Самовозгорание

— Блять, — Блум прижалась лбом к стеклу лимузина, в который Стелла их запихнула. — Ты что-то сказала? — Флора обернулась к ней, но Блум затрясла головой и подперла щеку рукой. ТБ опять баловалась, но теперь Блум почему-то не почувствовала гнева. Только вялое раздражение при мысли, что кто-то мог расслышать. Проблем не оберешься. — Здорово, что у тебя не возникло серьезных траблов с тем, чтобы отпроситься. Зачем вообще было так спешить домой? Поехали бы все вместе из Алфеи, — Стелла хлопнула по сидению рядом, и Текна, рассылающая смс-приглашения, вздрогнула. Блум промычала что-то невразумительное, закрывая глаза, но ответа и не требовалось. «Зачем ты поссорилась с мамой?» Я отстояла наше право на самостоятельность. Нам скоро девятнадцать, сколько ты ещё будешь держаться за юбку? И вообще скажи спасибо и заткнись. Если бы не я, сидеть тебе под домашним арестом. «Если бы не ты, я бы вообще никуда не спешила, и отпрашиваться вообще бы не пришлось, просто поехала бы со Стеллой на бал, даже мама не настолько всемогущая, чтобы достать нас на Солярии. Но ты зачем-то начала тот спор!» И я же закончила! В нашу пользу! А теперь заткнись, я устала. Блум сердито поджала губы. Она и правда смогла поехать на бал Стеллы только потому, что ТБ выстояла против Ванессы, успешно отразив серию атак в духе «ты ещё недостаточно взрослая, чтобы ночевать в другом измерении за пределами школы», «может, ещё отдельно жить будешь» и «как ты разговариваешь с матерью». Девочки из Винкс успели телепортироваться на Солярию и сделать заказ в местной пиццерии, пока она занималась увещеваниями. «Но если бы ты не полезла, можно было бы обойтись без повышенного тона». Закрой рот и смотри в окно. — Ну что ж, — Текна вовремя подала голос, потому что Блум уже хотела обидеться. — Смогут Мирта, Тимми, Ривен, Гелия… — Отлично, — Флора сжала кулачки, и Блум завистливо на нее покосилась. — Брендон, — Текна показала пальцем на Стеллу, и та самодовольно улыбнулась. — Любимый! Он никогда не пропустит мой праздник! — А Скай? — Блум вытянула шею, пытаясь заглянуть в экран ноутбука. — Он придет? — Нет ответа, — Текна виновато пожала плечами. Ну слава богу. В каком храме свечку поставить? «Нет! Я хочу, чтобы Скай приехал! Почему он не приедет?» Блум накуксилась, и в лимузине повисла неловкая пауза. Да нахуй надо? Ты хоть посрать без него можешь? «Я хочу, чтобы Скай приехал!» Ну, значит, приедет! Не разводи панику на пустом месте. «Но если он получит приглашение только тогда, когда будет на Эраклионе, родители его не отпустят!» Чего? Не отпустят? Он на два года старше нас, здоровый лоб, и будет спрашивать разрешение у мамочки? «Он принц». Хуинц. Рождённый бегать пизды не получит. «Но он может быть занят во дворце, у принцев тоже есть обязанности». На этом пассаже ТБ не выдержала и зарычала. Тогда какого хера ты мне мозги трахаешь? Нашла ему оправдание — наслаждайся им, а я хочу, чтобы он, блять, все бросил и приехал ко мне! Пусть докажет, что не хуйло! Блум на секунду опешила, даже без комментариев отфильтровав поток ругательств. «Ты же сказала, что не хочешь, чтобы он приезжал?» Ну мы все-таки единая личность, я хочу того же, что и ты, но по-другому. И ваши смущённые переглядывания в список не входят. Блум задумалась. Ее так поглотила мысль о том, чего хочет она, и как этого хочет ТБ, что перестала замечать жалостливые взгляды подруг. «Например?» Например, ты хочешь со Скаем танцевать на балу, а я хочу заниматься с ним сексом. Блум громко икнула, и Флора удивлённо на нее покосилась. Ну, то есть, технически, мы хотим секса с ним, но только я из нас двоих это осознаю. «Я не хочу!» Если сейчас признаешься, что хочешь, буду молчать весь бал, а вы можете до бесконечности танцевать свои