Сладкое вино.

Иногда алкоголь даёт и впрямь странный эффект. Кого-то тянет на правду, кого-то в слезы, а кого-то просто тошнит. Сейчас же Кавех испытывал всё три подобные эффекта одновременно. Как же ему хотелось просто растаять в чужих руках, чтобы ничего не чувствовать, но вот только тот, в чьих руках он был, явно не хотел этого. Аль-Хайтам держал руки на пояснице, иногда сжимая их чуть сильнее, отчего чувствовал, как блондин шипел прямо тому в губы. Сидеть в подобном положении было слишком неудобно, но никто из них не хотел сдаваться, разрывая поцелуй, но ведь кому-то из них явно придётся это сделать и это сделал Кавех, что до сих пор не мог привести дыхание в порядок и убрать взгляд с довольного выражения лица своего “друга”. — Я откушу тебе язык… — злобно смотря на того, сказал Кавех и уже хотел приступать к своему плану, но его остановили. — Разве мне не пора домой? Думаю, время уже позднее, — до сих пор ухмыляясь, говорил студент Хараватата. Сразу после этих слов он спихнул с себя удивлённого блондина, что явно не ожидал подобных слов, ни под каким предлогом. Его обманули… Надурили, словно ребёнка. Он впервые кому-то открылся, и причём это был сам аль-Хайтам, которому всегда всё равно на всё, а тут такой отказ. Это даже отказом нельзя назвать, лишь издевательством, ведь сам же гость последовал в чужую спальню, пока Кавех до сих пор не могу отойти от этих слов. Неужели от него ждут того, что он последует за ним и скажет о том, что хочет продолжить то дело? Нетушки, великий будущий архитектор, светоч Кшахревара, никогда не сделает подобного… Но зато так сделает Кавех, готовясь устроить очередную ссору. — Ты! Да как ты посмел надо мной издеваться?! — последовал за ним блондин, стоя в дверном пороге и наблюдая за тем, как кое-кто уже подбирает свою сумку. — М? Разве я издеваюсь? — в голосе явно была слышна насмешка. — Ты ведь сам не разрешил мне остаться, не помнишь? «Что… — проскочило в чужих мыслях. — О чем он?..» Кто же знал, что даже один поцелуй со вкусом вина уже выбьет все воспоминания из памяти Кавеха. Алый глаза сквозь блеклый свет от лампочки смотрели в изумрудные, которые явно ждали чего-то, чего-то непонятного для первых. Блондин долго мялся, чтобы сказать хоть что-то, но его покорно ждал, словно время для них двоих ничто, и его могут ждать ещё больше. Внезапно пара слов тут же всплыла в памяти, и хозяин дома раскраснелся как красноплодник, отчего послышался тихий смешок с другой стороны комнаты, где слегка была видна подобная реакция. — Иди к черту… — тихо сказал юный студент Кшахревара, опуская взгляд от смущения. — Почему ты спрашивал это если и так знал ответ? Аль-Хайтам заметил, как тот опустил голову ещё ниже, явно чувствуя сильное смущение от всей этой ситуации и атмосферы. Тем временем сам же Кавех уже ощутил себя в пустыни, окутанный огромным количеством накидок и прочих одеяний, от которых становилось всё жарче и жарче, пока не услышал, как нечто кожаное упало на пол, а после скрип кровати. — Долго тебя ждать? — послышалось от его гостя, отчего Кавех уже не мог держать взгляд опущенным. Стоило ему взглянуть на того, кто издевался над ним, так тот уже сидел на его же кровати и с ожиданием рассматривал того, намекая взглядом поторопиться. Блондин уже хотел был возмутиться и подошёл чуть ближе, чтобы тот услышал его раздражение как можно лучше, но в итоге его схватили за руку и повалили в чужие объятия. Чувствуя чужую руку, что аккуратно гладила того по голове и слушая чужое сердцебиение, Кавех сам не заметил того, как забилось его, причём слишком быстро. На секунду остановилось дыхание, а чувство осязание стало чуть более острым, отчего каждое поглаживание вызывало лёгкую дрожь и мурашки на коже. Стоило чужой руке на секунду остановится, как блондин тут же собирался выйти из чужих объятий, собираясь продолжить то, что он начал говорить, а потом вновь эти поглаживания, отчего сердце вот-вот взорвётся, жаль, что это ощущение длилось не долго. Юного архитектора смущала то, что аль-Хайтам стал таким, отчего в голове промелькнула мысль взглянуть на того, но вместо этого он решил пойти напрямик. — Это же твой первый раз, да? — внезапно вырвалось с уст, отчего рука замерла, а после можно было почувствовать то, как чужое сердце