Invisible

さん *** Он бежал сломя голову, не обращая внимания на моросящий промозглый дождь, оставлявший свои мокрые следы на еще не до конца проснувшемся лице. Заведенный будильник звонил примерно раз двадцать, но его уставший мозг никак не хотел получать назойливые сигналы к пробуждению. Проспал, не успел позавтракать и, надев первое попавшееся, выбежал на улицу. И почему именно сегодня должно быть это чертово собеседование?! Почему именно этой ночью ему не дали спокойно поспать? Бессмысленные возмущенные вопросы вместе с такими же пустыми мыслями хаотично множились в его голове, вызывая лишь очередной приступ занудной боли. Анальгетики вот-вот должны были подействовать, и он с нетерпение ждал этой спасительной минуты, концентрируя внимание на промокших ногах, чтобы хоть как-то отвлечься. Тошимаса проворно, насколько это было вообще сейчас возможно, поднимался по ступеням перехода. Оказавшись на улице, он остановился, оглядываясь по сторонам и пытаясь вспомнить нужный адрес. Долго искать не пришлось. Высокий, строгий небоскреб, переливаясь холодной броней стеклобетона сам невольно бросался в глаза, без особого желания приглашая войти внутрь кого попало. Тоши направился к зданию уже медленнее, отчетливым шагом, стараясь немного успокоить сбившееся торопливое дыхание и колотящееся от густой крови сердце. Подойдя ближе, уже у самого входа, его взгляд невольно зацепился за собственное отражение. Растянутый свитер в черно-белую полоску, наспех накинутая кожаная куртка, сумка через плечо: все это больше походило на подростка-неформала, чем на маркетингового менеджера, которым он собирался стать. Но теперь обратного пути нет. Так уж сложились чертовы обстоятельства, или капризный Меркурий снова был не в той фазе, а может просто ему не суждено здесь работать. С равнодушной усталостью он все же решил послать все это куда подальше, ибо долбанная головная боль не собиралась утихать, перетягивая внимание на себя и раздражая с новой силой. Невесело усмехнувшись своему мутному двойнику и поправив мокрую челку, Тошимаса зашел внутрь. Впечатляющие крутящиеся двери вежливо поглотили его, пропуская в огромный холл. От мраморно-хромированных панелей стен рябило в глазах, будто в музее современного искусства, где страшно потеряться. Ощущая себя одинокой простой гренкой на бескрайней, изысканной тарелке итальянского фарфора, он растерянно огляделся. «Как же я ненавижу собеседования…» Но уверенность и привычное равнодушие быстро вернулись к нему, стоило заметить массивную стойку ресепшена. Миленькая девушка-секретарша улыбалась шире, чем в рекламе зубной пасты. «Как только челюсти не сводит..?» Он подошел ближе. «Я бы мог даже заинтересоваться ею. Пригласить на чашечку кофе, потом в кино или еще куда. Мог бы, если не был бы геем… Так что прекрати уже улыбаться, будто тебе лицевой нерв защемило.» Тошнота легким удушьем подкатила к горлу. Слишком много анальгетиков… - Здравствуйте! Вы на собеседование? Тоши молча кивнул, не горя особым желанием что-либо отвечать. - Пожалуйста, поднимайтесь на десятый этаж, офис 407. Вас уже ждут. Хорошего дня! - девушка вежливо механически поклонилась, словно оживший андроид и устремила свое внимание на следующего посетителя. С трудом дождавшись, пока многочисленная группа сотрудников в жутко похожих монохромных костюмах заполнит приехавший лифт, он втиснулся в уже закрывающиеся двери. Длинные яркоосвещенные идеальные коридоры, торопливо снующие туда-сюда люди, слишком занятые чтобы обращать внимание на кого-то, переполненный муравейник, живущий по четкому расписанию. От всего этого веяло скукой и очень большими деньгами. Офис 407 оказался в самом конце, где коридор упирался