скучные танцы и целоваться, как птички, я не буду комментировать. Но придется быть честной с собой. «Что?! Не хочу я! У нас со Скаем глубокие чувства друг к другу, основанные на доверии! А не примитивное половое влечение!» С каких пор одно отменяет другое. Да и что тогда означают эти волнительные мурашки, когда вы обнимаетесь дольше трёх секунд? Ну хочешь ты к нему прижаться, ну так прижмись. Я не против, Скай, думаю, тоже. «Что? Нет! Это неприлично!» Неприлично — динамить пацана третий год, тайком просушивая мокрые трусы! И вообще, не веришь мне, спроси у Стеллы. «Спросить что?» — Блум покосилась на Стеллу, но та напряжённо смотрела в окно. Лимузин поехал медленнее, а снаружи стали раздаваться недовольные гудки других водителей. Был ли у них с Брендоном секс. Они в отношениях то же время. «Да ни за что! Это неприлично! И мерзко! И мы не одни! Это ее личная жизнь, обсуждать такое, это… Я не буду! Что остальные подумают?» Что подумают, не нашего ума дело. Ладно, не хочешь, тогда я. — Стелла, — Блум и моргнуть не успела, как ТБ отобрала у нее контроль, и повернулась к Стелле, — а вот вы с Брендоном… «ЗАМОЛЧИЗАМОЛЧИЗАМОЛЧИ!» — Что? — Стелла отвлеклась от сгущающейся пробки снаружи, но Блум уже остановила безумную ментальную соседку, и вопрос повис между ними незаконченным. — А нет, ничего, — Блум легкомысленно махнула рукой, надеясь только, что уши не горят. — Эй, ты можешь спросить меня о чем угодно, — Стелла подмигнула, но Блум только плотнее сжала губы, жалея, что не осталась на Земле. А я говорила, пошли спать дальше. Не-е-ет, мы хотим на бал к настоящей принцессе. — Да не переживай ты так из-за Ская, — Стелла перегнулась через салон и накрыла руку Блум своей. — Просто верь в него. Ради тебя он вышел против Даркара. Ну и конечно против предков. Нет никого страшнее родителей, которым не нравится твоя вторая половинка, а? Блум улыбнулась, пожимая ее руку, и Стелла кивнула. Затем терпение ее кончилось, и она с рыком распахнула дверь. — Долго ещё стоять будем?! Пришествия Дракона дожидаемся?! Ей в ответ крикнули что-то нелицеприятное и на матерном, Флора закрыла уши руками, Текна философски пожала плечами. Стелла с королевским спокойствием выслушала, а затем разразилась не менее эмоциональной нецензурной тирадой, от которой у Блум челюсть отвисла. Не дожидаясь, пока ей ответят, Стелла вылезла из машины и кивнула подругам. — На выход, девочки, на Солярии сегодня проблемы на дорогах из-за предстоящего бала. Тут всего ничего осталось, дойдем ножками, — сказала она, и постучала в окно водителю. — Мы дальше сами, как проедете пробку, можете поворачивать назад. Блум только прикусила язык, чтобы не задать неудобный вопрос, а вот вылезшая следом Флора не постеснялась. — Стелла, разве так разговаривают принцессы? Боже, пусть Гелия уже поможет ей с реализацией материнского инстинкта, или я за себя не ручаюсь. Блум была частично согласна, но не призналась бы в этом даже под пытками, а вот Стелла и на грамм не смутилась. — Нужно быть ближе к народу, Флора, не все люди понимают язык цветов, — пожала она плечами, и у Блум в голове раздался мечтательный вздох. «Как изящно послать нахуй» — пособие для чайников. Нам еще учиться и учиться. Разве она не совершенна? «Не знаю, — честно ответила Блум, искренне восторгаясь пробивной подругой, но не разделяя всех ее проявлений. — Она смелая и уверенная в себе. Но иногда слишком зацикливается на незначительном, типа длины своих ресниц» Ну давай, мамкин философ, поговори мне. Сначала осмелься быть такой, как она, а потом уже осуждай. «Я не осуждаю! Я люблю Стеллу! Просто Стелла — это Стелла, а я — это я». Они ещё долго могли продолжать в том же духе, но их урезанный Винкс-состав как раз подошел ко входу первого бутика, и