Bendy and Boris: Continuing The Search For The Ink Machine

      —Для начала опрос, а потом сразу небольшой осмотр. Садись на кушетку. — Людвиг что-то перебирал в выдвижной полке стола, стоя спиной.       —Вы не церемонитесь ни с чем. — Усмехнулся Бенди, кладя сумку на стул.       —Не думаю, что ты хочешь здесь надолго задерживаться. Я, да и ты скорее всего тоже, поскорее хотим узнать результаты. Я смогу спрогнозировать твоё дальнейшее состояние. — Он чуть смягчился. Даже такого чудака чернильная болезнь берёт на слабо.       Парень скорее залез на кушетку, чем просто сел.       —Итак, твои приступы длятся каждый день по семь-десять минут. Два раза прерывались. Как давно ты болен? — Доктор сел на стул справа от демона, держа в крыльях планшет с листом и ручкой.       —Около полутора месяцев, может чуть больше. — Он задумался, прошло не так уж и много времени.       —Как начиналось? Симптомы, может что-то произошло в тот период времени? В какой момент приступы стали длиннее?       —Хм... — Он задумался. — О! Меня уволили в тот период! Какой-то урод обвинил меня в том, что я якобы доломал его машину. Моя задача исправлять поломки, а не доламывать. Подозреваю, что после отдачи машины он сам её доломал. Несмотря на то, что моё место работы буквально доживало своё, меня всё равно уволили. — Он все ещё был оскорблён и обижен. — В целом после этого прошло примерно дня четыре, как показалось изначально я заболел. Просто простуда. Озноб, кашель, очень много спал.       —Сколько это состояние длилось? — Людвиг что-то сосредоточено и даже как-то слишком серьёзно слушал.       —Может неделю? Всё походило на обычную простуду, хотя справедливости ради тогда было лето. Всякое же бывает и летом тоже болеют. — Он поник голову, нервно перебирая пальцы. — Симптомы вроде прошли, но остался кашель, причём всё ещё сухой. В одно утро я закашлялся аж до рвотных позывов. Думаю, от этого было недалеко, ведь выкашлял чернила... — Он со смешком пожал плечами и на мгновение сжал губы. — А первый приступ случился через пару дней после этого. Длиннее они стали спустя может недели три, даже месяца не прошло.       Профессор какое-то время что-то обдумывал, постукивая ручкой по краю планшета.       —Что ты чувствуешь во время приступов? — Он поднял на него глаза.       Описывать что-то подобное было немного некомфортно.       —В первый приступ началась отдышка, причём такая, будто я пробежал кругов двадцать без остановки вокруг своего района, а когда лёг, то на меня ещё вдобавок кто-то сел. — Как-то комично сравнил он, на что Людвиг усмехнулся. — Будто кто-то давит на грудь... Или на шею. Не сказал бы, что это было прям ужасно больно. Терпимо, очень терпимо, если сравнивать. Чернил было немного, отделался испугом так сказать. — Он неловко посмеялся.       —А сейчас? — Мужчина более оживлённо на мгновение приблизился к нему, садясь удобней и лёгким жестом указал на парня ручкой, после перекинул её в другое крыло.       —В начале всегда всё то же чувство на груди, будто гирю бросают. Именно бросают и снова поднимают, боль волнообразная. — Он скривился. — Отдышка, будто в горле что-то застряло. Я-то уже знаю, что это буквально ком чернил, но по ощущениям что-то более жёсткое. Скручивает живот, ужасно сильно! С недавнего времени появился гул в голове и жжение в груди, как при изжоге, но умноженное в раз сто, если не больше! — Он не преувеличивал, если брать исключительно его ощущения. — Тошнит практически всегда, в последний приступ ничего не вышло.       —Если тебе во время приступов хочется стошнить, то лучше делать это. Не желательно оставлять чернила в теле, организм выталкивает то, чего быть не должно, поэтому тебя рвёт. — На это Бенди кивнул. —Больше ничего? — Людвиг спросил это так, будто должно быть что-то ещё.       —Вроде больше ничего. Потливость повышается, чернила начинают появляться с головы. В последнее время заплывает всё.       —Это нормально, чернила во время приступов убираются? — Бенди кивнул. — Хорошо. Лучше всегда это делать. Чем больше тело заплывает, тем больше есть шанс... Потерять, допустим, конечность. — Он сказал об этом так же легко, как говорил о еде. — Это происходит крайне редко, но всё равно желательно не допускать таких ситуаций.       —А может быть такое, что во время приступа может проявится сила? Ну, магия там, например, или что-то подобное? — Бенди был встревожен, то есть, он может потерять конечности вот так просто? И с ним постоянно кто-то должен быть рядом.       Профессор задумался.       —Думаю, что такое может быть из-за повышающегося адреналина. Организм думают, что он в опасности, пациенты часто испытывают панические атаки во время приступов. Поэтому да, проявление магии может срабатывать как защитный механизм. Я сам не припомню такого, но слова об этом среди совета ходили. Я постараюсь узнать побольше об этом. У тебя было что-то подобное?       —Вроде бы да, было. Прежде я никогда не пользовался чем-то подобным, даже не знал, что что-то такое есть! — Он был от природы очень сильным, очевидно было предположить, что у демонов есть магия.       —Ты не навредил себе или кому-то ещё по случайности? — Он спросил это скорее для статистики, чем для того, чтобы уличить его в чём-то.       —Думаю, нет. — Если гигантская русалка не в счёт.       —Хорошо! — Профессор встал с места, отложив планшет на стол. — Проверим для начала грудную клетку, самое важное. Раздевайся по пояс. — Он повеселел, снова отойдя к столику.       В помещении было прохладно, шерсть встала дыбом, а мурашки пробежались волной, как только он снял рубашку.       —Вставай. — Он махнул крылом.       Парень хотел было сказать ещё что-то, но мысли тут же вылетели из головы.       Холодная воронка коснулась шерсти. Как же давно он не ходил в больницу. Демон стал думать, что точно похож на потерянного ребёнка, не знающим что делать. Жестом Людвиг приказал тому повернуться спиной. Прибор неприятно ходил по телу, отдавая мурашками.       —Ты чувствуешь удушение при каждом приступе? — Ученый убрал прибор, приглашая сесть за стол. Бенди кивнул на вопрос. — Когда дышишь во время приступов слышишь что-то вроде хрипа?       —Зачастую я мало что слышу, но да. Оно скорее не слышится, а ощущается в горле. — На это профессор кивнул, что-то быстро записывая. — Я возьму кровь на обследование. В идеале мне бы получить образец чернил! Но это при удачном раскладе. — Он улыбнулся, доставая все необходимое для сбора. — Анализы в зависимости от пациента могут быть разными. Чернила не содержат в себе чего-то одинакового. Ты же чувствуешь их вкус? Какой он? — Он обрабатывает кожу ваткой и вставляет капсулу в шприц.       —Кислый, ужасный на вкус! Порой бывает горчит, но в основном он кислый и даже бывает жжёт язык. — Парень внимательно следил за тем, как игла входит в кожу, а в капсулу медленно набирается кровь.       —Боюсь представить как это противно! — Он рассмеялся. — Обычные чернила в повседневной жизни имеют химический привкус, могут горчить. Кислый вкус ничем не объясняется, но зачастую все пациенты чувствуют то же, что и ты. Мне нужно было узнать это в случае, если что-то отличается.       —По поводу груди... Всё же нормально? — Он мгновение дёрнул ртом, когда игла неприятно вышла из кожи и на её место пришла ватка.       —Всё хорошо, мне важно было узнать, чувствуешь ли ты хрип вне приступов. По возможности я бы хотел, чтобы ты проверялся. Так как вы путешествуете это может быть немного проблематично... — Он задумался. — Я придумаю что-нибудь. — Утешающе взглянул на него и резко развернулся, задевая локтём канцелярию. Содержимое бокса разлетелось по полу. — Ох! Без этого никак! — Он вскинул крылья и закатил глаза к потолку, будто спрашивая кого-то, издевается ли он.       —У вас всё нормально? — Послышался со входа голос Феликса.       —Всё отлично, друг мой! Я немного буяню! — В ответ послышался смешок. — Итак, я отправлю кровь на обследование. В идеале я бы хотел, чтобы ты остался здесь. Просто послушать тебя и сделать забор крови будет мало! Мне нужно проследить как протекает приступ и забрать образец чернил.       Бенди замешкался. Оставаться здесь казалось ему чем-то... Странным. Скорее ему было некомфортно.       —Я.... Мы никуда не торопимся вроде бы, поэтому, наверно, я могу остаться. — Неуверенно ответил он. —Не беспокойся! Я просто понаблюдаю за тобой! — Он активно жестикулировал и будто вернулся в прежнюю чудаковатость после рабочего процесса. — Пока можешь идти, вы наверняка проголодались. Печеньем и чаем не наешься. Прошу тебя вернуться как можно раньше! Никогда не предугадаешь, когда может начаться приступ. — Людвиг вышел за ширму к остальным, позволяя Бенди одеться.       Слишком много информации за такой небольшой промежуток времени. Выйдя к команде, он встретил встревоженные взгляды и активно объясняющего что-то им профессора.       —Поэтому прошу притащить парня сюда. Переночует здесь, а вы найдёте другое место. — Судя по всему пока он переодевался, учёный уже успел обо всём доложить.       —Всё плохо? — Встревоженно спросил Борис, на что Бенди молча пожал плечами.       —Нет! Пока результаты анализов не пришли беспокоится не о чем. Дыхание чистое, значит с лёгкими всё хорошо! Может мы сможем сделать рентген пока ты здесь, было бы идеально! Я пока составляю общую картину, поэтому буду ждать тебя! — Он уже развернулся, чтобы уйти, но тут же повернулся обратно. — Оу! Феликс! Есть разговор, поэтому ты тоже мне нужен. — И не ожидая ответа мужчина закрылся в лаборатории.       —Нам стоит пойти поесть. — Приободряюще сказал Магз после долгой паузы, указывая на длинный коридор.       Повисло ещё более долгое молчание, а коридор всё никак не заканчивался. Борис незаметно оттащил Бенди назад, позволяя остальным идти впереди.       —Почему ты не сказал мне, что у тебя не было приступов? — Он был по-детски раздражён. Насупился и надул щёки.       —Я и сам забыл. Профессор Людвиг сказал, что это могли быть небольшие рецидивы... В случае, если бы я лечился. — Он пожал плечами, на что Борис нахмурился ещё сильнее. — В любом случае всё хорошо. Как оказалось, та моя... Трансформация тоже может быть нормой. Я полностью проверюсь и узнаю, что происходит, не беспокойся. — Демон утешающе положил ладонь на предплечье брата, пытаясь внушить тому, что всё под контролем.       Волчонок смягчился и тяжело выдохнул. Раньше времени делать выводы не стоит. Он был уверен, что всё не так уж плохо, тем более он только недавно заболел. Прогнозы жизни на год или полтора не внушали надежд, но шансы есть.       —Уже уходите? — Весело обратился к Феликсу охранник       —Позже вернёмся! — Отсалютовал писатель и они вышли из здания.       Вечером даже и не пахло. Горожане всё так же активно разговаривали друг с другом, гуляли, куда-то спешили. Далеко от университета отходить не стали. Зашли в первое попавшееся кафе. Быстро сделали заказ и сели за столик, блаженно выдохнув.       —Я б тоже сейчас на обследование пошёл, мало ли что найдётся. — Подтягиваясь Капхед позволил Джекпоту сесть к нему на колени.       —Единственное, что могут у тебя найти так это бронхит от курения. — Магмен спокойно поедал свой обед.       —Вообще-то курение вредит всему организму, а не только лёгким, умник. — Капхед не любил, когда ему тыкали по поводу курения.       —В любом случае главная твоя проблема это твоя зависимость.       —Раз ситуация сложилась так, что Бенди нужно будет находится в университете, тогда ваша задача будет забронировать номер. Я пойду вместе с Бенди. — Феликс решил не накалять ситуацию, переведя разговор в более важное русло.       —А мы не потеряемся без вас? — Борис покосился в окно, осматривая толпу.       —Не думаю, отель находится за углом, я примерно покажу вам здание, а там уже сами. Запишете имя на меня. — Феликс спокойно попивал кофе. Летала лёгкая атмосфера, то что надо после тонны информации.       —Поняли, приняли, босс. — Съязвил Капхед, тут же получив удар под столом. — Что будем делать после обследования? Ты сказал, что неизвестно на сколько останемся. — Он зашипел, злобно смотря на брата.       —Будем смотреть по ситуации и тому, что скажет Людвиг. Если всё будет более чем хорошо и нам больше ничего здесь не надо, то двинемся дальше.       Раз действуем по ситуации, в таком случае стоит разгрузиться. Как-никак они в огромном городе! Команда вышла на улицу, писатель как смог показал куда идти и направился с Бенди в университет.       —Сильно испугался? Людвиг бывает крайне... Хаотичен. Ему нужно всё и сразу. — Феликс внезапно обратился к демону.       —Не сказать, что прям испугался, пф... — Он сделал вид, будто его это не особо волновало. — Просто не люблю все эти обследования. Это не повод для гордости, но я крайне редко ходил по больницам и больше не потому, что мне всё равно, а потому что времени не было. — Снова в голове всплывала тяжёлая работа.       —Некоторые годами могут в больницы не ходить и живут спокойно. Тем не менее я считаю, что здоровье более чем важно и следует обследоваться хотя бы раз в год. Думаю, теперь ты об этом знаешь. — Он мягко смотрел на парня. Он его не отчитывал, но небольшой стыд появился сам собой.       —Вы всё слышали? Я б не сказал, что дверь или само помещение звуконепроницаемые. — Он усмехнулся.       —Я не думаю, что ты говорил что-то необычное. Мы тоже узнали много чего нового, а Людвиг сделал вид, будто он что-то рассказывает нам, чтобы не смущать тебя. Я уже было подумал ради приличия выйти, но Борису было важно остаться. — В целом скрывать то и нечего было. — В любом случае я уверен, что всё более-менее будет хорошо. Мы уже получили деталь и как минимум осведомлены о том, как их находить и ориентироваться! Я понимаю, что времени у нас не так много, но уверяю тебя, что всё у нас получится. — И Бенди искренне в это хотелось верить.       Неосознанно, но вся команда поняла всю сложность ситуации. И без того было понятно, что времени нет, но, когда поставили рамки оказалось, что его нет вдвойне. И Бенди, сам того не осознавая, расстроился так, будто уже похоронен.       —С возвращением, недолго вы гуляли. — Всё так же приветливо обратился к ним охранник.       —Перекусили и вернулись. Я скоро уйду, мой товарищ останется с профессором Людвигом на какое-то время.       —Учтено! — Отсалютовал мужчина и они пошли к лестнице.       —Феликс! — Послышалось сверху. — Идёмте-ка в библиотеку, поговорим там. — Кивнул им учёный и направился в очередной неизвестный коридор.       Библиотека звучала более чем привлекательно для обоих, как для книжных червей. Она была огромная! Те самые бесконечные книжные полки возвышались до потолка. Только подвижная лестница позволяла дотянуться до самого верха. Свет ещё более тусклый, чем в остальном университете, но позволяющий спокойно читать. Тихо, умиротворённо, что так и тянет сесть на мягкое кресло в углу с книгой, подальше от посторонних глаз.       —Бенди, если ты не против, я хотел бы поговорить с Феликсом наедине. Ты можешь пока прогуляться. — Явно намекая на библиотеку сказал Людвиг.       Бенди кинул взгляд на писателя, тот лишь кивнул, будто дал одобрение на что-то. Парень и сам не знал на что, тем не менее побрёл куда глаза глядят, а глаза глядели в разные стороны. Разбегались, не зная за что ухватится. Пришлось пройтись по многим стеллажам, невольно возмущаясь тому, как тяжело ему было увидеть даже таблички. И почему природа не наградила его высоким ростом.       Наконец цепляется за полки с приключенческими жанрами. Обычно Бенди не выбирал книги по обложке, здесь же ситуация отличалась. Как минимум, потому что он искал лишь единственные издания в чёрной обложке, обрамлённые золотыми рамками. Искать в целом долго не пришлось, писатели были подписаны над самими стопками и наконец он выхватывает пальцами одну из них. В целом у Феликса томов было восемь, но в его коллекции дома их было семь. Заветная часть была в руках, а глаза нашли стул с мягкой обивкой в удалённом от посторонних глаз углу.

***

      —Это по поводу Бенди? — Феликс с Людвигом сидели недалеко от выхода с библиотеки.       —Да, но спешу тебя успокоить, пока с его здоровьем всё нормально. — Он был на веселе, но деловой тон не сбавлял.       Феликс всегда удивлялся, как такая порой неряшливая, чудаковатая и невнимательная личность могла так серьёзно вникать во что-то, откидывая все свои причуды. Лет пять назад ученый таким не был.       —Я хотел бы связаться с... Скорее со всеми местами, до которых я могу дотянуться по своему статусу. Я хочу, чтобы Бенди периодически проверялся, но так как вы путешествуете, единственное решение в такой ситуации - это связи. Я могу предупредить коллег о том, что внезапно можешь прийти ты с командой, а те, в свою очередь, проведут обследование. Дело не простое и не все согласятся, но хотя бы парочку мест я могу выбить. Там уж постарайтесь появляться здесь. Как минимум в Силливижене один хороший знакомый сможет вас принимать на постоянной основе. — Он смотрел так, будто хотел сделать что-то большее, но, к сожалению, не мог.       —Я был бы крайне благодарен тебе за это. — Феликс выдохнул от облегчения.       —Я всё ещё помню про долг! То, что я бываю забывчивым ещё не означает, что я забываю такие важные вещи. Я, между прочим, ученый! — Он самодовольно вскинул голову.       —Ты хотел поговорить наедине, чтобы не смущать Бенди? — Писатель всегда удивлялся, как Людвиг мог быть таким внимательным к окружающим.       —Я психиатр, Феликс, я вижу всех на сквозь! — Он быстро указал на кота и тут же отдёрнул крыло обратно. — Бенди некомфортно от обследований. Напряжённый, трёт руки, тревожно говорит о болезни. Я думаю, ты и сам знаешь об этом.       —У нас уже было пару ситуаций во время приступов, я говорил с ним, он принял к сведению мои слова. Но я ведь не психолог, чтобы убрать это до конца. Главное, что он согласился, это уже многого стоит. — Он задумался. — Я не хочу тебя нагружать, ты и так многое сделал. Если выпадет возможность, я был бы рад, если бы ты поговорил с ним. Он слишком критично относится к этому, и я могу понять его.       —А тот мальчик, Борис, с ним всё хорошо? — Внезапно поинтересовался Людвиг.       —Борис переживает, сильно. Он ещё маленький и квесты по факту не то, где он должен в его возрасте, но деваться некуда. Бенди сам его воспитывает, а моя задача на данный момент сопровождать их. Мы ищем любую информацию о болезни или способе её лечения. — Он не стал вдаваться в подробности, но надеется, что Борису в ближайшее время не понадобится психолог из-за всего, что произошло.       —Я в любом случае хотел с ним поговорить, он мой пациент, а болтать я люблю! В любом случае я всегда открыт для разговора и, если у вас в команде появятся проблемы я всегда к твоим услугам. Коллега в Силливижене тоже может вам помочь в этом плане. — Он приободряюще положил ладонь на плечо Феликса, пару раз похлопав и направился вглубь библиотеки.       Феликс пошёл за ним, ища Бенди среди высоких стеллажей. По чутью или по своим знаниям о парнише он направился в раздел с книгами, которые ему же и принадлежали. Не прогадал. Демон по виду не очень удобно сидел на стуле, одним глазом читает книгу, а второй уже закрывался. Неужели на столько неинтересен был один из его томов? Он осторожно подошёл, пытаясь вычитать обложку. Восьмой, видать взаправду не интересный.       —Бенди. — Обратился писатель и парень дёрнулся, захлопывая книгу и выпрямляясь. — Мы закончили. — Он кивнул в сторону выхода, намеренно не обращая внимание на то, как тот пытался как можно не заметнее поставить книгу обратно.       Бенди казался сонным, может так сказалась дорога. Да и весь день в целом.       —Вот вы где! Пора закругляться. — Людвиг повёл их к лестнице.       —Мы будем в отеле, если освободишься раньше приходи, если нет, то мы сами придём, как только все оклемаются. — Как-то успокаивающе говорил кот.       —Хорошо. — Неуверенно ответил тот. Похоже он не привык быть один в целом, хотя его привычка сбегать во время приступов говорила об обратном.       Феликс кинул ему последний подбадривающий взгляд, попрощался с Людвигом и пошёл к выходу.

***

      Сказать, что он чувствовал себя некомфортно это ничего не сказать. Оставаться одному, с малознакомым профессором не входило в его планы этим утром. Но если это как-то поможет, то так уж и быть, потерпит. Они вернулись в лабораторию и наступило долгое ожидание. Между этим учёный провёл рентгенографию, дабы проверить лёгкие. Вот так целенаправленно ждать адской боли ему ещё не приходилось. Несмотря на то, что приступы стали рутиной, он никогда не был к ним готов. Его клонило в сон и как только Людвиг предоставил место для сна, тут же провалился в дремоту.       Ждать не пришлось, приступ внезапно настиг его во сне. Снова эта боль в груди, пульсирующее давление. Пот хлынул градом на белоснежную подушку. Из рта выходят прерывистые глухие вдохи, а в живот будто бьют ногами. Вырывается болезненный стон, и он сворачивается на койке, слыша лишь гул в голове, который будто отбивал ритм с каждым ударом сердца. Прежде чем чернила успели залить глаза их убирают холодной тряпкой.       —Бенди, слушай мол голос, хорошо? — Обратился к нему Людвиг. — Постарайся ответить мне, хорошо? Я понимаю, как это может быть тяжело, но мне нужно, что бы ты говорил со мной. — Он говорил спокойно, будто немного строго. — Постарайся выпрямится, нужно снять рубашку.       Демон издал лишь дрожащий стон, будто это помогает унять боль. Он позволил снять рубашку, пусть так и не понял, что делает. Слова тоже бы пролетели мимо, если бы он не приложил достаточно сил для того, чтобы вслушаться. Людвиг старался убирать чернила чаще, чем это делал Борис.       —Мне нужно, что бы ты сказал, что чувствуешь сейчас.       —Всё то же самое, что и говорил вам до этого. — Ему пришлось приложить усилия, чтобы сказать это.       Парень заскулил, хватаясь руками за грудь. Его нервировал факт присутствия Людвиг рядом, скорее даже тревожило, отчего дыхание спёрло ещё сильнее.       —Я понимаю, что тебе тяжело сей—       Он не успел договорить, как вдруг парня вырвало. Благо тот среагировал и дёрнулся к краю кушетки, перепугав самого себя.       —Нормально, всё нормально. — Учёный похлопал того по плечу и парень, хныча увалился обратно на спину, прикрывая рот рукой. — Обычно это происходит менее резко?       На это парень не ответил, он готов был поклясться, что ещё чуть-чуть и он выбежит с этого кабинета. Тревога била всё сильнее, грудь уже не пульсировала волнами, а скорее была перманентной. Уже было непонятно, наворачивались слезы от боли, или от страха.       —Бенди—       —У меня таблетки в сумке. — Умоляюще проскулил парень, указывая куда-то, но точно не на сумку.       Мгновение и он уже запивал её лекарство холодной водой.       —Я хотел знать, стоит ли колоть транквилизаторы, но, судя по всему, всё терпимо, как я уже и говорил. Что ты чувствуешь? — Людвиг был не приклонен, может он садист?       —Мне страшно рядом с вами! Хватит задавать тупые вопросы! — Парень захныкал, как ребёнок и отвернулся к стене, пытаясь выровнять дыхание.       Чернила убирались, время шло, а приступ не заканчивался. Парень не могу даже предположить сколько времени прошло.       —Жжение в груди не прерывается. — Между словами он делал паузу. — И тошнит меня обычно не резко.       Людвиг молчал и эту тишину прервал звук часов, прозвенел будильник.       —Не очень приятные новости, приступ длится больше десяти минут. — Он тут же поставил таймер. — Ты находишься в чужом месте, без брата или товарищей, поэтому я понимаю твою тревогу. Разговор с кем-то во время приступа помогает больным не думать о... Возможной смерти или о боли. Ты не привык к такому, поэтому не понимаешь, почему я издеваюсь над тобой.       Он слушал и вникал. Как бы иронично ни было, но как только Людвиг замолчал боль будто наросла. Он снова застонал, хватаясь руками за живот и боль начала сходить на нет. Потихоньку дыхание начало приходит в норму и только сейчас он наконец обратил внимание на хрипы. Он указал дрожащими руками и на горло.       —Слышу. — Подтвердил учёный и как только всё пришло более-менее в норму помог Бенди привести себя в порядок.       Сидя на кушетке у него кружилась голова, теперь он пытался откашлять, как ему казалось, ставший ком в горле, но ничего не выходило. После сильного жара его начал пробивать холод.       —Вы взяли чернила для исследований? — Хриплым голосом спросил парень, уже ложась обратно, чтобы не свалится с кушетки на кафельный пол.       —Да, как только ты заснешь колба отправится на обследование, завтра всё будет готово. — Учёный сел на стул рядом, позволяя демону хорошенько укрыться. — Итак, приступ длился семнадцать минут. Так как он начался в три часа ночи, смею предположить, что те почти два дня перерыва были даны на перестройку болезни. Время увеличилось. — С прискорбием сообщил он. — Извиняюсь за то, что издевался над тобой. Я хотел, что бы ты увидел разницу между тем, когда с тобой разговаривают, а когда ты переносить всё это в тишине. Боль при приступах работает примерно так же, как если бы кто-то успокаивал человека с панической атакой. Необходимо разговаривать, что-то делать, чтобы отвлечь мозг. Многие бояться помогать, некоторые винят себя за бездействие и могут только наблюдать. Хочу, что бы ты принял эту информацию к сведению. Я лишь пытаюсь облегчить тебе жизнь.       Бенди слушал внимательно, пусть это давалось тяжело. Половина слов будто исчезала и ему приходилось прилагать усилия, чтобы не отключиться.       —В целом на этом всё, мы сделали всё, что надо. Отдыхай, завтра узнаем результаты. — Он встал, не дожидаясь ответа и, захватив всё нужное, вышел из кабинета.       Осталась лишь гореть настольная лампа.