МакФасти. Драко и драконы

Выдержка из великого труда Кантанкеруса Нотта «Справочник чистокровных волшебников»: «Все, что создают маглы, следует оставлять маглам. Мудрость и разумность волшебников не позволят им уподобляться низшим существам в их вечном стремлении заточить себя в мир бездушных големов». * * * Драко раньше не задумывался о существовании ада. Он вообще никогда особо не думал о смерти и том, что после. Если подумать, волшебниками не слишком приветствовалась мысль о грядущем наказании за какие-то их поступки. От гриффиндорских грязнокровок он впервые услышал о рае и аде, и сейчас, сидя напротив Поттера и Уизли в Хогвартс-экспрессе, начинал склонятся к мысли, что вот он — ад. Первый час болтовни о квиддиче он снес терпеливо, но вот уже шел третий, а они никак не унимались. С ним рядом ехали Невилл и Грейнджер, но звонкий ор рыжего о «Гарри, Гарри, помнишь, как обалденно ты тот снитч поймал» вышибал у Драко из головы любые мысли для поддержания беседы. Как же все-таки несправедливо! И почему только все купе позанимали старшекурсники… Ладно хоть не с Элоизой Миджен едет. Грейнджер читала книгу, тоже недовольно хмурясь на Уизела, но в разговор (удивительное дело) не встревала. Невилл молча смотрел в окно. Драко собрал мысли в кучку и попробовал еще раз. — Нев, а что твоя бабушка решила с визитом к нам? — О, да я совсем забыл. Она согласилась. Твоя мама написала, что на следующую ночь после Рождества будет какой-то праздник. Вот тогда мы и приедем. Вечером, перед ним. — Здорово! — Радость была совершенно искренней. Хоть кто-то нормальный среди всех этих Уи-и-и-зли. А он, кстати, остальных МакФасти особо еще не видел, но те тоже рыжие, так что хорошего ничего ожидать не приходится. — Гермиона, — на радостях Драко решил побыть добрым. — А чем займешься? — Не знаю, не знаю, — каким-то раздраженным тоном протянула та. — Точно знаю лишь то, что меня ты не пригласил, а значит, в моих планах нет поездки на Гебриды. В планах «доброго Драко» не было пункта «довести девчонку до слез», но как ответить на ее выпад, не используя фраз типа «недалекая грязнокровка, визжащая перед драконом» и «тупые родители-маглы», ему в голову не пришло. Осталось только неопределенно пожать плечами и наскрести несколько обтекаемых «слизеринских» фраз. — Я думал, что после столь долгого расставания с семьей тебе захочется побыть с ними. Грейнджер хмыкнула и продолжила молчать, но уже явно как-то добрее. Да уж, как бы он вообще выжил в этом полном психов месте без наставлений Эры?! * * * На платформе девять и три четверти было так же многолюдно, как и первого сентября. Разговоры, уханье сов, завывание котов — все смешивалось в до странного приятную какофонию. Жаль только, что в клубах дыма лица было никак не разглядеть. Драко оглядывался по сторонам, но Эры не видел. Она ведь не могла забыть, правда? — Держитесь вместе, — строго командовал старший Уизел, позабыв, видимо, что его статус старосты на каникулах не работает. Напыщенный индюк. — Пока, Драко! Пока, ребята, — помахал на прощание Невилл и отошел куда-то в сторону вслед за бабушкой. Грейнджер тоже попрощалась и ушла, а он вот завяз тут. Платформа постепенно пустела, а Эры все не было. — Может, нам подойти ближе к барьеру? — На Драко вопросительно смотрели все Уизли, пока старший ждал ответа на вопрос. — Я не знаю, — огрызнулся тот. — Я не… «… я буду ждать тебя и твою компанию внутри волшебной части вокзала Кингс-Кросс» Мерлинова борода! Он просто забыл эту часть письма! — А разве у вокзала есть волшебная часть? — Поттер посмотрел на него, как на сумасшедшего, когда Драко озвучил написанное матерью. — Видимо, да. У кого бы спросить? Первого сентября Драко с родителями сюда перенес домовик, других вариантов он и не знал, только слышал про барьер к магловскому вокзалу. — Привет, ребенок и компания! Драко резко повернулся на голос и чуть не подпрыгнул от радости. Эра сама пошла к