началось биться чаще. — Аль-Хайтам? — Замолчи… — тихо прошипел он и второй рукой прикрыл лицо, видя, как два рубина удивлённо глядят на него и явно ожидают чего-то. На лице Кавеха вначале не было никаких эмоций, лишь легкое удивление, но потом эмоции заиграли на его лице настолько сильно, отчего он даже не мог сдержать смех. Он впервые видел, как тот смущается, но больше его забавило то, что аль-Хайтам впервые не знал, что делать. Обычно тот всегда делал то, что казалось куда более образованным и правильным, но сейчас… Это слишком идеальная ситуация для блондина, чтобы поиздеваться. — Архонты, неужели хоть где-то слухи о великом ученике Хараватата были правдивы? — сквозь смех говорил он. — Я бы в жизни не подумал о том, что ты можешь так сильно растеряться, причем при мне? — Я же сказал тебе замолчать… — тут же хотел его заткнуть аль-Хайтам, но его прервали коротким поцелуем в губы. — О нет, сегодня я уж точно не буду молчать, назло тебе, — сразу после этих слов он отодвинулся от чужого лица и начал расстёгивать рубашку, чтобы было удобнее. Из лежачего положения эти двое быстренько перебрались в сидячее, отчего отвести взгляд было легче, но даже так ему это не позволили сделать. Кавех строго настрого сказал тому смотреть лишь на него, иначе он до конца жизни будет ему это припоминать. Аль-Хайтам оскорблённо сжал губы, но после смирившись и вправду начал смотреть лишь на хозяина дома, который уже разобрался с последней пуговицей и разглядывал самого себя, явно довольствуясь своей идеальностью. Его гость в то время лишь краснел и пытался побыстрее скрыть это, специально ничего не делая, чтобы блондин не обратил на него внимания, но было очень поздно. Краем взгляда тот уже давно видел, как ученик Хараватата сидел весь красный. — Ничего не скажешь? — поинтересовался он, аккуратно снимая саму рубашку. — А что-то должен? — непонимающе спросил он, сосредоточено смотря в одну точку, а точнее на чужую грудь, пытаясь не смотреть тому в глаза. — Например о том, как сильно тебе нравится моё тело, — на чужом лице появилась довольная ухмылка, а на другом ещё больше румянца. — Кавех… Я думаю нам стоит уже... — договорить вновь ему не дали, ведь в ту же секунду он увидел, как тот начал к нему двигаться, отчего аль-Хайтам начал ещё сильнее смущаться, что даже невольно отодвинулся. — В чём дело? — внезапно спросил блондин, протягивая руку к небольшой кроватной тумбе. — Слишком внезапно… — сказал его гость, отчего в ответ получил непонимающий взгляд. «Слишком внезапно?!» — пронеслось в голове у Кавеха, а также пара моментов за сегодняшний день, где внезапным был только аль-Хайтам, который вообще пришёл сюда, хотя ему сказали этого не делать. Судя по всему, те действия кто-то делал на пьяную голову, отчего блондин уже хотел всё прекратить, но тут внезапно раздался более разъясняющий ситуацию ответ. — Ты слишком внезапно появился в поле зрения, отчего я растерялся… — эти слова чуть более понятно объясняли ситуацию, отчего предыдущие мысли тут же покинули чужую голову. — Слишком внезапно говоришь? — ненадолго задумался Кавех, а после решил подшутить. — Хорошо, тогда что насчёт того, что ты слишком внезапно появился у меня дома и слишком внезапно начал всё это? На чужом лице был шок и осознание всей ситуации, ненадолго аль-Хайтам и вправду забыл, что всё это начал он. Наблюдая за всеми этими эмоциями, блондин держался, чтобы не рассмеяться здесь и прямо сейчас. Кажется, он и вправду ввёл того в заблуждения, отчего уже хотел успокоить его, но тут же услышал слишком внезапные слова от ученика Хараватата. — Хорошо, что я должен сделать? «Что, простите?» — задал сам себе вопрос Кавех, совершенно не понимая того, что он должен ответить. Не опишет же он ему все действия, что надо сделать, ибо даже для него это будет слишком неловко. Взглянув на аль-Хайтама, блондин уже хотел было сказать, что сам позаботится о некоторых вещах, намекая на то, что стоило воспользоваться маслом, что он достал из тумбы, но ему хотелось бы увидеть чужую реакцию. Интересно не передумает ли будущий учёный о своих словах и действиях. — Я ещё не разу не пробовал подобное с парнем, — на секунду он почувствовал себя слишком неловко от этих слов, осознавая что также бесполезен в этом деле, как и его