ash city

Сонхва проснулся в холодном поту от увиденного кошмара, больше похожего на реальность, чем на страшный сон. В испуге он повернул голову и с облегчением выдохнул, когда заметил, что рядом беззаботно и в полном порядке спал Хонджун - парень, который по чистой случайности забрёл в этот проклятый город пару месяцев назад, весь чумазый и в потрепанной одежде, и который стремительно быстро смог запасть старшему в душу. Время потихоньку приближалось к утру и Сонхва бесшумно вылез из кровати, чтобы пройти на кухню и начать готовить завтрак: рисовую кашу с мясом и чай из заранее перемолотых листьев. С появлением второго голодного рта в доме жить стало тяжелее, ведь добыть еду здесь было не так просто, однако Сонхва все равно большую часть пищи отдавал Хонджуну, иногда оставаясь практически голодным, на что младший всегда возникал, но все равно покорно схедал все, что отдавал ему старший. Пак расставил тарелки с чашками на столе, возвращаясь в спальню и присаживаясь около спящего. - Джуни, вставай, я приготовил поесть. - Мм.. - сонно мычит Ким, показывая непонятные жесты рукой в воздухе, а после переворачиваясь на другой бок и натягивая одеяло повыше. - Ну давай, просыпайся, завтрак стынет. - Ещё пять минуточек. - бурчит Ким. - Ты пока иди, я скоро присоединюсь. - И что мне с тобой делать? - Сонхва потрепал Джуна по волосам и поднялся с кровати. - Хорошо. Пять минут, не больше. Вернувшись на кухню, Пак разложил еду по тарелкам и разлил чай, вдыхая приятный аромат листьев. В желудке неприятно бурчало от голода, но Сонхва никогда не притрагивался к еде до тех пор, пока оба не будут сидеть за столом. Из комнаты послышалось шарканье ног и Хонджун вошел на кухню, садясь за стол и сонно потирая глаза своими маленькими ладошками. "Этот ребёнок невероятно милый", подумал Сонхва, желая приятного аппетита и приступая к трапезе. - Сегодня снова нужно выйти за запасами. - предупреждает Пак. - Я слышал, что неподалеку от болота выросли ягоды. Возможно, в этом месяце даже получится попробовать какой-нибудь десерт. - Ух ты, ягоды! Как давно я их не ел, - Хонджун грустно опускает голову, перебирая кашу ложкой и предаваясь грустным воспоминаниям. - Мама раньше всегда баловала меня ягодами по утрам...до тех пор, пока однажды не бросила меня одного в холодном доме без еды. - он поднимает голову, смотря на Сонхва с мольбой в глазах. - Ты ведь не бросишь меня? Как моя мама... - Не брошу. - Сонхва твердо ставит пустую чашку на стол, ни секунды не сомневаясь в своих словах. - Во мне ответственности больше, чем у некоторых матерей. - парень встает из-за стола, похлопывая Хонджуна по плечу. - Давай, доедай поскорее и пойдем соберём для тебя немного ягод, всё-таки молодому и растущему организму требуются витамины. Помыв за собой посуду, Сонхва отряхнул руки и развернулся, облокачиваясь спиной о деревянный кухонный комод, с улыбкой наблюдая за тем, как Хонджун с аппетитом уплетает кашу и дует на всё еще горячую чашку чая, делая осторожный глоток. Всё же без этого мальчишки старый и серый дом не был бы наполнен таким теплом и уютом, который он создавал своим присутствием.

