Долгая дорога к Олимпийскому золоту 2

Второй день командника прошёл проще – катали сначала женщины, а потом мужчины. Наша Аленка вытянула команду в произвольную программу, даже нашла нам три балла в разрыве между нашей сборной и американцами, которые стали вторыми. Винницкая работала не на себя, а на команду. Она осознаёт, что эти баллы не её, а всей сборной. Алёна, как только докатывает свою программу, опускается на лёд и дышит часто-часто, а потом поднимается и открывает взору ясные голубые глаза, которые отливают счастьем и чувством выполненного долга. Все вместе мы сидим радостные, ожидаем заслуженные девяносто баллов, но результат именно тот, на который никто не рассчитывал. Девяносто два балла и новый мировой рекорд, ранее установленный на Ульяну. Алёна в восторге, её обнимает Василиса и эти моменты останутся в моей памяти навсегда. Слава откатал лучше и заработал для команды девять баллов. В связи с заменой американского фигуриста, страна опустилась за Славой, а мы все ещё шли первые. Танцы на льду уступили Китаю, внезапно вступившему в борьбу. Они обошли Японию и Корею, но держались за нами и Америкой. Мы отставали несильно, но вот Лена и Денис, как не старались, но вытянуть команду на первое место не смогли. Без падений, с чистой программой, но контент соперников был сложнее, а баллы сравняли. Сегодня все зависело от меня, от моего проката произвольной программы. И мне эта ответственность не нравилась. ***** Пять боксов с флагами на задней стенке стояли рядом друг с другом. Почти вся наша сборная собралась сегодня, чтобы поддержать меня и настроить на выступление. Алёна и Василиса общались между собой, но, кажется, Винницкая ничего не знала. Василиса молча водила по мне взглядом, пока я разминалась, а когда я глядела на неё в ответ, она живо отводила глаза. Решение о замене зависело не от меня, а от успеха команды. Конечно, ставить в командник двадцатилетнюю фигуристку могло быть не лучшим выбором, но я сохранилась весьма неплохо, как мне думается. Василиса ещё слишком мала, чтобы осознавать происходящее. Она ещё ребенок и не вышла из состояния детства. Саранская ещё не поняла, где находится, не узнала, что если не ставят за команду, можно лучше сохранить здоровье к личке. Мне нужно было катать последней. Это самое волнительное, но я не подаю виду, потому что это для меня не в новинку. Четыре года назад я уже была на таком мероприятии, именно в этом состоит моё преимущество. Я выезжаю на лёд в мёртвом спокойствии, представляюсь в фирменном приветствии. Выдыхаю, выкидываю из головы сор и с чистой душой занимаю начальную позицию. Четыре четверных, ни одного падения. На каждый верный прыжок публика заливается в аплодисментах, а после финального вращения, я вижу, наша сборная стоя хлопает в такт музыке. Я выезжаю с либеллы, позже встаю на левую ногу, ставя позади правую, а руку отвожу в сторону. На глазах слезы, я отмираю и наблюдаю, как в секторе, выделенном России, стоя аплодирует президент. Сборная радостно и с улыбкой хлопает, кричит в поддержку слова, а я думаю только о том, что смогла показать себя так, что мой прокат смотрели стоя. В зоне кисс энд край я сижу рядом с тренерами, а позади стоят парники, танцовщики, Слава и Алёна. Меня придерживают за плечи, а когда нас оглашают Олимпийскими чемпионами, мне в ухо врезается громкий крик Винницкой. Слава ударяет по плечу, Тарасова обнимает, а Шараева плачет. — Мы чемпионы! — кричит Слава, показывая «козу» Америке, сидящей рядом, и канадцам, поделившим медали. На широком пьедестале нас стоит семеро. Вручают талисманы – плюшевого горного козлика. Шаума, мне даже не верится, что так можно назвать талисман, но да, действительно, это он и есть. Мы кладём талисманы на лёд, отъезжаем дальше и готовимся сделать фото, которое позже будет опубликовано на всех постах. Там обязательно будет надпись: «Победители, с отрывом в балл». Ну, это я так думаю, особенно про надпись. Все вместе мы подпрыгиваем, на секунду зависая в воздухе. Я держу за руку Алену, которая так волнуется, что руки дрожат. Ещё бы, она только что стала Олимпийской чемпионкой. Слава теперь двукратный олимпийский чемпион, но только в команде. Он бодр, рад, счастлив, благодарит меня за этот балл, а я обнимаю его. Я ещё не осознала, что сделала в пользу команды, но завтра осознаю все. ***** По приезде в отель мне сразу приходит сообщение из группы в телеграме. Ника отправляет мою фотографию в финальной позе и следом летит смс: — Моя сестра, видели? — Олимпик чемпион?