гость. — Но я слышал о том, что обычно надо растянуть себя. — Растянуть? — переспросил тот, совершенно не понимая значения слова в подобном смысле. —Типа того… — внезапно Кавех залился краской, ведь жертвой явно будет он, так как аль-Хайтам на подобное вряд ли подпишется. — Я сам это сделаю, а тебе лучше снять лишнюю одежду. И сделай это стоя. Аль-Хайтам лишь непонимающе встал с кровати и принялся снимать с себя одежду. Интересно успеет ли Кавех разобраться со своей проблемой за столь короткое время? Может того как задержать просьбой или чем-то ещё? — Стой!.. — внезапно позвал его блондин. — На кухне была бутылка вина, можешь принести? С ней будет легче в первый раз. Долго думать тому не пришлось, что подразумевал Кавех под “легче”, ибо на пьяную голову и впрямь будет легче не вдаваться в подробности действий, а просто делать. Как только комнату покинул его гость, юный архитектор вздохнул, радуясь тому, что задержит его гостя. Никого вина у него не было, а так аль-Хайтам лишь будет рыскать на кухне, растягивая время для Кавеха. Сняв с себя остатки одежды, блондин лишь почувствовал, как легкий ветерок прошелся по коже, а после почувствовал легкое возбуждение вообще от всей ситуации. Что он творит и что будет потом… Было слишком интересно это узнать, но в какой-то степени чтобы это узнать, надо закончить хотя бы с одним делом. Разлив немного масла на руку, Кавех почувствовал холод, исходящий от массы. Вздохнув и приведя себя более-менее в стабильное состояние, он протянул руку к нужному месту и аккуратно вошёл одним пальцем, ощущая внутри холод. Надо было быстрее с эти заканчивать, иначе аль-Хайтам скоро придёт, отчего ситуация станет ещё хуже, но если он поторопится и засунет раньше времени ещё один палец, то явно пожалеет об этом. Аккуратно двигая одним пальцем, он ощущал не больше чем смущение и всё, а в какой-то момент ему вообще стало этого мало, и он наконец-то присоединил к работе ещё один палец, слушая чужие шаги, шум от ящиков, в которых искали того, чего нет, и скрип кровати. Растягивать себя стало намного удобнее и приятнее, но смущение всё равно оставалось. Всё шло слишком гладко, отчего Кавех даже позволил себе расслабиться и издал тихий стон. Он не очень-то переживал по этому поводу, ведь аль-Хайтам всё равно находился в другой комнате, поэтому его вряд ли услышат, пока не послышался скрип двери. Осознание происходящего слишком быстро достигли головы, отчего лицо тут же стало красным. Подняв напуганные глаза, рубиновый взгляд столкнулся с двумя изумрудами, что с интересом и непониманием наблюдали за ними и их хозяином. — А… Аль-Хайтам, послушай… — блондин тут же достал пальцы и уже хотел более-менее объяснить ситуацию. — Ты это имел в виду под тем, что надо растянуть? — с интересом спросил будущий учёный и получил в ответ лишь кивок. — Но почему ты делал то сам? Стесняешься? — Что?! Я-то? — внезапно выпалил Кавех и взглянул на того столкнувшись вновь с его довольным выражением лица. — Тогда позволь мне помочь? «Он хочет помочь с этим?!» — внезапно спросил сам себя же блондин, а после вновь раскраснелся, ибо слишком поздно понял то, что возбудился лишь от мысли о том, что этим займётся кто-то другой, а не он сам. — Не надо… Я уже закончил с этим… — ответил Кавех и опустил взгляд на пол, смущаясь осознания того, чем они сейчас займутся. — Хорошо, — сказал аль-Хайтам и прошёл внутрь комнаты, больше не опираясь о дверной косяк. — Кстати… Ты ведь обманул меня по поводу вина? — Неужели я его уже выпил? Какой кошмар, — с лёгкой наигранностью сказал блондин и поправил волосы, убирая прядь за ухо, чтобы не мешала. — Давай быстрее, а? Почему это я один сижу мерзну… Сразу после этих слов он поднял взгляд на своего гостя и увидел, как тот разобрался с верхней одеждой. Смотреть на чужой торс было слишком возбуждающе и приятно, особенно от осознания того, что к нему можно прикоснуться, что и сделал блондин. На него удивленно глядели изумрудные глаза и аль-Хайтам уже хотел было поинтересоваться по поводу того, что он делает, но в ответ получил короткое: — Не мешай обстановке, давай быстрее разберись со штанами, — пытаясь сделать вид, что ему всё равно, сказал хозяин дома, убирая руку. Его гость лишь закатил на всё это глаза и принялся делать то, о чем