Спорим, ты не сможешь?

С этого самого дня Хосок и Юнги становятся не разлей вода. Минхё больше не достаёт Мина, да и другие ребята не решаются смеяться. Скорее всего, потому что не хотят, чтобы их носы близко познакомились с кулаком Чона. Хосок одновременно взрослый для своего возраста и дурашливый. Он громко смеётся, громко разговаривает и чем-то напоминает Юнги его маму. Теперь Хосок и Юнги всегда садятся за одну парту, делятся обедами или ходят вместе в столовую. Они постоянно вместе и это здорово, когда у тебя есть такой близкий и хороший друг. Отец Юнги по началу не имеет ничего против их дружбы. Он даже разрешает приглашать Хосока домой и играть с ним. Отец будто радуется, что ему самому не надо развлекать Юнги, пока Хосок здесь. В один день Хосок притаскивает в школу мячик и ставит его на парту между ними. - Поиграем? -спрашивает он. - Во что? - В "Спорим, ты не сможешь?" - отвечает Чон. - А я не знаю такую игру... - Я тебя научу! Это просто! "Спорим, ты не сможешь" - эта фраза теперь всегда была началом их игры. Маленький блестящий мячик йо-йо чёрно-фиолетового цвета , не больше яблока средних размеров, от которого кто-то оторвал резинку, оказывался в руках того, чья очередь была выполнить условие игры. Пока ты его не выполнял, мячик оставался, у тебя. Как только ты ставил условие, мячик оказывался у другого. Эта игра одаривала мощным адреналином. Само начало игры предвещало веселье, отход от рутины и начало приключения. - Я начну, - сказал Хосок после того, как объяснил Юнги правила, - спорим, ты не сможешь не дышать, пока я считаю до десяти? Юнги делает глубокий вдох и надувает щёки. - Один...два..три.. восемь, девять, десять! Юнги выдыхает и забирает мяч. Он думает немного, а потом выставляет мяч между ними и говорит: - Спорим, ты не сможешь простоять всю перемену на одной ножке? Но Хосок может. Сначала все их игры такие, - они весёлые, иногда шумные, но абсолютно безобидные. В один день Хосок достаёт мячик из кармана, хитро прищуривает левый глаз и спрашивает: - Спорим ты не сможешь, а я прямо точно знаю, что не сможешь.. встать на уроке и сказать матершинное слово. Юнги, конечно, страшновато, но ему совсем не хочется проигрывать и быть слабаком. Он набирается смелости и поднимает руку. - Что тебе, Мин? - спрашивает учительница- аджума. Юнги встаёт с места и на весь класс громко произносит: - Щибаль * Весь класс начинает покатываться со смеху, а у учительницы брови едут вверх, а щёки становятся пунцовыми как грудки снегирей зимой. - К директору, - шипит она. Отца и Юнги вызывают в школу, а вместе с ним и сестру Хосока с самим Хосоком. Пока взрослые заходят в кабинет, мальчикам велят сидеть в приёмной на скамейке. - Почему не пришла твоя мама или отец? - интересуется Юнги. - Они в Африке, лечат больных детей, - отвечает Хосок, а Юнги в ответ уважительно смолкает. Надо же, он не думал, что у Хосока такие героические родители. К тому же врачи. - А мой папа работает архитектором, - зачем-то сообщает Мин приятелю. - Нас теперь точно рассадят, - замечает Чон. И оказывается прав. Учительницы строго-настрого приказывает мальчикам рассесться. Но это не особо помогает. Их связывает дружба, их связывает игра, их связывает чёрно-фиолетовый мячик от йо-йо. Хосок подбивает Юнги то сбежать с урока, то стащить пуннпан в столовой, то ещё на какие-то шалости. Поскольку учителя определяют зачинщиком безобразий Хосока, отец строго-настрого запрещает своему сыну с ним водиться. Но это мало помогает. Так проходит целый год и наступает лето. Юнги от Хосока не отказывается, они всё равно дружат. Отец со скрипом смиряется с этим, но это происходит после прихода к ним домой сестры Хосока. Она о чём-то говорит на кухне с отцом, мальчик слышит просящие нотки в голосе девушки. Отец сдаётся. Но говорит сыну, что если он будет баловаться, то он будет бить его ремнём. И неважно, что его подбил на то чтобы баловаться Хосок. У него своя голова на плечах должна быть. Попа Юнги оказывается не раз битой отцовским ремнём. Но это его не волнует. Его волнуют другие вещи. Например, почему Хосок никогда не приглашает его к себе домой. А ещё почему он хоть и совсем не хочет, но порой, кажется, забывает маму. Точнее её лицо. Юнги пугается, когда как-то он никак не может вспомнить, какой у неё был нос. Он хочет спросить у отца, но с тех самых пор, как мама умерла, отец не желает говорить о ней. И тогда Юнги лезет за семейными фотографиями, которые со стены спальни отца перекочевали в обувную коробку в его гардеробе. Мальчик находит фото мамы и выдыхает с облечением. Да, вот такой у неё был нос, - немного крупный, картошкой, и он всегда морщился, когда она смеялась. Чтобы не забыть маму ещё раз, Юнги начинает рисовать её портреты. Много портретов. А так как он всё также имеет обыкновение раскидывать их под всему дому, отец находит их и отводит его к психологу. Психолог - молодая, чуть старше сестры Хосока, и красивая. У неё не такие волосы как у мамы, - длинные и рыжие, мандариновые, как их любил называть Юнги, - а чёрные и короткие почти как у мальчика. Это красиво. Юнги хочет её нарисовать, но вместо этого ему приходится отвечать на вопросы. Вопросы вроде бы обычные, - что Юнги любит, как он учится, что ему нравится в школе. И Юнги рассказывает. Редко кто из взрослых так интересуется жизнью детей. Кроме мамы и Хосока Юнги никто не задавал так много вопросов про него самого и поэтому Юнги отвечает. Потом психолог спрашивает про маму и про её портреты, и Юнги не знает, что сказать. - Моя мама-ангел, - сообщает он неуверенно, - а ещё она очень красиво смеялась. Впервые Юнги говорит о маме в прошедшем времени, и ему от этого становится очень грустно. С Хосоком Юнги тоже говорит о маме. Хосок слушает его, оперевшись щекой на свой кулак, который стоит на парте. - Твоя мама тебя любит, до сих пор, - говорит он другу, обнимая его за плечи, - и всегда будет любить. Потому что если любишь кого-то по-настоящему, твоя и его любовь никуда не девается. Эти слова успокаивают Мина. Знал бы он тогда, насколько эти слова подойдут к их с Хосоком истории.