Невозможное

Припарковавшись возле старенького домика в частном секторе Сеула, ребята начали выгружать аппаратуру. -Чимин, лови! -кидает ему ключи Юнги. -Длинный от ворот, второй от двери. Чимин скрывается за воротами. -А вы, я смотрю, поладили? -спрашивает Намджун. -Хо жаловался, что ты ему мозги ложечкой проел, чтобы он деньги забрал у малого, и вообще "я этой слащавой рожице не доверяю". -коверкает он голос Юнги. -Тц, Хоба гавнюк, тоже мне соулбро.-бубнит Юнги. -Ты же знаешь, я не доверяю первым встречным, жизой научен. -Ну ты сравниваешь, своих шлюшек, и.. Блин! -Юнги смотрит исподлобья на Намджуна, и тот осекается, но потом продолжает.-Подберешь себе невесть кого, влюбляешься и страдаешь. И, блин, Чимин классный чувак, бро. -с толикой возмущения пыхтит он. -Ну, я пока "дружбаном" назвать его не могу! Мы знакомы три месяца. Огонь и воду, знаешь ли, с ним не проходили! -хмурится Юнги. -Чем помочь? -громко и внезапно появляется в распахнутых воротах Чимин. -Вот, хватай усилок или шнуры, -командует Намджун. -А мы с Юнги, затащим синтезатор и пульт. Ребята выгружаются и постепенно заносят аппаратуру в пристройку. Сама постройка находится на задней части двора тетушки Хосока, заезд тут свой, поэтому не придется заезжать с центральных ворот. Это некогда старый жилой дом с высоким фасадом. Поэтому их новое "логово" уходит немного вниз, являясь подвальной частью дома. В здании уже никто не живёт, семья Хоби, планировала его реконструировать, но пока у них нет средств. И чтоб такое добро не стояло без дела, Хосок уговорил тетушку сдавать помещение им. После долгих разговоров он сторговался с ней на задаток в 200 тысяч вон, пообещав, что к оставшимся 200 они добавят еще и сделают звуконепроницаемые стены, чтобы не мешать им и соседям музыкой. Так как монстры-трудяги готовы репетировать и днём, и ночью. Один единственный минус логова, находится оно в 30 минутах езды от университета. Благо у Мина была тачка, правда мало свободного времени, чтоб быть личным водителем для каждого. Так же машина имелась и у Джина, но он часто занят работой, а Намджуну сам бог велел за руль не садиться. -Оххх, ты ж! -Чимин первый спускается вниз и охает, опуская на пол усилок. -Вау! Я думал, тут будет темный подвал в 30 квадратов от силы. А тут.. ну 60 будет, еще и две комнаты есть! -Намджун ринулся осматривать помещение. -О, тут и душевая с туалетом! О-о-о, хëн, тут есть комната без окон! -Намджун выбегает обратно в общий холл и машет руками. -Её же можно оббить, сделать звукоизоляцию и записывать там! Прям как реальная студия получится! Черт, такая роскошь всего за 200 тысяч вон! Я В АХЕРЕ! Юнги довольно кивает и окидывает взглядом помещение. Перед ним развернулся холл примерно 10 метров в длину, самое то для танцоров. Тут можно повесить зеркала и будет достаточно места для тренировок. Возле другой стены можно кинуть маты для растяжек, и поставить балетный станок. Он представил, как Чимин растягивается на этом станке, пока Юнги брынчит что-то на гитаре, а сквозь небольшие окошки под потолком просачивается закатное солнце. -.. Юнги, как думаешь? -вырывает его из своих фантазий голос Джуна. -Ты чего лыбишься? Слышишь, я говорю, в этот угол кофемашину можно купить, и вообще тут через стенку душевая. Можно провести трубы, поставить раковину и сделать целый кухонный уголок. Тут, блин, в дедлайны жить можно! Ну, или, если с Джином поссорюсь.. -Херасе, ты уже тут выдумал! -вскидывает бровь Юнги. -Ну кухня тема, а вот ссоры отставить. Чимин хихикает. Он всё это время тихо бродит вдоль стен, разглядывая старые картины, видимо, оставленные при съезде отсюда. Юнги становится любопытно, и он тихо подкрадывается со спины и заворожено наблюдает. Ни то за картиной, ни то за Чимином. У младшего был красивый, изящный профиль, аккуратный носик с маленькой горбинкой и такие круглые ушки, на которых висели массивные серебрянные кольца. -Не знаешь автора работы? -улыбается он через плечо, и Юнги видит только щелочки-полумесяцы вместо глаз. -А-а.. это.. -Юнги чувствует, как пересохло в горле, потому что кто-то явно стоял разинув рот. Он переводит взгляд на картину и на секунду теряется, где он, кто он. Почему вид младшего, так выбивает его из реальности? -Это "Пруд с кувшинками", Клод Моне. Импрессионист середины-конца 19 века. -Вау, так