ним, видимо не дождавшись на том, волшебном вокзале. — Так, вас шестеро, значит — все в сборе! Отлично, пошли. Заодно покажу, где волшебный вокзал. Кстати, называйте меня Эра. Весь багаж при вас? Драко кивнул, все остальные вроде тоже. — Не против, если его в дом доставят домовики? — Я только за. — Драко не хотелось таскать сумку, пусть даже и безразмерную. Как раз для этого и существуют слуги! — Ладно, — услышал он от остальных, и мама махнула рукой. С тихим хлопком появился Коня, поклонился, щелкнул пальцами и исчез вместе с багажом. — Теперь точно стоит начать движение, а то доберемся только к ночи. Они двинулись по платформе в сторону, куда уходили и все другие люди. Как и в начале года, дымящаяся часть поезда стояла рядом с табличкой «Платформа девять и три четверти», прибитой к стене. — Смотрите, — Эра махнула в сторону глухой стены около таблички. — Там барьер между платформой и магловским вокзалом. — Мы в курсе, — едко ухмыльнулся один из близнецов. Он из них двоих был самым наглым и вечно встревал в чужие разговоры. — Тогда и остальное будет запомнить и найти не сложно, — не моргнув и глазом ответила ему мама и пошла дальше, правее. Чуть дальше от барьера, на такой же глухой стене, был рисунок. Довольно странное изображение дерева, внизу у которого свернулась змея, а на самой верхней ветке сидела птица. — Вот здесь — вход на вокзал волшебников. Их на острове на самом деле несколько. В Лондоне самый крупный, но есть еще в Глазго, Бирмингеме и Плимуте, например. — А зачем? — младший Уизел ошарашенно хлопал глазками. — После постоянных поездок в Хогвартс волшебники более или менее привыкают к такому способу путешествовать. Он безопаснее трансгрессии, удобнее каминов, а еще так можно поспать, пока едешь, что, например, в «Ночном рыцаре» сделать довольно проблематично. Волшебные поезда ходят и под водой, это дает возможность поехать хоть в Австралию. Да и детей или животных перевозить так проще. Одним словом, к поездам волшебники относятся довольно благосклонно. Мы прокладываем нужные нам пути отдельно от магловских или пользуемся уже созданными, корректируя маршруты поездов обычных людей. Ну а платформы делаем отдельные, как и вокзалы, ведь одна из главных особенностей волшебников — мы очень любим комфорт. — А почему не самолеты? Какое странное слово «самолеты». О чем это Поттер говорит? — Техника рядом с волшебниками начинает сбоить, а в самолете ее слишком много. Так что для собственной безопасности и с заботой о жизнях маглов мы и не садимся на борт. А мама знает, что это за зверь такой. Интересно, откуда? — Теперь об этом дереве. Это вход и карта вокзала одновременно. Все эти листья и ветки — отдельные помещения на разных этажах. Все они подписаны. Наверху помещения для отдыха между поездками и кафе, ниже — несколько магазинов, аптека и так далее, еще ниже — особые платформы для тех, кто садится на поезда в другие страны, на них дополнительно проверяют багаж и палочки. А вот самые нижние листочки — как раз то, что нужно нам сейчас: атриум, туалеты и парковка. Мама немного нагнулась, дотронулась кончиком палочки до лба змеи, а потом провела по стене линию до нужного листка. Змея кивнула, лист слетел с ветки и полетел по стене в сторону. — Можно касаться любого зверька, какие тут есть. Главное — показать ему, куда тебе надо. Если ошибся — просто придется побегать по лестницам внутри вокзала, но с багажом это не всегда удобно. — А почему лист улетел в сторону? — Драко смотрел, как тот наконец остановился. — Чтобы одновременно этим входом могло пользоваться несколько человек в разных направлениях. А теперь идемте, нам открывается проход. Он был очень похож на тот, что соединял «Дырявый котел» и Косой переулок: камни разбегались в стороны и появлялась арка. Драко сделал шаг вперед и прошел сквозь нее. — Вау, — протянули Уизли дружно, и Драко их даже не хотел поправлять. Здесь и в самом деле было