в просторное панорамное окно, вырисовывающее серый дождливый город. Возле двери, на удобных диванах чуть склонив головы, сидело несколько кандидатов явно переживающих за перспективы своего светлого будущего. Тоши опустился неподалеку, с удовольствием вытянув измученные ноги все больше задаваясь вопросом: какого черта он вообще тут делает? Через несколько минут к нему подскочила девушка, почти ничем не отличающаяся от той, что сидела внизу. – Хара Тошимаса? Вы пропустили свою очередь, но вас все же готовы принять. Пожалуйста, проходите. Он неохотно поднялся, следуя за ней. Офис оказался полупустым и вытянутым, неизменные огромные окна и потолок усеянный люминесцентными вспышками, режущими глаза. В центре длинный стол, за которым сидели четверо сотрудников. Сухие безэмоциональные лица, с натянутыми сдержанными улыбками, строгие костюмы и оттенок предвзятого суждения по внешнему виду, ясно читавшийся в непроницаемых глазах. Такие они служащие крупных компаний и вряд ли им знакомы понятия свободы и творчества. Тоши уселся на стул напротив, больше похожий на место для допросов. Собеседование… профессиональное интервью, как не называй - суть не меняется. Одни и те же вопросы, одни и те же лица и результат всегда одинаковый. Сколько раз он уже проходил это за последний год? Память не желала выдавать достоверную информацию. Оставалось только поудобнее сесть на долбанном жестком стуле и с идиотской улыбкой отвечать на такие же идиотские вопросы. - Чем вас привлекла работа в нашей компании? «Деньги и кафетерий наверняка неплохой» - Чем вы занимались до того как прийти к нам? «Да так… призраков изгоняю» - У вас есть какое-либо хобби? «Смотрите пункт выше…» - Ну, в общем- то, я довольно творческий человек. - И что вы, так сказать, творите? «Хмм.. в основном хуйню» - Одно время я был писателем, но ведь это не имеет к этому интервью никакого отношения, верно? - Почему мы должны взять на данную вакансию именно вас? «Лучше все равно не найдете. Как-то нескромно получилось…» - Думаю, я смогу добросовестно выполнять свои обязанности и способствовать дальнейшему процветанию компании. - Приятно было с вами познакомиться, Хара-сан. Мы вам обязательно позвоним. «Ну да… все так говорят» Голова по прежнему раскалывалась, сдавливая виски. Он с удовольствием закурил, снимая скопившееся за это время в крови никотиновое голодание. Медленно шел вдоль по улице, все дальше удаляясь от презентабельного бизнес-центра. Размышлять и анализировать прошедшее собеседование не возникало никакого желания. Тем более это был далеко не в первый раз. И сколько еще это будет продолжаться? Тошимаса застегнул куртку, поглубже кутаясь от назойливого дождя. Неважно… Все это лишь для того чтобы как-то двигаться вперед, наполнять свою пустую бессмысленную жизнь. Просто двигаться… А не лежать обездвиженным овощем на диване, словно в свежей могиле. Достигать недостижимые цели, которых и нет вовсе, и вряд ли появятся в ближайшее время. Просто делать что-то… Ведь ему скоро 29. А что потом? Он не хотел думать об этом, не хотел строить планы на свое светлое счастливое будущее, заводить семью, искать достойную работу и пропахать до самой пенсии в одной компании, с успехом повысившись от менеджера до старшего менеджера, а потом с жуткой гордостью рассказывать об этом своим внукам. Но вот только, все его утопические мечты о свободе неумолимо упирались в деньги, которых с каждым днем становилось все меньше. «Может, снова начать писать…?» Прошлая и единственная выпущенная книга принесла тогда неплохие гонорары. Мистический триллер с весьма банальным сюжетом даже имел какой-то успех. Только никто, из восхищавшихся его безграничной фантазией, не