Уроки вождения

Юнхо позвали следующим после того, как Хонджуну сделали прическу и макияж на день. Он сел в кресло, но только после того, как отодвинул его, чтобы ноги поместились в маленьком пространстве под туалетным столиком. Затем он понял, что сиденье было поднято слишком высоко, и прикусил губу, регулируя рычаг, чтобы опустить его; их капитан был ниже ростом, а он слишком высок, поэтому они находились на противоположных концах группы. Это не было чем-то удивительным, но в тот день это почти рассмешило его, он был таким странным, случайные вещи иногда заставляли его смеяться. Посмотрев на свое отражение в зеркале после того, как удобно устроился, он заметил, что оно было немного грязным, но его глаза уловили чужой взгляд, смотрящий на него через зеркало. Это был самый старший участник группы, Пак Сонхва, который почти закончил со своим макияжем, визажист делал последние штрихи тут и там. Они снимались для шоу, предварительная запись перед их предстоящим камбэком. Они и так много работали, а приближающиеся дни обещали стать еще более напряженными. Юнхо улыбнулся Сонхва через зеркало; он выглядел хорошо, как всегда. Сонхва улыбнулся в ответ: — Я хотел отдохнуть еще несколько дней, не могу поверить, что всё уже началось, — сказал он, когда его визажист отошел за чем-то. — О чем ты, хён, последний камбэк был почти семь месяцев назад! — драматично добавил Юнхо, он был в хорошем настроении. — Да, когда ты так это говоришь… — Сонхва замолчал, глядя на свое отражение, он был своего рода перфекционистом, когда дело касалось его волос, кожи, одежды, танцев, пения, всего. Все в Ateez были такими в какой-то степени, но старший участник был более придирчив. — Но мы еще никогда по-настоящему не отдыхали, с тех пор как начали. Я понимаю… — сказал Юнхо: — Хён, ты хочешь собрать больше Lego, не так ли? Сонхва ахнул, а затем рассмеялся своим фирменным смехом, когда один глаз сужался больше, чем другой, — застенчивым, добрым смехом. — Нет, есть и другие вещи, я хочу научиться водить машину и, наконец, получить права. — Ааа… — Юнхо понимающе кивнул, женщина в длинной белой футболке теперь стояла позади него, его визажист, приступая к работе. — Сейчас мы будем очень заняты, а к тому времени, когда закончим, наступит зима. — Сонхва говорил тихо, больше для себя, чем для высокого темноволосого парня. — Тогда снова будет тур, — добавил Юнхо. Визажист начала с расчесывания волос, и он закрыл глаза, понимая, что теперь это будет почти повседневная рутина, больше камер, меньше общежития. Через несколько дней у них будет шоукейс, и тогда они даже не заметят, как пролетят недели. Он понимал, что имеет в виду Сонхва, но это было то, на что они подписались; Юнхо даже пытался наслаждаться напряженными днями, насколько это было возможно. Он жил настоящим. Вскоре всем сделали макияж и прически, и, поправив свои наряды на день, один за другим они вышли из-за кулис на сцену, следуя за своим менеджером. Сонхва почувствовал, как кто-то ткнул его в бок, и чуть не подпрыгнул. Он морально готовился к камерам! Он был готов отругать Уёна или Сана, кто бы это ни был, но это был Юнхо. Старший вопросительно посмотрел на него. — Я могу научить тебя водить, нам просто нужна машина. Сонхва моргнул, он серьезно? Единственный способ научиться водить машину — это вернуться в родной город, а не здесь, посреди их напряженного графика, да еще и с участником группы. Даже несмотря на то, что Юнхо был единственным из них, кто умел водить машину и имел права. — А еще нам нужно время и разрешение, но спасибо за предложение, Юнхо. Высокий парень с темными волосами, разделенными на прямой пробор, и слегка подведенными