нежно. -проводит пальчиками по текстуре Чимин. -Спасибо, хëн. Мне и экскурсовод не нужен. -хихикает он. -Теперь хочется сходить с тобой в картинную галерею, я уверен ты мне намного интереснее расскажешь, -почти шепчет Чимин, наблюдая за Юнги, склонив игриво голову вбок. -Я.. э-э.. -РЕБЯТА! ТУТ РАРИТЕТ! -слышится крик Намджуна из соседней комнаты. Чимин резко отводит взгляд от Юнги, и проходит мимо, задевая его плечом. Последний выходит из какого-то оцепенения и семенит следом. Они заходят в ванную комнату и удивленно смотрят на Намджуна. -Ахереть, я думал здесь будет старая ванна или шкаф. -Намджун откашливается и стягивает пыльную пленку со старого коричневого пианино. -Ёмаё, Scholze.. у моей мамы такое было! -глаза Юнги распахиваются, и он ласково проходится по клавишам, стряхивая с них пыль. -Ему ж лет сорок.. Господи. Чимин удивлённо смотрит на искры, что сыпались из глаз Юнги, на его нежные прикосновения к этому старому пианино. И он без слов понимает, что крепче любви к фотографии и живописи, Юнги держит любовь к музыке. -Джуна, давай его вытащим! Хватай с той стороны, я с этой! -командует он. -Чимини, придержи дверь! -Хëн, давай лучше я? А ты дверь подержи! -кидается к нему Чимин. -Нет-нет-нет! Эту малышку должен вынести я! -отпихивает его от себя Юнги. Чимин чувствует некий укол ревности, но откидывает мысль от себя, это же просто пианино. И вообще, это просто его хëн. С чего такие мысли? -Давай-давай, Джуна, левее! -кричит Юнги. -Ну-ка! -Хëн, оно тяжеленное! Во-первых, мы его вдвоем не вынесем. Во-вторых давай малых потом запряжем, ты видел мышцы Гука? Пусть он таскает! -ворчит Намджун, Юнги вздыхает. -Ладно, поменяйся с Чимином, с ним толку больше будет. Юнги недовольно фыркает, но место Чимину уступает. Тот, уже скинув пальто и джемпер, закатал рукава на своей белоснежной рубашке, и обнажив крепкие руки, взялся за край пианино. -Давай, Джуни-хëн, на раз-два. -командует серьёзным голосом Чимин. -Раз! Два! Юнги смотрит, как парни протаскивают пианино из комнаты в комнату и ставят в противоположный, от задуманной кухни, уголок. Он провожает взглядом Чимина, успев залипнуть на эту новую сторону младшего. На этот строгий командный тембр голоса, что всё еще стоял в ушах. Юнги буквально отдирает свой взгляд от слегка влажной рубашки, прилипшей крапинками к спине, от рук, что одним движением зачесывают белесую челку назад. -Ва, спасибо, парни! -возвращается в реальность Юнги и, тут же, начинает заботливо отряхивать пианино. -Оно почти целехонько, тут по мелочи подкрутить и всё.. красота! -комментирует он. -Как только настроишь, сыграешь для нас? -подкрадывается сзади Чимин. -Ох, я боюсь, сам я тут не настрою, придется подкопить на мастера-настройщика. Тут менять много надо, что-то сгнило, что-то просто пришло в непригодность. -копается под крышкой Юнги. -Кстати, не исключено, что оно будет стоять для антуража! -тараторит Мин. - Для антуража? Хëн, ты серьёзно? -возмущается Намджун. -Мы тут потели, чтоб оно для красоты стояло?? -Джуни! Ты, вообще, видел эту малышку? Раритетная красотка! И я сказал "не исключено"! -складывает руки на груди Юнги. -Ладно парни, у меня пары через час. Подключим все потом. Надо еще замеры сделать, зеркала для Монстров наших купить. -Неужто, Юнги, ты вспомнил, что это их деньжата? -ядовито хмыкает Намджун. -Я всё, помню! И всё отработаю! -Надеюсь не натурой, сердечко Хо этого не выдержит! -подкалывает его Намджун. Ребята едут в универ и разбредаются по своим аудиториям. У Намджуна практика по экономике в южном крыле, Чимин уносится на лекцию по психологии, а Юнги уползает на ненавистную лекцию по менеджменту. День проползает медленно и нудно. Пары заканчиваются в начале седьмого вечера. Юнги чувствует, как желудок прилип к спине. Он ползёт в сторону кофейни перекусить и дождаться, пока освободится Хо, чтоб с ним поехать присмотреть пару мониторов с рук. Юнги твердо решил на зимних каникулах, сдав промежуточную аттестацию, найти работенку. Он уже мысленно оборудовал логово, мысленно записал микстейп и мысленно порвал весенний сезон баттла. До зимних каникул будет местный баттл районов, но Юнги даже не собирается тратить на это время. Нет, писать он не перестаёт, у них куча грандиозных планов на запись с Джуном и Хо. Пока он не сдаст курсовую и аттестацию, ни