подозревал, что все написанное было основано на реальных, не слишком приятных событиях. На беспокойных назойливых мертвецах, по-прежнему не оставляющих его в покое. Призраки… В них есть свои относительные плюсы, но минусов гораздо больше. И с этим неизбежным проклятьем ему придется жить всю оставшуюся жизнь. Оживший в кармане мобильный прервал его мрачные мысли. Звонили из больницы, настойчиво рекомендуя приехать за результатами обследования. Анализы… и как он забыл? Отключившись, Тоши неохотно поплелся к ближайшей автобусной остановке. До госпиталя было не так далеко, всего несколько кварталов, но перспектива идти пешком под осточертевшим дождем его совершенно не прельщала. Остановка была пустой, но обогнув металлическую перегородку, он внезапно наткнулся на стоявшего парня, чуть не врезавшись в него. Тот казался каким-то потерянным и чем-то сильно расстроенным. Похоже, он что-то искал или же просто не знал на каком автобусе добраться. Хара устало присел на свободную скамейку и снова закурил. - Простите, я не могу найти свою жену. Она только что была здесь, - парень обеспокоенно обернулся к нему, нервно сжимая в руке маленький букет уже почти завядших белых роз. – Может быть, вы видели ее? Милая брюнетка невысокого роста… Тоши медленно покачал головой, с грустной усмешкой разглядывая оскольчатые края красной дыры, ужасающей пустотой зиявшей вместо половины его лица. - Боюсь, что теперь ты ее не найдешь… *** Строгие стены офиса, теперь сменились безмолвно-белыми мертвыми стенами медицинского кабинета. Больницы же радовали его не больше, чем скучные здания фирм. Только здесь, ко всему прочему унынию, неизменно примешивался специфический запах, который он ненавидел еще с детства. Это навевало неприятные воспоминания о том, как он почти две недели пролежал в коме, как боролся за свою жизнь, все же вернувшись в этот негостеприимный мир. Он бы хотел навсегда забыть, хотел, чтобы этого никогда с ним не случалось. И порой, особенно в последнее время он все чаще думал, что было бы лучше, если бы он тогда не проснулся… - Сколько мне осталось? Врач с профессиональным спокойствием смотрел на него, сосредоточенно сцепив длинные пальцы. Идеально выглаженный белый халат, несомненно, шел ему, подчеркивая бледность кожи и аккуратно подстриженные длинные волосы. - Вам срочно необходима операция и курс химиотерапии. Иначе… - Кажется, я задал вполне простой вопрос. И вы, как врач, могли бы сделать примерный прогноз, - Тошимаса невольно вслушивался в мерное тиканье часов, ставшее сейчас отчего-то слишком отчетливым. - Я врач, а не метеоролог. Хара-сан, это очень серьезно. Если опухоль вырастит хотя бы на пару сантиметров, вы можете ослепнуть. А очень скоро метастазы распространятся в двигательные центры, и это приведет к параличу. - Хмм… Я так понимаю легкой веселой смерти с коктейлем на яхте мне не ждать, - иронично усмехнулся Тоши, копируя позу онколога и переплетая пальцы. – Что ж, видимо, я это заслужил. Врач не разделял его сомнительного сарказма, и слегка сдвинув брови, продолжил. – Хара-сан, я настоятельно рекомендую вам подумать об операции. - Вам так не терпится просверлить мне череп?! - Конечно, это ваш выбор, но пока еще не поздно можно все исправить. - Например, вставить мне новые улучшенные мозги? – он устало откинул голову на спинку мягкого кресла. Странно…боль стихла. Похоже, принятая недавно еще одна таблетка обезболивающего наконец подействовала. Или может это просто опухоль, испуганно притаилась в ожидании его вердикта… - Я предлагаю вам неделю на размышления, - после некоторой паузы произнес врач, снова взглянув на своего беспечного пациента тщательно скрывающего страх за плотной