глазами, улыбнулся ему, но все еще сохранял некоторую серьезность, когда говорил: — Мы можем попробовать. — Я тоже хочу, научи меня тоже, — вмешался Уён. Юнхо усмехнулся: — Хорошо! Сонхва закатил глаза, когда эти двое начали разговаривать друг с другом; снова сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, прежде чем выйти в яркий свет огней и камер. Это был его собственный маленький ритуал, который всегда срабатывал. Он мысленно готовился к сцене и ко многим другим предстоящим выступлениям и втайне молился об успешном камбэке и о силе, чтобы каждый раз делать все возможное. И после того, как персонал и менеджер подали окончательный сигнал, он вышел на сцену с яркой улыбкой на лице. *** Прошло несколько дней после того разговора, Сонхва сидел на своей кровати в общежитии, бездумно копаясь в своем смартфоне. Хонджун, его лидер, друг и сосед по комнате, был в ванной, и был там уже давно. Сонхва подумал, не заснул ли он там. Шоукейс прошел несколько дней назад, и с тех пор они были так заняты, что тело Сонхва каждую ночь казалось тяжелым, как свинец. Иногда он засыпал сразу, как только падал на мягкий матрас, а иногда бодрствовал, его тело болело от усталости, не давая ему уснуть. Ему хотелось выпить кофеина, но было уже слишком поздно, ему больше нужен был сон. Он собирался отключить телефон, когда получил уведомление о сообщении, но не в групповом чате, а в личном сообщении от Юнхо. Он с любопытством открыл его и прочитал: «Выходи, хён». Старший участник был сбит с толку, но вышел из своей спальни в общую гостиную, задаваясь вопросом, планируют ли 99 лайнеры что-то. Но свет был приглушен, и только Юнхо сидел на диване, он встал и подошел к нему, когда увидел, что Сонхва вошел. — Все еще хочешь брать уроки вождения? — спросил он. Он только что принял ванну, его лицо было чистым, волосы едва высохли и пахли шампунем, на нем были спортивные штаны Wonderwall, которые им в изобилии подарили после последнего сотрудничества. — Ч-что? — выдавил Сонхва, потеряв дар речи, — до полуночи оставался час. — Я поговорил с менеджером-хёном, и это заняло некоторое время, но он согласился. Он получил разрешение и договорился о машине, и мы можем практиковаться несколько раз в неделю. Хочешь? Сонхва все еще был в шоке. — П-правда? Они разрешили? Где мы будем практиковаться? Кто еще с нами? — Пак Сонхва был ответственным старшим участником группы, поэтому его с любовью называли матерью группы. — Хонджун знает? Юнхо выглядел удивленным, когда он положил обе руки на плечи своего хёна, глядя прямо ему в глаза. — Да, хён, я получил все разрешения. Спросил Уёна, но он сегодня очень сонный. Идем. — Затем он твердо, но осторожно развернул старшего лицом к двери общежития, прежде чем слегка подтолкнуть его к ней. — Идем быстрей, я так взволнован. Сонхва позволил ему проводить его до двери. Он посмотрит, как это сработает и возможно ли это вообще несколько раз в неделю при таком плотном графике. — Какая машина? — Хотя вопросов у него было много. Юнхо ответил на несколько из них приглушенным тоном, пока вел его к лифту, ведущему на парковку на цокольном этаже. Он сказал ему, что это была личная машина менеджера, и на ней был его личный номер, а не KQ. Трижды в неделю по часу около полуночи будет вполне достаточно. — Основам мы будем учиться на самой парковке, — добавил Юнхо. — К концу месяца сможешь подать заявление на получение водительских прав, тест не такой уж сложный. Что именно ты знаешь? Парень пониже с короткой стрижкой, которая казалась незаметной под спутанными волосами, все еще был смущен, но восхищался уверенностью главного танцора. Конец месяца, сказал он? — Я знаю основы, но