Канешна—

А потом поздравления абсолютно от всех. Эти счастливые мгновения, я дорожу ими, как могу, пока есть возможность. Теперь наше легендарное трио – Я, Ульяна и Лиза – обладательницы самой главной и ценной награды в мире спорта. Я Олимпийская чемпионка. Пусть в командных соревнованиях, но чемпионка ведь..? Я сделала то, к чему стремилась всю карьеру. Вывела команду на первую строчку, сумев совладать с нервами и волнением, доказала силу страны и защитила своё честное имя. Это стоит дорого, шестнадцать лет я отдала на этот трудный спорт, не с первого раза добивалась всего, но воля к победе и характер сделали своё дело. Я закрываюсь в ванной и пытаюсь понять произошедшее. Стараюсь принять новый титул к десяткам прежних, пока Алёна восторженно рассказывает родителям о чемпионстве. Вновь холодная вода приводит меня в чувство, до меня доходит все происходящее, а на смену непониманию приходит радость, тепло в душе разливается с бешеной скоростью, и я подскакиваю на месте от ликования. Тут же подскальзываюсь, но, к счастью, не травмируюсь. Теперь на семь счастливых людей в мире стало больше. ***** Алексеев говорит нам слова поддержки, поздравляет и восхваляет, а завтра обещает дополнительный приз, сразу после медальной церемонии. Василиса больше не подаёт виду своей обиды, но тем лучше. Она должна понять, что здесь каждый сам за себя, за исключением командника, что взрослый спорт – это серьёзно, ответственно и детских обид дело не терпит. Нам также рассказали, что в медальном зачёте наша страна идёт третья. Мы уступаем Германии и Норвегии, но они сильнее только за счёт лыж и биатлона. Там более успешные спортсмены в этих видах, но и наши ребята не промах – вытащат. На завтрашнюю церемонию я настраиваюсь тщательно. Прошу утюг и глажу форменную футболку, штаны и кофту. Вечером в телеграме всей группой мы созваниваемся и разговариваем. — Теперь мы Три Чемпионки! — радостно кричит Ульяна. — Великое трио в сборе! — А ты говорила, уходить, — ухмыляется Серёжа. — Если бы ушла на сезон раньше, я бы тебе это не простил. — Медаль завтра вручат? — спрашивает Лиза. — Да, на церемонии. — Моя сестра Олимпийская чемпионка! — Ника подключается к звонку и радуется громче всех. — Даже мама с папой тебе стоя хлопали, — говорит она. Я замираю. Мама? Стоя? Да ну, не может быть. Она за эти года ни разу не посмотрела моих выступлений, а здесь... Не, ну ладно, папа. С папой у нас нормальные отношения, но мама? — Мама? — вслух спрашиваю я. — Ну да, — как ни в чем не бывало пожимает плечами Ника. В какой-то момент отключаются Лиза и Ульяна, аргументируя это тем, что домашка сделана не до конца у каждой, Вероника прощается со мной, потому что родители гонят её спать. Мы остаёмся с Серёжей одни. — А помнишь, как раньше? Мы часто разговаривали с тобой по видео, когда ты на соревах была, — вспоминает друг. — Я скучаю по тебе. — Я тоже, — признаюсь. — Я верил в тебя и вашу победу. Это огромный труд – тащить страну, когда все зависит от четырёх минут на льду, — говорит Сергей, спустя паузу. — Я знал, что ты сильная, что справишься. Нужно быть капец, какой собранной, чтобы не дать волнению охватить себя полностью, но ты справилась. — Спасибо большое. Мне важны эти слова. Где Даня? — Спит, прости, я не стал его будить. Мы оба не спали эти дни, а ему на учёбу завтра... — Не оправдывайся, я понимаю. — Знаешь, что? — интригует Сергей. Я вопросительно поднимаю брови. — У меня вместо пары информатики замена была. А препод умный, за спорт шарит, и говорит такой: «Во Франции идут зимние Олимпийские игры, кто какой спорт любит?» Он же знает меня, и первым спрашивает, мол, за какой спорт болею. Я и говорю ему, что у меня подруга лучшая в команднике выступает сегодня. А он такой: «Оп, у Сергея знакомая на Играх, значит, смотрим фигурное катание». У нас девок на потоке немного, а парням неинтересно, но он сказал, кто будет смотреть и перескажет ему, пять поставит. — И ты смотрел? — Конечно! Ты умница, весь универ знает про твой прокат. Легенда университета просто! — Я приятно удивлена, — смущаюсь я. — Встретил физрука, он сказал, что повесит твой портрет в спортзале. Будет на тебя всех ровнять, — смеётся Серёжа. — Я помню, Ника говорит, что в школе все ещё висит моя фотография с первой Олимпиады. — Да, её не собираются снимать, — подтверждает Серёжа. Меня трясёт от холода и переполняющих эмоций. Подставлять университет было нельзя. Нужно доказать, что я и в личном могу откатать чисто. Завтра вручат медали, а там уже будем смотреть, как действовать дальше. Я захожу с балкона в комнату. Василиса сидит в телефоне, Алёна тоже, что, в целом, неудивительно. Гаджеты захватили всю нашу жизнь, но сейчас у меня сил жаловаться на это. Лимит общения я за день уже истратила, но неожиданно на телефон приходит сообщение, а секундой позже я гляжу на Василису, потому что она – отправитель. — Ваши фотки уже публикуются везде. Я должна тебя поздравить?

Как хочешь. —

Но ты не меня должна винить, я здесь не причём. —

Это мы с Аленой выиграли Европу и Россию, тем самым получив место в команднике. —

— Я не обижаюсь. Прости меня. Я киваю ей, а Винницкая вопросительно на меня смотрит. Василиса улыбается и тихо говорит: — Потом.