Самовозгорание

— Солнце Империи, — Блум изобразила что-то похожее на реверанс, насколько позволяли ее способности, но король Радиус только махнул на нее рукой. — Блум, ну какое Солнце Империи, — он рассмеялся, и она робко улыбнулась. Конечно, они же со Стеллой лучшие подруги, наверное, она может обращаться к нему чуть менее официально. — Называй меня просто «Ваше величество». И они со Стеллой по-девчачьи захихикали, довольные шалостью. Так смешно, что я сейчас сдохну. Судя по голосу, ТБ сердилась. «Нам не понять, это какие-то шуточки королевских кровей». Извините! Мы вообще-то тоже королевских кровей! Ну-ка, подвинься. Блум подвинулась. — Тогда, меня можно просто «принцесса», я даже согласна на «ваша светлость Огонь Дракона». А теперь сделай свою любимую бестолковую мордашку. Блум, совсем не сопротивляясь, растянула идиотскую улыбку. Веселье королевской семьи медленно стаяло. — Я ведь принцесса Домино, если вы не знали, — ещё одна улыбка. — Верно, — растерянно согласился Радиус, и Блум почувствовала удовлетворение. Странное чувство, к которому она начинала привыкать. Опасно. Король покинул их общество с коротким извинением по поводу своей занятости, и Стелла повела Блум по дворцу, но с некоторой неуверенностью. — Чувствуй себя как дома. Блум кисло огляделась, ослепленная, но не впечатленная красотами Солярийского дворца, и Стелла поджала губы. Они замяли тему с Лейлой, но никто не мог заставить Блум перестать думать о ней, а считывать ее недовольство при выразительной мимике было проще простого. Ну давай сейчас поедем на Андрос вместо бала. ТБ проявляла редкую чуткость, с каждым грустным вздохом пытаясь выяснить, что заставит Хост чувствовать себя лучше. — Ты наверное никогда не была во дворце раньше? — Стелла толкнула ее в плечо, и Блум опасно покачнулась, будто из ее тела пропал скелет. — Не была. Здорово. Боже, да мне что, захватить контроль над телом и устроить нудистский забег по дворцу, чтобы ты пришла в сознание? «Делай, что хочешь». ТБ задумчиво замолчала, а Стелла уже потащила Блум за собой. — Это ты ещё не видела свою комнату. — Чего там смотреть, — фыркнула ТБ вслух, но Блум только сердито сморщилась, что всё вместе со стороны смотрелось в крайней степени выразительно. Стелла удивлённо обернулась. — Это же дворец, — неуверенно возразила она, но ТБ только пожала плечами. — Я думала, ты такого раньше не видела… — Сколько денег налогоплательщиков ушло на то, чтобы твои предки чувствовали себя главными в королевстве? «Как ты с ней нежно. Ни мата, ни пошлостей» — Блум меланхолично хмыкнула, и ТБ заволновалась сильнее. Ну, я не заинтересована в твоей социальной изоляции. Тем более Стелла доставляет наименьший ментальный дискомфорт из всех наших знакомых. «Да, Стелла хорошая, — Блум почувствовала, как щиплет глаза. — Я не должна обижать ее». — Пойдем посмотрим мою комнату, и ты ещё должна мне платье, — она подцепила Стеллу под локоть, и та повеселела, заметив перемену в настроении. — Точно, платье! Нужно разобраться с этим сегодня, пока ещё есть время на приготовления! Знаешь, завтра ведь я вся буду в делах! Нужно сделать прическу, макияж, маникюр, подготовить наряд, подобрать сумочку… — Страдалица, — насмешливо вздохнула ТБ, но Блум ее не одернула, а Стелла фыркнула. — Ты такая милая, когда ёрничаешь, — она щипнула Блум за щеку, и та весело сморщилась. Видишь, мы забавные. Быть восторженной тихоней не всегда уместно. «Эй, эту технику я оттачивала годами». Стелла показывала ей красоты дворца, но Блум реагировала больше по инерции. Не будь Лейла в опасности, а