Взгляд Ждущего и Вера Ищущего - Перезапуск

*Автор* — Дверь плотнее закрывай, — встретил барашка бас Уилмора. Сбросив дрова в общую кучу, Агнец как следует прикрыл дверь и кивнул. А затем неспешно стал рассматривать внутренее убранство. С тех пор, как Аим стал заниматься мебелью, Мака — печами, а Торен — заготовками, в каждом доме теперь было уютно и безопасно. В каждом доме стояла печь, согревающая жителей, а некоторые, особо умелые как Торен, готовили в ней пищу. Также присутствовали погреба с заготовками, так что в особо сильные морозы можно было не бегать к амбару за продуктами. Однако, чтобы сохранить побольше древесины, было решено на зиму поместить несколько последователей в один дом. Так в доме Моды поселились: Нариндер с котятами, Торен, Джулнаян, сама Мода с Уилмором, Мака и Акапи. И, конечно же, Агнец. Несмотря на то, что это был самый забитый дом, тут было тихо и спокойно, каждый занимался своим делом: бобёр вырезал из дерева игрушки для детей, Мода да Джул ткали ковёр, рысенок показывал возлюбленной как он обжигает глину, а Торен дремал в углу. Вот только… — А где Нари? — Агнец сел за деревянный стол, осматриваясь. Уилмор махнул в сторону печи: — Наверх забрались и греются. Ты токмо не трожь их. Пущай отдыхают. Барашек соскочил со своего места и подошёл к печи, заглядывая за занавеску, туда, где было спальное место. Свернувшись клубочком, братья мило сопели, прикрытые хвостом и рукой дремавшего Нари. Барашек с умилением наблюдал за картиной, пока не почувствовал на себе взгляд: чёрный кот глядел на него широко распахнутыми, немигающими красными глазами. Агнец икнул, прикрыл занавеску и вернулся за стол, но еще долго чувствовал спиной пристальный взгляд немигающих глаз. — Я пойду посмотрю, как остальные обустроились! — и барашек поспешил покинуть дом, чтобы не чувствовать на себе взгляд кошачьих глаз.

***

Закончив плановый осмотр, Агнец вновь вернулся в дом Моды. Коты уже проснулись и занялись своими делами: Торен начал готовить, Аим занялся изготовлением стула, а Баал готовил компот из сушёных ягод и фруктов. Только Нари сидел молча за столом и наблюдал за всем этим. Агнец подсел к нему и улыбнулся. — Скучно, — выдал кот. — Привык я к ферме, да постоянной работе. А тут мне делать нечего. — Это ненадолго. Всего лишь на пару недель. Потом опять будет весна, — улыбнулся барашек. Первая зима, как сказал Уилмор, будет короткой, но очень холодной. Нариндер лишь глубоко вздохнул. Агнец понимал, что, привыкший к фермерскому делу кот страдал зимой от безделья, но ничем помочь ему не мог.