удивительно. Отец, то есть Малфой, брал Драко пару раз в Министерство. Так вот, этот вокзал был очень похож на атриум в нем, только более просторный и светлый. Они стояли на самом первом этаже здания, напоминавшего яйцо: круглое и широкое у основания и сужающееся к верху. В центре до самой стеклянной крыши было пустое пространство, которое по бокам опоясывали три этажа. Все отделано белым мрамором и бронзой, но больше всего было хрусталя и стекла: стены, люстры, двери были прозрачными и сияли в свете сотен маленьких шариков, что плавали в воздухе, как капли солнца. Вокруг были сотни волшебников в самых причудливых одеждах, говоривших на множестве разных языков. Помимо них Драко видел и гоблинов, в строгих костюмах они имели совсем другой вид, чем те, в «Гринготтсе». В толпе сновали эльфы-носильщики в одинаковой синей одежде. — Рон, ты знал об этом месте? Поттер шептал не особенно тихо, но вопрос был по существу, ведь не знал о таком вокзале даже Драко. — Нет, — ответил рыжий, и Драко испытал мимолетное облегчение. А потом перевел вопросительный взгляд на Эру. Та рассмеялась. — Вообще-то долгое время, если не сказать «всегда», информация о волшебной системе перевозок была одной из тех вещей, которая рассказывалась только тогда и только тем, кто напрямую о ней спросит. — Почему? — хором возмутились близнецы. — Это был своего рода тест на то, как хорошо волшебник понимает свой мир, подстроенный во многом под маггловский после принятия Статута о секретности. Мол, понимают ли они, как в нем жить, не раскрывая себя, но и не ограничивая. А еще это было тестом и для маглорожденных волшебников или тех, кто в мире обычных людей воспитывался. — А тут что проверяли? — Сумели ли они понять, что мир волшебников на самом деле — «мир». То есть очень большой и охватывающий все страны и континенты, а местами даже участки подводных глубин. Что волшебство — это не приключение, не чудо, не какая-то там не пойми откуда взявшаяся способность, от которой можно отказаться так же легко, как она досталась. С первого детского всплеска магии она такая же их часть, как рука или нога. — Но как что-то такое можно понять, если этого не показывать, мэм? Поттер удивленно смотрел на Эру. — Детям просто все показывают постепенно. Сперва всегда Косой переулок, так? Типа идем за покупками к школе, но отдельно от людей, в месте только для волшебников. Потом платформа и поезд, тоже отделенные от таких же, но для обычных людей. Хогвартс — тоже отделенная школа. И так можно продолжать во всем. Вот только большинство — не продолжает. А раз не задумываются, значит, еще не поняли, что вокруг происходит. Ну, на этом хватит философии, если есть еще вопросы — поговорим по дороге. Посмотрите направо, там туалеты мужские, а женский — слева. Через десять минут встречается вот на этом же самом месте, в центре, понятно? Драко покивал вместе с остальными. Потом мама повела их по вокзалу к какому-то тоннелю. — Через него мы выйдем к парковке, где стоит машина. Гебриды из-за драконов, обитающих на них, по-особому защищены, так что добираться туда можно только так. Драко всегда считал магловские автомобили очень шумными и уродливыми, но, взглянув на эту машину понял, как ошибался. Вещи могут сами рассказать о статусе их владельца. Дорогая хорошая ткань мантии и костюма, часы из драгоценных металлов, качественная кожаная обувь или куртка из драконьей кожи — все они заявляли о богатстве их владельцев гордо и громко. Машина это просто спокойно демонстрировала. Если машину можно назвать чистокровной, то только такую. Черная, блестящая, массивная, но при этом изящная. Спереди стояла какая-то блестящая серебряная фигурка, похожая на фею. — Разве мы сюда влезем? — Разумеется. Из машины вышел Айрон и открыл перед Эрой, шедшей первой, одну из дверей. Рыжие притормозили, да и Поттер тоже, так что Драко полез вслед за ней. Кожаные широкие сидения в три ряда, один их которых обращен