Инструмент героев

      В сегодняшний знаменательный день милостью богов этого мира выдалась хорошая погода. Я понимал это по тонким лучикам света, пробивавшимся сквозь трещины в потолке моей гробницы. Немного затхлый воздух, развалившаяся со временем деревянная мебель, и исписанные древними рунами каменные стены. Вот и весь мой мир. А ещё крысы, иногда пытавшиеся меня погрызть. Но я всегда отгонял их. Не позволял себе убить существо, не являющееся…       Врагом Человечества.       Человечество…       Эти руны древние лишь по нынешним меркам. Ведь оказался я в этой гробнице ещё очень и очень давно. Больше двух с половиной тысяч лет покоя и умиротворения. Периодически я впадал в сон к своему счастью. Сие избавляло от необходимости созерцать один и тот же пейзаж с постамента, на котором я находился. Снилась мне моя прошлая жизнь. Многочисленные поражения, чуть менее многочисленные победы. Радость, злость, страх, бессилие, и надежда на светлое будущее. Именно она являлась причиной моего нахождения здесь сейчас.       Я имел честь знать великих героев и страшнейших злодеев прошлого. И оставили меня в этом склепе ради таких же героев будущего. И сегодня, наконец, настал тот день, ради которого трудились, созидали и молились мои Создатели. А увидев людей нынешних, узнав кто они, я понял: основной труд всё ещё впереди. Но теперь. Мы снова пойдём в будущее вместе. В то самое, о котором грезили великие предки.       Составляющие замурованную дверь кирпичи выпали, и в склепе сразу посветлело. Мне улыбнулась удача. В пыльную комнату ступили три девушки. А девушки, как известно, от природы завсегда более добрые и отзывчивые. Совсем повезёт, если они окажутся ещё и ведьмами. И лишь одна деталь выбивалась. Все они были с абсолютно неприкрытыми ногами. Стыдоба.       — Ва-а-а. Круто! — Воскликнула та, что шла первой. — Какое необычное место.       — Для тебя всякие руины необычные, Сильви — проворчала вторая.       — Так интересно же!       — Сильви. Пожалуйста, осторожнее, — предостерегла третья.       Видимо, они очень внимательные. Ибо стали осматривать сразу стены, хоть постамент со мной располагался по центру и сразу привлекал внимание. Воистину, положи предмет на самое видное место, чтобы спрятать. Я решил пока не спешить.       — Это какие-то…       — Будь я проклята! Это заклинательная технологическая карта! — Ого. А эта Сильвия соображает.       — Технологическая карта? И что же она описывает?       — Я… я пока не уверена. Но если это действительно то, о чём я думаю… Нет-нет, пока я лишь могу с уверенностью сказать, что на стенах кузнечные чертежи, и… как минимум инструкции по наделению выкованного меча магией.       — Как у майора Сакамото из пятьсот первой?       — Да, почти, — Сильви пристально всматривалась в древние руны. — По крайней мере, мы можем полагать, что эта технология существовала тысячи лет назад.       — Тысячи?! — Воскликнули ведьмы. Уже точно ведьмы.       — Да… Я чувствую это… там, — и, развернувшись, она указала точно на меня. Самое время. Я издал три короткие вспышки, едва просачивающиеся из ножен.       — Он. Светится.       — Да, видим. Этот вакидзаси светится.       — Но как это возможно?       — Магия. Не иначе. Древние мастера знали своё дело, — Сильви уверенно прошагала и встала прямо перед катана-какэ.       — Этот меч…       — Да, видимо, его создали древние ведьмы для войны с древними нэурой.       Нэурой? Это что-то новенькое. Труднопроизносимое слово. Похоже, теперь так называют Ёкаев.       — Можем ли мы использовать столь древнее оружие для борьбы с нынешними нэуроями?       — Я… — Сильви протянула ко мне руку. — Очень хочу верить в это.       