на что другое он отвлекаться не намерен. У него остался один хвост с прошлого семестра по живописи. Дедлайн, к слову, у которого завтра. Ему нужно подготовить работу и презентацию к ней. Тема была несложная "импрессионизм и человек". Но вот Юнги, который день, а вернее месяц ее откладывал, сетуя на отсутствие вдохновения. Уворачивался от преподавателя Чхве, всячески обещая ему принести "завтра" и отмахиваясь тем, что у него "полно наработок, он просто не знает какая лучше". На деле, подоконник Мина ломился пятью или шестью начатыми работами, половина из которых тёмные абстрактные пятна, никак невяжущиеся с лёгким стилем импрессионизма. Другая же половина те же тёмные, но уже не пятна, а трупы зверей, депрессивные лица или разгромленные здания, также несвязанные с темой работы. Здесь на холсте был оставлен его последний разрыв, как ему казалось, лёгкого и ненавязчивого романа с Кан Сыльги, с направления вокал. Бросив его спустя 4 месяца хорошего общения и 1,5 месяца довольно неплохих, видимо только по мнению Юнги, отношений. Она сказала: "Ты слишком хороший, мне с тобой скучно", и буквально через три дня они встречают ее в тусовке подвала, зажатую в угол каким-то двухметровым амбалом. Ей- богу, не останови тогда Джин Хосока, он бы ей все волосы повыдирал, за то, что та "обидела его сахарного бублика". Пол лета, к слову, этот сахарный бублик Мин Юнги рвал глотку матом на сцене подвала. Теперь тут его знают под псевдонимом Агуст Ди. Точно так же он назвал целый микстейп, написанный менее чем за две недели. Может, если не очередной разрыв, он бы не кинул остатки своих моральных сил на написание текстов. Ироничная правда, но после каждого расставания Юнги топил свои чувства в творчестве. Оно было мрачным, но насыщенно-мрачным, полным депрессии, боли и одиночества. Зато, тем самым, находило множество откликов. В этом видимо и было призвание Юнги, страдать. И делиться этим страданием с людьми, через свои картины и тексты. -Йоу, бро! -залетает в кофейню, занося с собой холодный воздух Хо. -Я в дамскую комнатку, припудрю носик. А ты мне капыч с собой закажи и полетели за мониторами. Мы до 10 успеем? У нас сегодня с бэби-монстрами ночная треня, в универе выбили зал до часу ночи. Мы таки решили в районный баттл заявку кинуть. Там гран-при - абонемент в качалочку на каждого участника группы и 150 тысяч вон! Немного, немало, а уже можно или микрофоны купить, или станок поставить. -тараторит Хосок и убегает в сторону туалета. -Станок.. -задумчиво тянет Юнги и, опять, ловит в сознании образ мягко тянущегося возле него Чимина. Парни быстро объезжают все вечерние сеульские пробки по дворам, берут два монитора, умело сторговав пару тысяч вон. Юнги закидывает Хоби к универу, а сам летит домой нагонять дедлайны по живописи. На часах 21:40, Юнги лениво заваривает зеленый чай, разогревает рис и ставит холст на мольберт. -Тц, в голове пусто, блин! -восклицает в пустоту он. Размяв кисти рук, он решает, что лучший вдохновитель музыка. Остановив свой выбор на Joy Division, он думает, что стоит полюбоваться британскими пейзажами в инстаграм-блоге одного своего любимого фотографа. Зайдя в соц сеть, Юнги видит в окошке с уведомлением 10 отметок: порядком 250+ лайков и 14 новых подписчиков. Чаще всего он смахивает уведомления, чтобы не висели и не раздражали, но он давненько не шарился в своем инстаграме, и оттягивая момент с дедлайном работы, он открывает окошко. Половина отметок с последнего баттла от его подписчиков и фанатов, если можно их так назвать? Юнги не считал себя какой-то знаменитостью или типо того. Он просто делает то, что ему нравится и делится этим с окружением. Так же среди отметок затесались забавные селки их компании с аккаунтов Тэ, Джина и Гука. Он переходит на профиль последнего, понимая, что соскучился по малому. Они не виделись уже более полутора недель. Юнги пролистывает эстетик фото манги, комиксов и осенних листьев. И натыкается на крайне милую селку Гука и Чимина, лежащих в кровати среди плюшевых покемонов. Это сто процентов кровать малого. Когда они успели? Фотографии, судя по дате, неделя. Юнги чувствует как ладони холодеют, а сердце пропускает удар. Они же не встречаются? Они столько времени проводят вместе. Хосок что-то говорил, что у них много общего, да? И всё? Они просто болтают про