лицом к двум другим, разделенные пополам подлокотником, его тоже покорили. Эх, было бы так в поезде! Когда Уизли и Поттер наконец залезли, Айрон захлопнул дверь, вернулся на свое место, и они поехали. — Что ж, ехать нам примерно еще два с половиной или три часа. Захотите пить или проголодаетесь — в подлокотниках лежит все необходимое. Не стесняйтесь. Вдруг захочется в туалет — заедем по дороге. Просто не молчите. Есть какие-то вопросы? О чем-то, может, рассказать, пока едем? — А можно еще про всякие секреты? — наглый близнец ухмыльнулся. — О, это про те, о которых нужно спросить прямо, чтобы узнать? Конечно. Спрашивай. — А что насчет того, что мне постепенно показывали магию? — Поттеру явно это не давало покоя. — Что ж, тут дело такое. Людей пугает все непонятное, так? Не обо всем говорят детям сразу, даже в случае обычных детей у обычных родителей. Им с пеленок не рассказывают об инфляции и инвестициях, о налогах и накоплениях. Как и родители-волшебники не станут сразу рассказывать своему чаду о системе волшебных банков, вокзалов и тому подобное. А уж в случае, когда нужно впервые открыть глаза на магию, все становится еще сложнее. Вот ты сразу поверил, что волшебник? — Нет, — Поттер помотал головой. — Хагрид сказал мне, когда принес письмо в Хогвартс, но я до этого не знал. Со мной просто случалось… всякое. — Ага, а потом он показал тебе, что сам колдует? — Э-э-э, — Поттер отчего-то замялся. — Нет, у него же нет палочки. И ему запрещено колдовать. — Произошло что-то волшебное, пока он общался с тобой. — Ну, — глаза его вообще забегали. — А, точно, сова принесла газету, и фотографии на ней двигались. — Что ж, тоже хороший пример колдовства. Драко, кажется, Гермиона из обычной семьи? — Да. — Так вот, к таким детям, как и к тебе, Гарри, присылают из школы какого-то профессора, чтобы тот показал самое начало волшебного мира. Знаешь, перед показом фильма в кинотеатре как рекламу пускают маленький фильм, составленный из кусочков большого, чтобы заинтересовать зрителя. Это как аннотация в книге. Так вот, всем детям перед Хогвартсом показывают такой маленький кусочек волшебного мира, чтобы стало интересно, но не страшно. Ну и заодно проверяют. Приводят на улицу с «Дырявым котлом» — и надо его найти. Не увидишь — не волшебник. Потом показывают, как я уже говорила, что волшебники живут как бы на изнанке мест, где живут обычные люди. — Но Косой переулок — просто улица с магазинами! Поттер сказал, а Драко покивал этому, как и Уизли, но Эра покачала головой. — Косой переулок — это торговая улица магического квартала. Там торгуют всякой всячиной к школе, да, ну а над магазинами продавцы или владельцы живут вместе с семьями. Потом от Косого переулке отходят еще несколько улочек… — Лютный! — восторженно воскликнули близнецы. — Да, — мама кивнула. — Торговая улица для товаров сомнительного свойства. Ну а кроме него есть еще несколько улиц для волшебников Китая, Восточной Европы и Африки. Там они живут, работают, закупаются вещами, специфичными для их колдовства. Потом есть Монетная улица, примыкает к банку, и на ней часто живут волшебники — работники Гринготтса. Площадь фонтанов еще немного дальше, там находятся несколько гостиниц для волшебников, которые хотят жить подальше от мира маглов. Очень живописное место, честно говоря. Через этот квартал можно выйти и в ту часть волшебного вокзала, через которую мы с вами прошли, и к гостевому входу в Министерство, что удобно для иностранных волшебников, которых туда просто так не пустят. В общем, в первое посещение показывают принципиально нужный для учебы кусочек, а остальное предполагается освоить, когда юный волшебник будет к этому готов. — Но волшебников ведь так мало! — горячо воскликнул младший Уизли. — Зачем им все это? — Почему мало? — мама удивленно подняла брови. — Ну, вот в Хогвартс нас в этом году приехало человек тридцать перваков. Плюс наши семьи, туда-сюда. — Дело тут