разъехавшиеся стеклянные двери, выпустившие наружу прохладный запах магазинной ткани, оборвали спор. — Здесь так круто, — у Блум глаза разбежались от такого количества платьев. Гардиния была провинциальным городом, там не было бутиков, а единственный ТЦ отжали бабульки, считая его продолжением продуктового рынка по соседству. Свадебный салон и тот — один на весь город, поэтому голубой мечте Блум — бесконечному гардеробу, полному всякого барахла, как у Барби, просто физически не суждено было сбыться. Параллельно с тем фактом, что ее родители не были миллионерами, а она сама — куклой. — А самое классное, что ничего из этого нам не придется мерить вручную! — Стелла сделала несколько пируэтов по примерочному залу и заняла место на одной из платформ. Ее волосы заволновались, как от ветра, а затем место повседневного зелёного платья занял розовый кожаный костюм. — Та-да! Виртуальная примерка! Ну-ка, попробуйте! У Блум загорелись глаза. — Мы посмотрим, что на втором этаже, — Флора с Текной исчезли на лестнице, а Блум с трепетом забралась на стойку примерки. — Ну разве не красота? — Стелла захлопала в ладоши, а Блум завороженно уставилась на себя в зеркале. «Настоящая принцесса!» — подумала она, зажимая подол платья в пальцах. Не в цацках сила. ТБ была мысленно послана подальше, а Блум закружилась, рассматривая себя со всех сторон, затем хлопнула в ладоши и платье сменилось. А затем снова и снова. Блум была в восторге от этой игры в куклы для взрослых. Последнее платье, которое ей довелось носить, было самодельным куском чего-то голубого и по скидке. А это были настоящие дизайнерские наряды. Особенно ей понравилось оно! Голубая атласная ткань, пышная юбка, вышивка в виде цветов на груди, даже перчатки! — Я редко это говорю, но тебе невозможно идёт, — Стелла кивнула с видом исполнившей свое предназначение крестной феи. — Скай не устоит. Не устоит, ага, не думаю, что с этой махрой на жопе удобно делать подсечку. «Она имела в виду…» Да поняла я! Но во-первых, это пресно, где хотя бы разрез на ноге? И что за мракобесие у нас на голове? «Это кудри!» Какие, нахуй, кудри?! Ты пастушка эпохи Ко-ко, что ли? У нас настолько красивые волосы, что Митси во втором классе пыталась их отстричь прямо на уроке ИЗО! Немедленно распусти, или я за себя не ручаюсь. Блум накуксилась, глядя в зеркало на высокую прическу с цветами, и скрестила руки на груди. «И не подумаю». Спустя мгновение цветы были рассеяны яростным шерудящим жестом, которого электронная примерка не выдержала. Растрепанные волосы рассыпались по плечам, и Блум только рот открыла, так быстро ТБ перехватила контроль. Отражение в зеркале сверкнуло желтизной взгляда, и стало окончательно похоже на Темную Блум. Всклокоченную и злую. — Боже, солнце, что ты так переживаешь, в конце концов это всего лишь платье, — Стелла замахала руками, но Блум сосредоточилась на том, чтобы сдержать обиженные слезы. Противный ментальный паразит вспомнил о своей роли все портить. Она просто хотела быть принцессой. Все говорили, что она такая по праву рождения, но сложно соответствовать королевским требованиям в потёртых джинсах и доисторическом свитере, который служил верой и правдой класса с девятого, пусть Стелла его немного и поправила. Все, чего она сейчас хотела — несколько красивых платьев в ее умеренную обыденную жизнь! И тут ТБ со своим видением прекрасного. Так, значит? Ладно. Смотри, чего хочу я. ТБ открыла меню и принялась листать. «Мне все равно, чего ты хочешь, просто перестань!..» Бросай дуться на голос в голове и подними глаза. Не понравится — заставлять не буду. Блум закусила губу, но в зеркало посмотрела. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кто это. — Блум! — Стелла подскочила к ней со спины и обхватила за плечи. — У меня нет слов! — У меня тоже. Блум сморгнула, пытаясь узнать в загадочной незнакомке себя. Плавная линия волос, подчеркивающая томный взгляд из-под полуприкрытых век, влажный блеск губ, чёрное атласное платье плотно прилегало к телу, открывая Блум такие изгибы своей фигуры, какие она могла выяснить только после душа в зеркале, и то не осмелилась бы разглядывать, это же неприлично. От груди через живот к вырезу на ноге тянулась объемная аппликация огненных цветов. Оголенную спину холодил поток из кондиционера, и только так Блум догадалась, что там вырез. Вот это тема. Вот это я понимаю. «Кто это?» Дуру не гони. Это ты! «Это ты». А я — это ты, гений. На самом деле, так выглядит твое истинное желание! Ну или его часть. В процентах не знаю. Блум тряхнула головой. — Это не то. — Ну тебя сегодня не понять! — Стелла уперла руки в бока. — На тебе было уже два идеально подходящих тебе платья, и ни одно не нравится! Тут только выбрать: ты лесная нимфа или роковая соблазнительница! — Не доросла ещё до соблазнительницы, — Блум отвернулась от зеркала, складывая руки на груди, и соскочила с платформы в зал. Платье тут же рассеялось, но Блум прекрасно помнила, что показало отражение. — Не попробуешь, не узнаешь, — Стелла философски махнула рукой, а затем подхватила подол своего наряда. — Ну, а ты что скажешь? Блум обернулась и икнула. Ага, кто ещё соблазнительница. Платье, которые выбрала ТБ, на фоне тряпочки Стеллы казалось школьной формой отличницы. — Пиздец, — вырвалось у Блум, и Стелла засмеялась. — Кажется, ласковый Флорин росточек дал ядовитые побеги! В голове ей вторила злодейским гоготом ТБ, и Блум пошла красными пятнами. — Я имею в виду, очень красиво! И смело… Очень смело… — Раз есть красота, зачем ее прятать? — Стелла принялась кружиться вокруг себя, мурлыкая что-то под нос. «Она такая красивая! Не то что я». Так, блять, зеркало стоит справа, разуй глаза и посмотри туда хорошенько, а то как-то не хочется бить свое собственное тело. Хотя подожди. Блум подождала, а спустя секунду почувствовала, как ей отвесили ментальную затрещину. А больно было как в жизни. Ну так вот. А теперь хочу напомнить, что наша дискуссия изначально не имеет смысла. «Почему это?» Мы беднее, чем церковные мыши. На какие шиши ты собралась покупать этот голубой кошмар? Блум прижала руку ко лбу, с удивлением отмечая, что ТБ согласна и на первый вариант бального наряда. Голову внезапно кольнули зачатки подступающей после долгого препирательства мигрени, но ментальная соседка была права. И это было хуже всего. «То есть, мы здесь зря?» Побаловались и хватит. Блум накуксилась. «Я просто хочу платье». Предлагаю стырить. «Просто одно-единственное красивое платье за всю жизнь!» Давай стырим. «Я уже получала набор юного художника вместо домика Барби и велосипед вместо мопеда! Почему всего раз в жизни я не могу получить то, что хочу?!» Да украдем давай. «Что?» — Блум отвлеклась от страданий, за ними не заметив, что ТБ вообще участвовала в диалоге. Давай. Украдем. ТБ повторила с порядочной паузой между словами, немного устав от непробиваемой глухоты основной личности. «Что?! Нет!» А чего «нет»? Тут два варианта: «у нас есть платье» и «у нас нет платья». «Но красть плохо!» По твоим меркам. Так же как материться, убивать и трахаться. Первые два пункта ты уже выполнила. «Мы не будем ничего красть! И я не ругаюсь! Это случайно вышло!» ТБ сердито замолчала, а Блум приложила руку ко лбу. Голова болела, жаба душила, хотелось платьице. «Может, на работу пойти? Я волшебница, могу все что угодно — вот и деньги». Идея хорошая, но бал через два дня, а аванс выдают только проституткам. Блум усмехнулась. «Тебе-то откуда знать?» Пф, Даркар просветил, отсасывала у него в перерывах между