она в плохом настроении, конечно, проявила бы больше участия, но после ссоры на пляже… «Ты бы легко их убедила». Малыш, мой стиль — затыкать, а не убеждать. «Так ты подумала?» Подумала что? «Не хочешь занять мое место?» Я же сказала, что нет! Я не могу занять место Хоста! Ты основная личность, а я лишь побочное явление, вызванное насильственным вмешательством Даркара в твою ментальную структуру! Представь, что произойдет, если я полностью вытесню тебя! «А что произойдет?» У кого ты спрашиваешь?! Я знаю только то, что знаешь ты! Такова механика моего существования! «Но ты знаешь в разы больше… Про Даркара, профессора Авалона, те темные заклинания. И, конечно, эти бесстыдные хорни штуки…» Малыш, это не я знаю, а ты отмахиваешься. Все мои мудрости извлечены откуда-то оттуда, из глубин твоей рыжей башки, где годами скапливалось все неугодное. «Но ты осознаешь себя детищем Даркара. Откуда ты знаешь, кто твой создатель, если тебе даже пришлось мне объяснять?» Ментальный блок. «Чего?» Ты закрываешься от всего, что приносит тебе ментальный дискомфорт. Даркар лично зачитал нам, что конкретно с тобой будет, когда он пробудит меня. Но ты предпочитаешь вспоминать только какие рожи они с клоном нам корчили и в каких местах щупали. «Нет!» У Блум мгновенно заболела голова. Эй, ну тише. Откуда только в тебе столько страхов? Сборке Блум 1.0 не хватает порядочной дозы самоуверенности. «Зато тебе не хватает стоп-крана» — буркнула Блум, массируя виски. Кроме всего прочего, ТБ была возбуждена и повышала голос, отчего оригинальной версии казалось, что у нее в голове звенит эхо. Ты у меня за стоп-кран. Огромный такой, строительный. «Я не тормознутая! Я… Я просто хорошая». Ща ударю. Опять получить по затылку Блум не хотела и поспешила исправиться. «Пытаюсь быть хорошей!» Мир не сделан из сладкой ваты, пора снять розовые очки, малыш. Тебе, судя по последним приступам, ещё придется повоевать, и делать вид, будто ничего не происходит — глупо. Блум сдавил горло болезненный спазм. Она и не подумала, что те секундные моменты слабости могут быть предвестниками очередного продолжительного столкновения. «Неужели хоть год я не могу побыть простой ученицей? Обычной девчонкой, которая ходит на свидания, шоппится с подругами. Я все так это ненавижу… Крики… Боль… Опять?» Перед глазами пронеслись образы горящей Алфеи, копошащихся монстров, на земле изломанные тела одноклассниц, с которыми они только вчера разучивали погодные заклинания и подшучивали над учителями. Не таким должен был быть мир фей. Лучшая защита — это нападение. Опасность закаляет! «Тогда… Раз уж ты это любишь… Может, если будет критическая ситуация, ты мне поможешь?» Извини? «Если нужно будет атаковать или ругаться, я отдам тебе управление. У тебя отлично получается, и мои потребности будут услышаны!» ТБ задумалась, а Стелла наконец дошла, куда хотела, и отперла какую-то комнату с огромными дверями. — А тут лежат мои подарки! У Блум даже глаза на лоб полезли. — Сколько цацок! — вырвалось у них одновременно с ТБ, и Стелла засмеялась. — Это только та часть, которую было вежливо послать заранее, остальное будут приносить завтра гости. — Зачем?! — Блум всплеснула руками, неспособная выразить словами количество своего удивления. В коробках, которые открывала Стелла, лежали гарнитуры украшений, тиары, заморские чаи и сладости, платья и даже мобильники последней модели. Конечно, все в камнях и золоте. — Вот гадость, — Блум взяла в руки переливающийся от драгоценностей и стразов дизайнерский кошмар, из-под благолепия которого пробивался