в том, Рональд, что не все семьи отдают своих детей в Хогвартс на учебу. — Как?! Вопль получился сильный, хоровой, сразу от всех шестерых. — Часть родителей учит на дому, еще есть те, кто отдает детей в другие волшебные школы, Дурмстранг или Шармбатон. Причины у всех разные: не нравится школа, нет денег, не знают английского языка. А у кого-то причина и того проще: волшебство есть, но слабое, и письмо из Хогвартса тогда вообще не приходит. Волшебники не очень компанейский народ, но, по последним сведениям Министерства, обучившихся где-либо волшебников в одной только Британии больше двадцати тысяч. Стоит учитывать, что еще есть волшебные расы вроде гоблинов, домовиков, русалок, оборотней, вампиров и так далее. Драко впечатлился, да и остальные тоже. — Так вот, продолжу мысль. Сначала Косой переулок, потом поезд и, наконец, общение с другими детьми. Волшебники даже просто так всегда отдаляют свой дом от домов маглов. Причины у всех свои, но вообще есть и закон, пресловутый Статут о секретности. Одним словом, на основе всех этих сведений ребенок может построить разного рода предположения о мире магии. Вот, например, ты, Гарри. Что бы волшебники могли и хотели себе сделать? Поттер призадумался. — Отдельный город? Драко уже ждал, что мама рассмеется от такой глупости, но она только улыбнулась. — Ты прав, у нас есть свой отдельный город, о котором обычные люди знают, но только по слухам. Как думаешь, какой? — Атлантида! — Поттер вытаращил глаза и охнул, когда Эра ему одобрительно кивнула. — Да, наш абсолютно спрятанный от глаз и устройств маглов город под водой. Кто может придумать, что еще? — Рестораны? — кто о чем, а этот только о еде. — В точку. В каждом достаточно крупном городе маглов есть как минимум один ресторан только для волшебников. Информацию о нем можно найти, посветив Ревелио на вывеску любой магловской закусочной. — О-о-о! — После школы, — начал Поттер, — обычные дети идут в колледж, университет, потом на работу. А волшебники? — Хогвартс дает нам достаточно знаний, чтобы после ЖАБА устроиться на работу, — вместо Эры ответил Перси. — Тут я с тобой соглашусь лишь отчасти. Офисным волшебником в Министерство или даже профессором в Хогвартс так возьмут. Однако для узкоспециализированных профессий, вроде колдоведьмы, целителя, фармацевта, мракоборца, магозоолога и еще многих других, нужно поучиться и после школы. В Британии Министерство проводит курсы для подготовки мракоборцев, а Мунго — колдоведьм, но на этом все. Многие именитые специалисты в своей области берут себе учеников, а потом вроде как поручаются за них, а те, в свою очередь, вовсю стараются продемонстрировать свой талант. Но в ученики берут не всех и не всегда. — И что делать? — Есть разные варианты, но, к примеру, Шармбатон, Академия магии во Франции, на платной основе обучает после окончания обычной программы алхимии, рунам и заклинаниям на уровне их составления. Дурмстранг хорошо натаскивает в боевой магии тех, кто хочет стать мракоборцем, но условия там очень жесткие. Всему, что пригодится целителю, фармацевту или зельевару, доучивает Уагаду, Ильверморни и еще Центр ликвидации магических катастроф в Канаде. В Америке и Новой Зеландии много центров, которые занимаются изучением магических существ и растений, хотя магозоолог и герболог — это обычно больше призвание, чем профессия. — А зачем учиться составлению заклинаний, если уже и так это умеешь? — близнецы самодовольно скрестили руки на груди. — Составление заклинаний без нужной базы знаний больше экспериментальное, а значит, занимает больше времени и несет большой спектр нежелательных эффектов. Нежелательных и зачастую непредсказуемых. — Откуда знаете? — Просто зарабатываю этим на жизнь. Придумываю, патентую, продаю заклинания и зелья — в основном для целительства. — А почему — именно такие? — Потому что моя основная специализация — целитель. Специализируюсь по работе в чрезвычайных