***

Сонхва осторожно открыл дверь, прислушиваясь к тишине города и лишь изредка слыша звон колокольчиков вдалеке. Хонджун стоял позади и крепко держался за рукав рубашки старшего, с любопытством пытаясь выглянуть наружу. Хоть он и не был совсем ребенком, но все равно воспринимал все происходящее как игру. Думал, что Сонхва просто пытается сделать из обычного похода за ягодами какой-то квест с загадками, ведь никогда прежде Пак не рассказывал об истинных ужасах этого города и старался оберегать Хонджуна от любой информации, дабы тот и дальше жил в неведении и спокойствии. Вместе они вышли из дома, направляясь к окраинам города. Тропинка вела мимо старых домов, большинство которых уже давно стояло пустыми, покрытые слоями мха, пыли и пепла. Постепенно они добрались до болотистой местности, заполненной редкими кустарниками с круглыми красными ягодами. В нос тут же ударил запах сырой земли и болотных растений, а холодный и влажный воздух пробирал тело до дрожи. Стрекотание насекомых и кваканье лягушек напоминали Хонджуну о его раннем детстве в родном городе, где они с ребятами каждое лето собирались около озера и купались, до тех пор пока однажды там не утонул соседский мальчик. С тех пор Хонджун стал бояться воды и не подходил к ней достаточно близко. Обернувшись, Сонхва замечает как у мальчика дрожат руки, подходя к нему и протягивая немного собранных ягод. - Вот, держи. - он аккуратно перекладывает красные шарики в трясущиеся ладошки. - Не отходи от меня далеко, хорошо? Я быстро соберу нам немного ягод и мы вернемся домой, чтобы согреться. Пока Сонхва наполнял корзинку, Хонджун стоял рядом и внимательно наблюдал за небом, поедая невероятно сладкие и сочные ягоды, лежавшие в руке. Обычно оно просто оставалось серым, без проблеска света, но теперь на нём стали появляться странные облака, предвещавшие скорую беду. Вскоре на местность налетел неожиданный порыв ветра, принося с собой тревожный знак. Небо потемнело, стало зловеще серым. Сверху послышался шорох, после которого на землю преземлилось несколько хлопьев. - Хён, смотри, снег пошел! - Хонджун радостно прыгал вокруг Сонхва, ловя "снежинки" руками. - Это не снег... - знакомое чувство тревоги от осознания надвигающейся беды снова стало выбираться наружу, с охватывающей тело дрожью парень бросает сбор ягод и поднимает голову к небу, окутанному тёмными облаками и летящими хлопьями. - А что? - Это пепел. - почти шепотом произнес Пак, но этого было достаточно, чтобы Ким все чётко услышал. Только не снова. Каждый год в этом городе происходит одно и то же. Все начинается с такого "снега", который позже, осев на землю, будет окрашен красным, сея в городе еще большую грусть и опустошение. Старший уже давно подумывал покинуть это место и сейчас у него больше не оставалось в этом сомнений, ведь от его решения зависит и жизнь Хонджуна, за которую он теперь нес ответственность. - Нам надо уходить. Немедленно. - чувствуя, как сердце сжимается от осознания опасности, Сонхва крепко взял парня за руку, в другой держа корзинку с ягодами - кажется, их единственным пропитанием на ближайшее время - и стремительно зашагал к пока еще видневшимся воротам, ведущим на выход из города. - Но хён...почему? Что происходит? - Нет времени объяснять, это может стоить тебе жизни. Просто доверься мне. - Но твой...наш дом... - Хонджун указывает рукой в противоположную сторону, не успевая за шагами Сонхва и то дело спотыкаясь. - И куда мы пойдем? - Я слышал легенду о городе, где небо всегда чистое и яркое, а ветер приносит запах цветов и звуки смеха, а не смерти... Хонджун кивнул, не осознавая до конца происходящее, но веря человеку перед собой и понимая важность решения, стоящего перед ними обоими и чувствуя зарождающуюся надежду в груди. Для Сонхва каждый шаг становился испытанием, ведь никто не покидал город живым уже много лет, да даже не пытался, боясь неизвестности за пределами города сильнее, чем саму смерть. Но он верил, что их судьба другая, что они смогут преодолеть преграды, найти свободу и шанс на новую и счастливую жизнь. Тонкий слой пепла быстро превращался в густой поток, застилая пространство вокруг и ограничивая обзор. Хонджун закашлялся, почувствовав резкую боль в груди. Сердце Сонхва сжалось от ужаса, осознавая насколько они оба близки к гибели, оно колотилось словно бешеное, пытаясь вырваться наружу. Страх за свою и чужую жизнь сковывал движения, дыхание перехватывало от каждой попытки вдохнуть воздух, насыщенный ядовитым пеплом. Перед глазами, словно в бреду, мелькали образы прошлого: мать, отец, друзья, исчезнувшие навсегда и поглощенные этим кошмаром. Всё казалось абсолютно бессмысленным, бесполезным...