***

— А что у них происходит? — только проснувшийся после дневного сна, Агнец первым делом спросил, что происходит у чёрных котов. И не удивительно: на коленях, спинами к Нариндеру, сидели котята, опустив низко головы. — Провинились они перед ним. Вот, воспитывает, — сухо отозвался Торен. — А вообще кто их знает, что у них в головах. Я хоть и тоже из кошачьих, но творящегося в их головах не знаю. — Господин, не надо, мы будем хорошо себя вести! — пытался вымолить прощения Баал. Аим же, сжав кулаки на коленях да стиснув зубы, ждал своего наказания. — Если ты думаешь, Баал, что так легко выкрутишься, то ты ошибаешься, — рыкнул на котёнка Нариндер, хватая его за голову рукой. Баал вскрикнул, но, скорее, от неожиданности, нежели от боли. Чёрный кот медленно обнюхал котёнка, дрожащего всем своим телом и распахнул пасть, намереваясь перегрызть ему глотку. Но вдруг лизнул его. А потом ещё. И ещё. Баал завопил как резанный, попытался вскочить и убежать, но был жёстко остановлен божеством и усажен на попу. Нариндер продолжил вылизывать своего мелкого слугу, тихо мурлыча, Баал же заливался слезами и просил его отпустить. Агнец перекинул взгляд на Аима, что сидел, испуганно раскрыв глаза, но попыток к бегству не предпринимал. В отличие от своего брата, он был стоек. Но вот Нари отпустил взъерошенного котёнка, который с воем забрался на печку, где у него хранились в деревянном ящике его вещи. Вытащив оттуда щётку для шерсти, он принялся злобно вычесываться, недовольно ворча по-кошачьи. Настал через одноглазого. Закрыв покрепче глаза, Аим был готов к любым мукам, которые приподнесет ему его господин, но… — Как будто мама умывает, — мурлыкал он, когда язык божества прикоснулся к его затылку. Аим тихо замурлыкал и стал перебирать лапками, практически проваливаясь в сон в крепких руках Нариндера. Агнец хихикнул. Он считал эти вещи очень милыми. — Смешно тебе? — рыкнул Бог Смерти, а в следующую секунду уже летел в его сторону, норовя подмять под себя. Барашек опомниться не успел, как оказался придавлен тяжёлой тушей, а его кудрявые волосы стали объектом для кошачьих поцелуев. — Отпусти! — завопил барашек, пытаясь высвободиться, но куда там — попробуй сдвинь эту махину с места! Нариндер, не обращая внимания на попытки барашка вылезть из-под него, самозабвенно вылизывал его мягкое руно, при этом мурлыкая на весь дом. В конечном итоге Агнец успокоился и позволил привести свою лохматую голову в порядок, ведомый только самому Богу Смерти. Аим, уже пристроившийся на печке рядом с братом, тихо хихикнул, увидя эту сцену. — Надеюсь, он до остальных не доберётся… — покачал головой Уилмор. Коты-котами, но если пересекут черту дозволенности, то отправятся дышать воздухом на улицу. — Пусти, — хныкнул барашек. Но кот всё также продолжал самозабвенно его вылизывать.

***

*Нариндер* Такой мягкий и такой пушистый… Мне нравится перебирать лапками его мягкое руно на животе, вылизывать его спутанную голову… Он пахнет травами и сеном. А как ему идут эти коротенькие шортики и рубашечка, мррр! — Давай вычешем тебя, а? — прижал этот пушистый комочек к себе и тихонько мурлыкнул. Как же приятно и тепло… — Вычешем? Что? — задрожал. Так мило дёргается, когда цепляю шерстку коготками. — О, если его вычесывать, то меньше свалявшейся шерсти будет после стрижки! — закивала радостно Мода. Вот и отлично. Бяшке давно пора бы привести себя в порядок. Мне повезло, что у Баала нашлась лишняя щетка. Которую он одолжил лишь после того, как попутешествовал по миру Небытия. Возможно, это слишком грубо… — Хорошо, господин, берите! Только не надо туда! — расхныкался мелкий. Эх, жалко мне их, когда они вот так сидят, пускают сопли и слезы. Аим забрал в итоге своего брата на печку и стал его успокаивать. Эх, надо будет извиниться после перед ними. Но сперва… — Ай! — запищал Агнец, когда я стал расчёсывать его свалявшееся руно. Как дите малое! — А ну сиди смирно! — Да я сижу-у-у! — нытик. И что мне с таким делать?

***

*Агнец* Я боялся, что Аим и Баал будут соперничать с другими воспитанниками Нариндера за его внимание, но на удивление всё обошлось. Баал нашёл себе друга в лице Торена, много с ним разговаривал и узнавал нового. Закрытый в себе Аим предпочитал общество взрослых, чаще жался к Моде или Уилмору, если Нариндер был занят или хотел побыть один. Мака свободно разговаривала со всеми, а вот Джул… Он сплел себе у самой двери паутину и большую часть времени сидел там, не двигаясь. Меня очень беспокоит его поведение… Одно дело Мода, которая набрала себе соломы, скатала в шарик у печки и спряталась туда, периодически выползая поесть и опорожниться. Вроде как в спячку ушла. Уилмора да Маку тоже в сон клонит, но они держатся. Джул ведь тоже должен уйти в спячку, верно? Это он так в спячке? — Джул? — паук сразу же распахнул свои глаза и глянул на меня. — Что-то случилось, Великий пророк? — жуткий… Даже мой дорогой Нариндер так не хрипит при разговоре… А его скрипучие антенны… Брр! — Нет… Мне показалось, что тебе здесь одиноко. — Всё в порядке… — и он отвернулся от меня. Не понимаю, что с ним происходит.