ситуациях. Мне всегда было мало заклинаний, пока училась, да и некоторые из них были слишком вычурными и громоздкими, а зелья — противными. Вот одновременно и пыталась разузнать, что да как работает. Так и научилась. — Где? Драко тоже было интересно послушать; может, она расскажет подробнее? — Целительство я изучала в Ильверморни, чары — в Шармбатоне. А потом еще стажировалась перед работой в Центре ликвидации катастроф. А заработала на все это, придумав несколько хороших заклинаний, еще пока училась на четвертом-пятом курсах. Запатентовала, продала право на использование — и подзаработала. Кстати, говоря об университетах. Есть несколько, управление которыми исконно доверяют только сквибам. Иногда волшебникам оказывается нужно освоить какие-то магловские знания, и мы идем в эти университеты учиться по особой программе. — Зачем нам что-то знать из магловских выдумок? — все единодушно, кроме Гарри, скривились. — Тут два варианта. Первый для маглорожденных волшебников, чтобы продолжать учебу в обычной школе обычным предметам вроде географии и математики. Его еще используют те, кто хочет получить престижную должность в международном волшебном сообществе, потому что там нужно быть образованным всесторонне, а не только в магических дисциплинах. Все из-за секретности. Сквибы на руководящих должностях вроде директора школы, колледжа или ректора университета организовывают все так, чтобы одновременно с программой Хогвартса ребенок осваивал и программу маглов. Обучение заканчивается одновременно в обоих местах. — Серьезно? — старший из дуралеев выглядел сбитым с толку. — Да. А второй вариант выбирают те, кто решил специализироваться на какой-то волшебной науке, но, чтобы выйти в ее изучении на новый уровень, хочет узнать о похожей с магловской точки зрения. Например, так поступила я и, чтобы лучше разбираться в зельях, изучала химию и биохимию. — Но разве правильно так делать? — Драко был поражен. — Чтобы чистокровные волшебники учились чему-то у маглов? — Ну, — Эра потерла нос. — Сказать честно, я знаю многих таких чистокровных. Люциус Малфой, например, выучился в Гарварде экономике, чтобы лучше уметь зарабатывать деньги. Да и любой компетентный человек, разбирающийся в законах, учился этому дополнительно, и обычно — у маглов. Она потом говорила что-то еще, а у Драко в ушах стоял звон. Его отец, гордящийся своей чистокровностью и презирающий маглов… Да как он мог говорить ему всякое, когда сам… Когда он… Ладонь Драко неожиданно пожали, и он от этого словно проснулся. Мама сидела рядом, держа его руку в своей, и непринужденно отвечала на сыплющиеся на нее вопросы. Он снова перевел взгляд на руки. Его отец мог говорить что угодно, а потом он отказался от него, Драко. Хватит расстраиваться из-за этого. Его есть кому поддержать. — О, ребят, — неожиданно воскликнула Эра. — Сейчас мы будем ехать под водой. Посмотрите, я думаю, будет интересно. Как — под водой? В машине? — Наш с Драко клан, МакФасти, построил подводные тоннели от основного острова к нашим. Под водой, потому что гебридские драконы предпочитают летать сверху, а даже если и ныряют, то очень неглубоко. Как я уже говорила, на метлах, трансгрессией, каминами на острова не попасть. Тоннели прозрачные, а вокруг много всяких интересных существ водится, так что посмотрите. Драко заинтересованно придвинулся к окну, а потом и остальные тоже. — О-о-о, — восхищенно вздыхали все они время от времени. И вправду, кто тут только не водился: огромные морские змеи, вроде того, которого Фауст подкидывал над водой, не менее крупные рыбы, полупрозрачные красно-фиолетовые или голубые штуковины, похожие на плывущую ступку с ленточками, а еще — русалки, которые разными цветами светились в темноте. — А почему здесь столько всего видно? — Поттер озадаченно переводил взгляд с окна на Эру. — Тут глубоко и темно. — Чары ночного видения на стенках тоннеля. — О-о-о. Наконец дорога пошла вверх.