но Сонхва не мог позволить себе сдаться. Его взгляд упал на Хонджуна, такого маленького и испуганного, кашляющего от раздирающей грудь боли. Мальчик цеплялся за руку Сонхва так, будто бы тот был единственным спасетельным кругом среди этого океана отчаяния. Это стало причиной, почему Сонхва продолжал бороться и бежать вперед, несмотря ни на что. - Я спасу тебя, не дам тебе умереть. - повторял он снова и снова, превращая свой страх в решимость. - Мы сможем убежать. Хонджун тоже боролся изо всех сил. Внутри кипела смесь паники и отчаянной надежды, смешанной с болью. Голова кружилась, а ноги отказывались слушаться, но слова о спасении придавали сил, чтобы двигаться дальше, туда где будет выход из этой бесконечной тьмы. "Вместе мы обязательно справимся" - убеждал себя мальчик, доверяя старшему другу больше, чем кому-либо другому. Сонхва бежал, огибая скрытые густым туманом препятствия и продолжая тянуть ослабшего Хонджуна за собой. Пепел густо оседал повсюду, проникая внутрь легких и вызывая еще больший кашель и почти невыносимое головокружение. Дышать становилось всё тяжелее, тело сопротивлялось каждому движению, но остановиться означало погибнуть. За спиной раздавались душераздирающие крики тех, кто не успел спрятаться в домах, чьи тела больше не могли бороться за жизнь. Выбежав наконец за ворота, Сонхва остановился, упираясь рукой в столб, борясь с головокружением и тяжело дыша. Хонджун обессиленно уткнулся в спину парня, обхватывая того руками и продолжая кашлять. Страшная картина, оставшаяся позади, продолжала проноситься перед их глазами: как последние жители города корчились в муках, хватаясь руками за горло или друг за друга, ища помощи, как лица были искажены болью, тела покрыты слоями пепла, начиная кровоточить. Люди пытались выбраться вместе с ними или укрыться в домах, тщетно пробираясь сквозь плотные клубы серой массы, некоторые падали прямо на колени, хрипло дыша и навсегда замирая в этой позе. Страх парализовал сознание Сонхва. Он видел все страдания знакомых лиц, поняв, какой страшной участи избежал он сам и Хонджун. Чувство вины охватило его душу, он сожалел, что физически не смог спасти никого другого, кроме себя и мальчишки. Гнев и бессилие перемешивались в душе, рождая непередаваемую горечь, и только где-то в глубине он чувствовал благодарность за их спасение. Позади, прижавшись к спине, стоял Хонджун, бледный, уставший, дрожащий, но живой. Сонхва развернулся, оглядывая парня, в чьем взгляде сквозила печаль, понимание случившегося и сочувствие тем, кого нельзя было спасти. Мальчишка пытался удержаться на ногах, слабея с каждым мгновением, но не сдавался, не плакал, проявляя удивительную стойкость и борясь до самого конца. Осознав, что они могли бы разделить участь остальных, оба ощутили чувство благодарности судьбе за шанс на спасение, свободу и долгожданное спокойствие вдали от проклятых городских стен. Их сердца наполнились уверенностью, что теперь, пройдя через такое испытание, они обязательно найдут своё счастье на предстоящем впереди пути. Этот миг стал переломным моментом в их жизни, точкой отсчета вне границ угасающего позади мира, наполненного серостью, смертью и страданиями. Теперь они точно знали цену своей свободы и были готовы бороться за неё до самого конца. Сонхва поднял голову и увидел голубое небо, совершенно свободное от серого пепла. Первое мгновение все это казалось нереальным. Несколько минут он просто смотрел в небо, понимая, что произошло чудо, которое прежде могло только сниться или казаться выдуманной сказкой. Выглянувшее солнце нежно касалось их кожи, даря тепло и энергию, столь необходимые после тяжелого пути. Придя наконец в себя, оба осмотрелись вокруг. Повсюду простирались зелёные луга, редкие леса, прозрачные реки, летали и щебетали птицы. Никакого пепла, никаких разрушенных зданий, ничего, что напоминало бы прошлое. Мир открылся перед ними заново, чистый, свежий, яркий и полный возможностей. Хонджун сделал шаг, поддерживаемый рукой Сонхва, ноги все ещё едва держали его, но каждое движение наполняло радостью и облегчением. Взглянув на горизонт, парни увидели силуэты незнакомых домов. Обменявшись улыбками, они двинулись вперёд, навстречу новой жизни. Впереди ждало многое: знакомство с новыми местами, новые люди, новые возможности и создание собственного безопасного будущего. Прошлое осталось позади, растворившись в тумане удаляющегося от них города. Теперь началась новая глава их общей истории, полная приключений, открытий и счастья. Они шли уверенно, зная, что любые препятствия преодолимы, если доверять друг другу и двигаться вместе, рука об руку.