тусклый блеск голубого шелка, и Стелла подскочила к ней. — То, что нужно! — она выхватила кошмар у Блум из рук и бросила на другую коробку, расправляя подол. — Стелла… — Эту пошлятину спороть, — Стелла отряхнула вышивку, будто пыталась смахнуть с нее стразы. — Добавить искусственных цветов и жемчуга здесь и здесь… И мы получаем отличный выходной наряд. Ну-ка. Она подняла его и приложила к Блум. — Прямо под цвет твоих глаз, — Стелла улыбнулась, вручила Блум дизайнерский кошмар и побежала дальше рыться в подарках. — У меня такие красивые глаза? — Блум с удивлением приложила платье к себе, и ТБ издала долгий протяжный вздох. — Конечно! Прекрасные, как летнее небо! Пожалуй, до тебя я считала, что самые красивые глаза у Ская — эти сапфировые бездонные озера! Не представляю, какими будут ваши дети. — Дети?! — Хм… Есть ли тут база для второго? — увлеченная модным вызовом Стелла постучала по губе, а Блум наконец поняла ее замысел. — П-подожди, но это ведь твои подарки! — Ага, и я дарю их тебе, — Стелла не смутилась и на секунду. — Нет, я не могу принять такую роскошь, я ведь не принцесса… А. Стелла фыркнула синхронно с ТБ. — Ты уж не сдавай позиции, — Стелла извлекла из коробки с другого конца зала чёрное платье с летящей юбкой, и Блум поняла, что попала. — Решила обозначить свои границы, стой до конца. Блум смутилась. — Все в порядке, — Стелла подошла всучить свою находку и потрепала ее по плечу. — Тебе не нужно больше притворяться, если что-то не нравится. Просто… Не обижай никого. Она грустно улыбнулась, и Блум смутилась еще сильнее. Она заслужила. Лезет во все щели, заносчивая цветочная пизда. — Мне не жаль, — сказала Блум, и прижала руку к губам. «Эй!» Что? Сама сказала, я могу вмешиваться, если с тобой спорят. Блум сморщилась. «А ты умеешь подловить». Это наше общее качество, пользуйся на здоровье. — Я просто волнуюсь за Лейлу, — добавила она, глядя на то, как у Стеллы все выше поднимаются брови. — И хочу, чтобы меня слушали. Вот и правильно. — Давай пока попробуем насладиться праздником, — Стелла сморгнула и улыбнулась. — А если Лейла не приедет на бал, будем беспокоиться, ага? — Ага. — Принцесса Стелла! Ваше высочество! Блум не успела почувствовать благодарность, потому что в дверях материализовалась умудренная годами платиновая блондинка. — Я так рада вас наконец увидеть! Так сложно вручить вам подарок лично, зачем вы заставляете меня страдать, чтобы только единожды лицезреть вас? — Графиня Кассандра, — Стелла лучезарно улыбнулась, но Блум показалось, что неестественно широко. — Прошу простить мне мою молодость, ничего не могу поделать с горячей подвижной кровью, надеюсь, мы будем встречаться чаще, когда время перестанет щадить мою ослепительную красоту. Я чего-то не понимаю, или они ебут друг друга в уши? В отличие от ТБ у Блум просто каша была из их реплик в голове, она даже не очень запомнила слова, не то что поняла смысл, но повисшая пауза ощущалась не слишком дипломатичной. Графиня не изменилась в лице, но движение руки, которой она схватила ближайшую бархатную коробочку, было похоже на бросок кобры. — Это важный человек при дворе, — шепнула Стелла Блум, но и так было понятно просто по титулу, не такая уж деревенщина она была. Думаю, она не просто графиня, детка. Титул ещё не означает степень хитровыдроченности. «Выглядит опасной». Доверяй своим ощущениям, они тебя редко подводят. Блум на мгновение закрыла глаза, когда по спине побежал холодок. Этот мудак был особенным, даже Фарагонда ничего не поняла. «Но обратилась ведь не Фарагонда. Она может