у меня так и не появилось возможности попрактиковаться. Юнхо кивнул, он действительно выглядел взволнованным. Сонхва должен был спросить: — Ты не устал? Тебе необязательно это делать. — Нет, мне нравится быть за рулем, и я люблю машины, — искренне заявил Юнхо, подтверждая свою уверенность блеском в глазах. Несмотря на то, что Сонхва был старшим, Юнхо умел успокаивать остальных, заставляя их чувствовать себя комфортно рядом с ним. Может быть, дело было в самой его натуре, в сочетании с его дружелюбным характером. — Хорошо, — прошептал Сонхва, больше для себя, чем для другого парня, он почти забыл о легкой боли в теле. Он тоже был взволнован, а кто бы ни был? Они шли бок о бок по парковке, Юнхо использовал ключи, чтобы найти машину. Это был старый черный Hyundai Verna с местными номерами. Они постояли рядом с ним некоторое время, затем Юнхо спросил: — Так ты хочешь сесть? Покажи мне, что ты умеешь, и я расскажу обо всем остальном. — Ах… — Хва облизнул слегка пересохшие губы, хотя не так давно пользовался бальзам для губ. — Нет, ты садись и покажи всё, прошло много времени, и мне кажется, что я всё забыл. Тогда главный танцор сел на водительское сиденье, подстроив его под себя, а ведущий вокалист занял пассажирское место, сразу же пристегнувшись ремнем безопасности. Юнхо тут же начал рассказывать ему основы, о сцеплении, педали газа и так далее. Этот автомобиль был не на автомате; это была старая машина с механической коробкой передач. Сонхва слушал все это с предельным вниманием, все еще удивляясь, как это им вообще разрешили, и он озвучил свою мысль вслух: — Неужели нам можно выехать отсюда на дорогу? Только нам? — Да, но мы не можем отъехать далеко. Сегодня мы можем просто пройтись по основам, все в порядке. — Нет. — Что? — Давай прокатимся, немножко, я буду наблюдать и учиться. Глаза Юнхо сначала расширились, когда он переваривал услышанное, затем он улыбнулся, озорно изогнув губы: — Ладно, поехали. Они выехали с парковки, охранник открыл для них ворота, и выехали на дорогу. Должно быть, около полуночи, предположил Сонхва. На дороге Юнхо немного прибавил скорость, и здание KQ начало уменьшаться позади них, Сонхва почувствовал, что его сердцебиение слегка участилось. Это было похоже на приключение; он забыл, как устал, с энтузиазмом наблюдая за всем вокруг. Это было по-другому чем, когда они ехали в фургоне, или их везли водители KQ или их менеджер, теперь он был сам по себе, чувствовал себя как дома. Юнхо позволил Сонхва осмотреть окрестности, улыбаясь волнению старшего, прежде чем, наконец, привлечь его внимание: — Хён, посмотри, как я использую сцепление и передачу вместе. Сонхва выглядел слегка раздраженным из-за того, что его прервали в момент возбуждения, и парень повыше, рассмеялся. Сонхва принял ванну перед ужином, его волосы были пушистыми, а кожа хорошо увлажнена, все его ночные процедуры были завершены, за исключением сна — он был здесь, на дороге, посреди ночи со своим товарищем по группе. — При увеличении скорости, переключаешь передачу, сейчас мы на третьей передаче, теперь я включаю четвертую. Видишь? Сонхва, наконец, оторвал взгляд от обочины, наблюдая за немногочисленными прохожими, гадая, есть ли среди них фанаты, и, наконец, посмотрел вниз на руку Юнхо на коробке передач. У танцора были большие руки с сине-зелеными проступающими венами; его рука полностью закрывала рычаг переключения передач, когда он двигал им, включая четвертую. Сонхва понимающе кивнул, запоминая, какая передача передняя, ​​а какая задняя. Ему бы хотелось, чтобы эта машина была с автоматом, но не сказал об этом. — Как далеко мы можем отъехать? — Не очень, я скоро поверну