его просили. Пытаясь собрать в кучу мысли, создавая порядок в голове, Кавех ещё раз попытался вспомнить то, что надо делать, но всё плыло перед глазами, а температура явно росла только вверх. Он даже не слышал, как его звали по имени, отчего пришлось приходить в себя только после прикосновения, от которого он почувствовал ожог. — Ты как? Выглядишь странно… — сказал аль-Хайтам и протянул руку для того, чтобы проверить чужую температуру. — Всё прекрасно, просто думаю о том, что тебе следует в следующий раз купить две бутылки вина, — сразу после этих слов он схватил чужую руку и потянул к себе. Потеряв на секунду равновесии, обладатель серебряных волос тут же упал в чужие объятия, после чего начало приходить осознание того, что он нависает над блондином, что явно ждёт от него чуть больше действий. Перед собой он видел только чужое лицо, от которого пылало жаром, словно его обладателем был человеком с пиро глазом бога. Внезапно аль-Хайтам почувствовал, как к нему же протянули руки, отчего он слегка наклонился, чувствуя, как его вновь манят в поцелуй. Разве он будет против такого предложения? Конечно же нет. В отличии от прошлого поцелуя, что был до этого в гостиной, этот был куда более жарким и приятным, отчего в голове всё плыло, а внутри пылало языками пламени. В животе было приятное чувство, а дыхание начинало сбиваться, но кому из них было дело до этого. С неприязнью оторвавшись от чужих губ, Кавех лишь облизнулся, а после жалостливо простонал. — Архонты, за что мне это… — сказал он и слегка приподнялся, чтобы взглянуть на место, которое ныло больше всего. — Ты должен войти в меня, иначе какой от всего толк? — Что, прости? — внезапно задал вопрос аль-Хайтам, совершенно не понимая того, что должен делать. — Прощу, как только я смогу получить удовлетворение, — сразу после этих слов он ухмыльнулся и аккуратно привстал, намекая тому, кто был сверху, сесть. Как только они сидели и смотрели друг другу в глаза, победу одержал аль-Хайтам, ибо Кавех не мог долго смотреть в эти глаза, находясь в возбужденном состоянии. Аккуратно коснувшись чужого полового органа рукой, он заметил, как его партнёр немного содрогнулся, с непониманием смотря на того. Сейчас из них никто и словом не мог обмолвиться, ибо атмосфера явно была не та. Аккуратно встав на колени, блондин лишь приблизился к своему гостю, а после начал аккуратно опускаться, держа руку на чужом плече, чтобы не потерять равновесие. Самого же Кавеха аккуратно держали за поясницу, слегка шевеля большими пальцами. — Щёкотно… — тихо сказал он, а после почувствовал на своей груди чужое горячее дыхание, после которого последовал поцелуй. Слишком неловко, слишком много неуверенных действий, слишком много слов и чувств он испытал за этот вечер, а всему виной один лишь человек, который лишь аккуратно целовал его грудь, заставляя его краснеть ещё сильнее. Долго так в воздухе держаться было слишком тяжело, отчего Кавех вновь начал опускать и стоило ему сделать это, как он ту же почувствовал чужой половой орган, что упирался ему в ягодицы. Протянув руку и коснувшись головки, он услышал тихий вздох, отчего тихо рассмеялся и продолжил своё дело. Как только он почувствовал, что в него наконец-таки вошли он лишь тихо простонал и опустил голову на чужое плечо, чувствуя, как целуют его тело. — Прекрати, слишком неловко, — вздохнув сказал он и поднял голову с чужого плеча, смотря в чужие глаза. — Почему ты чувствуешь неловкость только сейчас? Неужели всё остальное для тебя было лишь шуткой? — поинтересовался аль-Хайтам, продолжая держать руки на чужой пояснице, помогая тому держаться. — Мне было неловко весь вечер, но ты был рядом, поэтому неловкость была не такой уж и сильной, — отводя взгляд сказал блондин. — Но сейчас же я с тобой, так почему? — продолжал интересоваться. — Ситуация другая… — пытаясь как-то убежать от вопроса, сказал парень и решил опустить чуть ниже. Всё же до конца растянуть себя он не успел, отчего чувства были разные. Это одновременно больно, но в какой-то степени приятно… Наверное. Эти чувства он испытывал до того момента, пока чужой член не прошёлся по комку нервов, отчего Кавех уже издал стон во весь голос, а не держа его в себе. Аль-Хайтам удивлённо глядел на того, пытаясь сам контролировать себя