Бал маскарад

Ирука обреченно вздохнул. Ему было неприятно думать о событиях прошлых дней, потому что от одних лишь воспоминаний его начинало трясти. – Ирука–сенсей, – учитель инстинктивно потянулся к кунаю. Из мрачных воспоминаний его выдернул внезапно раздавшийся голос у самого уха. От неожиданности Ирука чуть не бросился на человека, посмевшего с ним заговорить. Резко развернувшись, он лицом к лицу столкнулся с мужчиной, чье лицо наполовину было скрыто маской, а единственно видимый глаз в данный момент оказался довольно прищуренным. Покачав головой, чунин убрал кунай. Дзёнина, стоявшего перед ним, нормальным назвать было довольно трудно. Но ему хватало благоразумия, чтобы не приставать к Ируке с непонятными намерениями. Хотя глубоко в подсознании сенсею было очень жаль на этот счет. Пойти на бал с Копирующим, определенно, великолепная перспектива, чем те, которые маячили у него на горизонте. Ирука дал себе мысленного пинка – о чем я только думаю?! – Здравствуйте, Какаши–сенсей, – улыбнулся учитель, со смущением отметив, что расстояние между ними чересчур мало, чтобы чувствовать себя комфортно. Какаши смотрел на него с едва различимым любопытством. – Выглядите уставшим, Ирука–сенсей. Плохо спали? Ирука с дрожью вспомнил несколько прошлых бессонных ночей и согласно кивнул. Копирующий сочувственно сжал его плечо. По телу Ируки прокатила волна дрожи. – Должно быть, утомительно обучать малышей, да? Я с трудом справляюсь с тремя. А вам приходится иметь дело с полным классом… Ирука вздохнул. Если бы только Какаши знал, что настоящий источник его проблем вовсе не дети. – ИщетеТсунаде–сама? Ирука моргнул, медленно кивая, затем снова посмотрел на дзёнина. – Вы тоже? – Угу. Я должен сдать ей отчет, – улыбнулся Хатаке. – Но вы не волнуйтесь, мне не к спеху. Идите первым. Я вернусь попозже, забыл кое–кого навестить, – дзёнин сложил пару печатей и исчез, оставив после себя облачко сизого дыма. Над своим окончательным решением Ирука сомневался не больше минуты. *** От груды документов, валяющихся на ее столе, Тсунаде отвлек стук в дверь. – Войдите. Через мгновение в образовавшемся проеме показалась подавленная физиономия ее любимого чунина. – Ирука? Что–нибудь случилось? – Тсунаде–сама, уделите минуту? Мне очень нужно с вами поговорить. Годайме жестом предложила учителю сесть. Отложив документы, она подождала, когда Ирука заговорит. – Ничего страшного, Хокаге–сама. Мне нужна помощь в решение проблемы, недавно свалившейся мне на голову как снежный ком. Глаза Тсунаде удивленно расширились. Но она предоставила Ируке возможность сначала закончить рассказ. Тем временем Ирука нервно закусил губу, не представляя, каким образом выложить Тсунаде все то, что случилось с ним за прошлые несколько дней. Женщина выслушала его историю, испытав при этом целый спектр эмоций. Первоначальное удивление, смешанное с развлечением, плавно превратилось в глухое раздражение. К концу истории Хокаге сделала себе мысленную пометку, вручить своим дзёнинам и чунинам талончики к психиатру. – … Последней каплей стала выходка Генмы. Вчера вечером я обнаружил его в своей спальне. Он приставал ко мне с весьма недвусмысленными намеками. Я спасся от него исключительно благодаря неожиданному появлению Анко, которая с порога ввязалась с ним в драку. Ирука спрятал лицо в ладонях. Он в жизни не чувствовал себя большим идиотом как сейчас. Тсунаде откинулась на спинку стула и сложила руки на груди. – Выбери кого–нибудь из них, остальные сами от тебя отстанут. Ирука ответил Хокаге странным взглядом. – Не могу, – почти прошептал учитель. – Почему? – Тсунаде–сама, вы помните о старой легенде, бытующей по поводу бал–маскарада? – Хокаге заинтересованно выгнула бровь. – Так вот что… Конечно, Тсунаде слышала об этой легенде, но это было так давно, что её подробности почти стерлись из памяти Годайме. Ирука решил, что неплохо бы заполнить лакуны в воспоминаниях главы деревни. – Говорят, что с кем бы вы не пришли на бал той ночью, несмотря на то, как закончится для вас праздник, человек, с которым ты придешь, станет твоим возлюбленным. Мало того, вы предназначены друг другу судьбой, – Ирука был готов провалиться сквозь землю, глядя на то, как Тсунаде стоически пытается не расхохотаться в голос. – Ты в это веришь? – Ну, в прошлом году Асума привел с собой Куренай, вскоре после бала они стали встречаться. За год до них, на маскарад Котетсу пришел вместе с Изумо, теперь они – пара, – Тсунаде понятия не имела, как раньше такая лакомая информация пролетела мимо ее ушей. – А за несколько лет до них, Мизуки явился на бал вместе Тсубаки, результат идентичен… – Только сейчас Мизуки в тюрьме. – Не спорю. Но они по–прежнему любят друг друга. Тсунаде глубоко вздохнула, глядя на несчастное лицо сенсея. – И у тебя нет никого, кого бы ты любил настолько сильно, чтобы пригласить его на бал, так? – Не совсем. Есть один человек, но… – перед мысленным взором Ируки всплыл образ беловолосого дзёнина и он невольно покраснел. – И кто же это? – нетерпеливо перебила его Тсунаде. – Ээээ… Ну… – промямлил Ирука. – Не важно, Хокаге–сама, – попытался выкрутиться бедолага. – В данный момент, мне нужен совет, как не сойти с ума в ближайшие трое суток до бала. Тсунаде задумчиво постучала маникюром по столу и нахмурилась. Не найдя мгновенного выхода из ситуации, она утешительно похлопала Ируку по плечу. – Я подумаю, сенсей. Если будет совсем худо, назначу тебе охрану на эти три дня. Только придумаю, кого бы к тебе приставить. Вечером сообщу, кого именно. Ирука с облегчением выдохнул и с благодарностью поклонился. – Спасибо за помощь, Хокаге–сама. Женщина проводила чунина сочувственным взглядом в спину, а когда за ним закрылась дверь, сердито выдохнула. Немедля ни секунды, Тсунаде отправилась к Шизуне.