сколько угодно ничего не понимать, если не пострадает». Эй. Он уже мертв, нам больше ничего не угрожает. Блум медленно выдохнула, пытаясь остановить бешеное сердцебиение, когда под нос ей сунули коробочку с драгоценным ожерельем. Вернее, под нос сунули Стелле, но так как они стояли рядом, то и Блум повезло полюбоваться. — Вы уже видели мой подарок? Стелла забрала коробочку из рук графини и, равнодушно захлопнув, положила обратно в гору таких же бесценных артефактов. — Невероятной красоты колье, графиня, ваш вкус как всегда безупречен. Че-то непохоже, что ей нравится. — Благодарю, принцесса, — Кассандра склонила голову в не слишком уважительном поклоне, и махнула в сторону Блум. — А это голубое платье, что держит ваша служанка, выбирала моя дочь. Химера, поздоровайся с ее высочеством. — Я не!.. — Блум не… — начали они с ТБ одновременно. Но в комнату вошла одна знакомая готичная зараза, и первое возмущение потонуло во втором. — Ты! — воскликнула Стелла, вытягивая указательный палец. — Ты! Ты! Ты! Химера мгновенно переменилась в лице, узнав их обеих. Считать что-то конкретное в этой смеси болезненного узнавания, гнева, стыда и желания убежать, было сложно, так быстро эмоции сменяли друг друга. — Уголовница! — наконец нашлась Стелла, и опешившая графиня покосилась на Химеру. А все-таки это не погоняло. — Ваше высочество, я не понимаю, — Кассандра переводила испуганный взгляд со Стеллы на Химеру, но первая пылала праведным гневом, а вторая окаменела с перекошенным в улыбке лицом. — Должно быть, это недоразумение. — Что еще за недоразумение! Она чуть не убила Блум! Мою лучшую подругу! — Ну не то чтобы… Нет, подожди, она ведь могла. Не будь там меня, остались бы от тебя рожки да ножки. Дай я ей втащу. «Втащу?!» Блум не успевала возразить, чувствуя, как ТБ открывает за нее рот, но в этот момент вступила сторона обвинения. — Это непозволительное поведение для кого-то приближенного к дворцу, тем более для графини, произошедшей из благородного магического рода с многовековой историей! — Стелла воздела над головой указательный палец, и присутствующие разом захлопнули рты, хотя всем явно было, что сказать. — Позор, который ударит по репутации Солярии и короля Радиуса лично по ее вине, останется нестираемым пятном на нашей истории! Как представителя сиятельной аристократии и важного политического деятеля вас должно заботить нравственное воспитание и моральный облик будущей элиты Солярии не меньше, чем Драконьего Папу Солярийского! Что это за непомерное невежество может склонить девушку из благородного рода к уничижительной в своей бескультурности магической драке! Единственное, почему имя вашего рода еще не опорочено — бесконечные доброта и благонравие моей светлейшей подруги Блум, а она, между прочим, наследная утерянная принцесса Домино, и она захотела решить вопрос с умышленным злостным нападением на нее — за неподкупными стенами участка, а не в длительной светской борьбе, сопровождаемой слухами, заголовками в желтых газетенках и изнурительным паладинским расследованием! Она замолчала, сдерживая рвущееся наружу сбитое после тирады дыхание. «Ты что-нибудь поняла?» Ты что, серьезно слушала? — Уйдите с глаз моих, — махнула Стелла рукой, не глядя на Химеру, и Кассандра первая отшатнулась к выходу, кусая губы. Лицо ее пылало, но глаза смотрели прямо, в отличие от дочери, которая прятала красные со стыда щеки за волосами, низко опустив голову. Эти, похоже, все поняли. — Я приложу все усилия… Не нравится мне ее взгляд. Блум мысленно согласилась, но Стелла уже отвернулась, коротким