и свои эмоции, ибо ощущения для него были слишком новые и слишком непредсказуемые. Внезапно в голове блондина вновь появилось желание испытать подобное чувство, отчего он аккуратно поднялся и вновь опустился, ощущая, как в области живота всё завязалось в один узел. Его партнёр лишь пытался понять, что он делает, стараясь лишь наблюдать за тем, кто явно нашёл то, чем наслаждаться. — Хайтам… — внезапно позвали его по имени. — Мне неудобно, можем ли мы вернуть старую позу? В этом голосе слышалась усталость и капелька разочарования. Кавех сам не понимал того, почему так быстро выдохся, но возможно всё в том, что он не смог нормально поесть вечером, отчего и силы покинули его. Долго думать над чужой просьбой не пришлось и подняв руку, которая прошлась по спине, аль-Хайтам, придерживая того и ощущая, как держаться за него, а точнее чужие руки на шее, он смог переложить блондина на кровать, наблюдая за его глазами, которые бегали по комнате, ища спасение от чужих глаз. До этого у него была возможность смотреть куда-то в сторону, либо вообще не сталкиваться с учеником Хараватата взглядом, но сейчас никаких выходов не было, кроме того, как закрыть глаза. Пока один думал по поводу одной проблемы, у другого были свои проблемы. Он слишком быстро поддался чужому желанию, даже не понимая того, что сейчас должен делать. Пытаясь сделать хоть что-то, аль-Хайтам аккуратно начал двигаться, ощущая то, что желание войти полностью становится чуть сильнее. Возможно это желание резкое и грубое с его стороны, но разве он не должен попробовать? Этот вопрос настолько сильно засел в его голове, что он даже не заметил, как тот, что был снизу его, уже полностью размяк, отчего даже убрал руки с его же шеи. — Чуточку… Помедленнее… — тихо попросил Кавех, пытаясь не издавать громких стонов. Пытаясь сосредоточиться на чужой просьбе, аль-Хайтам и впрямь сбавил темп, слушая как под ним кое-кто пытался восстановить дыхание. Столкнувшись взглядом с блондином, он увидел лишь туман в чужих глазах, что уже полностью витал в чужой голове, вышибая все нормальные мысли, хотя иногда аль-Хайтаму казалось, что этот туман витал в чужой голове слишком часто. — Кави, — тихо позвал он того по имени, на что получил в ответ лишь заинтересованный взгляд. — Можно кое-что попробовать? — Не спрашивай, делай, что хочешь, — сразу после этих слов блондин вновь протянул руки, цепляясь за чужую шею и вцепляясь в чужие губы, вновь наслаждаясь поцелуем. Но в этот раз он был короче, даже мгновенным, чему Кавех был достаточно удивлён, но через секунду понял причину. Очередной толчок, который был слишком глубоким и слишком внезапным, отчего удержать стон в себе не удалось. Чувствуя, как чужое семя растекалась внутри, а своë же аккуратно капало с чужого пресса, блондин лишь всё больше и больше вгонял себя в краску, понимая, что они сделали. — Я тебя убью… — прикрывая лицо руками, сказал он и почувствовал, как их начали убирать. Удивлённо взглянув на своего гостя, в ответ он лишь получил короткий чмок в нос, а после почувствовал, как из него вышли, отчего на секунду появилось ощущение пустоты. Разглядывая себя, аль-Хайтам почувствовал на себе чужой взгляд, который с задавал вопрос о том, что он делал. Вновь опустив взгляд на пресс, Кавех понял, что не так. Он хотел было уже извиниться за это, но лишь увидел, как партнёр аккуратно тыкнул в чужое семя пальцем, а после попробовал это. — Ты!.. Не пробуй это! — сразу выкрикнул Кавех. — А ты тогда больше не царапай мне спину, — холодно ответил он и отвёл взгляд. — Я оставил царапины? — внезапно спросил блондин и уже хотел было взглянуть на то, что натворил. — Увы, но да, — цокнув языком, ответил аль-Хайтам и сделал то, что от него хотели – дал Кавеху полюбоваться своим творением. Рассматривая неглубокие царапины, взгляд и мысли юного архитектора приковало больше кое-что другое. Аккуратно наклонившись губами к чужой шее, он ее поцеловал, а после аккуратно прикусил, оставляя за собой след. Стоило ему отстраниться, как он столкнулся с чужим взглядом, что не понимал происходящего. — Это метка, чтобы все знали, что ты мой, — довольно сказал Кавех. — Если она пропадет, то я сделаю ещё одну. — Делай, что хочешь… — отводя взгляд сказал аль-Хайтам, рукой прикрывая лёгкий румянец.