***

*Автор* — Торен? — паук тихонько подкрался к ещё бодрствующему ягуару. Остальные уже крепко спали на своих местах, только Нариндер, сидя за столом, наблюдал за огнём свечи. Даже в зимнее время ночью спать ему не удавалось. И хоть он и лишился амулета Луны, привыкнуть к новому образу жизни было тяжело. Или же он был настолько заворожен, что не мог отвлекаться на сон? — Что тебе? — Торен поднял злой взгляд на того, кого ранее считал своей любовью. Тело всё ещё ныло при одной только мысли о том, что ему пришлось пережить в их последнюю совместную ночь… — Я скучаю по тебе… — Мы видимся каждый день. Даже ночью ты не даёшь мне спать, — зашипел на него Торен, но в его голову тут же прилетел жёлудь. Ягуар поднял голову на бодрствующего Бога Смерти, что злобно сверкал глазами, намекая на то, что они не одни тут, а остальным полагается хорошенько выспаться. Ягуар тяжело вздохнул и отвернулся. Говорить с пауком он больше не желал. Джул же, не получив даже лёгкого прикосновения, отправился на свою паутину. Нариндер проводил его взглядом, некоторое время посидел перед свечой, а затем задул её и направился к себе, наверх, где мирно сопели братья-коты. Проснулся он от дикого крика Моды, которая материла весь свет почем зря. Сонно разлепив глаза, он выглянул из-за печки и увидел вопящую на Джулнаяна мышь. Паук от страха собрался в комочек, прижимая что-то к груди. — Прости… Я не хотел… — тихо-тихо, совсем неслышно произносил раз за разом Джул, а глаза его вот-вот готовы были превратиться в реки слез. — Они маленькие, они не понимают… — Наверное нужно заранее предупреждать, что у тебя расплод из плотоядных паучат, а?! — продолжала кричать Мода. — Прости… — Что происходит? — постепенно просыпались и остальные. Торен же подошёл к распалённой Моде. — У него маленький взвод кусачих детей! А я об этом даже не знаю?! Разве так можно! — Ты их не убил, да? — ягуар зло взглянул на своего прошлого партнёра, на что ответом ему были полные боли и грусти глаза Джула: — Да как же я мог… Они же… — А меня ты мог им на съедение отдать, да? — от нахлынувших эмоций Торен зашипел на паука, отчего тот опустил голову низко-низко, хлюпая носом и пуская слезы, а в руках держал своих паучат, что непонимающе оглядывались по сторонам, забавно хлопая глазами. — Эй, а ну заткнитесь! — рявкнул на разбушевавшихся внизу Нариндер. — Вы чего накинулись на него? С утра пораньше тем более! — Его дети меня едят! Я проснулась от того, что мне в ногу вцепились чьи-то зубы! Если ты считаешь это нормальным, то я нет! — продолжала вопить Мода. — Молчать! — от того, как рявкнул на неё Нариндер, весь дом задрожал, а в нескольких местах открылись порталы в Небытие. — Нашла из-за чего орать. Агнец всё равно вылечит силой Алой Короны, — немного успокоившись, кот закрыл порталы. — Так ты на его стороне что ли? — Не важно, на чьей я стороне. Джул с самого начала зимы тут сидит в углу и никого не трогает, боится слово лишнее сказать, а ты на него чуть ли не с кулаками полезла только оттого, что он решил немного отдохнуть от родительских забот. Он же один детей воспитывает! И помощи, к слову, ни у кого не просит! — последние слова вместе с устрашающим блеском глаз явно адресовались Торену, который понуро опустил голову. — Сначала я досплю свой сон, а потом разберусь с вами всеми. Джул, чтобы твои дети больше не мешали спать! — после этого кот вновь улёгся на боковую. Паук, утерев мокрую мордашку, перебрался на свою паутину и, борясь со сном, следил, чтобы его малыши не разбежались снова.