взмахом ресниц обозначив, что разговор окончен, и с деланой надменностью проводила кланяющихся Кассандру с дочерью взглядом. Те не посмели показать принцессе спины и развернулись только оказавшись за пределами сокровищницы. — Брось эту дрянь, — Стелла презрительно скривила губы, махнув на голубое платье у Блум в руках, делаясь совсем на себя не похожей. — Нам подачки от всяких крашеных не нужны. Думаешь, она крашенная? Я скорее ставлю на мать. Да и подачки — это термин богатых, для нашего нулевого счета это называется бесценный подарок. — Мне кажется, ты это зря, — Блум только прикусила губу. Она была абсолютно уверена, что графиня стала ещё опаснее. Она знала этот взгляд. Авалон одаривал ее таким, когда она по наивности душевной оставалась с ним наедине, правда тогда она не сумела его правильно трактовать. Ты опять о нем. «Ну извини! — Блум язвительно скривилась. — У меня психологическая травма!» О. Мне нравится. Ну-ка ещё раз так сморщись. Блум состроила премерзкую рожу, вкладывая в нее всю свою ненависть к клону небезызвестного профессора, но ей стоило тренироваться в одиночестве. — Боже, ты так сильно ее боишься? — Стелла удивлённо на нее посмотрела, по своему расценив это выражение лица, и Блум перестала кривляться. «Вот стыд. Представляю, как это со стороны выглядело». А ты не представляй. Что за дурацкая привычка пытаться угадать, что у людей в голове? — Да хватит тебе, перебесится. Может, будет лучше воспитывать свою сучку, — Стелла тряхнула волосами и хищным взглядом окинула зал с подарками. — А у тебя проблем не будет? — Блум взволнованным взглядом проследила, как Стелла нервно мечется в поисках такой же идеальной голубой основы, как была прежняя, но без бирки «от Химеры, чтоб она сдохла». — Ха! Проблем! Вшивая графиня с микро-даром! Будто это угроза для меня, наследной принцессы. Скажу папочке, и он вышвырнет их обеих! «Так ли она бездарна? Что уж я ей в достоинства не ставлю, а щит она мой почти пробила. Я переживаю». Поговорку знаешь? «Какую?» Хочешь мира, готовься к войне. «Я против войн… Да и зачем мне готовиться, если у меня есть ты?» Ах ты подлиза. Сейчас как устрою здесь стриптиз, вспомнишь, какими словами встретила меня при первом пробуждении. — Да что ты будешь делать! Ни одного нормального платья! — Стелла же, пока они препирались, сердито раскидывала коробки. «Ну. Стриптиз, пожалуй что и не надо… А вот бой я тебе доверить могу». Сначала всю голову отдаешь, теперь от рук отказываешься? «Нет, ну, а что, — Блум задумчиво постучала пальцем по губе. — Ты же темная версия меня, да?» Нет. Я твое возмещение. «Значит, то, что не люблю делать я, можешь делать ты, да?» Пизда! ТБ почему-то на этом замолчала, и Блум не могла понять, почему. — Просто невозможно работать в таких условиях, — Стелла вернулась всклокоченная, не давая Блум погрузиться достаточно глубоко в себя, чтобы понять, где спрятался упрямый допельгангер. — И откуда мне достать теперь второе платье? Чтоб эту Химеру так переэтак. — У тебя прическа растрепалась, — Блум заботливо убрала с ее лица прядь волос. — Может тогда, не надо два? — Не надо? — Стелла рассеяно посмотрела на черный шелк у нее в руках. — А… Просто в черном пойдешь? А не зассышь? Блум нервно расправила платье на локте. «В черном, да… Это не цвет феи. Что остальные подумают? Фея в ведьминском наряде». Внезапно сама вылезла ТБ. А тебе не похуй? Или тоже будешь одеваться по велению матки? Тогда я переселяюсь в Текну. «Чего это в Текну?» — Блум надула губы. Люблю рациональных людей. А ей как раз не хватает чертовщинки в