злодейским хохотом и кражей Реликса. Блум непроизвольно хихикнула, на секунду задумалась, а затем решилась на вопрос. «А разве у него… было, что… кхм… обслуживать?» Это шутка, гений. Да и в том состоянии, до которого он нас довел, я ему член могла только отгрызть, даже если бы он был. Блум спрятала в ладонях прорвавшийся наружу особенно громкий смешок, и в этот момент услышала недовольный крик Стеллы. — Это мое платье! Блум обернулась. Она слишком глубоко погрузилась в себя, чтобы заметить, что в примерочной появились новые действующие лица. — Ещё чего, оно мое, — незнакомая готичной внешности брюнетка с родинкой под глазом насмешливо задрала подбородок, глядя на раскрасневшуюся от гнева Стеллу. — Да, это платье только для самой красивой девушки Солярии, такой, как Химера! — вторили ей в один голос две подпевалы-двойняшки. Боже, у девчонки либо имя «Химера», либо погоняло, и я не завидую ни одному из вариантов. А ты думала, тебя в семье не любят. «Ничего я не думала! Меня любят!» Спорщицы были в одинаковых платьях, и Блум быстро догадалась о причине конфликта, тем не менее, озвучив вопрос: — Что случилось? — Эта воровка пиццы теперь хочет украсть мое платье! Оно единственное во всем Магиксе, и оно мое! — Стелла затопала ногами, а у Блум дернулся глаз. Что за история с пиццей, она уже знала, поездка до бутика была долгой, но на саму разборку не успела, Стелла забрала ее уже после. В воздухе запахло несправедливостью, а у Блум была аллергия на несправедливость. Предлагаю поджечь ей патлы. «Что? Нет! Ей будет больно!» Да в том ведь и смысл! — Я надену это платье на бал принцессы! — выкинула Стелла последний аргумент, но Блум не была уверена, что соперница вообще ее слышала. — Ха-ха! Нет, это я надену его на бал принцессы! А нет, слышала. «Боже, как я не люблю, когда кто-то ссорится». Блум сложила руки на груди, отворачивая голову. А ты сама пробуй, вдруг понравится. Секунду, я что-нибудь обидное придумаю. Но ТБ не успела потренироваться в остроумии. — У тебя шнурок развязался, — Химера ткнула пальцем в босоножки Стеллы, и та как маленькая повелась, наклоняясь, хотя шнурков конструкция босоножек не предусматривала со времен древнего Рима. «Кажется, папа никогда не делал ей «сливку». Я бы не купилась» — Блум вспомнила болезненные ощущения от зажатого пальцами носа. Но вместо несмываемого детсадовского позора Стелла была грубо опрокинута на пол, и Химера звонко захохотала. — Эй! — Блум сжала кулаки, и ТБ внутри заворчала. — Неудачницы, — одна из двойняшек-подпевал подскочила к ней уже занося руки для толчка, и потом Блум долго будет уговаривать себя, что это была ТБ. Инстинктивно сжатый кулак метко прилетел обидчице в нос, и та заверещала, от удара заваливаясь на спину. На пол брызнула кровь, а Блум забыла как дышать, замирая с поднятыми кулаками. С пальцев на пол упало несколько капель, сердце бешено билось в груди, пытаясь вырваться наружу через горло. — Утрись, сучка! — крикнула ТБ в адреналиновом мандраже, и Блум не смогла противиться ей, оцепенев от собственной наглости. — Кто кого теперь? А? Парю как бабочка, жалю, как пчела! «Хватит меня позорить» — мысленно выдохнула Блум, пытаясь прийти в себя. Все замерли, ошарашенно глядя на Блум, и ТБ самодовольно усмехнулась. Нас боятся! Нас уважают! — Да как ты посмела?! — Химера оправилась первая, поднимая руки, на которых уже засветились искры, но, черт возьми, она была Темной Блум, и она была Блум. Ни одна фея в мире не могла быть ей равной. Ты посмотри на эту гламурную суку, — голос ТБ дрожал, Блум могла поспорить, что она плотоядно облизывается. — Хочет помериться длинной магической письки! «Фу! Перестань!» Блум выставила руку, закрываясь от потока зелёной магии щитом, и в магазине завопила