***

— Назовём это собранием дома и начнём, — Нариндер сидел во главе стола. Несмотря на то, что за тем же столом сидели лидер культа, Мода и другие, против власти злого Нариндера никто и слова не сказал. — Ты, — он ткнул пальцем в Джула, сидевшего напротив. — Что происходит? Откуда дети? — Их немного… Их только трое… Я буду смотреть за ними, честно, не надо их убивать! — Кто тебе сказал, что их кто-то будет убивать? Только в том случае, если они будут препятствовать развитию культа или приносить больше вреда, чем пользы, — высказал своё мнение Агнец. Джул после таких слов сильнее прижал к себе паучат, глядя на пророка всеми четырьмя широко распахнутыми глазами. Он даже приподнял брюшко, легонько потряхивая им, будто готовясь к обороне. — Расслабься и сядь. Сколько времени нужно твоим детям, чтобы они поняли, что нельзя кусать за ноги Моду и грызть остальных? — Они быстро растут. За пару недель они уже станут самостоятельными. Думаю, к концу зимы я буду им уже не нужен. — И как ты планируешь за ними присматривать всё это время? — продолжал задавать вопросы Нариндер. — Я справлюсь… Это моя вина, я справлюсь… — Джул. За время здесь я понял некоторые правила. И я расскажу об одном из них: тебе никто не поможет, пока ты об этом не попросишь. Пройдёт время, пока ты научишься просить помощи, но сейчас я спрошу тебя прямо: тебе нужна помощь в воспитании твоих детей? — Мне? Помощь… — паук выглядел растерянно. — Я… — Как долго ты ещё продержишься без сна, а? Сутки, двое, неделю? До конца зимы не сможешь, а твоя детвора будет носиться по дому, норовя оттяпать кусок от других. Более того — им нужна пища. Ты получал порцию на одного. Так скажи мне — чем питались твои дети до этого? — Они… — а дальше Джул лишь бессвязно что-то пробормотал, опустив голову так низко, что его плечи поднялись намного выше затылка. Агнец, который видел переплетение паучьих мыслей, дёрнул Нариндера за край рукава и нашептал ему что-то на ухо. Кот скривился, но продолжил: — Значит так. Еду мы детям выделим. Не голодать же им. Что до помощи, то почему бы Торену тебе не помочь? Вы, вроде, были вместе какое-то время. — Я даже пальцем не коснусь его плотоядного потомства, — фыркнул в ответ ягуар. — Что произошло между вами? Я вас как не увижу, так вы мило шушукаетесь. Что сейчас не так? — Что не так? — вспоминая прошлое, Торен истерически захихикал. А затем подскочил с места, хлопнув по столу руками — все вокруг в ужасе шарахнулись, только Нариндер остался спокоен как скала. — Этот идиот так увлёкся, что решил, что будет правильно засунуть в меня своих грызящих плоть отпрысков! Ты знаешь, что я делал, чтобы они не прогрызли путь наружу, а?! — ответом на это заявление была реакция Агнца, которой снял со своей головы корону и положил её на стол, широкими от ужаса и удивления глазами уставившись в пол. — Подробности не обязательны. Сядь, — спокойно ответил Нариндер, покосившись на барашка. — Всё настолько плохо? — Можно я просто помолчу? — жалобно выдавив из себя подобие улыбки, спросил Агнец. — Тогда и остальным не стоит знать подробностей. Значит так: в своих отношениях разбирайтесь сами. За детьми я могу присмотреть, пока ты отдыхаешь и спишь, мне всё равно тут делать нечего. Если у кого-то есть что сказать — говорите. — Если меня не будут есть, когда я сплю, то мне нечего больше сказать, — подала голос Мода. — Хорошо. Кто-то ещё? — Дети есть дети, — только и буркнул Уилмор. Он был не против, но и рядом с собой держать плотоядных маленьких паучат не хотелось. — Отлично, если никто больше ничего сказать не хочет, то нашу встречу объявляю закрытой. Все свободны!