моем лице. «Ах ты изменщица!» — Блум мысленно засмеялась, но нужно были что-то ответить Стелле, пока пауза не затянулась. — Какая разница, какого оно цвета, пока я хорошо в нем выгляжу? Стелла одобрительно кивнула, а ТБ вдруг хмыкнула. А мне нравится. Ладно. Если не постесняешься выйти в таком перед гостями и своим белобрысым лично, возьму на себя роль карающей длани. *** — Блум? Ты что, ещё спишь?! Стелла с ноги ворвалась в ее комнату, наводя суету одним только присутствием. — Да, а сколько времени? — пробурчала Блум в подушку, и ТБ с кряхтением перевернулась на бок. За окном ещё царил полумрак. — Уже пять часов утра! — Утра?! — воскликнули они с ТБ хором. — Конечно, утра, — Стелла легкомысленно отмахнулась, и повинуясь пассам ее руки, одеяло поползло прочь с кровати. — Сегодня столько нужно сделать. Я должна быть неотразима! Бля-я-я. — Это нужно сделать тебе, — Блум схватилась за одеяло, не давая ему капитулировать. — Мы закончили с моим платьем в час ночи. А у меня режим. — Какой такой режим? — Стелла уперла руки в бока, и Блум почувствовала, как сама кровать начинает крениться на бок, и тяжёлое сонное тело неизбежно скатывается на пол. Гравитация, бессердечная ты сука. «Не-е-е-е-ет! Я хочу спать, пусть Стелла отстанет!» — Победительница Даркара едва живая и должна отдыхать! — Блум вцепилась в кроватный столбик. — Хватит прибедняться, победительница Даркара! Мы атаковали конвергенцией, — возразила Стелла, упрямо стряхивая ее на пол магией. — Все без Чармиксов остались после той атаки, не только ты. Ага, конвергенцией. Да пока мы не освободились от Даркара, вы больше походили на повисшие хуи, чем на отряд спасения! Блум просияла. «Вот так ей и скажи! Только сравнение выбери другое… ТБ, в атаку!» Ну ладно. Та ещё неуверенно, Блум почувствовала заминку, взяла тело под свой контроль, и кровать с глухим ударом об пол сразу же вернулась в обычное положение. — Стелла. Они со Стеллой обе вздрогнули, таким тоном это было сказано. — Тогда у Даркара вы были бессильны. Всего одно его заклинание обездвижило всех вас, спасателей, до состояния абсолютной беспомощности. Ты правда веришь, что ваша конвергенция пяти фей неоконченного второго курса, не будь меня там, могла нанести ему вред? Рыцарю Феникса? Которому ссыкливо бросила вас на растерзание Фарагонда? Стелла вылупилась на нее как на восьмое чудо света, и Блум запоздало устыдилась. «Подожди, ну не так же грубо!» ТБ фыркнула. Сама тогда давай. Блум только умкнула, забираясь обратно в свой ментальный угол, но по лицу Стеллы в этот момент можно было проследить бурный умственный процесс, а затем паническое осознание, и Блум пришлось закончить самой. — Я правда хочу, чтобы твой праздник удался, но не переоценивай мое влияние на его успех. Сделай все свои дела, в которых не нужно мое участие, и возвращайся, и мы вместе весело проведем время? Морщинка между бровями сиятельной принцессы Солярии разгладилась, Блум посчитала свою роль выполненной и завернулась в одеяльный кокон, вопросительно глядя из-под челки. Стелла наконец отмерла и приблизилась к кровати, затем села на край и засюсюкала: — Моя сонная сердитая всесильная гусеничка, — она сложила из пальцев козу, но ТБ только спрятала лицо в складках одеяла, так, что торчали только глаза и брови. Стелла хихикнула. — Ладно, сильная и независимая моя, лежи. Вернусь в девять. — Угу. Дверь захлопнулась, и Блум перевернулась на спину. — Ты отлично справилась. Спасибо в карман не положишь. Но да, я молодец. — Но сна теперь ни в одном глазу. Отлично! Время утренней мастурбации! «?!»