Рывком она выдернула меня с подставки и вынула из ножен. Что ж… Ведьма ты, или простой человек… я никогда не сделаю исключения. Я раскрыл механизм гарды, и молниеносно обхватил запястье ведьмы тремя металлическими захватами.       — Оно…       — Он схватил тебя?! — испугались девушки.       — Да, но… не больно… Он что-то…       Моё лезвие становилось всё ярче. Девушки запаниковали.       — Сильви! Отбрось его!       — Не получается! Он как влитой.       — Сильви!       Но свет от лезвия залил всю комнату. Я набрал почти максимум силы, и проломил чертоги её разума, бесцеремонно вторгнувшись в её воспоминания.       Капитан Сильвия Йокинен из Суомуса. Семнадцать лет. Окончила элитную школу для девочек в городе Петяйявеси… Современные люди выдумывают трудные названия. Умна, образованна, предрасположена к естественным, и естественно-магическим наукам. Знает кузнечное ремесло.       В возрасте тринадцати лет пошла в армию, где быстро добилась успехов. Как, впрочем, и любая другая ведьма, ведь все ведьмы сейчас воюют с…       Эти образины в её памяти. Это карикатурные насмешки, тем не менее, являющиеся теми самыми Ёкайями, с которыми я сражался ещё две с половиной тысячи лет назад. Война… Человечество на грани, и лишь силами современных ведьм люди хоть как-то держатся против Ёкайев. Нет. Нэуроев. Пожалуй, буду идти в ногу и в клинок со временем.       Двести тридцать три уничтоженных нэуроя лично, и сто восемьдесят при содействии. Три награды за ранение. Десять за боевые заслуги. И самое главное: в так называемых операциях «Барбаросса» и «Тайфун» отличилась невероятной храбростью. Закрыла подругу магическим щитом, несмотря на истощение магических сил и сопряжённый с этим риск пробития щита. Однако. В её памяти я ясно видел тот момент. Следующий выстрел убил бы их. Но она всё равно не отступила бы.       Капитан Сильвия Йокинен. Я признаю тебя как одну из лучших представительниц Человечества. Ты есьм образец самопожертвования и храбрости — лучших из качеств, что только встречаются в людях, и зачастую в ведьмах.       — Сильви? Очнись!       — А?       — Ты словно уснула.       Мы вернулись из её подсознания. Рэйна тормошила её, а Рика пыталась открепить меня от её руки. Да, их имена я тоже почерпнул из памяти ведьмы. Очнувшись, Сильви мягко отстранила подругу.       — Постой. Не надо. Этот меч. Он…       — Он…       — Он что?       — Ну он… Он понимает человеческую речь, — она подняла меня лезвием вверх. — Ты же уже знаешь моё имя? Ты понимаешь, что я говорю?       В ответ я выдал две короткие вспышки своим лезвием.       — Не мог бы ты, пожалуйста, отпустить мою руку?       Но я лишь сжал захваты чуть сильнее.       — Серьёзно? Как мило. Словно котёнок вжался. Не бойся. Мы не оставим тебя тут прозябать.       Я с небольшим опасением разжал захваты. Имел место быть случай… я, действительно, немного боялся, что меня бросят. С тихим скрежетом я убрал их обратно в гарду. Сильви знала всё это. Ведь в обмен на вторжение в её память, я в равной степени открыл ей своё сознание и рассказал о себе.       — Так, и что же всё-таки это за вакидзаси?       — Я… нет. Пойдёмте. Он хочет увидеть солнечный свет. Верно? Воспевающий.       Свет Солнца. Как же я по нему истосковался. А ещё меня в руках держит прекрасная девушка. Во всех смыслах. Сильная, красивая, добрая. И самое главное — храбрая. Создатели дали мне имя «Воспевающий». Ибо я своим естеством и существованием воспеваю в человеческих сердцах такие добродетели как храбрость, самопожертвование и доброту.       А ещё я стал стремительно наливаться силой, оказавшись на свету. И капитан Йокинен это почувствовала.       — Ого! Девчата. Он наполняется силой. Пообедать решил. Котёночек.       Я ласково погладил её кисть одним из трёх стальных захватов. Я всегда любил столь добрые и милые слова.       — Пхи-хи! Как мило.       — И правда, словно живой, — констатировала Рика.       — Думаю, нам следует разговаривать с ним, как с человеком, — молвила Рэйна.       На эти слова я замерцал часто-часто в знак согласия.       — Да. Жаль по-человечьи он говорить не может.       Долгое и протяжное мерцание — да, это грустно.       — Так кто же он?       — Кто… Рика, ты молодец. Обращаешься, как к полноценному человеку.       — Теоретически, если я дам его тебе в руки, он проникнет в твой разум и узнает о тебе абсолютно всё. Считает всю память, — сказала Йокинен.       — А… ой! Не надо! А если он откопает в моей памяти что-то постыдное?       — Не стоит этого бояться. Он — меч. И меч изначально. Ему нет дела до постыдства. Древние ведьмы ковали его с одной целью: поддерживать ведьм. Во всём.       — И всё это ты узнала с помощью некой…       — Телепатии, когда взяла его в руки? — завершила за сестрой Рика.       Я засверкал и немного позвенел лезвием словно колокольчик. А затем высвободил часть магии. Сила стала окутывать девушек.       — Что это? Так тепло…       — Похоже, он делится с нами частью своей силы.       — Ласковое и нежное оружие.       Я радовался их словам, но радость была омрачена довольно резко. Я с силой повернул руку Сильвии. Стал звенеть и дрожать звонко и угрожающе. Я почувствовал ёкая нэуроя.       — Это…       — Он, словно рвётся в бой, просит дать силы.       — Ошибки быть не может, там нэурой. Воспевающий! Ты… эй, эй, постой! — подобно псу, рвущемуся с поводка, я почти тянул капитана Йокинен в ту сторону. Разумеется, отпусти она меня, я просто упаду на землю. Сейчас я недостаточно силён. Но я жаждал битвы.       — Воспевающий. Ты разделяешь нашу ненависть к врагу?       Почти оглушающий короткий звон и ещё более яркий свет от лезвия были ей утвердительным ответом. Я продолжал дрожать и звенеть. Хочу! Отчаянно жажду уничтожить врага Человечества!       Моя гробница располагалась на совсем крошечном острове, затерявшемся посреди Балеарского моря. По крайней мере, теперь оно называлось именно так. К слову, моя родина — империя Ямато теперь зовётся империей Фусо, судя по воспоминаниям образованной и много знающей Сильви. Ведьмы бегом кинулись к своим ударным модулям. О них я тоже узнал из памяти ведьмы.       — Вероятно, он почувствовал нас, и Воспевающего.       — Вполне возможно. Котёнок всё ещё наливается силой.       — Испытаем его заодно.       — Так точно. Прикройте меня, пока я приноровлюсь сражаться Воспевающим. Ах, он такой лапушка. Он дребезжит. В древности он покрошил множество нэурой.       Мы взлетали. Невероятное чувство. Я дрожал и сверкал, восхищение поглощало меня, ибо летать мне ещё не приходилось.       — В древности были нэурой?       — Да, но тогда они звались просто монстрами, демонами, ёкайями.       — Сильвия!!!       — Сильви, да ты хоть понимаешь?!       — Что?! Что такое?       — Эта информация стратегического значения!       — Да. Ты должна донести её до объединённого штаба. Не вступай в бой.       — Но… Нет! Воспевающий рвётся в бой! Ох! — воскликнула она, когда я перенаправил часть силы в её модуль, что вызвало резкое ускорение.       Мы подлетали к огромному чёрному монстру. Стоит признать, он гораздо сильнее монстров, бывших на земле тысячи лет назад. Но современные ведьмы…       Рика и Рэйна принялись стрелять в него из порохового оружия. Сильви же пыталась обратиться ко мне. Не только словами.       — Воспевающий… ты же хочешь одолеть того монстра?       