мангу и комиксы, как вот тогда, Юнги и Чимин болтали? Правда? Юнги опускает телефон и трет виски. Почему его вообще это волнует? Он делает глоток чая и медленно дышит. Господи, все равно. Он смотрит в экран и видит отметку "prk.jm". Юнги знаком с Чимином уже около трёх месяцев и ни разу не видел его страничку в инстаграм. Он кликает на ник и, попав на страничку Пака, первым делом видит надпись "подписан на вас" А, да? Давно ли? Ну, ладно. Юнги убивает время, листая профиль Чимина, просматривая все сториз и все публикации. Здесь видео со всеми уличными котиками, которых когда то встречал Чимин. Юнги мало того понял, что Пак любит котиков, так тот еще и нередко посещает приюты. У него были сториз оттуда и репосты с просьбой о помощи. Потом Юнги натыкается на пост, где Чимин делится, что у него на котов аллергия, и он не может завести себе пушистика. Помимо животных, здесь много таких же эстетик фото с листиками и цветочками, как у Гука. Закреплённые сториз со своими селфи и селфи с друзьями. И много, очень много видео с тренировками и выступлениями. Юнги не замечает, как он жестко влипает в эту нереальную кучу видео, он пересматривает некоторые по 4 раза. Он понимает, что видео с тренировок ему нравятся больше. Здесь Чимин такой естественный, всклокоченные волосы, розовое от физической нагрузки лицо, пот стекающий отовсюду и растянутые треники с майкой придают ему такой, с одной стороны, уютный вид. Но с другой показывают всю эту долгую и упорную работу над возможностями его тела. Вот что скрыто за этим милым, всегда улыбающимся лицом. Юнги снова откладывает телефон и залипает в окно. Он поспешил с первым впечатлением о Чимине. Он посчитал его таким же, какими являются многие из его бывших. Беззаботным, весёленьким, глупым, вечно хихикающим над любой шуточкой. Кажется, что он со всеми всегда флиртует. И непонятно, всерьёз это или стиль общения такой. Мин таких не любил. Ну после пары-тройки грабель, перестал любить и вестись на эти сладкие речи. И это противно прилипшее впечатление о нем, даже слова Тэ и Хоби не спасали. О том, что Чимин упорно и долго готовился к поступлению, и кроме танцев, его ничего не интересовало. Он даже отсрочил свое поступление, чтоб набраться бóльшего опыта. Он достиг одной из своих целей сам. Он смог поступить в Сеульский университет на направление хореографии. Ведь это стоит массы усилий. Юнги должен понимать это и по себе. Поразмыслив, он решает, что стоит отбросить свою категоричность и дать шанс общению с этим парнишкой. Тем более, их последняя беседа была интересной, общаться с младшим было комфортно. Уже хоть какая то, общая тема есть и.. Те слова Чимина, о том, что его восхищает и Юнги, и Тэхён. Их профессия. Те его слова о недооценëнности фотографов. Они правда очень зацепили Мина. Юнги берет телефон, продолжая листать профиль Чимина, и понимает, что долистал до первых записей. Он уже было думает, что потратил слишком много времени на это, и ему надо взяться за работу. Как тут, его взгляд цепляется за видео. Мужская фигура вся в обтягивающем черном, стоит посреди сцены. Сзади она подсвечена синеватым светом. Начинает играть классическая музыка, какая то знакомая симфония. Но Юнги слишком заворожен движениями, чтобы понять, что именно играет. Фигура плавно поднимает руки вверх, крутится вокруг своей оси и вскидывает ногу. Потом резко отставляет ногу назад и изгибается в спине. Все движения были мягкими, гибкими и гипнотическими. Танец казалось длился вечно, и в то же время, пролетел мимолетно. Камера в конце приближается к лицу, и Юнги видит под тёмным макияжем глаз и перьев лицо Чимина в ярко красных линзах. Он смотрит исподлобья, демонстрируя мрачную, с каплей сумасшествия, улыбку. Зал взрывается овациями. Юнги сидит, чувствуя как вновь пересыхает в горле. Он смотрит дату 14.09.2012 год. Чимину здесь шестнадцать? Юнги понимает, что этот мальчишка танцует давно, что он рожден танцевать. Подпись к видео гласит: "Танцор умирает дважды: когда перестает танцевать, и эта -первая смерть наиболее болезненная." — Марта Грэм Юнги снова откладывает телефон. Он чувствует, как до зуда в кончиках пальцев, его накрывает вдохновением. Находит он себя во втором часу ночи. Юнги убирает кисть, заводит будильник на 9:00, решает дочистить работу и сделать презентацию уже утром.