***

— Их только трое? Но были же сотни! — Торен со стороны смотрел за тем, как по столу под присмотром Нариндера бегают фиолетовые комочки. Размером они уже были с кулак, хотя изначально едва ли достигали размера наперстка. — Джул сказал, что они сожрали своих братьев. Вроде как у его вида это нормально, — кот не отводя взгляда следил за шалунами, что прыгали по деревянным ложкам и ныряли в глиняные миски. — Принеси немного воды. Им стоит искупаться. — Хорошо… — ягуар принёс миску, наполненную водой и поставил её на центр стола, усевшись рядом с чёрным котом. Маленькие шарики устремили свой взгляд на новый объект, один — самый смелый, пулей метнулся к миске, подпрыгнул и плюхнулся целиком в воду, отчаянно барахтая по дну лапками. Остальные вскоре последовали за ним, расплескивая воду всюду, куда могли дотянуться. — Они… Просто дети… — Да. Играют, балуются, а когда голодные — пытаются найти еду. Это нормально. — Где же Джул их держал… — Они ползали по его телу, пожирая линявшую шерсть. А когда шерсти стало совсем мало, то один из них залез в гнездышко Моды и цапнул её за ногу. Хе, понимаю его — я бы и сам откусил кусочек, — кот покосился в сторону мышки, которая прекрасно слышала разговор и погрозила ему кулаком. Нариндер лишь усмехнулся: — Да только в отличие от малышек, я пострадаю. Торен лишь косо взглянул на дремавшего на паутине Джула. Следить за полчищем кровожадных плотоядных детей — то ещё развлечение. Выматывает.

***

— Мы можем поговорить? — барашек сел рядом с Нариндером, опасливо косясь на спящих детей Джула. — А их… Отец? — Намаялся, спит как и его крохи. Что хотел? — кот не выглядел уставшим, напротив — был бодр и полон сил. Он слишком долго просидел в Небытие без дела, а потому был рад любой деятельности. — Ты же… Останешься в культе? — Агнец не решался поднять взгляд на бывшего Бога. Просить божество, что силой теперь вновь превосходил его? — Ещё не решил. Но если Джулу потребуется помощь с выводком, то помогу, — практически не задумываясь ответил Нариндер. И лишь спустя несколько секунд до него дошёл смысл заданного вопроса: — Ты хочешь, чтобы я остался из-за тебя, верно? Ответом ему был кивок головы барашка. Трехглазый кот улыбнулся, погладив кудрявую вскудлаченную голову: — Начни говорить напрямую, что тебя беспокоит, ладно? Я останусь в культе, но ради тебя или кого-то еще — пусть этот фактор останется в моей голове. Если тебе станет легче, то считай, что я остался ради тебя. Иди сюда, лохматый, совсем за шерсткой не следишь, — кот протянул руку, явно намекая, чтобы барашек упал в его объятия, что последний и сделал. — Этого мне более, чем достаточно, — тихонько проблеял барашек, глядя на спящих малышей. — Они уже подросли. — Да, они растут каждый день. Таким темпом через пару недель станут тебе по колено. Джул сказал, что к тому времени они уже будут самостоятельными, так что я вернусь к работе на ферме и… — Ты можешь не работать, — тихо пискнул барашек. — Потому что остальные считают меня стариком? А если я сам того хочу? — Тогда… Можешь выбрать любую работу, какая тебе нравится! Я не буду против! Кот улыбнулся ему. Ему было спокойно, хоть он и не до конца понимал, почему. — Хорошо. Но я хочу остаться на ферме. Привык к ней, знаешь ли. Да и за качеством продуктов кто следить будет, если не я? Агнец лишь тихонько хихикнул. Кот поцеловал его в лоб, после чего вернулся к наблюдению за детьми Джула.