маской равнодушия и цинизма. – После чего, жду от вас окончательный ответ. Тоши согласно кивнул, поднимаясь на ноги, и стянул с подлокотника свою куртку. – Последний вопрос. Без операции, сколько я протяну? - Месяц. Может два… - Спасибо, этого достаточно. *** Шумный зал. Множество громких пьяных голосов сливались вязкой волной, старательно заглушавшей ненавязчивую дешевую музыку. В этот пятничный вечер бар был переполнен, напоминая чертов улей. Бесконечные посетители, разношерстными невоспитанными насекомыми липли к столам, словно к сладкому нектару, неторопливо поглощая бесконечный алкоголь. Он сидел возле барной стойки на неудобном жестком стуле, ощущая, как все больше кружится голова, превращая все проблемы в несущественный бред. Но это только сейчас, как в сказке про золушку, пока не пробьет полночь. Он знал, что утром будет все гораздо хуже. Но сейчас ему не хотелось об этом думать. О том, как будет раскалываться голова о том, что он смертельно болен... Тоши допил остатки какого-то паршивого коктейля и с тихим стуком опустил пустой стакан на потертое дерево. "Может, уже хватит на сегодня...?" Еще трезвые остатки сознания отчаянно посылали слабые сигналы в одурманенный мозг. Но пораженная часть его, с тихо затаившейся смертоносной дрянью, требовала продолжения. Тошимаса порылся в карманах куртки, пальцы плохо слушались, превращая простую задачу в невыполнимую миссию. В итоге, так и не найдя ничего похожего на деньги, за исключением пары монет, он задумчиво закурил. "Значит все, конец веселью?! Осталось только повеситься..." Тоши усмехнулся собственным мрачным мыслям и отодвинул пустой ненужный стакан, твердо решив, что вешаться он точно не будет, так же как и стреляться, резать вены или глотать гору таблеток. Все будет намного проще. Он доживет свою жизнь, скорее то, что от нее осталось, и уж точно оторвется по полной. Снова легкая усмешка искривила его губы и тихий смех, заглушенный орущей музыкой. Да, это точно должно быть незабываемо... - Могу я тебя угостить, - веселый голос принадлежал подсевшему рядом парню. - А то жалко на тебя смотреть. - Все настолько плохо? - неохотно смахнув непослушную челку, Хара без особого интереса взглянул на незнакомца. Обычная внешность, может чуть пухлые губы, и растрепанные светлые волосы придавали особенной привлекательности. Парень слегка улыбнулся, кинув жест бармену, и пододвинул уже наполненный стакан. - Не то чтобы... Просто не правильно это как-то, когда такой симпатяжка грустит. Тоши сделал пару глотков, ясно ощутив, что если сделает третий точно не встанет с этого проклятого стула. Он еще раз смерил сидящего рядом мутным изучающим взглядом и невольно потыкал в его тонкую руку. - А ты настоящий? Блондин снова улыбнулся, неправильно истолковывая подобное внимание. - А ты что так напился или просто не веришь своему счастью?! Тошимаса с большим трудом все же сполз со стула, аккуратно опустив истлевшую сигарету в недопитый стакан. - Нет, просто я не привык общаться с живыми... Лифт ехал невыносимо медленно, а путь по коридору до двери квартиры казался непреодолимым. Пошатываясь и цепляясь ладонью за шероховатую поверхность стены, единственную и такую необходимую сейчас надежную опору, он все же добрался, принявшись ковыряться ключом в замочной скважине. И когда он напивался так в последний раз? Ответ нашелся не сразу, преодолев скрученные в опьяненной агонии преграды измученных извилин. В тот ненавистный день, когда стало известно, что их группы больше не существует и все надежды на бурное музыкальное будущее можно с дикой радостью засунуть себе куда подальше. В тот же вечер в каком-то баре, затем на следующий и следующий... А потом дни