обратно. — Юнхо снова снизил скорость. — Смотри, сейчас я нажму на тормоз, и мы перейдем на вторую передачу. Но Сонхва снова выглянул наружу, он опустил окно, и Юнхо почти запротестовал, но он прервал его: — Позволь мне почувствовать ветер, это приятно. Будем учиться завтра, а сегодня насладимся моментом. После этого Юнхо ничего не сказал. Он наблюдал, как глаза Пак Сонхва сузились, когда ветер взъерошил его волосы, на его лице появилась улыбка, и это заставило Юнхо расслабить плечи. — Хорошо, — ответил он, глядя на дорогу впереди. Но его взгляд продолжал скользить по ведущему вокалисту и рэперу группы. Тот снял на ночь все свои аксессуары, его лицо было без макияжа, а лоб открыт, так как от ветра волосы развевались вокруг его лица в форме сердечка. Юнхо пришлось напомнить, чтобы он закрыл окно, и тот послушался. Он ехал немного быстрее и дальше, чем предполагал вначале. Он ездил по этим дорогам по нескольку раз в день, но никогда сам не вел машину. Это ощущалось совсем по-другому. — Могу я включить музыку? — спросил Сонхва, не отрывая глаз от дороги. — Почему нет, почему ты вообще спрашиваешь меня? Сонхва, наконец, оглянулся на него, а затем начал возиться с музыкальным плеером, он включил радио вместо плейлиста. На станции крутили известные саундтреки из дорам, и он со вздохом откинулся на спинку сиденья. — Это так… Неожиданно. Эта ночь. — Так и есть. — Извини, завтра я буду лучше учиться. Юнхо на секунду отвел взгляд, заметив виноватую улыбку на лице парня, и покачал головой, снова уставившись на дорогу: — Мне нравится водить, это помогает снять стресс. Не извиняйся, хён. — Больше, чем плейстейшен? Тот, что был повыше, кивнул. — Мне нравятся ночные поездки, это также помогает мне снять напряжение. Юнхо посмотрел на него через зеркало, Сонхва выглядел расслабленным, на его лице была легкая улыбка, свет от фонарей и других машин плясал на его лице, время от времени освещая его черты, заставляя его светиться. — Тогда мы подходим друг другу, — пошутил он. Сонхва громко рассмеялся над этим. — Кто бы мог подумать? Оставшуюся часть поездки Сонхва бездумно наблюдал за проплывающими мимо зданиями и деревьями, а Юнхо наслаждался поездкой, переводя взгляд с дороги на парня на пассажирском сиденье. Наконец, после двух кругов по району, понимая, что уже поздно и им нужно вставать рано утром, Юнхо повернул обратно к зданию. Только когда они оказались у ворот парковки, Сонхва очнулся от своего транса, он выглядел таким посвежевшим, будто проснулся после полноценного сна. Он заскулил, и Юнхо рассмеялся: — Уже всё? — Сейчас посмотри, как я паркуюсь, парковка — сложная часть. И Сонхва фыркнул, но, тем не менее, внимательно наблюдал. Юнхо наконец припарковал машину, и, когда они оба вышли, запер ее. Вместе они направились к лифту. Пока они стояли рядом друг с другом, Сонхва заговорил первым: — Поедем снова в ближайшее время. — Завтра? — А мы можем? — Почему нет? Если ты готов? — Они подошли к общежитию, и Юнхо занялся замком. Зайдя внутрь, Сонхва дождался, пока другой парень войдет, и тихо закрыл за ними дверь. Похоже, все спали, стояла тишина. — Конечно, я готов, ты только скажи, когда, ладно? Как они вообще разрешили это? — спросил Сонхва, чувствуя себя немного уставшим, но все еще радостным. — Потому что это ты, если бы это был Уён или Сан, и я бы попросил разрешения… Сонхва усмехнулся, и Юнхо присоединился к нему, но сразу же приложил палец к его губам: — Тише, уже поздно, хён, тебе пора спать. Сонхва замер, почувствовав длинный палец у своего рта, и кивнул, легкий румянец залил его лицо. Младшему пришлось напомнить ему, чтобы он молчал! — Спокойной ночи, Юнхо. — Спокойной ночи, хён.