно знать, кому принадлежит его сердце. — Я сохранила ему жизнь. Я привела его домой. Теперь позаботься о нём, это всё, о чем я прошу. Прощай. Розмари ошеломлена, и ты пользуешься случаем, чтобы достать немного наличных из своего кошелька. Положив их на стол, ты встаёшь, готовая уйти так быстро, как только сможешь. Тебе нужно убраться из этого места. Тебе нужно выплеснуть боль в уединении своей комнаты, пока не иссякнут слёзы. Завтра ты найдёшь способ, но сейчас ты просто хочешь побыть одной и спрятаться от мира. Ты отворачиваешься и уходишь, игнорируя её призывы. Когда ты выходишь на улицу, дождь льёт на тебя и смешивается со слезами, которые ты так чертовски старался сдержать. Теперь ты знаешь, что это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Теперь ты знаешь, что у тебя нет шансов. Когда ты приходишь в гостиничный номер, как только закрываешь дверь, у тебя подкашиваются ноги, и ты падаешь на пол. Твоя одежда промокла, и слёзы продолжают течь, когда обхватываешь ноги руками. Твоё тело бесконтрольно сотрясается от задыхающихся рыданий. Тебе требуется весь твой самоконтроль, чтобы сдержать боль, когда хочется кричать во всю глотку и спросить Его, почему он так с тобой поступает. Ты должна радоваться за Райдена. Теперь у него есть семья. У него есть место в мире, рядом с ними. И всё же ты не можешь заставить себя так легко отпустить его, не почувствовав, что твоё сердце разрывается на части. Ты эгоистична, и ты это знаешь, но тебе больно от того, что не можешь быть с Райденом. Тебе больно, что после всего, через что вы прошли вместе, для тебя не может быть места в его жизни. У него есть сын, и ты не можешь заставить Райдена выбирать, потому что это было бы слишком жестоко. Когда любишь кого-то, ты не должен причинять ему боль, лгать ему. Как ты можешь жить с осознанием того, что подвела его, что разрушила жизнь этого ребёнка? Твоя совесть этого не допустит. Рано или поздно ты падёшь под тяжестью своих грехов, и Райден возненавидит тебя за это. Джон заслуживает семью. Райден заслуживает семью, и ты можешь дать ему шанс на лучшую жизнь. То, чего у него никогда не будет с тобой.