***

*Нариндер* — Прогулка? На улице же холод собачий! Не пойду никуда! — но на меня насильно натянули шапку, тёплую одежду и даже закатали в шарф. Уилмор же протянул мне свои рабочие перчатки. — Да не пойду я на улицу! — Котятам надо немного побегать, а то совсем зачахнут в замкнутом пространстве, — ответила мне Мода, после чего залезла в своё гнездо, где преспокойно продолжила спать. Я для приличия ещё поворчал, но всё же вышел на улицу вслед за остальными кошачьими. А на улице солнышко. Крепкий морозец заставил меня посильнее укутаться в шарф и натянуть побыстрее перчатки, белый снег так и переливался всеми цветами… Как Бог Смерти я могу различать цвета, а вот обычным котам такой привилегии не досталось… По крайней мере Аим и Баал видели мир в чёрно-белом спектре и отличить тот же красный от синего не могли. Но это не мешает им жить. — Ярко! — пищал Баал, уткнувшись в меня носом. Аим же стоял, закрыв здоровый глаз и глядя на мир подслеповатым. Вот хитрый. Хотя мне кажется, что именно им он видит куда лучше, чем здоровым. — Нытик, — бросил своему брату Аим. К слову, он единственный, кто вылетел на свежий воздух в той же одежде, в которой шатался осенью… — Аим, — уже вижу, как шерсть дыбом встала от холода. — Живо оделся как следует! — видимо, мой грозный вид (в шапке с помпоном и полосатом шарфике) его напугал, так что он пулей метнулся в дом одеваться. Осень… Когда я вернулся, то всё с полей было собрано, убрано и подготовлено к зиме… А снег выпал уже через пару дней. Интересно, как Клонек и его родня переживают зиму? Аим же, ворча под тёплым слоем одежды, отошел в сторонку, копаясь в снегу. Такой милашка… — Ай! — он швырнул в меня куском снега! Ах ты, маленький паршивец! Но смотрю — Баал с довольным воплем также начал кидать в своего брата кусочки снега. Они… Такие хорошие… — Что они делают? — спросил я подошедшего барашка. — Играют в снежки. Мама рассказывала, что такое развлечение у неё было, пока она не… — Агнец замолчал, прикусив губу. А, воспоминания об ушедшем… — Ты же знаешь, что я не могу вернуть к жизни тех, кого не видел при жизни? — Да… Я пытался её вернуть… Но знаешь, сколько стоит одна баранья душа? Тысячу других! Я не знаю, почему, но мне надоело приносить жертвы… Да и мама бы не одобрила подобного… — Оставь её в прошлом. Сейчас у тебя есть, за что бороться, — грустные мысли мне не нужны. Тем более от барашка. Может, Когда-нибудь мы и поговорим о его прошлом… Но в данный момент я хочу только наслаждаться миром и жизнью. Спокойной, тихой и размеренной жизнью Бывшего, но всё же Бога. Мальчики ещё долго играли в снегу, затем затащили меня строить с ними снеговика, чуть позже к нам вышли другие последователи. Зимнее солнце припекало, слепило глаза, а нос так приятно пощипывало от мороза… А когда мы все замёрзли совсем, то вернулись в дом, где нас встретили мягкие потрескивания дров в печи, тёплый плед и горячий травяной чай. Под моё тихое мурлыканье мальчишки засопели рядышком, перебирая коготками плед. — Они такие милые, да? — услышал я шёпот Моды. — Да, Нариндер — хороший отец, — лёгкая нотка зависти в голосе Джула. Но… Отец? Я? Взглянул на дремавших мальчишек и улыбнулся: да, наверное, да… Ведь у них, кроме меня, и не было никого… Только мама… Ох… По-хорошему мне стоило бы рассказать им об их прошлом… Кто бы знал, что это так тяжело…