перестали иметь значение, перетекая в длинные запойные недели. Вполне известно, чем бы все закончилось, если бы не единственный близкий друг. Похоже на внезапно резкий фокус замутненного объектива или, когда глаза привыкшее к темноте снова увидели солнце, разрываясь болезненными вспышками. Однажды утром он просто пришел и насильно вытолкал его на улицу, предварительно напичкав похмельной дрянью и сунув под холодный душ. Тогда, эта надежная рука помощи стала для него своего рода прозрением, заставляющим переоценить свою жизнь. Но сейчас ему совершенно не хотелось ничьей заботы, никаких похмельных коктейлей и никого рядом. Сейчас, после долгих колупаний дверь все же сдалась, и он ввалился внутрь. Квартира встретила его бездушной темной пустотой, накатываясь пугающей тишиной. Тошимаса захлопнул дверь и обессилено сполз на пол, не в состоянии снять мокрую куртку, неприятно липшую к телу. Беспорядочные мысли, короткими импульсами исчезали из его сознания, так же быстро, как и возникали, оставляя удручающий осадок зарождавшейся головной боли. Он рассеянно вглядывался в темноту перед собой, устало уткнувшись затылком в прочное дерево. Вытянул промокшие ватные ноги и закурил. Серое облако дыма меланхолично смешивалось с воздухом, исчезая в пустоте коридора. Через несколько минут пустота ожила, едва заметно шевельнувшись. Красный потертый мячик с тихим шорохом подкатился к нему, замирая между раскинутых ног. Пара по-детски невинных глаз молчаливо смотрела на него из темноты. Тоши равнодушно смотрел в ответ, перекатывая на языке горькость ментола. Боль постепенно обволакивала измученный разум, впивая свои острые когти все глубже. Мальчик лет шести сидел напротив, безмолвно ожидая возвращения своей единственной игрушки. В этот же момент из комнаты донеслось странное шершавое бульканье, будто кто-то отчаянно захлебывался. Бледная неестественная фигура в больничной рубашке медленно выползала, упорно цепляясь липкими ладонями за доски пола, оставляя после себя узкую дорожку скользких безжизненных внутренностей. Звуки становились отчетливо громкими. Еще несколько сантиметров и спутанные длинные волосы, черными змеями коснутся его ноги. Хара выпустил очередное облачко мертвого дыма, вместе с ним убивая остатки своего терпения. - Пошли вон! - раздраженный кед соскочил с ноги, яростно отлетев в неизвестном направлении, так и не достигнув цели. - Я что вам гребанный Господь Бог?! Отъебитесь уже наконец!!! Я не спасу ваши чертовы души, не принесу мирного успокоения и не переправлю вас в мир иной. Я вообще не знаю где этот долбанный мир, где вы должны быть! Так что... - он перевел возмущенное дыхание, сжимая судорожно пульсирующие виски, и тихо закончил: - так что просто отвалите. Обезумевшая, нестерпимая боль застилала глаза, и сейчас ему совершенно не хотелось думать ни о пропавшем без вести мальчике, которого до сих пор ищут любящие, еще не потерявшие последней надежды, родители, ни об одинокой девушке, по своей глупости лишившей себя ребенка и собственной жизни, теперь мучительно жалея об этом. Пусть катятся ко все чертям! Пусть только его боль утихнет... Сигарета неизбежно стлела в тонких пальцах, затухая расплавленным фильтром. Призраки исчезли. Но он продолжал сидеть, беззащитно привалившись спиной к равнодушной двери, крепко сжимая в руке полупустой пузырек таблеток. Все еще влажная челка, вялыми прядями спадала на безжизненно бледное лицо. "Неужели невозможно просто умереть? Тихо, спокойно, чтобы кто-то близкий заботливо закидал тебя тяжелой землей и оставил в светлой памяти..." Тоши криво усмехнулся, прикрыв уставшие глаза. - Ничего... Скоро я стану одним из вас. Тогда и придумаем куда идти...