сирена. Похоже, колдовать в бутике было нельзя. — Вылезай оттуда, рыжая шмара! — крикнула Химера, игнорируя надрывный вой. Какая утонченная речь, ты только послушай! — ТБ захохотала, предвкушая драку, а она очень любила драки. — Размером словарного запаса тоже померяемся? «Лучше помоги! Ай!» Химера примерилась для нового удара, пока остальные ошарашенные замерли, но больше щита Блум ничего выдумать не могла из-за боли в груди. Ей вдруг овладела такая слабость, что она сама себя не узнавала. В сердце закололо, тело горело огнем. Что-то было не так. Что за фигня с телом? Чувствуешь? — Ой! — Блум дрогнула под новым ударом. Странный приступ медленно отпускал, но перед глазами еще была пелена. Дар шалит… Ты чего с Огнем Дракона делала на досуге, дурында?! «Ничего! Оно само!» Ага, само, так я и… Блять, это что-то с Магиксом, а сила создателя отзывается на неполадки. Да мать твою, завались, я думаю! Это Химера ударила снова, и щит покрылся опасными трещинами. Блум запаниковала. Такая беспомощность была ей несвойственна даже в худшие времена. «Подожди, пожалуйста, с Магиксом, щит может упасть! Что мне делать?!» Как что? Кровь-кишки! «Не умею я кровь-кишки! Я вообще драться не умею!» Так, блэт, подожди, что значит, не умеешь? А кто Даркара раскатал? А Айси на первом курсе? А Диаспро в конце концов! «Не знаю. Это не я была. Не совсем я. Я не помню, как это сделала!» Хрен с тобой, красная шапочка, давай сюда. Блум с облегчением почувствовала, как руки снова перестают ее слушаться. «Только не убей!» — опомнилась она, вспомнив, кому в руки даёт огнемет. Ей ещё предстояло потом в одиночестве подумать, как она вообще пришла к мысли дать ТБ огнемет. Да ладно, как говорится, я только подровняю! Когда исчез щит вместе с Блум, никто не понял, но на месте, где она стояла, дымилось только что выженное пятно от убийственной магии разъяренной готичной феи. — Ты ее убила? — одна из двойняшек ожила, закрывая рот рукой. — Ты ее убила! — Даже мокрого места не осталось, — закрыла глаза ладонями вторая. — Теперь нас точно посадят. Химера сморщилась, глядя на дымящееся пятно, и махнула рукой. — Мама всё… — Попалась, — шепнули ей на ухо, и Химера без сознания повалилась на пол. Блум в превращении хищно улыбнулась, сжимая в кулак руку, которой коснулась ее шеи. «Мы знаем такое заклинание?!» И не только такое, солнышко! Мы огонь Дракона! Мы беспощадная могущественная сила! Нас никто не сможет остановить! Му-ха-ха-ха-ха! «Но откуда мы знаем такое заклинание?!» Ты часть про беспощадную силу прослушала, да? Эх. Это из той книжечки, что дал нам зайка Авалон. Люблю засранца, пусть он и был у Даркара на побегушках. Еще бы ты не вздрагивала при упоминании его имени… Блум присела на корточки, ткнув Химеру в щеку, но та не двигалась. Лицо ее и без того бледное, приобрело синеватый оттенок, но пульс прощупывался. «Когда это профессор… ИЗ ТОЙ КНИГИ?!» Ага. Убойные заклятия, да? «Они плохие! Это была плохая книга! Если она попадет не в те руки… Боже!» Детка, эти заклинания такой силы, что использовать их могут только Даркар и мы. Даже тетушка Фара и та будет только любоваться ей на полке. Блум поднялась и удивлённо посмотрела на свои руки. «Мы настолько сильны?» — ее поразила мысль, что она сильнее Фарагонды. Это, очевидно, было богохульство и крушение авторитетов, но это будоражило, пропитывало кровь ядом самоуверенности. ТБ хмыкнула. Давай нападем на нее и проверим? Тут Блум очнулась и тряхнула головой. «Хватит. Это неправильно. Ты опять пытаешься обмануть меня!» Ясно, терпила вернулась. Но она не успела продолжить, потому что в дверь ворвались паладины в форме и наставили на них посохи. — Это магическая полиция, всем прекратить колдовство. Блум рефлекторно подняла руки. ТБ только вздохнула.