Две вспышки в знак согласия.       — Ты… ты же видел воспоминания. Я могу действовать тобой примерно так же, как Мио действовала своим Реппумару?       Снова две вспышки и дребезжание.       — Хорошо. Давай постараемся.       Я загорелся ещё ярче. Мы подлетали. Взмах. Ведьма интуитивно поняла меня. Вспышка. На нэуроя несется волна света. Энергия пересекла его тушку. Левое крыло чудовища отвалилось и стало рассеиваться блёстками.       — Не так резко, Котёнок! — да, я слишком резво вёл ведьму за собой. Мы частично контролировали друг друга.       Приближение. Горизонтальный удар слева направо. Нэурой обзавёлся глубокой раной. Сестрёнки продолжали поливать пулями. Дорожка из пуль расчерчивает обшивку. Небольшая вспышка. Ядро оголено. Взмах. Даже я не успел понять быстроты Сильви. Волна от меня рассекла ядро. Ещё одна вспышка. Да, красиво. У древних нэуроев не было ядра. Уничтожить его могло обширное повреждение всего тела. Для того меня и создали. Я умею испускать световую энергию и придавать ей форму. Меня потому и удивило, что Йокинен просит меня сделать удар с режущей формой энергетического потока, а не факельный или по-современному огнемётный поток, более эффективный против древних.       Битва окончена. Враг ведьм повержен. Я замерцал от радости, переливаясь разными цветами. Ведьмы слетелись.       — Сильви?       — Всё в порядке. А ты — молодец. Хороший котёнок.       Я померцал и немного позвенел колокольчиком в знак одобрения. Котёнок… В мои времена кошки тоже были, но они не были так распространены. Тем временем ведьмы вышли в горизонтальный полёт и направились, стало быть, на базу. Их подразделение… Пятьсот девяносто девятая ударная эскадра «Сияющие ведьмы». Я снова оказался в ножнах и благодаря этому вспомнил кое-что важное.       — А, котик, что такое? — я дребезжал в ножнах, и ведьма снова взяла меня в руки. Оказавшись в ладони, я указал лезвием на островок с моей гробницей.       — А, это. Не волнуйся, я поняла. Мы пошлём туда группу исследователей. Само собой нам нужна эта технология.

***

      Я лежал на столе перед всеми членами пятьсот девяносто девятого ударного звена. Пока капитан Йокинен рассказывала обо мне, я рассматривал прочих ведьм.       Старшие лейтенанты Алонсо. Старшая Рэйна и младшая Рика, родом из Хиспании, на территории которой и находилась их база. Сестрёнки слушали с уже меньшим интересом.       Лейтенанты Фьера Моргант из Галлии, и Ёламия Мэйн из Фусо. Обе воинственные, серьёзные, но в глазах читался живой интерес и блеск. Хотя, чувствую я, возьми любая из них меня в руки, им бы досталось чуть меньше моей силы.       И, наконец, младший лейтенант Алеся Степановна Аметистова из Оруссии. Вполне нейтральный персонаж, но мне кажется, она ещё не полностью раскрыла свой потенциал в битвах.       — Получается, он ценит в любых людях то, что можно назвать доблестью? — спросила Ёламия. Знакомое слово выдернуло меня из мечтаний и созерцания красоты девушек. Я отозвался тремя вспышками света.       — Во. Видишь? Да. Именно так.       — А ещё он понимает человеческую речь, — повторила Сильвия.       — Да ну? Не может быть, — не согласилась скептичная Фьера.       — Капитан, позвольте кое-что проверить, — вызвалась Рэйна.       — Давай, — дружелюбно отозвалась главная ведьма.       — Воспевающий! Слушай анекдот.       Я мелко дрогнул и зазвенел. Я уже знал, что это нечто хорошее. В древние времена в ужасающих битвах людям было зачастую не до смеха.       — Проходит межнациональный конкурс пофигисток. В финале ведьмы из Фусо, Либериона и Оруссии. Ведущий объясняет правила: «Сейчас в зал запустят нэуроя. Тот станет рассказывать про вторжение и оккупацию Человечества. Вам должно быть пофигу». Заходит нэурой. Мелкий, наземного типа. Да, такие бывают. И начинает разглагольствовать, мол, как много он загубил жизней в начале вторжения, как много он летал и разрушал, и прочее и прочее. Ведьмы не выдерживают, и все трое начинают его мутузить, чем под руку попадётся. Ядро трещит, слышится хруст разрушаемой оболочки. Ведущий пытается разнять драку: «Вы видимо не поняли правила». «ДА НАМ ПОФИГУ!»       Я возликовал. Я стал часто-часто мерцать, дрожать и звенеть. Настолько, что даже немного проскакал по столу, и Сильви поспешила поддержать меня, чтобы я не упал на пол. Прочие ведьмы тоже заулыбались, но не рассмеялись.       — Рэйна… ты знаешь настолько отвратные анекдоты?       — Прости. Я знаю, что в оригинале вместо нэуроя красавица ведьма, а вместо ведьм трое грубых мужланов. Я на ходу видоизменила анекдот. Я рассчитывала, что Воспевающий проникнется духом противостояния нэуроям. Я угадала?       Я издал три вспышки. Сильви верно подметила. Я знал оригинал анекдота из её памяти. Но старшая Алонсо поняла меня. Меня радовала не комичность, к тому же частично утерянная в видоизменённом анекдоте. Любая воодушевляющая фраза, любое художественное произведение покажется мне буквально окрыляющим, если в нём нэуроя выставляют жалким, а ведьм гордыми и величественными.       — Хорошо. И что же дальше? — полюбопытствовала Алеся.       — Ох-х… Рапорт о находке… — схватилась за голову капитан.       — Мы не можем позиционировать его как вещь и предмет. Он самый настоящий человек, — продолжила Степановна.       Человек? Я? Я издал дребезжащую вибрацию, немного неприятную на слух. Сие — знак небольшого протеста.       — Что не так, Воспевающий? Посуди сам. Всё понимаешь как человек и жаждешь битвы против врага. Кто же ты ещё, если не человек?       Мне нечего было ответить. Я лишь издал длинную вспышку и протяжный звон в знак недоумения. Внезапно старшая Алонсо вышла вперёд, и почти протянула мне руку.       — Рэйна?       — Я хочу попробовать. Сильви, ты знаешь что делать. А у нас заканчиваются припасы. Господин Воспевающий отправится с нами. В город. Пускай проникается культурой современного мира. Ты же сама сказала, что ему две с лишним тысячи лет.       И она коснулась моей рукояти. Рэйна… такой же рыцарь, как и Йокинен. Я приятно удивился, осознавая, что, похоже, подавляющее большинство ведьм есть средоточие так воспеваемых мною добродетелей. Не удивлюсь, если таковыми окажутся все поголовно. Впрочем, и в древние времена плохих, злых и корыстных ведьм было не сыскать.       — Необычное ощущение. Я… полностью раскрылась ему, но не чувствую ни смущения, ни тревоги. А лишь… Радость?       — Радость от обретения нового друга, — подсказала капитан.       — А я тоже хочу, — не успел я вспышками выказать радость и согласие, как меня коснулась и Рика.       В общем-то, ничего нового. Сестрёнки, как и подобает ведьмам, очень хорошо ладят. Что в детстве, что сейчас. Но кое-что Рика от Рейны утаила. А потому как Рэйна тоже всё ещё касалась меня…       — А… О боже! Воспевающий! Ахахаха! Это! Это… так глупо! Дурашка. Дурак! — она кричала это очень мило и по-доброму. Костерила она меня с теплотой в голосе. — Воспевающий Ты не меч, ты дубина. Ты просто чурбан, Воспевающий, — она не могла сдержаться, и звонко рассмеялась. — Сильви, я теперь тебе его не отдам. Этот меч, эта дубина, этот котёнок…       — Я вся в нетерпении узнать, что же он тебе поведал.       — Да! Я тоже, — обиженно скривилась Рика.       — Рика, моя дорогая, любимая сестрёнка Рика. Помнишь, родители подарили нам на рождество по музыкальной шкатулке?       Та заметно напряглась.       — Помню…       — А помнишь, свою ты потеряла?       — Ну?       — Моя дорогая Рика! — произнесла она торжественно и с доброй улыбкой. Официально заявляю, что ты обманщица! Тогда в тот непогожий день ты взяла поиграть мою шкатулку, но случайно сломала её, выронив из окна нашего домика на дереве. И тогда ты выдала свою шкатулку за мою, поставив её на мою прикроватную тумбочку. И об этом не знала ни одна живая душа кроме тебя. Ни одна.       Рика слушала стойко, но к её глазам стали подступать слёзы.       — Стой! Не спеши плакать и обижаться на Воспевающего, — поспешила утешить её Рэйна. — Знаешь, почему он рассказал мне это мыслеобразами? Да потому что, как ты уже поняла, он прекрасно понимает и проникается характером любого человека и за секунду считывает все воспоминания до единого. И… Дорогая сестрёнка! НЕУЖЕЛИ?! Ну, неужели ты могла подумать, что я разозлюсь на тебя за это?! Рика! Твой поступок есьм длань самопожертвования, что так ценит Воспевающий. И Я СМЕЮСЬ! — воскликнула она ещё громче прежнего. — Я смеюсь, радуюсь, и горжусь твоим поступком ради меня.       — Ты… ты, правда, не злишься на меня?       — Злюсь. В попытке собрать мою шкатулку ты исколола пальцы. Сестрёнка. Пообещай больше никогда не утаивать от меня такого. Я всегда помогу и поддержу тебя. Поняла?!       — П… поняла…       — А теперь. Ну-ка быстро обнимай меня. БЫЫЫСТРО я сказала! — я удивлялся, как Рэйне удаётся совмещать столь грозную речь со столь доброй и мягкой улыбкой и радостью. Благо я не просчитался. Рика знала такую манеру говорения сестры, а потому она не испытывала ни страха, ни опасений, а просто спокойно улыбалась, обнимая Рэйну.       С минуту все умилялись. Даже вроде бы серьёзная Фьера утёрла слезинку. Но потом вдруг резко посерьезнела Алеся.       — Сильви, мне надо кое-что тебе сказать.       Все, кроме самой Алеси буквально повалились на пол и похватались за животы. Рэйна выронила меня, но я всё равно продолжал дребезжать и мерцать очень часто. Я даже подпрыгивал на несколько сантиметров.       — Вы посмотрите! Нет, ну вы поглядите. Он тоже смеётся. Котёночек смеётся! — восклицала Йокинен.       Моё имя символично. Произошедшая ситуация не только радовала меня. Мы все имели с этой ситуации выгоду. Свет от моего лезвия залил комнату. Я немного вышел из ножен, и лучи света пронзили насквозь грудные клетки каждой из ведьм. Они воскликнули от неожиданности, но быстро пришли в себя, поняв, что им не больно.       — А, ясно. Воспевание добродетели доброты.       — Чего?       — Да всё просто. Воспевающий черпает энергию от доброго, дружелюбного разговора, а затем передаёт её нам. Сейчас мы стали чуточку сильнее, и это пригодится против грёбаных нэуроев.       Спустя полчаса, я висел на спине Рэйны. Та в свою очередь сидела на пассажирском сидении военного грузовика. Она буквально облокотилась на меня и вжала в сиденье. Рика же вела этот грузовик по дороге в город. Предстояло закупиться припасами.       Алеся же тогда созналась командиру звена в том, что она брала без спроса её комплект одежды. Она тогда попала под дождь, а своего у неё не оказалось. После она всё постирала и положила на место, как было. Быть может сие действо более критично, ведь эти девушки не приходятся друг другу родственницами. Но Сильви ответила, что Аметистова сделала правильно, позаботившись о себе. Ибо благосостояние одного солдата отражается на всём подразделении.       — Сестра…       — М?       — Ты… правда…       — Да. Я, правда, не злюсь. Неужто думаешь, что то была показуха?       — Я, нет. Ох! — грузовик подскочил на ухабе.       — Когда война кончится, давай попробуем самостоятельно изготовить такие шкатулки?       «Самостоятельно изготовить». Я невольно выпал из реальности от этих слов. Я представил этот мир через несколько лет. Я представил Рэйну, идущую по уютному городу двадцатого века. Сама она не в военной форме, а в простом платье. В руках она несёт домой комплект деталей для сборки музыкальной шкатулки. Мимо едет полуторка, и высунувшийся из её окна водитель в такой характерной кепочке «восьмиклинке» или «уточке» подняв руку, что-то с улыбкой кричит ведьме. Та в ответ улыбается и тоже машет рукой.       Этот уютный мысленный образ я передал Рэйне.       — Рике тоже покажи, — ведьма потянулась и коснулась сестры.       — Да, я мечтаю о таком мире, — заулыбалась Рика. Я приподнялся из ножен и сверкнул один раз.       — Кстати Воспевающий, а ты знаешь какие-нибудь интересные поделки или технологии? Будь ты с человеческим телом, ты наверняка мог бы что-нибудь смастерить?       Я издал частый звон-дребезжание в знак протеста. Что я могу знать и уметь? Меня создавали для битвы. Вне битвы мой максимум, это посмеяться над анекдотом ведьмы. Впрочем… Я касаюсь спины Рэйны. Выковавшая меня ведьма знала кое-что.       — А? Воспевающий, ты серьёзно? Дурашка. Но это мило, спасибо. Если окажусь в Фусо, непременно попробую. Да, Рика, рассказываю. Он сейчас передал мне знания. Создавшая его ведьма умела вырезать из бамбука небольшие свистки, глухо звенящие колотушки-колокольчики и ксилофоны.       — Бамбуковый котёночек.       Из их памяти я знал. Цитадели и крепости ведьм уходят в эпоху, когда меня только разместили в гробнице. Большинство из них имеют возраст примерно тысячу лет. Их архитектура отличается, например, от той же Сент-Тронд. Хотя и последняя не далеко ушла от того, что называется замком. Однако ранее города росли вокруг крепостей. Нынче же город, в который мы прибыли был километрах в двадцати. К слову современные стандартные единицы измерения оказались довольно удобны.       Грузовик остановился. Когда Рэйна выходила, то случайно стукнула меня рукояткой о сталь обшивки. В тот момент я попытался считать механизм так же, как я считываю людей. Это не дало эффекта. Интересно, возможно ли такое, что если люди освоят руны из моей гробницы, то будут способны придать подобные свойства не только примитивной железке вроде меня?       Далее проходила процедура отоваривания. Пусть я и знал многое из памяти, но мне было интересно взглянуть на многие товары во многих магазинах. Человечество изобрело пороховое оружие, карданный вал и пиццу. Я довольный дребезжал в ножнах. Великие предки, современники моих Создательниц могут гордиться нынешним поколением.       — Ой, а этот прям твоя точная копия. Воспевающий. — Я мелко дрогнул в знак протеста. Сейчас мы зашли в магазинчик с холодным клинковым оружием.       — А? Что такое.       — Рэйна… — начала шептать младшая Алонсо своей сестре на ухо. — Не разговаривайте на людях. Никто вокруг не знает о способностях Воспевающего.       — А, точно… простите.       Мы продолжали разглядывать прилавки, когда случилось нечто, чего мне следовало бы испугаться. К Рэйне почти вплотную подошёл непримечательный парень. Эдакий полу-доходяга. Ну, разумеется, вполне логичный расчёт. Слабая девушка гораздо более уязвима для внезапной атаки, нежели витрина и продавец, который может и не вступиться за потенциальную покупательницу. Сверкнуло лезвие ножа, ремешок моих ножен оказался перерезан, и парень со мной в руках бросился наутёк.       — Эй! Ворюга! Стоять! Лови вора! — раскричалась Рэйна, но воришка невероятно сильно напряг ноги, на мгновение даже немного проскользив по полу магазина. За его спиной началась суета и паника.